Беспонтовая флейта

      Просыпаемся с Андреем по будильнику. Мятые оба. Сонно жмякаю его и слышу, что на кухне уже какая-то деятельность. Громкая, активная.       «Мне вот даже интересно: Бензин вообще спал?!»       Хочу встать — Андрей меня к себе в охапку сгребает.       — Ну, надо встава-ать.       — Ле-жи, — говорит в мой затылок.       — Я ща усну-у.       — Будильник на повторе.       — Не дави тогда, — Андрей поднимает руку с низа моего живота на рёбра.       «Как же хорошо. Слов просто нет. Стоп. Он меня ещё и одел?! А. В футболку только. Но всё равно, так мило это. А вот мокрые простыни — нихера не мило. Ох… Так не хочется, но надо вставать.»       Надеваю штаны. Выхожу в коридор, плетусь до туалета. Дверь на кухню открыта настежь. Бензин с незажжённой сигой в зубах в одних шортах торчит у плиты.       — Доброе!       — Ага…       «Вот по нему хрен с ходу поймёшь: просто бодрый или уже поддал для настроения. Хотя мне без разницы. Собраться бы, до школы ещё пиздовать. Мне Андрей на проезд денег дал, но я и пешком дойду, если выйду пораньше. Не хочу лишнее тратить».       Иду на кухню. Дрожу от сквозняка с приоткрытой форточки.       «Сначала кофе… Нагретым после душа я точно не смогу на этом сквозняке сидеть».       — Серж, ты опять тишку портить собрался?       Опускаю глаза вниз. Поднимаю. Смотрю на Бензина.       — А? В смысле?       — Та не понравилась? Другую выбери.       — Блин, да нравится мне в ней именно дома ходить, — насыпаю кофе в эмалированную кружку, заливаю кипятком. — И та неплохая. Эту мне просто Андрей надел. А та — для уборки будет.       — Хм. Ещё и одевает тебя. Интересные у вас игры…       — Ну, какие, нахрен, игры? — тру лоб, взлохмачиваю волосы в попытке врубиться в его бодрые вопросы.       — Сексуальные. Какие ж ещё.       «Бля… Я ж ночью на всю квартиру…» — чувствую как приятно стянуло низ живота, по телу пробежали мурашки от одних только мыслей. — «Да похер. Мне хорошо было. Пока Бензин вот прям не пожалуется на шум, буду считать, что не мешал».       Молча сажусь пить кофе. Бензин ставит передо мной тарелку с парой поджаристых пышных гренок.       — Держи. Подзарядись после бурной ночи, — подмигивает.       «Бля…»       — Буду тише. Намёк понял.       — Да мне шум не мешает, лишь бы вы там друг друга не удавили в процессе, — понимаю, что смотрит на смачный синяк у меня на сгибе локтя.       — Это я сам, не Андрей. Нормально. Пройдёт.       Убираю руку под стол. Ковыряю вилкой гренку. Корка золотистая, хрустит, а внутри хлеб с яйцом мягкий, как омлет       — Бензин, давай тему закроем. Андрей сейчас придёт.       — Боишься, что заревнует?       Мотаю головой, запивая кусок гренки.       — А мы ща и его тоже спросим. Дикой!       Поворачиваю голову. Андрей уже собрался в душ.       — Чё?       — С добрым утром. У нас тут с Сержем вопрос, — запихиваю в рот кусок побольше.       «Это у Бензина вопрос. У меня никаких вопросов нет. Я ем ваще».       — Ага, с добрым. Чё ты там опять затираешь ему? — чувствую тяжёлое касание шершавых пальцев сзади на шее. Трусь о него, немного двигая спиной. Андрей приятно проминает мне загривок, запускает руку под футболку через горловину.       «Ааа… кайф ваще.»       — Да малыш твой узнать хочет, не против ли ты, что мы тут про секс говорим?       — А чё говорить-то про него? Хех. Им заниматься надо, ёпт, — проводит с нажимом мне по позвоночнику. Я прикрываю глаза от удовольствия, выгибаюсь, расправляя плечи. — Ему вот есть с кем. Да, малыш?       — Угу.       — Ооо… Ток не говорите, что вы и между собой не обсуждаете… — Андрей остановил руку. — Бля, Дикой. Не смотри так только. Мне дыру лишнюю сверлить не надо. Своих хватает.       Облокачиваюсь на Андрея, левой мягко сжимаю его ногу повыше колена.       «Вот не хватало ещё из-за какой-то херни разругаться».       — Бензин, у нас всё заебись. Давай ты лезть не будешь, а? — говорю, а Андрей начинает ласково потирать мне плечи.       — Да сдались вы мне оба. Мне главное, чтоб никто ревновать не начал, если по пьянке меня в эту тему понесёт.       — Ну, всеку пару раз, и научишься за базаром следить.       — Андрей! Давай хоть где-то без мордобоя, а? — резко поворачиваю голову. — Любит просто попиздеть человек обо всём подряд. Чё руки сразу распускать-то? — пытаюсь как-то взглядом внушить, что нам сейчас ваще не варик где-то ещё жильё искать.       Андрей шумно выдыхает через нос, смотрит на меня сверху вниз. Большим пальцем вытирает что-то с уголка моих губ. Замечаю, что его взгляд становится мягче.       — Ай, ладно. Пиздите, о чём хотите, малыш, — поднимает глаза на Бензина, но говорит уже поспокойнее. — А ты — фильтруй получше, чё лепишь. А то помогу с этим, без предупреждения.       — Всё. Всё. Понял. Остынь. Гренку будешь?       — Ща, зубы хоть почищу.

