Спуск

***

Лондонский мост падает, падает, падает. Лондонский мост падает, моя леди.. - раздался из темноты мягкий и слегка высоковатый голос девушки.

***

“Тьма - у неё много формулировок. Кого-то она пугает, а кого-то успокаивает. Но все это состояние испытывают одинаково. Мы ничего не видим. Ты ничего не видишь. Я ничего не вижу. Они ничего не видят. Они. Ничего. Не. Видят” Одинокий дед с белой бородой медленно открыл свои глаза. Его окружала знакомая темнота, но осмотрев интерьер комнаты, старик понял, что оказался у себя дома. Его грудь была намертво приклеена к холодному и деревянно-коричневому полу. Зрачки разбежались в разные стороны, в попытках найти жену, но кроме родного дивана и стола, старый не смог её найти. - Ммм… - замычал старик и начал вставать, но его тело не слушалось, будто оно успело увидеть такое и решило больше никуда не идти. Попытка сменялась на попытку. Слабость крепко держала старика и не позволяла встать даже на четвереньки. Но мысль о пропаже жены не позволяла ему так просто сдаться. Ноги и руки начали трястись, как не в себя. Старый задействовал все свои мышцы в попытках вырваться. Из его рта то и дело издавались мычание и тяжелое дыхание. Стиснув зубы, он встал на четвереньки. Ему не нужно было зеркало, чтобы понять, что он покраснел весь, как спелый помидор. Однако это была лишь первая победа над своим телом. Старик медленно поднимал свою дрожащую ногу. Большой поток кислорода опьянил его сознание и на секунду он остановился. Родной пот капал прямо на пол, зрение постоянно туманилось и возвращалось в норму. Он посмотрел на свою руку и через несколько секунд крепко её сжал. Из последних сил дед начал подниматься, ломая оставшиеся невидимые оковы. Его подъем случился настолько резким, что он ударился об стенку и крепко в неё вцепился. - “Лишь бы не упасть” - повторял дед эту мысль несколько раз. Никто не слышал, как слабый и больной старик с криками и слезами, смог наконец-то снова стоять. Он толком не понимал сколько пролежал на полу и как вообще оказался тут. Пытаясь прокрутить все свои воспоминания, его озарило, что он не помнит последние несколько недель своей жизни: - Я умер? - тихо произнёс старик и слабо ударился головой об стену. Однако он не хотел сдаваться просто так, мысли о жене не покидали его. Медленно повернув тело на правую сторону, зрачки деда сразу обратили внимание на то, что их дверь в коридоре была открыта, а снаружи находился знакомый подъезд. Однако старик почувствовал, что родная квартира начала его знатно нагнетать из-за непривычной тишины и мрачной атмосферы. Обычно в этом подъезде постоянно что-то происходило, но теперь окружающий мир перестал подавать признаки жизни, а темнота только усугубляла напряженную ситуацию. Взгляд старика намертво вцепился за тёмный подъезд. Внутренний голос подсказывал, что лучше остаться в квартире. Дед медленными шагами последовал на кухню, - он до сих пор “обнимал” стену, потому что боялся передвигаться самостоятельно. На кухне старик увидел безобразный ужас: раковина была забита грязными тарелками, а вокруг них летали бесшумные мухи. Кухонные принадлежности были разбросаны по всей кухне, но дедушку смутило то, что кухонный нож был покрыт свежей кровью. Однако, когда его взгляд переключился на сковороду, старый испугался и сразу обратно укатился в комнату - на сковородке лежала человеческая рука. Дедушка почувствовал знакомое покалывание в районе сердца. Повернувшись и прижавшись спиной к стене, зрачки начали прыгать в разные стороны, а ноги не выдержали вес собственного тела: Только не сейчас - пробормотал про себя дедушка и стал медленно и глубоко дышать. Внутренний шум в голове по-прежнему не уходил, даже спустя несколько дыхательных упражнений. Взгляд старика двоился и вибровал. Он разбежался и аккуратно врезался в стену, его глаза были сфокусированы на подъезде. Старый перестал думать о сильной внутренней боли, ему хотелось выйти в подъезд, даже если придется ползти. - Раз - шаг - два - шаг - три - шаг - четыре - шаг - пять - шаг - шесть - шаг - дед немного оттолкнулся от стены, но по-прежнему держался за неё одной правой вытянутой рукой. Внутри он не понимал, что больше над ним преобладает - страх упасть и умереть или нездоровое желание выйти в подъезд.