Глава 4. Нападение Нагайны
5 марта 2024 г., 17:34
Исцеление проходит болезненно, Меня пробирает до костей. Смогу ли я быть близка с кем-то? Я разбита, и я уверена, ты это знаешь. (Plumb — Damaged)
Гермиона, глубоко вдохнув, остановилась в нескольких шагах от Снейпа. Он был в сознании. Это точно. Холодная реальность происходящего поразила её и едва ли не сильнее, чем в первый вечер учебного года. Что он сделает, когда её увидит? Она стиснула зубы, вздёрнула подбородок и подошла ближе. Гермиона наступила на ветку, треск которой заставил его резко обернуться. Даже в темноте она видела, как помрачнело его лицо. — Мисс Грейнджер… — прозвучало как оскорбление. Снейп скривился, словно почувствовал неприятный запах. — Уходите. Мне не нужна ваша помощь, — он опёрся руками на землю, но руки, как и ноги, не выдержали его веса. Профессор, задыхаясь, рухнул обратно. Гермиона сглотнула. Видеть его таким было всё равно что застать собственных родителей в постели — абсолютно ненормально. Тем не менее она подкралась на несколько шагов ближе и присела подле него на корточки. — Я, эм… отведу вас в больничное крыло, сэр. — Нет, — пророкотал он, и брошенный взгляд буквально заставил её окаменеть. — Не в больничное крыло. — Но вы… вы ранены, сэр, вам нужна помощь. Он ехидно фыркнул, закрыл глаза и сжал губы так плотно, что они побелели и стали практически незаметны на лице. Затем Снейп снова опёрся на землю и на этот раз почти нечеловеческим образом заставил себя принять сидячее положение. Его нога резко дёрнулась, отчего он непроизвольно застонал. Потом замер и, храня молчание, перевёл дыхание. Гермионе пришлось сжать руки в кулаки, чтобы не прикоснуться к нему. Ей хотелось помочь, стабилизировать его состояние, отвести в замок и рассказать об этом мадам Помфри. Но если проигнорирует его желание, больше он ей никогда не поверит. Примерно через минуту она откашлялась, и его пристальный взгляд устремился в её сторону. — Чем я могу помочь, профессор Снейп? — Уйдите, — процедил он. — И никогда больше сюда не возвращайтесь. — Я не могу, сэр, — возразила Гермиона. Сердце колотилось так бешено, что, она была уверена, Снейп мог это увидеть. — Хотите, я приведу профессора Дамблдора? Вы же как раз собирались послать ему патронуса? — Это не ваше дело. Она вздохнула: — Да, я знаю, — и встала. Отчасти потому, что начали затекать ноги, отчасти из-за того, что это всё равно не привело бы ни к чему хорошему. О чём она думала, желая проведать профессора Снейпа? Он и так вёл себя холодно и недружелюбно в здоровом состоянии, а теперь он был похож на раненое животное, которое скорее откусит себе ногу, чем примет чью-то помощь. Хотя Гермиона, признаться, даже не подозревала, что когда-нибудь застанет его в таком положении: в сознании и нуждающимся в помощи. Тут два варианта: либо Снейп поможет себе сам, либо потеряет сознание. Но проверять не хотелось. Грейнджер снова повернулась к нему и увидела, что он продолжал неподвижно сидеть на земле, запрокинув голову. Лунный свет заливал его ужасно бледное лицо, а вокруг ноги уже образовалась лужа крови. — Сэр, — с шипением вздохнула Гермиона, — это всё выглядит не очень хорошо. Он моргнул, губы скривились в усмешке: — Теперь я начинаю понимать, почему директор послал вас ко мне, мисс Грейнджер. Мнение эксперта — это всё выглядит не очень хорошо — очень мне пригодится. Гермиона нахмурилась. — Я здесь не для того, чтобы высказывать своё мнение. Я хочу помочь, но вы не разрешаете! Я хотела отвести вас в больничное крыло, но вы и этого не позволяете! И вместо того, чтобы сказать, что делать, вы сидите и… и ждёте, пока не истечёте кровью? — Это. Не. Ваше. Дело, — повторил он на этот раз так громко, что девушка вздрогнула. — Тогда скажите, кого позвать! — после секундного молчания зло воскликнула она, чем заработала в ответ мрачный взгляд. — Мадам Помфри? Профессора Дамблдора? Хагрида? — Гермиона указала на хижину великана. — Похоже, вы предпочли бы мне кого угодно, так почему не его? Хагрид может даже взять вас на руки, — и невесело рассмеялась, почувствовав, как уважение к человеку, сидящему