Hereafter (будущее)

Моцарт поднял свою дирижерскую палочку, и знакомая, мощная мелодия, названия которой я никогда не знала в детстве, отозвалась эхом, как будто за его спиной стоял целый оркестр, играя на полную громкость. Голоса пели латинские куплеты мрачными, благоговейными тонами, бренчали скрипки и гремели барабаны, заполняя весь зал. Я не была большой любительницей музыки, но даже я прочувствовала величие и эмоции всей композиции. Жанна Альтер восприняла это как физический удар, отшатнувшись назад и прижав руки к ушам, как будто могла так легко заблокировать Благородный Фантазм Моцарта. Рваный крик вырвался у нее изо рта, глаза были зажмурены, и она металась, как в муках какого-то психотического срыва, мотая головой из стороны в сторону. Жанна и Маш не были глупыми. Они увидели возможность так же, как и я, и бросились к ней, чтобы закончить битву, пока она была отвлечена и ослаблена, воспользовавшись преимуществом, которое Моцарт сделал для них. Жанна Альтер, однако, была полна решимости так легко не сдаваться, и что бы ни сделал с ней Благородный Фантазм Моцарта, она компенсировала это тем, что стала вдвое упорнее. Когда Маш и Жанна приблизились, она ударила своим мечом, и язык пламени вырвался из дуги ее клинка, заставив двух других отступить. Маш заблокировала его своим щитом, но Жанне пришлось отступить еще дальше, потому что у нее не было подобной защиты, кроме ее собственного Благородного Фантома. Маш попыталась продвинуться дальше, прикрываясь своим щитом, но Жанна Альтер продолжала размахиваться, и воздух потрескивал от вспышек пламени, которые омывали поверхность щита и удерживали их на расстоянии. В конце концов, даже Маш был вынужден отступить от изнуряющей жары, которую все мы чувствовали даже на другом конце зала. Это выглядело как огромное усилие воли, но, тяжело дыша, Жанна Альтер заставила себя успокоиться и стоять прямо, или, по крайней мере, настолько прямо, насколько она казалась способной, прямо сейчас. Ее желтые глаза, казалось, почти светились, а губы скривились, когда она пронзила Моцарта взглядом, в котором бурлили сера и адское пламя. Пол вокруг нее воспламенился, как и ее меч, когда она подняла его над головой. —О боже,— сказал Моцарт. А потом что-то сбило меня и близнецов, отбросив нас обратно в коридор и проехав по ковру. Мои легкие сжались в груди, когда я задыхалась, изо всех сил пытаясь встать, поскольку каждый инстинкт самосохранения в моей голове кричал мне встать, пока меня не сбили с ног. На мгновение я снова оказалась в Броктон-Бей, борясь с течением, в то время как Левиафан пытался унести и меня, и город под своими волнами и своей водой. Я чувствовала себя так же, как и тогда, отчаянно пытаясь глотнуть достаточно воздуха, чтобы остаться в живых и подняться на ноги. Вернувшись в комнату, Жанна Алтер опустила меч. —La Grondement du Haine! —Моцарт! Рицука задыхался. Среди нескольких жуков, все еще находившихся в комнате, которые могли выдержать жару, я увидела, как по полу прокатилась волна огня, и когда она достигла Моцарта, она разделилась, окружив его пылающим красным пламенем. Колья выросли из земли, и поскольку некуда было идти и некуда уклоняться, Моцарт не смог их избежать. Мое сердце сжалось в груди, когда я наблюдала, беспомощная сделать что-либо еще. Сначала один кол, пробивающий прямо ему грудь, затем другой сзади, пронзающий бедро, затем еще один, и еще, и еще. Один, пять, десять, в общей сложности ровно дюжина, они пронзили его насквозь один за другим, а затем, словно для дополнительной уверенности, что убьют его, если дюжины смертельных ударов окажется недостаточно, огненный круг хлынул внутрь и обрушился на его тело, воспламеняя его и колья одновременно. На несколько долгих секунд момент завис, а его извращенная пародия на погребальный костер продолжала гореть. Жар пламени окутал близнецов и меня. Я почувствовала это на своих щеках и губах. А затем, с тяжелым свистом, они исчезли, оставив после себя несколько тлеющих угольков и след от солнечных ожогов на полу. Больше никаких признаков присутствия Моцарта не было. —Он...умер,— прохрипела Рика. В дальнем конце комнаты стояла Жанна Альтер, она тяжело дышала сквозь стиснутые зубы. Ее руки дрожали и подергивались. В выражении ее лица не было триумфа, только безутешная ненависть и ярость. —Ты монстр!