***

      Я умял, по итогу, аж четыре толстенные гренки. Даже Андрей только три осилил. Стоя у стола, одну за другой закинул, кофе залил, меня чмокнул и ушёл. Бензин сказал, что поел уже.       «Ой, вот пиздит точно. Мне ли не знать. Телосложение у нас одинаковое. По мне, бля, как по котёнку видно, когда я пожрамши. Хотя у Бензина пресс покруче моего…»       — Чё, Серж, будешь ещё?       «Бля, спалил, что ли, что смотрю на него?!»       — Не, спасибо. Наелся. Мне ещё ж на физру первым уроком…       — С рукой?       — Да, ну, бегать-то могу.       — Хах, — Бензин затушил сигу и потянулся. — Ну, беги тогда, а то опоздаешь.       

***

             Дошёл до школы пешком, почти к звонку успел. В раздевалку зашёл, когда все уже были там. Протиснулся к привычному углу. Василь сдвинул рюкзак, чтобы я мог встать.       — Я думал, проебёшь опять.       — Ага. Проебёшь с ними. Как же.       — С кем? Ты ж…       — Давай не здесь, а? Расскажу. После уроков.       «Мне как-то не улыбается про это в классе или коридоре рассказывать. Да и Василь ваще тихо говорить не умеет».       Пока ходил по школе, на всякий случай крутил башкой. Морозов мимо прочесал, даже в мою сторону не глянул.       «Наверное, меня не видели. Может, и к Андрею вопросов меньше будет».