на земле, медленно улетучивается. На мгновение она закрыла глаза и глубоко вдохнула, а затем снова на него посмотрела. — Просто скажите, что нужно сделать, чтобы мы оба как можно скорее смогли лечь спать, — и запоздало добавила: — Сэр. Снейп удерживал её взгляд две или три секунды, поморщился и закрыл глаза. — Отведите меня в подземелья. Гермиона вмиг выдохнула и кивнула. — Хорошо. Обопрётесь на меня или воспользоваться Мобиликорпусом? — Мобиликорпус, — многозначительно протянул он, как будто сама только мысль о том, чтобы на неё опереться, была нелепой. Не говоря ни слова, Гермиона направила палочку на профессора Снейпа и наложила на него заклинание. Его тело приподнялось и вертикально повисло в воздухе. Он нахмурился и скрестил руки на груди, но через мгновение каменная маска с лица спала — у него закружилась голова. Несколько раз моргнул и посмотрел вниз. С ботинка капала кровь. Снейп невербально воспользовался заклинанием, и лужа на земле исчезла. — Чего вы ждёте? Грубо. — Ничего, сэр, — ответила она как ни в чём не бывало и спокойно направила своего учителя сначала в замок, а затем вниз, в подземелья. Краем глаза Гермиона видела, что он время от времени оборачивался назад и убирал кровавые следы. Всё это заняло слишком много времени. Какая бы травма у него ни была, ему требовалась помощь целителя. Грейнджер покусывала нижнюю губу, пока они не оказались возле его кабинета. — Сюда? — спросила она, привлекая его внимание. — Да, — прорычал он, снимая защитные чары, охранявшие его покои. Гермиона обеспокоенно за ним наблюдала. Снейп толкнул дверь, и она повела его в тёмный кабинет. На стенах вспыхнули факелы. — Куда дальше? — она огляделась. Профессор молча указал на одно из кресел возле стола, и Гермиона аккуратно его туда отлевитировала. Как только ноги коснулись кресла, а ступни — пола, он вздрогнул. Закрыл глаза. Грейнджер прикусила губу, внимательно изучая его бледное лицо и капельки пота, выступившие на лбу. — Сэр? — спросила она после долгих секунд молчания. — Что? — ответил Снейп. Это должно было прозвучать едко, как всегда, но не в этот раз. — Что мне делать дальше? Глаза он не открывал, пальцы левой руки крепко сжимали подлокотник — настолько, что побелели костяшки. Пульс участился, лицо — вспотевшее, пепельного цвета. Затем Снейп моргнул и взмахнул палочкой. Мгновение спустя в его руку влетел флакон, который он откупорил и осушил. К лицу вернулся заметный румянец, пульс замедлился. Немного. Он моргнул и встретился с ней взглядом — профессор выглядел уставшим и почти что побеждённым. — Приготовьте для меня зелье, — так тихо, что она едва его расслышала. — Что за зелье? — Противоядие. — Хорошо, — Гермиона сглотнула и, оглядевшись, заметила дверь в стене позади себя. — Туда? — Да, — и прикрыл глаза. Но прежде чем она снова подняла его в воздух, Снейп встал на ноги и захромал к двери сам, постоянно нащупывая опору в виде различных предметов мебели. Как только он коснулся ручки двери, та открылась и в лаборатории зажёгся свет. Это были не факелы. Это был волшебный свет — ровный, одинаково яркий повсюду: ни тёплый, ни холодный. Он был… нейтральным, абсолютно нейтральным. Гермиона никогда раньше такого не видела и зачарованно огляделась. В этом свете всё казалось… гораздо реальнее, чем обычно. Более первозданным. Это был тот самый свет, который требовался учёным для выполнения точной работы. — Вау, — не удержалась она. — Закончили пялиться? — съязвил Снейп, опираясь на стол и используя заклинание, чтобы призвать стул к одному из лабораторных столов. Хромая, он направился к нему. — Извините, — Гермиона отвела взгляд. Профессор осторожно прошёл к стулу, продолжая оставлять после себя кровавые следы. — Что это за отравление, сэр? — Железный котёл второго размера, — сказал он и кивнул в сторону противоположной стены. — Приступайте, мисс Грейнджер. Гермионе не потребовалось много времени, чтобы понять, что противоядие, которое он попросил приготовить, намного превосходило способности пятикурсницы. Снейп и не ждал чуда. Он помогал ей почти во всём — своим собственным способом, который был ей