— Рицука хрипло закричал. —Орлеан! Ла-Шарите! Лион! Перигё и Мари! Теперь Моцарт! Скольким людям ты собираешься причинить боль, прежде чем поймешь, что все это неправильно?— Никогда не бывает достаточно, Рицука, подумала я, пытаясь выровнять дыхание. Мне слабо удалось подняться на колени. Даже если бы она убила всю страну, это все равно не утолило бы ее жажды насилия. Потому что это было единственной причиной ее существования. Теперь я поняла. Тогда Жанна была права. Драконья Ведьма была не просто худшими сторонами Жанны, увеличенными и вынесенными на поверхность. Она была мрачным отражением, всем уродством, которое Жанна отбросила, чтобы спасти страну, находящуюся на краю пропасти. Она не могла быть никем другим, с таким Благородным Фантомом, как этот. —Заткнись!—Жанна Альтер плюнула ему в ответ. —Меня тошнит от вас и от этого бесполезного фальшивого тявканья на меня о бедных, невинных людях Франции, и я сыта по горло этим, когда ваша маленькая команда зануд постоянно встает у меня на пути! Ты так сильно заботишься об этих свиньях-предателях? Тогда ты можешь умереть вместе со всеми остальными!— Она подняла свой флаг с развевающимся знаменем и ударила рукоятью посоха об пол. Шахта на короткое мгновение ярко засветилась, а затем пронеслась по всей длине, словно иссякая на метр. Снизу по земле ползли аморфные черные фигуры, образуя лужи тени. И из этих луж теней медленно поднялись четыре фигуры, сотканные из черных чернил, словно силуэты, отлитые из обсидиана. Одним из них был Ассасин, которого Араш убил в Ла Шарите, другой - безошибочно узнаваемая Святая Марта, потерпевшая поражение в Лионе, еще одним был Сэйбер, который сражался с Арашем чуть ранее сегодня, и последним… У меня екнуло сердце. —Дракула,—прохрипела я. Никто из них не произнес ни слова. Казалось, что они даже не были там должным образом, как будто они были дымом, связанным вместе в форме Слуг, знакомых, но также искаженных. Их тела были настолько размытыми, что я не была уверена, что не вижу сквозь них или это просто игра света. — У меня сейчас нет времени на надлежащий призыв, - яростно сказала Жанна Алтер, - так почему бы тебе не поиграть с этими тенями, пока я готовлю настоящих?— Она взмахнула мечом. — Атакуйте! — Тени пришли в движение, и Жанна с Маш двинулись им навстречу. Дымчатый подобие посоха Марты обрушилось на древко флага Жанны, и копье Дракулы издало странный, жутковатый лязг, ударившись о щит Маш, но они оба были встряли намертво. Ассасин и Сэйбер, с другой стороны, полностью проигнорировали двух наших Слуг. Вместо этого они направились к нам, Мастерам, обходя Маш и Жанну, пока те были заняты другими тенями. — Черт! Собравшись с силами, я окончательно поднялась на ноги, пытаясь не обращать внимания на резь в диафрагме, которая все еще болела из-за отчаянных попыток Моцарта убрать нас с дороги. Одна рука поднялась, когда мой скудный рой хлынул из укромных уголков комнаты, просачиваясь сквозь щели, разрывы и щели, и я оперлась другой рукой, когда мои цепи взбились и сгорели. Не было времени ни на что особенное или умное, ни на быстрый залп моего жалкого Гандра, поэтому вместо этого я зарядила его вдвое, втрое, вчетверо большей энергией, чем обычно вкладываю в него, пока шар потрескивающей темной энергии размером с большой софтбольный мяч не повис у меня на кончиках пальцев. Мой рой, я взялась за тень Сейбера, отвлекая его — ее? Я, блядь, не знала — в виде жужжащего облака, пока я целилась в Ассасина. — Гандр! Мой выстрел вылетел из моей руки с шипящим звуком и в мгновение ока поразил Ассасина. Я не ожидала, что это даст мне что-то большее, чем несколько секунд, чтобы отступить и использовать свое последнее командное заклинание для вызова Зигфрид, но, несмотря ни на что, это заставило ее пошатнуться, как будто она только что получила сильный удар. Неужели я ... действительно только что причинила ей боль? Бип-бип! —Не время, Романи!— Я выплюнула. — Я буду быстрым, — поспешно сказал он. —Кем бы ни были эти тени, они не настоящие Слуги. Они не такие быстрые, они не такие сильные, и они не могут использовать Благородные Фантазмы. — О. Свирепая усмешка тронула мои губы. Что ж, это многое изменило, не так ли? —Маш!— Я крикнула ей. —Они не могут использовать Благородные Фантазмы! Один хороший удар и берись за нож!