***

      Пошли с Василем после школы во дворы. Уже по дороге он стал меня расспрашивать. Начал, конечно, с Машки, но у меня пока никаких новостей от неё и про неё не было.       — Ну а эт… Как устроился-то? Как хата?       — Убитая, конечно, но хозяин сам там живёт. Потихоньку чёт делает. Я тоже займусь.       — Блин, не ожидал. Ты ж уборку не переносишь.       — Ну, а куда деваться? Там совсем срач же. Да и вместе как-то поприкольней, что ли.       — Чё, и Андрей твой с веником бегать будет?!       — Надо будет — побегает. Ты за кого его держишь-то?       — Да не бузи, а? Необычно просто.       «А мне необычно, что Василь как-то вдруг решил моей жизнью так подробно интересоваться. Хотя я и не против поделиться, раз он готов слушать. Без Машки нам, видать, обоим тоскливо.»       Дошли до лавки. Василь поставил на неё рюкзак, а я, попытавшись стряхнуть налипший снег, сел, натянув получше куртку.       — Не знаю, что тут необычного. Вместе просто живём. Сосед, хозяин квартиры, неплохой. Бухает только, но в него, как в чёрную дыру. Вчера прилично вылакал, а ни в одном глазу. Как ты, блин. Мы с Машкой косые уже, а тебя не взяло даже.       — Так во мне весу-то побольше будет.       — А Бензин как я почти.       — Бензин? Это потому что бухает всё, чё горит?       — Хах, да не. Псевдоним сценический такой. Музыкант он. Уже в группу позвал, как рука восстановится.       — Ну, огонь, чё. На концерт випку мне организуешь? Хех, да ну, чего напрягся? — хлопает меня по плечу. — Я серьёзно. Зря ты, что ли, столько лет Савелича терпел? Вдруг получится. Чё играют?       — Да хер знает. Рок какой-то. Я не вникал даже. Вчера как ушатанный ещё ходил. Даже не сразу в комнате Бензина гитару заметил, прикинь. На бокс с ноутом больше засмотрелся. Эх… Свой бы комп забрать ещё… Неохота туда переться. Да, точно что-то сломаю, если этой граблей тащить буду. Или граблю сломаю, или комп.       — Пошли, вместе допрём.       — Блин, ты серьёзно?! Поможешь?       — Ток если на выхах время выделишь на пару квестов. Один не вывожу.       — Ваще без вопросов. Сам уже давно не играл. Рука не ноет почти, когда пальцами двигаю. Можно попробовать.       — Давай щас и сходим.       — Блин, тогда надо побыстрее, пока родители не пришли.

***

      Тащим комп на этаж. Вместе с ним еще пару мешков. Я, до кучи, ещё вещей из дома с собой покидал.       С Василем по пути договорился — он своей маме расскажет, что с компом помогал. Заодно и то, что нормально всё у меня. Один хрен, его мать уже знает, что я из дома свалил. А так — и мои не сильно охренеют, когда комп дома не обнаружат. Самое главное, что я ещё и денег взял. Были у меня в ящике. Дарили. Год назад, на день рождения. Пока отец подсовывал, да работа была, не залезал туда. Забыть даже успел. Подкопить думал, комп потом хотел обновить. Но подзабил, а деньги остались. И по музыке бумажки взял. Раз уж заниматься планирую, то можно и муть эту порепетировать.       Уже в подъезде слышим с Василем какой-то невнятный барагоз. На этаже, у нашей двери какое-то тело в изгвазданной куртке. Долбит в дверь, орёт «Серёга! Открывай, бля!». Встаём с вещами на пролёт ниже. Василь спрашивает, на удивление, достаточно тихо:       — Это, что ль, Бензин?       Я отвечаю так же, чтоб не отвлекать того чела от боя с дверью:       — Эт дед какой-то ваще по виду. Пропитой, немытый, воняет аж отсюда… — смотрю на Василя. — Да чё ржёшь-то?! Понял я, что шутка про Бензина. Только нам в эту квартиру. А мужик, видать, попутал чёт.       Проблема решилась сама собой: тело отползло к соседней двери, поорало «Коляян!» и его впустили.       — Весело у вас…       — Обхохочешься. Идём, пока они уже вдвоём с Коляном тут ритуал вызова Серёги не устроили.       «Стрём какой. И так хата убитая, ещё и соседи такие же…»       