совершенно не знаком и неудобен. Профессор левитировал ингредиенты из кладовки, бесстрастно останавливал её перед тем, как она чуть не совершала ошибку, и просил поднимать противоядие на свет прозрачным ковшиком, чтобы внимательно его рассмотреть. Под ногой образовалась очередная лужа крови, заставившая её изрядно понервничать. Лицо Снейпа снова стало бледнеть, он моргал и чаще сглатывал слюну. — Сэр, вам нужно… — Гермиона вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и, встретившись с его пронзительным взглядом, сразу замолчала. На мгновение поджала губы и кивнула в сторону лужи. — У вас сильное кровотечение, сэр. Снейп проследил за её взглядом и нахмурился. Взмахнул палочкой, и флакон с тем зельем, которое он принял ранее, полетел ему в руку. — Продолжайте, — произнёс он уже более твёрдым голосом после того, как опустошил склянку. Ещё двадцать минут спустя, в течение которых профессор давал ей только фактические инструкции и помогал правильно им следовать (его, к слову, даже не устроило то, как она нарезала корень мандрагоры), противоядие кипело на медленном огне. Гермиона воспользовалась свободным временем, чтобы прибраться на рабочем столе и бросить пару взглядов на Снейпа и кровь, которая до сих пор капала на пол. И тут лужа резко исчезла. Девушка вздрогнула и встретилась с ним взглядом. Меж его бровей залегла глубокая складка. Гермиона сглотнула. — Это была Нагайна, да? Снейп молчал. — Рон сказал, что… раны его отца тоже всё время кровоточили. Это она укусила вас. Его верхняя губа дёрнулась. — Неужели Сами-Знаете-Кто… приказал ей это сделать? — Это не ваше дело. — Тоже верно… — пробормотала девушка, беря в руки две баночки с ингредиентами. — Они мне ещё нужны? — Снейп отрицательно покачал головой, и Гермиона отнесла их обратно в кладовку. Широко распахнув глаза, она огляделась. Комната и так была маленькой, а сейчас и вовсе казалась меньше: три стены занимали полки от потолка до пола. Рядом друг с другом, в ряд, были выстроены одинаковые баночки: все они имели этикетки и были отсортированы в алфавитном порядке. Гермиона сразу же нашла пустые места тех склянок, которые держала в руках. Снейп закрыл глаза и подпёр лоб рукой. Гермиона вернулась в лабораторию. Он снова заметно побледнел, а рука, в которой покоилась палочка, дрожала. Этот укус… Наказание? Или Снейп просто разозлил Нагайну? Но почему? Она нахмурилась. У Волан-де-Морта ведь была тесная связь с этой змеёй, он мог её контролировать. Действительно мог, ведь она проползла в Министерство магии, в Отдел тайн, и напала на мистера Уизли. Если Волан-де-Морт мог держать её под контролем до сегодняшнего дня, то он мог и… Возможно, ему удалось выяснить, что змея думает о каждом из Пожирателей смерти. Тем более что он говорил на её языке. Животные прекрасно чувствуют характер людей. Живоглот узнал, что Сириус — хороший человек, раньше других. А ещё её кот сразу же невзлюбил Коросту. И если Волан-де-Морт поверил Нагайне, а Нагайна не доверяла Снейпу, то… — Что вы делаете, мисс Грейнджер? Её взгляд метнулся от его ноги к лицу, сердце подпрыгнуло. — Я думаю, сэр. — Прекратите. — Не могу, — возразила она. Мерлин знал, что она пыталась. Снейп нахмурился: — Что с зельем? Гермиона подошла к котлу, зачерпнула немного варева и поднесла к свету. Снейп мурлыкнул. — Держать на огне дальше? — она опустила половник обратно в зелье. Он кивнул. Пристально посмотрел на неё. Промолчал. Что, если Волан-де-Морт заметил недоверие Нагайны к Снейпу и сделал свои выводы? Доверял ли он этой змее настолько, чтобы убить своего шпиона из-за её суждений? И он правда это хотел сделать при помощи укуса? Но Волан-де-Морт должен был знать, что мистер Уизли пережил нападение. Значит, он так же должен знать о том, что в Ордене есть противоядие… Она нахмурилась ещё больше и посмотрела на Снейпа. — Почему вы не приготовили противоядие раньше? Снейп закатил глаза и потёр лоб. — Вас это не касается, мисс Грейнджер, — сказал он, — перестаньте беспокоиться о вопросах Ордена. — Но… — Нет, — прервал её профессор. — Вы — не член Ордена! Вы не имеете права получать ответы