— Я отозвала свой рой и создал тонкую хитиновую стену между нами и Сэйбер и Ассасином, а затем повернулся к близнецам, которые поднимались на свои нетвердые ноги. — Вы двое знаете, как использовать заклинания, предварительно загруженные в вашу униформу? Рика кивнула, поморщившись, обхватив одной рукой живот, а Рицука добавил: — Да Винчи провела для нас ускоренный курс, когда у нее было время. — Это просто прекрасно. —Не трать свою энергию попусту, —- сказала я им. —Нам просто нужно отвлечь и занять этих двух теневых Слуг достаточно долго, чтобы Жанна и Маш позаботились о своих. Понятно?— Они оба кивнули мне. — Вот они. — Ассасин достаточно оправилась, и она бросилась сквозь мой рой, только чтобы встретить пару выстрелов Гандра от близнецов прямо в лицо (хотя один на самом деле прошел мимо). Мой рой, тем временем, рассеялся и снова нацелился на Сэйбер, атакуя ее, чтобы она не пришла на помощь Ассасину. Она набрасывалась на меня со своей рапирой и с каждым взмахом срезала тонкие полосы насекомых, и это был только вопрос времени, когда она изрежет их всех. Близнецы продолжали вести огонь, снова и снова поражая Ассасин неточными выстрелами Гандра, которые почти безрезультатно попадали по ее телу. После того, как первый ударил ее в лицо, они переключились на центр тяжести, и Ассасин сгорбилась под ударами, как будто это были удары кулаками. В конце концов, близнецы выдохлись, и им пришлось отступить, задыхаясь от напряжения, вызванного таким количеством быстрых выстрелов Гандра. Они выиграли для нас жалкие двадцать секунд. Отличная работа, вы двое. Потому что этих двадцати дополнительных секунд было достаточно, чтобы Жанна и Маш прикончили тени Дракулы и Марты, которые исчезли без малейших брызг крови из своих ран, и развернулись, чтобы сразиться с двумя оставшимися. Маш бросилась вперед, выставив перед собой щит, и когда мой рой внезапно рассеялся от Сэйбера, она с криком врезалась в него, как товарный поезд. Сэйбер отлетела в сторону и покатилась по полу, приземлившись кучей у стены, а Маш продолжила движение, подпрыгнув и нанеся абсолютно жестокий удар нижним краем своего щита по шее Сэйбер. Тень Сейбера мгновенно исчезла. Его голова даже не была отрублена; он просто исчез в тот момент, когда щит Маш ударила его по шее. Жанна нацелилась на тень Ассасина, подпрыгнула и, схватив свой флаг обеими руками, со всей силы обрушила древко на Ассасина. Ассасин рухнула на колени, не в силах противостоять атаке, и Жанна нанесла ответный удар заостренным концом своего флага, как будто она размахивала копьем. Ассасин не смогла вовремя восстановиться, чтобы избежать этого, и просто так ее тень тоже была побеждена. Как и другие, она исчезла мгновенно, без крови или внутренностей из ее ран. Как будто с самого начала она была не более чем тенью. Когда все тени были побеждены, Маш и Жанна повернулись лицом к Драконьей Ведьме, и она была в ярости. — Вы! — Жанна Альтер кипела. —Ты, ты, ты, ты, ты! Почему ты просто не умрешь, уже сейчас!— Она снова подняла свой меч над головой, и пламя закружилось вокруг ее ног. Жар снова стал невыносимым, наполнив комнату неприятной дымкой. Она собиралась снова использовать свой Благородный Фантазм. —Маш!,— Крикнула я. Но Маш была на шаг впереди меня и встала между Жанной и ее двойником, подняв свой массивный щит. —La Grondement... —Лорд... —... du Haine! —Халдеас! Стена света сформировалась перед Маш, и язык пламени описал дугу от Жанны Альтер, устремляясь к Маш. Он столкнулся со стеной из эфемерных кирпичей и оказался на линии огня, и из пламени вылетело еще больше кольев, которые врезались в Лорда Халдеаса одно за другим. Маш кряхтела и вздрагивала при каждом ударе, но колья ломались о крепостную стену и разлетались вдребезги, и, поскольку нечем было подкормить огонь, пламя оплывало и умирало, безрезультатно. Когда Крепостная стена рассеялась, и Маш, и Жанна были в порядке, а Жанна Альтер зарычала. —Перестаньте путаться у меня под ногами!