***

      Василь предложил помочь с установкой, чтоб я сегодня вечером зайти смог. Выдал ему тапки Бензина — те, что побольше. Сам обулся во взятые из дома пляжные шлёпки.       «С носками они ваще пиздец смотрятся, но других у меня дома не было. Не в сандалиях же тут ходить.»       Двинули стол, чтобы сидеть удобнее было. Удлинитель я из дома взял. Кресло, конечно, не помешало бы. Но в автобус с ним нас бы не пустили.       — Спасибо, Василь. Чай будешь? У нас торт остался. Медовый.       — Конечно. Торт с чаем, эт я с удовольствием.       «Вот. С чаем. А то Андрей, капец, меня в ахуй привёл, когда вчера торт спокойно пивом запивал. И морковью это дело закусывал. Мой желудок нахер бы меня за такое послал.»       Пока чайник кипятится, достаю торт. Василь недоверчиво смотрит на мою граблю с ножом:       — Давай-ка я лучше? — надавливает ножом — торт больше сминается, чем режется.       «Вчера ж хотел кто-то наточить его… Точно не я. Я без понятия, как это делать.»       — Ооо… Камень у вас точильный хоть есть?       — Спроси чё попроще?       Василь открывает ящик стола, из дальнего угла достаёт кругляк с дыркой.       — Ты говорил, что тараканы тут. Дохлых вот заметил, — невозмутимо сдувает с камня налипшее насекомое.       «Фе. Мыть тут всё надо. В перчатках желательно. Ложки с этой дохлятиной же лежат.»       — Одного в коридоре видел…       — Может, от соседей? — Василь положил камень на полотенце и стал резкими движениями затачивать лезвие ножа.       — Запросто. Или от недельного мороза сдохли. Бензин проветривал все новогодние.       — Хренасе проветрил. Ещё есть ножи? Давай уж остальные тоже.       Стою, как загипнотизированный, за ножом наблюдаю.       — Блин… Как просто это у тебя получается.       — Да а чё тут делать-то? Сейчас дома это уже моя обязанность как бы. Отец пару раз показал, да и всё.       — Даа… А мне батя только показывал, как воблу сушёную чистить.       Василь покрутил нож в руках, протёр полотенцем. Протянул мне рукояткой вперёд.       — На. Ещё где?.. Э? Серж? Ты чего?       Об пол шмякается слеза, слетевшая с моей щеки. От этого звука я как будто прихожу в себя. Ужас, тоска, забитые куда-то внутрь, мигом наполняют всего меня до краёв и больно ломают грудную клетку изнутри. Нос заливает так, что дышать им невозможно, в горле — едкая горечь. Мутит, не хватает воздуха.       «Какой же я бесполезный и беспомощный. Воблу, бля… Ебануться. Чё я несу? Нахуя мне чистить воблу?»       — Сеерж? Присядь, а? Воды, может? Бля, чайник горячий уже…       Меня накрывает. Нет. Меня топит в отчаянии от ощущения своей беспомощности.       «Сука! Какие-то ебучие ножи! Да что ж так херово?!»       Вижу, как Василь пытается остудить мне воду, переливая кипяток из стакана в стакан. Бьющиеся изнутри рыдания режут, ломают так, что больно физически до слёз. Мысли о вчерашнем и сегодняшнем дне только подпитывают тот мрак, который творится у меня внутри.       Василь держит руку на моём плече, пока я пытаюсь пить противную тёплую воду мелкими глотками и не стучать зубами об эмалированную кружку.       «Как же хочется проораться… Бля, да нахера эта сцена Василю?! Успокойся, уёбище. Ещё не хватало, чтоб он слышал, что и ты сам считаешь себя жалким, никчёмным. Знал, как тебе страшно, что ты не справишься с тем, во что влез. Ему совсем не нужно знать, что ты до ужаса боишься, что Андрей тебя бросит. Тявкаешь как собачонка, пытаешься что-то сделать просто потому, что боишься до чёртиков. Сам ищешь во всём что-то хорошее, давишь и давишь в себе, стараясь не замечать ничего. Это пока Андрей не сильно обращает внимание, что Бензин куда лучше меня. Милый со всеми, общительный, не психует как я, готовить умеет, хату в жилое состояние привёл после деда алкаша, работает, учится, красивый… А про себя как подумаю, так блевать тянет.»       