на свои вопросы. Вы — ребёнок. Вы хотите поиграть в игру, о которой даже ничего не знаете, — кряхтя, он встал и, прихрамывая, сделал несколько шагов к лабораторному столу. — Вы ничего не знаете о границах, мисс Грейнджер! Я уже сказал директору, что вы не подходите для этой задачи, и я, очевидно, оказался прав. Вам недостаточно только проверять меня, вы хотите большего! Вы думаете, что уже стоите одной ногой в дверях Ордена и можете спокойно прокрасться дальше, — Снейп опёрся на стол и отогнал Гермиону от котла. — Убирайтесь и идите спать! Гермиона, в ужасе от его вспышки, моргнула. — Нет, — возразила она. — Вам нужна помощь. Я не уйду, пока не увижу, что с вами всё в порядке. — Неправильно. Вы уйдёте прямо сейчас. — Но… — начала было она опять. — Сейчас же! — прогремел Снейп, свирепо на неё взглянув. — А поскольку вы ведёте себя настолько нагло, со следующей недели я назначаю вам отработки. Убирайтесь! Несколько секунд Гермиона ошеломлённо на него смотрела, затем развернулась и выбежала из лаборатории.***
На следующий день Гарри, Рон и Гермиона воспользовались обеденным перерывом, чтобы спуститься к озеру и спокойно поговорить. По пути вниз мальчики набрали плоских камней и теперь пускали их по поверхности озера. — Ну что, вчера была встреча? — с любопытством спросил Рон. — Да, — ответила она, — и хорошо, что я решила его проверить. — Почему? Что случилось? — это уже был Гарри. Рон бросил следующий камень. Над водой появилась маленькая голова с большими круглыми глазами и с интересом наблюдала за отскакивающими камнями — пока один из них не попал ему в лоб. Русалка нырнула в воду, громко ударив плавником. Рон смутился. — Извините! — прокричал он через озеро, потирая затылок, и повернулся к друзьям. Гермиона вопросительно приподняла брови. — Профессор Снейп был серьёзно ранен. Нагайна… — Она напала на него? — недоверчиво спросил Рон и, когда она кивнула, громко рассмеялся. — Блин, это здорово! — Рон! — Ой, да ладно! Главу змеиного факультета укусила змея! Это… как там… — он щёлкнул пальцами. — Гарри, как ты это называешь? — Карма, — ухмыльнулся тот. — Да! Карма! — кивнул Уизли. Гермиона же закатила глаза. — Будь ты вчера на моём месте, было бы не до смеха… — А я бы хотел на такое посмотреть! Может, он не успеет оклематься к завтрашнему дню, как думаешь? — нетерпеливо спросил Рон. — Успеет. Думаю, зелье уже почти готово. — Какое зелье? — спросил Гарри. Гермиона пощипала траву. — Зелье, которое я для него приготовила. — Ты помогла ему? Зачем? — удивлённо пролепетал Рон. — Именно для этого я там и была, Рон, — и только сейчас Гермиона поняла, почему Снейп не хотел, чтобы она звала Дамблдора. Этим утром директора не было на завтраке, возможно, его вообще не было в замке. И если даже у профессора не нашлось противоядия, то вряд ли бы оно было у мадам Помфри. Это, по крайней мере, объясняло его отказ. А ещё эта его насмешка над попытками помочь… по его мнению, с целительницей было бы ещё хуже. Теперь ей оставалось выяснить, почему в больничном крыле отсутствовало противоядие. Очевидно же, Снейп знал рецепт. — Мне кажется, ты должна проверить его: если с ним всё плохо — сразу скажи об этом мадам Помфри, — сказал Гарри, прерывая её мысли. Он скрестил руки на груди. — Зачем ты готовила ему зелье? Мы ведь ещё даже не сдали СОВ. — Ну, он… был не в состоянии сделать это сам и… видимо, думал, что я смогу, — на последних словах её голос затих. Профессор Снейп действительно очень доверился ей прошлой ночью. Конечно, он следил за каждым её движением, но это не отменяло его веры в то, что ей удастся безупречно приготовить противоядие. Мальчики в ужасе на неё посмотрели. — Что? — спросила она. — Тебе это нравится, да? — заметил Гарри. — Проверять его, готовить зелья… Тебе это нравится? — Эм… Да? Разве это неправильно, что мне нравится помогать? — Когда дело касается его — да, — угрюмо вставил Рон. — Почему? — Потому что мы даже не знаем наверняка, действительно ли он на нашей стороне! — яростно ответил Гарри. — С таким же успехом он может быть шпионом Волан-де-Морта и разрушить Орден. — Профессор Дамблдор