— Она ударила языком пламени, и Маш отразила удар своим щитом, затем сделала шаг вперед. Жанна Альтер нападала снова, и снова, и снова, и Маш выдерживала их одно за другим, неуклонно продвигаясь сквозь огонь со стиснутыми зубами и абсолютной решимостью. Наконец, Жанна Альтер потеряла остатки терпения. — РААА! Она прыгнула на Маш, отбросив свой флаг, чтобы схватить свой меч двумя руками, и обрушила его одним мощным ударом, который разбился о щит Маш с оглушительным лязгом, от которого у меня заныли зубы. — Машу! —Взволнованно крикнула Жанна. Но Маш отбросила свой щит, используя его массу, чтобы оттолкнуть меч Жанны Альтер вниз и в сторону, и я увидела блеск чего-то металлического в ее руке, когда она подошла ближе, слишком близко, чтобы от этого меча вообще была какая-либо польза. Ее рука отвелась назад для замаха. Кинжал с нано-шипами, как я поняла. А затем она сделала выпад вперед и вонзила меч в грудь Жанны Альтер, прямо в грудь, там, где ее броня не ничего не прикрывала. Жанна Альтер отшатнулась на шаг, изумленный вздох вырвался у нее изо рта, но Маш рванулась вперед и схватила нож обеими руками, чтобы вонзить его глубже. Отчаянный крик сорвался с ее губ, как будто она вкладывала все, что у нее было, в одну последнюю атаку. Потому что она должна была, просто чтобы продолжать идти. Ей пришлось заставить себя двигаться вперед, иначе она бы отступила и дала Драконьей Ведьме время прийти в себя. Итак, Маш продолжала идти, продолжала давить, просто чтобы удержать инерцию и решить довести дело до конца, а Жанна Альтер отшатнулась назад, пока не врезалась спиной в дальнюю стену. Меч, который она держала, со звоном упал на пол, и одна рука схватилась за плечо Маш, в то время как другая рефлекторно потянулась к рукоятке ножа, вонзенного ей в грудь. Несколько долгих секунд они оставались там, плечи Маш вздымались от адреналина, который, без сомнения, начал покидать ее конечности. Жанна Альтер ахнула и слабо застонала, но все еще цеплялась за свою жизнь, чего бы это ни стоило для Слуги. — Машу, — обеспокоенно пробормотала настоящая Жанна. Как будто какое-то заклинание было разрушено, Маш отшатнулась назад и железной хваткой моего кинжала вырвала лезвие из груди Жанны Альтер. Она судорожно вздохнула и осела, прижимая обе руки к кровоточащей ране, вырезанной в ее груди чуть правее грудины. В таком положении и под таким углом пуля должна была попасть в то, что должно было быть ее сердцем. Маш, тяжело дыша, сделала еще несколько шагов назад, пока не оказалась рядом со своим щитом. Ее дрожащие пальцы по-прежнему сжимали рукоять моего ножа, а взгляд оставался прикованным к телу Жанны Альтер, настороженный и готовый к продолжению боя. Но Жанна Альтер не выпрямилась и не плюнула огнем. Вместо этого она соскользнула на землю, и ее фигура начала колебаться, становясь нечеткой по краям, как на размытой фотографии. —Вы ...—слабо вскипела она. Ей удалось поднять голову и бросить свирепый взгляд, но, казалось, он был направлен не столько на кого-то из нас, сколько на всю группу. —Вы никчемные ... коварные крысы. Вы тупые ... надоедливые ... паразиты. У меня есть ... Святой Грааль. Как я могу так бездарно проиграть... вам, разношерстные отбросы?— Я осторожно отступила в комнату и приблизился к Жанне Альтер, наблюдая, как она постепенно становится все более и более расплывчатой, как будто изо всех сил пытается держать себя в руках и ведет проигранную битву. Близнецы последовали за мной, нерешительные, но полные надежды. — Мы победили ее? —спросила Рика. — Пожалуйста, скажи мне, что мы победили ее. Неизвестность убивает меня. — — Да, —тихо сказала я. —Мы победили ее. — Теперь, более уверенный в себе, я направилась к Машу и разогнала то, что осталось от моего роя, чтобы оценить ситуацию как с битвой Эмии, так и с вивернами снаружи. Когда я подошла ближе, я увидела ручеек тихих слез, блестящих на щеках Маш. Казалось, она их даже не замечала, а если и замечала, то продолжала двигаться, несмотря на них. —Жанна Альтер побеждена, —сказала она чуть громче шепота. Я осторожно подошла к ней и потянулся к руке, сжимающей мой нож. Она была скользкой от крови Жанны Альтер. — Теперь ты можешь отпустить меня, Машу, —пробормотала я, осторожно разжимая ее пальцы. Если бы они не были в перчатках, я была готов поспорить, что костяшки ее пальцев были бы совершенно белыми. Маш ахнула и внезапно отпустила меня, и я попыталась поймать кинжал, прежде чем он упадет и поранит кого-нибудь из нас, когда она отшатнулась, как будто тяжесть того, что она только что сделала, наконец-то обрушилась на нее. С первого взгляда было видно ее широко раскрытые от ужаса глаза и разинутый рот, когда она судорожно глотала воздух за вдохом. Кинжал вернулся в ножны — эта изящная функция, добавленная Да Винчи, надеюсь, очистит