Давлю всё обратно, внутрь.       «Хватит уже с него блюющего Сержа. Человек помочь пришёл. А тут такая картина мерзкая будет».       Усилием воли заставляю себя сесть нормально на стуле. Допиваю воду залпом. Начинаю понемногу успокаиваться.       — Спасибо, Василь. Я в норме.       — Эт чего ща с тобой было? Я думал, что ты как дышать забыл. Похолодел, вон.       Смотрю на Василя — тоже весь зелёный.       «Ещё бы. Подумал, наверно, что я сейчас при нём тут ласты склею ещё.»       Встаю, стараюсь улыбнуться бодрее. Беру нож. Василь смотрит округлив глаза.       — Торт-то будешь? — он растерянно кивает. — Офигенно как режет! Научи, а?       Василь смотрит на гипс.       — Да я и этой, и левой попробую. Покажи только, как правильно, хорошо? А я уж потом попрактикуюсь.       — Ты это мне тут. Бля. Не это. Тьфу, блин. Попрактикуется он, потом к Машке, ток в соседнее отделение, уедешь ещё. Ты себя ща не видел.       Пододвигаю Василю торт, наливаю кипятка в кружку, закидываю пакетик.       — Блин, сахара только нет. Бензин с ним не пьёт, а Андрей купить забыл.       Василь с недоверием поглядывает на меня, но начинает есть.       — Себе-то отрежешь? Торт.       — Чаю надо налить.       — С тортом.       — Ага.       Наливаю. Сажусь. Пью. Василь молча отрезает кусок и пододвигает мне.       — Даже не ври, что не хочешь. На лице — бегущей строкой уже.       Уминаю кусок быстрее Василя. Отрезаю ещё. Потом ем остатки из упаковки.       «Бля. Вот чё я за придурок. Самому дурно от того, что переел, да ещё и никому не оставил…»       — Так как там это делается? — взвешиваю на ладони точильный камень. — Да, ну, покажи, Василь?       — Не отстанешь, да?       Весело улыбаюсь и мотаю головой:       — Не-а.       — Давай покажу… Ну и заёба ты, блин.              Пробую, как понял. Левая всё равно слабая. Правой неудобно, но пытаюсь дальше. Василь по итогу встаёт сзади, направляет мою руку, держа за запястье.       — Блин, ну, только нажим нужен, вот так, — давит сильнее на руку, — но ты сейчас так не сможешь…       Из коридора слышим звук ключа в замочной скважине. По звону бутылок я понимаю, что это, скорее всего, Бензин.       — О! Здарова!       — Бензин, это Василь. Одноклассник мой. Комп помог притащить.       Василь жмёт Бензину руку. Тот всё так же осматривает с ног до головы, приобнимает, хлопает по плечу.       «Ну да, как я и думал. Со всеми так.»       — Я пойду, Серж? За торт спасибо.       — Тебе за помощь спасибо. Бензин, прикинь, он меня ножи научил точить.       — Во, эт заебись. Вы точилку купили, что ли?       — Тут камень точильный был. Вот в том ящике, — кивает в сторону кухонной тумбы.       — Ну, молодцы, пацаны. Пиво будете? — со звоном начинает выгружать из рюкзака бутылки.       — Не, не, спасибо. Я домой. Давай, Серж, до завтра.       Проводили Василя вдвоём. Бензин пригласил его в выходные к нам, пить пиво. Василь, конечно, сказал, что подумает, но я очень сомневаюсь, что придёт. Особенно после моего выкидона.       Пока Бензин уходит к себе переодеваться, избавляюсь от распирающего желудок торта. С ощущением облегчения, вперемешку с жутким чувством стыда за то, что перевожу продукты, выхожу, собираюсь умыться. Сталкиваюсь с Бензином в коридоре.       — Покурим?       «Бля, ну ебаный в рот. Позорище…»       — Ага. Умоюсь только.       Захожу на кухню. Бензин опять в одних шортах. Пьёт пиво с горла. Придвигает мне вторую открытую.       — Не. Мне по учёбе бы посидеть… Это, я спросить хотел.       — Давай я сначала.       «Бля, не получилось с темы съехать.»       Жму плечами, закуриваю.       — Я так понял про это я Дикому не говорю? — Садится за стол, придвигается ближе.       — Про что, это?       «Вот даже идиота, когда надо, корчу из себя с трудом.»       — Про ножеточца твоего двухметрового.       — Василя? Так Андрей в курсе, что мы общаемся.       — И не ревнует? Не поверю, если скажешь, что нет.       «Фуух… Пронесло. Наверно, из коридора слышно не было…»       — Бесится немного. Не на меня, а просто кипит у него всё…       — Видел я, как кипит. Вот и не хочу, чтоб вы мне тут устраивали… — Бензин допивает бутылку до дна.       — Врать ему я не хочу и тебя не прошу. Хуже только от этого. Как я комп объясню? — Бензин разводит руками и тянется за второй бутылкой. — Вот и я не знаю. Да и ничё не скажет, если узнает. Ну, в край, возьмёт меня пожёстче.       — Кхм, — он аж подавился. Тонкая струйка пива пролилась из уголка рта. Бензин деловито вытер её и растёр между пальцами. — Ну, если без сцен вы обходитесь, то остальное меня не колышит.       — А чё ты так запариваешься? Ну стали бы ругаться. Не с тобой же.       — Да ну в жопу. Наслушался в своё время скандалов этих. Забей, — он выпил ещё немного. — А ты чё хотел спросить?       «Действительно. Чёт же хотел… Вспомнить бы. А!»       — Сегодня мужик какой-то Серёгу искал. В дверь ломился.       — Потом в соседнюю ушёл?       — Ага… Откуда знаешь?       — Дедовский собутыльник. Никак не запомнит, что нехер тут его искать. Я до Нового года ещё как-то объяснял, ща забил. Один хрен, поорёт да уходит.       «Я, в принципе, так и понял.»       Бензин снова закурил, уткнулся в телефон.       «Хоть бы закрыл экран от меня. Вижу же, что рабочие столы туда-сюда листает.»       — Бензин, ты вот Василя позвал на выхи, а своих чё, ну, из группы там, ещё откуда, звать-то будешь?       — Срач надо убрать. А то они охуеют с этой дыры.       «Ладно, спорить не буду. Охуеют стопроц.»       — Давай, я с уроками быстренько порешаю, и что-нибудь приберём. Я тоже перчатки из дома стянул.       Бензин оживился: глаза у него загорелись, и он аж заёрзал на стуле.       — Серж, спасибо, — он быстро зажмурился, потряс головой и снова посмотрел на меня. — Ты ж не обязан… Не бесплатно же живёте.       — И ты не обязан был готовить утром. А было вкусно. Научишь, кстати? Я сложнее макарох с яйцом вперемешку ничё и не умею…       — Заебал прибедняться, Серж, — Бензин улыбнулся. — Не надо так, лады? Давай делай уроки свои, а я постираю, что со вчерашнего не стухло. Машинку, бля, нормальную надо, заебался я в этом тазу ширкать. Руки в первый раз к херам измочалил, когда кольца снять забыл… Вот тут — до мозолей всё, — он поднёс поближе свои руки, отодвинув кольца, показав места сгиба пальцев.       — Да, со стиркой что-то придумать надо. Кстати. А сушилка где у тебя?       Бензин кивнул в сторону коридора, под потолок.       «Так высоко висят, что я и не заметил. Стрёмно, наверно, спрашивать есть ли у него стремянка и ещё какой-нибудь трос, чтобы вместе с бельём не наебнуться…»       Я налил стакан кофе и уже собрался идти к себе, но Бензин меня окликнул.       — Эт, ещё, Серж. Дело твоё, но если будешь блевать постоянно, то без зубов останешься.       — Ага, — я ответил, но Бензин как будто уже не слушал и что-то высматривал в окне, выпуская струйку дыма.       «Спалил всё-таки. Стыдно, но хорошо хоть, он страшилкой про зубы ограничился.»       Поморщился, вспомнив мамины рассказы по выпавшие внутренности, и сел за уроки.       