его без каких—либо дальнейших усилий, - и я подошла ближе к Маш, когда близнецы сгрудились вокруг нее, на их лицах было написано беспокойство. — Что с ней не так? —Спросила Рика, заламывая руки. — Сэмпай? —Рицука повернулся ко мне. — С Машу все будет в порядке? — — Это влияет на всех по-разному, — сказала я им. — Их первое убийство. —Для Маш, я сказала. — Просто дыши, Маш. Успокойся. Соберись с силами. Просто дыши. — Я попыталась вспомнить, чему меня учили. Предполагалось, что справляться с травмами в полевых условиях - это то, чему ты не научишься, пока не получишь официальное образование в Протекторате, но я прошла пару ускоренных курсов во время работы Стражем и попыталась вспомнить, что мне тогда говорили. К сожалению, я в основном рисовала на пустом листе. Все, что я могла вспомнить, это дыхательные упражнения и успокаивающие слова. Мой собственный опыт убийства был в значительной степени бесполезен, поскольку у меня было много времени, чтобы смириться с неизбежностью. —Глубоко вдохни, Маш, — пробормотала я. —Вдыхай через нос, задержи дыхание на несколько секунд, затем выдыхай через рот. — Маш сделала, как я ей сказала, втягивая воздух носом, задерживая его как можно дольше и выпуская через рот. Постепенно ее дыхание начало успокаиваться и выравниваться. — Вот и все. Вот так просто. — Рицука по собственной инициативе протянул руку и начал круговыми движениями массировать верхнюю часть ее спины. —Все просто, Машу, —успокаивающе сказал он. Жанна Альтер горько усмехнулась. —Я была убита... любителем. По крайней мере, англичане ... были профессионалами. — Я демонстративно проигнорировала ее, хотя Рика и Рицука уделили ей достаточно внимания, чтобы молча бросить на нее свирепые взгляды. В конце концов, дыхание Маш полностью выровнялось, и она успокоилась настолько, чтобы держать себя в руках. —Я… Я в порядке,—сказала она, делая еще один глубокий вдох через нос. Она кивнула, как будто убеждая саму себя. —Я в порядке, Семпай. — —Ты уверена? — спросил Рицука. Маш снова кивнул и более уверенным голосом сказал: —Я в порядке, Мастер. — Мы все отступили, чтобы дать ей немного места. Рицука держался достаточно близко, чтобы успокаивающе положить руку ей на спину. —У тебя хорошие друзья, Маш— ласково сказала Жанна. Маш слабо улыбнулась. С ней было не все в порядке, но она не могла позволить себе развалиться на части прямо сейчас, и я знала это так хорошо, что на это было почти больно смотреть. Надеюсь, Романи сможет еще раз помочь ей, когда все это закончится и мы вернемся в Халдею. Я замерла, нахмурив брови, и мой рой сдвинулся и уплотнился, когда что-то прошло через мою сеть. Оно было маленьким и быстрым и направлялось прямиком по коридорам — Эмия гнался за ним. Подождите, значит, это означало — — А? Эмия? — Озадаченно спросила Рика. —Уйти с дороги? —Черт! Я сделала один шаг, обхватив руками, насколько могла, всю нашу группу, а затем изо всех сил бросилась в сторону, как можно дальше от Жанны Альтер. Рика и Маш одновременно пискнули, а Рицука взвизгнул, и мы все рухнули, путаясь конечностями, как раз вовремя, чтобы размытое пятно вихрем влетело из коридора в открытые двери. Жанна вскрикнула от неожиданности и нырнула с дороги, но существо проигнорировало ее и направилось прямо к Жанне Альтер. —Жанна! — завопил Слуга, с которым сражался Эмия. —О, Жанна! Жанна! Посмотри, что с тобой стало! Посмотри, что эти ужасные люди сделали с тобой! О, Жанна! Жанна!— —Жиль, — пробормотала Драконья Ведьма. —Жиль? — Это сказала Жанна, а не я, когда она медленно поднялась на ноги. Ее брови сошлись на переносице, и выражение недоумения вытянуло ее лицо. —Я не смогла этого сделать, Жиль, — тихо сказала Жанна Альтер. —Они ... остановили меня. Они не ... не позволили бы мне ... уничтожить Францию. Я не смогла ... отомстить.— —Тише, Жанна, — мягко сказал ей Жиль, поглаживая ее по щеке. —Тише, сейчас. Спи. Отдыхай, и я обо всем позабочусь. Я обещаю. Я отомщу за тебя. Когда ты проснешься, я все закончу. — —Отдохнуть? ...— Драконья Ведьма слабым голосом повторила. —Да… Да, я ... думаю, что так и сделаю. Ты прав. Я могу ... оставить всё...на тебя...— И с последним вздохом она распалась на частицы света и исчезла, оставив после себя — Стоп. Стоп, Стоп, Стоп. Нет, придержите грёбаных коней . Только не говорите, что… —Значит, так оно и есть,— сказала Жанна.—Да, примерно так я и ожидала. — Все это время… —А ты… Ты Жиль, но не тот, кого я знала,— продолжила Жанна. В ее голосе было что-то, смесь грусти и гнева. Возможно, разочарование. —У нее был Грааль? —  Спросила я, пытаясь контролировать свой голос. —Все это время Жанна Альтер носила Грааль в себе?— Мы могли бы покончить со всем этим гребаным фиаско еще в Ла Шарите? Почти сразу, как оказались здесь? —Нет, — сказала Жанна, когда Жиль осторожно поднял Грааль. Я была настолько сосредоточена на этом и настолько взбешена, что почти не заметил появления Эмии, стоявшего в коридоре. —Это даже проще. Видите ли, я начала подозревать неладное раньше. Это не значит, что я никогда не таила тьму в своем сердце, но я не была мстительной и ни в коем случае не была поглощена своим гневом. По этой причине Героический дух "Жанны д'Арк Альтер" не должен существовать, по крайней мере, в соответствии с надлежащей историей. — —Твоя интуиция так же сильна, как и прежде, — сказал Жиль. —Да, это правда. Ведьма-Дракон - это не тот аспект Жанны, который я любил в ее жизни. Вместо этого она была желанием, которое я загадал над Граалем. — Стены гудели от жужжания моего истощенного роя. —Мы могли бы закончить все это месяц назад?—Напряженно спросила я. —Все те люди, которых можно было спасти...—Дрожащим голосом прошептал Рицука. —Мои ноги хотят мести, — пробормотала Рика, и ее голос звучал сердито. —Она никогда не была мной, не так ли? —Жанна спросила Жиля. —Она была не более чем выдумкой, которую ты придумал. — Жиль развернулся к ней лицом. —Я хотел спасти тебя! Тебя, тебя, тебя, Жанна! От всего сердца я желал, чтобы ты вернулась к нам! Во Францию! Для меня! Но Грааль ...—Он всхлипнул. —Грааль, Грааль! Он отказался от меня! Он отказался исполнить мое желание! Он отказался вернуть тебя к жизни! — Его руки дрожали, а голос наполнился яростью. —Итак, если бы у меня не было настоящей тебя, у меня была бы моя собственная Жанна! Жанна, которую я носил в своем сердце, Святая, за которой я следовал в тех битвах — даже если это была подделка, пока у меня была ты, это все, что имело значение! — —Все это, - тихо сказала я, - потому что ты не знал, как справиться со своим горем?— Это… Этот удар был ближе к цели, чем мне было действительно удобно. —Кто ты такая, чтобы судить меня, девочка?— Жиль зарычал на меня. —Как ты могла понять мою печаль? Мои мучения? Как ты можешь понимать боль от такой жестокой потери всего своего мира?— —И это как-то оправдывает все это?—  Я возразила. —Ты собираешься выплеснуть свою боль на всю страну, разрушить все, чему она отдала свою жизнь, и ты думаешь, что это как-то улучшит ситуацию? Как будто будет меньше больно, когда ты будешь стоять на пепелище всего, что она любила? — Жужжание моего роя вибрировало в стенах, подчеркивая мои слова. Близнецы немного нервно оглядывались по сторонам, как будто боялись, что могут попасть под перекрестный огонь, когда это перерастет в драку. Черт. Может быть, это была просто одна из моих горячих кнопок. Я столько раз сталкивалась с этим раньше, что мы с горем были старыми друзьями, и то, что мне вот так тычут в лицо, просто ранило меня до глубины души. —Они этого не заслуживают!— прогремел он. —Они не заслуживают мира, который она построила! Они не заслуживают счастья, которое отняли у нее! Я не позволю им получить это! — —Жиль, — твердо вмешалась Жанна. —Что бы ты ни задумал, ты должен был знать, что я не соглашусь с твоими планами. Каким бы трагичным ни был мой конец, я бы никогда не отвернулся от страны и людей, которых я так сильно любила. — Жиль глубоко вдохнул через нос и взял под контроль свой гнев. Я нахмурилась и попытался унять свой, и в стенах жужжание перешло в тихий гул. —Да, —сказал Жиль. —Да, конечно. Конечно, ты бы простила их. Конечно, ты бы никогда не повернулась спиной к этой стране. Конечно, ты продолжала бы любить её, даже если бы она предала тебя. Твоя доброта, твое сострадание - это то, что я любил в тебе больше всего. Вот почему ... мое желание… Это было сделано не ради тебя, Жанна. Месть, которая должна быть осуществлена в этой несчастной стране… ЭТО БЫЛА МОЯ СОБСТВЕННАЯ месть!— Он развел руками. —Я УНИЧТОЖУ ЭТУ БОГОМ ЗАБЫТУЮ ЗЕМЛЮ!