***

      С домашкой было прям сложно. Через силу. Как будто сломаны были не только пальцы, но ещё и с десяток извилин. Я до кучи решил сделать то, на что забивал долгое время. Например, эти триебучие таблицы с датами по истории. Зачем мы переписываем учебник, я не понимаю до сих пор. Буду думать, что это только для того, чтобы я мог получить законный тройбан, закрыв двойки этими конспектами.       «Так и скажу: писал и правой, и левой, старался, как мог. Сделаю скорбный вид. Может, и не заметят, что в этом потоке ущербных закорючек половина написана от балды. Хотя цифры левой даже неплохо начали получаться.»       Естественно, уборка отложилась на другой день. Я просидел до прихода Андрея и зверски устал. Андрей, когда подошёл меня поцеловать, даже спросил, чего я так вспотел. Я в ответ просто облокотился на него спиной, задрав голову.       «Не ной, Серж. Всем тяжело. А от твоего нытья только хуже.»

***

      Ужинали пельменями все вместе. Мы с Бензином ещё и бульон пополам поделили. Андрей обозвал нас водохлёбами.       «Там навар так-то, лаврушка и перчик. Мы ж молчим, что он уксусом на всю квартиру развонял. Я вот даже один пельмень так же, с уксусом, попробовал съесть, но повторять со вторым уже отказался.»       Андрей сегодня с мамой виделся. Пока ели, он рассказал про то, как дела у Машки.       Из хорошего: она не на вязках, со всеми общается. У работников пнд, как оказалось, она и так на хорошем счету. Андрей сказал, что всё неплохо и переживать не нужно. Но меня не очень порадовало, что «папа к Маше ходил, с врачом долго беседовал». Я после этой фразы и без пояснений Андрея понял, что отец мобилу, естественно, ей не принёс и не принесёт. И ещё: проторчит Машка там, пока курсом чего-то не пролечат. Беспокоит меня это, но сделать ничё с этим не получится.       Хотел написать про Машку Василю, но всё-таки позвонил. Сам же ему сказал, чтоб набирал мне. С кухни не уходил, прямо при Андрее разговаривал, а то по-идиотски бы это выглядело: он мне друг, но пиздим втихую. Андрей, кстати, нормально отреагировал. А то, как он коленку и бедро мне наминал во время разговора, мне даже понравилось.       Василь, оказывается, уже подключился, хотел как раз меня вызванивать. Я совсем забыл, что поиграть договаривались. В итоге, Андрей с Бензином что-то по учёбе решали на кухне, а я c Василем шастал по Болотам печали. Там мрачно, зато дракончики красиво летают. А от нас с Василем не менее красиво отлетали алени. Из-за них, в общем-то, Василь в одно лицо не мог никак квесты завершить. А я еще и травы пофармить успел.

***

      Выключил комп, пошёл в ванную — пацаны всё на кухне торчат. Андрею завтра на учёбу, а Бензину — работать первый день. Но спать ни один, ни второй не собираются ещё. Предложил Андрею за наш стол переместиться, но он отказался, сказал, что мешать мне будет.       Лёг один. В ночи почувствовал тёплые, сильные объятья. Андрей прижал меня к себе, и я опять уснул.

***

      С Андреем в следующие два дня начали понемногу помогать Бензину с бардаком в квартире. Заодно у меня немного улеглось это паническое бессилие просто от того, что мы время вместе проводили, чем-то полезным были заняты.       После учёбы, правда, не так много получалось сделать. Например, первый вечер мы полностью потратили на то, чтобы разгрести ящик с инструментами в коридоре. Бензин изначально предлагал всё выкинуть без разбора, на что Андрей покрутил пальцем у виска, сказав: «Сдурел? Вдруг там медяха?». Особо ценного в ящике мы так и не нашли, но теперь у нас есть молоток, ржавые плоскогубцы, вполне приличные гвозди, пузырёк машинного масла и мешок «на металлолом, может, хоть чё-то за это дадут».       А на второй вечер отмыли двери. Вроде ерунда, а коридор стало совсем не узнать. Даже грязь на стенах перестала так глаза мозолить. Белизной, правда, надышались, зато драить долго не пришлось. И майка у Андрея теперь почти такая же, как та, что выдал мне Бензин. Ладно хоть, перчатки на него напялил, еле уговорил. Нам на двоих одной моей ущербной грабли достаточно, а его руки мне целыми нужны.       Проветривать только пришлось опять — запах сам выветриваться отказывался. Даже засыпали с приоткрытой форточкой. Жарко нам было к тому же.

***

      Утром я проснулся от того, что замерзаю. Пошёл форточку закрывать. Хотел уже назад под одеяло прыгнуть и Андрею устроить пытку ледяными руками и ногами, но задумчиво стал ощупывать батарею.       «Всегда же были кипяток, не притронешься. Сейчас — еле тёплые.»       На кухне — вообще как на улице, только что снега нет. Там и так окно в режиме проветривания, даже если закупорено, а тут ещё и форточка открытая ещё с вечера. Не как у нас одна створка, а обе, и на полную.       «Зато, бля, белизной не пахнет. И тараканы точно сюда не сунутся. Я б на месте таракана точно не стал бы тут усы морозить.»       Поставил кипятиться чайник и пошёл искать одежду потеплее.       «Как бы в куртках ночевать не пришлось.»