— бушевал он. — Я УБЬЮ ЭТИХ БОГОМ ЗАБЫТЫХ ЛЮДЕЙ! ЭТИ ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ЗАБРАЛИ ТЕБЯ У МЕНЯ, БОГ, КОТОРЫЙ БРОСИЛ ТЕБЯ, КОРОЛЬ, КОТОРЫЙ ОСТАВИЛ ТЕБЯ УМИРАТЬ! Я НИКОГДА НЕ ПРОЩУ НИКОГО Из НИХ! КАЖДЫЙ Из НИХ ДОЛЖЕН БЫТЬ СТЕРТ С ЛИЦА ЗЕМЛИ! — Он указал на нее костлявым пальцем с длинным ногтем. —И ЕСЛИ ТЫ ВСТАНЕШЬ У МЕНЯ НА ПУТИ, ТО ТЫ ТАКЖЕ И МОЙ ВРАГ!— Лицо Жанны вытянулось, и на короткое мгновение она закрыла глаза и поморщилась, как будто ей было очень больно. Но когда она открыла их снова, они были сильными и решительными, а на ее лице отразилась решимость. — Если так и должно быть ...— Жанна взмахнула флагом. — Тогда я остановлю тебя сама!— Жиль поднял руку, держащую Грааль. — СВЯТОЙ ГРААЛЬ! ИСПОЛНИ МОЕ ЖЕЛАНИЕ! ИСПОЛНИ ЖЕЛАНИЕ МОЕГО СЕРДЦА! Я ПРИЗЫВАЮ... — Сильный хлюпающий звук прервал его, и он отшатнулся назад. Грааль выпал из его рук и с грохотом упал на землю, когда он схватился за длинную изогнутую стрелу, вонзившуюся ему в грудь, и даже Жанна ахнула, когда его красная кровь забрызгала пол. — Нет, — прохрипел он. Его колени подогнулись, и он привалился к стене, совсем как Жанна Альтер. — Нет, нет...— Он слабо потянулся к Граалю, куда тот упал, но тот был слишком далеко, и у него больше не было сил. —Я был так близко. — сказал он. —Так близко. Я ... я мог бы это сделать… Я мог бы получить свой ... — Жанна шагнула к нему с непроницаемым выражением лица, и когда она наткнулась на его жалкое тело, она опустилась на колени рядом с ним и нежно положила свои руки на его. —Все кончено, Жиль, — мягко сказала она ему.—Этого достаточно, ты так не думаешь? Тебе пора немного отдохнуть. — —Жанна, —ахнул Жиль. —Когда-то ты верил в простую деревенскую девушку, —сказала она. —Ты был рядом с ней, когда она освобождала этот город. Даже если это то, что с тобой стало сейчас, мужчина из того времени был тем, кем я дорожила. Вот почему… Мне невыносимо видеть, как тебе так больно. — Она подняла руку и нежно коснулась его щеки. Дрожа, он протянул руку и накрыл ее ладонь своей. —Так что отдыхай, Жиль. Ты сделал достаточно. Пришло время сложить меч и отдохнуть.— — Жанна...— Он вздохнул и прильнул к ее руке. —Ах, Жанна. Даже сейчас ты смотришь на меня с такой нежностью? После всего, что я сделал… После всего… Ты действительно ... Святая, которую мы никогда не заслуживали ... — И во вспышке света он разлетелся на крошечные пылинки, которые мерцали и трепетали, как светлячки. Погиб. Я наблюдала, как он исчез, даже когда Эмия медленно направился к нам. Сцена его прощания была нежной и проникновенной, но я застряла на ярости и отчаянии и на том, в какое разбитое зеркало я только что смотрела. Так ли бы я выглядела, если бы Александрия действительно убила моих друзей? Я не могла представить, что когда-либо зайду так далеко, не тогда, когда я пережила потерю своей матери, своего лучшего друга, человека, которого, возможно, любила когда-то давно, даже всей своей жизни и всего моего мира. Судьба бросила в меня всю свою руку, и мне удалось пробраться сквозь нее и выйти с другой стороны. Но что, если бы я этого не сделала? —Вы,— строго обратилась Жанна к Эмии. Эмия пожал плечами. —Если бы мне не нужно было беспокоиться обо всех вас, я бы убил его еще до того, как он вас догнал. Ты хочешь, чтобы я извинился за то, что остановил тот безумный план, который он вынашивал в своей голове?— Жанна вздохнула. —Нет. Как бы мне это ни не нравилось, вы, вероятно, избавили нас от большого горя. Хотя то, что я согласна с необходимостью, не означает, что я должна это одобрять!— Эмия усмехнулся, почесывая в затылке. Его губы изогнулись в ухмылке. —Почему-то такая ругань кажется знакомой. Бип-бип! —Только что пришло подтверждение о гибели всех вражеских слуг!—Радостно сказал Романи. —Все, что я сейчас вижу на сенсорах, - это парней из нашей команды и целую кучу виверн! Н-ну, виверны, вероятно, разберутся сами, не так ли? Так что мы можем оставить это местным слугам и вытащить вас, ребята, оттуда. У вас есть Грааль?— Маш наклонился и подняла его. — Приобретение Святого Грааля подтверждено, доктор Роман. — — Об этом еще раз позаботились...— сказал Романи, отвернувшись, чтобы напечатать что-то на клавиатуре. —Подтверждаю.… И, похоже, правильная временная шкала начинает восстанавливаться. Ребята, вы готовы выбраться оттуда и вернуться домой?— —Боже, готова как никогда!—Сказала Рика. Она тяжело вздохнула.— Если мне придется съесть еще один батончик, думаю, я могу просто взбунтоваться!— Эмия усмехнулся. — Будет приятно снова вернуться в Халдею,—согласился Рицука. —Вы уходите?— Спросила Жанна. —Есть еще шесть сингулярностей,—сказала я ей. —Исправить их - наша работа.— Она улыбнулась. — Полагаю, я не могу с этим спорить, не так ли? Мой собственный эгоизм не стоит всех жизней, которые лежат на твоих плечах.— —Я подготовил настройки для Араша и Зигфрида,—сказал Романи. При упоминании о них я ненадолго проверила их, чтобы убедиться, что они невредимы и по-прежнему сильны. — Когда вы пройдёте Рейшифт, они тоже будут с вами. Извините, мадемуазель Жанна, но у меня нет времени изменять настройки, чтобы вернуть и вас.— Жанна покачала головой. — Все в порядке. Даже если я не смогу присоединиться к вам лично, я буду с вами душой. Просто знай, что я болею за вас.— — Мы вас не подведем, мисс Жанна,—сказал Маш. —Я знаю, что ты этого не сделаешь. Я снова повернулась к Романи. — Похоже, мы готовы начать. — Он кивнул. —Хорошо, - сказал он, - просто дай мне минуту, чтобы внести несколько заключительных корректировок… И приготовьтесь к Рейшифту через пять, четыре, три ...— —ПОДОЖДИТЕ!—крикнул знакомый голос. —ПОДОЖДИТЕ, ПОДОЖДИТЕ, ПОДОЖДИТЕ! ВЫ ЕЩЕ НЕ МОЖЕТЕ УЙТИ!— —Ась?— растерянно переспросил Романи. И по коридору промчалась знакомая фигура Брадаманте. Она была с головы до ног заляпана кровью красной виверны, тяжело дышала, как будто только что пробежала марафон, и она помчалась к нам, как пуля, затормозив в пяти футах от нас. — Без меня не уходите!— сказала она. — А?— Романи снова что-то пробормотал. — Брадаманте! — сказал Рицука. — Ты все-таки пришла! — —Я ... думала об этом ... с тех пор, как вы ушли!— фыркнула она.—И я просто знала, что…Я пожалею об этом ... если оставлю все ... вот так!— Она порывисто вздохнула — — Фух! — а затем выпрямилась, демонстрируя свою лучшую героическую позу. Капли крови слетели с ее копья и забрызгали потолок. —Итак, я примчалась сюда так быстро, как только могла, только все уже побили плохих парней, прежде чем я смогла что-либо сделать, кроме как убить несколько виверн! Я ни за что не могу так все оставить, так что вам, ребята, придется взять меня с собой, и я смогу ослепить вас в следующий раз! — Я нахмурилась. —Э-э...— Рицука повернулся к Романи. —Доктор Роман?— —Эй, это не от меня зависит!— сказал Романи, размахивая руками. —Для начала мы подходим к этому вплотную, и мне потребовалось бы слишком много времени, чтобы перенастроить параметры Rayshift... — —О, подвинься, Романи! —раздался голос Да Винчи, и Романи взвизгнул, когда его вытолкнули из кресла. Да Винчи улыбнулась в камеру, когда она села за его монитор.—Не волнуйтесь, все! Такой гений, как я, может перекалибровать Рейшифт в кратчайшие сроки!— Ее пальцы порхали по клавиатуре. Брадаманте ухмыльнулась, ее зубы сверкнули белизной на фоне бордового налета, покрывавшего одну щеку. —Поскольку я рассчитываю на одного дополнительного пассажира, может, мне взять двух, Жанна?— Жанна моргнула, на мгновение задумалась, а затем мягко покачала головой, улыбаясь. —Нет, все в порядке, — безмятежно сказала она. —Я ценю ваше предложение, мисс Да Винчи, но Франция - мой дом. Если ты не возражаешь, я бы хотела остаться здесь и убедиться, что все вернется в прежнее русло. — — Жанна, —Пробормотал Рицука. —Не нужно грустить!—Радостно сказала Жанна. —Я же говорила тебе, я буду с тобой душой! И кто знает? Мир позвал меня обратно, чтобы помочь тебе исправить одну сингулярность, так что, возможно, мы снова встретимся в другой, и ты сможешь рассказать мне все о приключениях, которые тебя наверняка ждут за это время!— Губы Рицуки изогнулись в улыбке, и даже я не смогла удержаться от легкой улыбки ее энтузиазму и веселью. Это было почти заразительно. Да. Орлеанская дева, которая вдохновила нацию… Я могла это видеть. — Если ты уверена... —сказала Да Винчи. Жанна кивнула. —Я уверена. Мы увидимся снова, я это знаю. Так что это не прощание, это просто "увидимся позже".— — Да! — Рика согласилась. — Параметры установлены, расчеты завершены, калибровка включена зеленым цветом. Переключение луча через пять минут ...— — Поехали! — Брадаманте подбадривающе взмахнула кулаком. —Четыре ... три ... два... — Спасибо вам, —сказала Жанна напоследок.— Всем вам, за все. — — Один! И когда звездный канал открылся у нас под ногами, последнее, что я увидела, была ее улыбка.