доверяет ему, — напомнила им Гермиона, выпрямляя спину. — И если бы ты видел, как Сам-Знаешь-Кто обращается с ним… — она ненадолго закрыла глаза. Образ корчащегося в конвульсиях Снейпа всплыл в её памяти. — Он изо всех сил пытается заставить Сами-Знаете-Кого доверять ему и поверить в его преданность. Как думаете, он бы решился предать Орден, если бы это избавило его от пыток? — Думаю, он многое готов вытерпеть, лишь бы не разоблачиться, — скривился Поттер, — но это не значит, что он делает это ради нас. Гермиона тихо вздохнула: — Я даже не могу представить, чтобы он предал Орден, Гарри. Вот почему я помогаю ему. Он слишком важен, чтобы мы могли его потерять… — До сих пор не понимаю, почему Дамблдор разрешает тебе это делать, — снова вставил Рон, ковыряя носком ботинка траву. — Нам ведь нельзя вступать в Орден. — Я не член Ордена. Профессор Дамблдор ясно дал это понять, — Гермиона пожала плечами. — Кроме того, что я делаю? Провожу время в совятне, если вдруг где-то узнаю или слышу про встречу Пожирателей. — И варишь зелья для Снейпа, — добавил Гарри. — Один раз! Уверена, он больше никогда этого не допустит. Да и, скорее всего, профессор Дамблдор передумает и запретит мне этим заниматься. Вчера слова Снейпа звучали очень убедительно. — Думаю, он доверяет тебе, если… — Рон нахмурился. — Да! Но… Я сболтнула лишнего, — она поджала губы и отвела взгляд. Гарри застонал. — Сколько очков у Гриффиндора он отнял? — Нисколько, — пробормотала она. И, когда ребята замолчали, выжидающе на неё посмотрев, Гермиона призналась: — Он назначил мне отработку. Рон невесело рассмеялся и всплеснул руками: — Можно подумать, он должен был благодарить тебя за спасение своей задницы! — Рон, — предупреждающе произнесла она, но на этот раз уже мягче. — Нет, он прав, Гермиона, — Гарри посмотрел на неё со всей серьёзностью. — Ты работаешь всю ночь, а он оставляет тебя после уроков только потому, что ты посмела поработать мозгами. Он просит тебя об этом раза по три за один урок, а сейчас это вдруг стало проблемой? — Я размышляла об Ордене. — И что с того? — Рон фыркнул. — Мы достаточно взрослые, чтобы иметь к этому отношение! Она не могла с этим не согласиться и поэтому просто улыбнулась. — Но ты ведь нас не послушаешь, да? — вздохнул Поттер и потёр лоб. Она отрицательно покачала головой: — Нет, только если профессор Дамблдор сам не запретит мне это делать. — Береги себя, ладно? — кивнул он. — Снейп — та ещё задница. Не позволяй ему так с тобой обращаться, ты этого не заслуживаешь. — Не волнуйся, со мной всё будет хорошо. Все трое вздрогнули, когда в замке зазвонил колокол. — Нам пора возвращаться, — заявил Рон, заканчивая их беседу. Гермиона последовала за друзьями, надеясь, что не переоценила свои силы. С ней же правда всё будет в порядке?***
Следующий урок по зельеварению позволил ей всерьёз в этом усомниться. Это был последний урок в пятницу. В начале учебного года Рон постоянно жаловался на то, как несправедливо начинать неделю с Бинсом, а заканчивать её со Снейпом. Гермиона же вполне могла смириться с историей магии в понедельник и зельеварением в пятницу. Обычно. Однако сегодня профессор Снейп был в действительно отвратительном настроении, и Гермиона боялась, что причиной могла быть их встреча в среду вечером. Или отказ профессора Дамблдора отозвать своё разрешение. Сегодня они с директором ещё не общались. Он только дружески подмигнул ей в коридоре. Сейчас им предстояло сварить зелье, которое превратит ржавчину обратно в железо. После того, как Гермиона провела дополнительный урок зельеварения в более жёстких условиях, это зелье далось ей даже легче, чем обычно. Не очень сложное, но не прощающее ошибок. Напротив, оно отменяло свой эффект, если его готовили неправильно. Снейп так настойчиво подчёркивал этот аспект, что Невилл превратился в один сплошной комок нервов ещё до того, как повесил котёл над огнём. Он знал, что его ждёт в конце урока — и все остальные тоже. Отчаяние Невилла преследовало его, как дурной запах. Он постоянно сравнивал внешний вид своего зелья с тем, что было описано на доске, и с зельем Гермионы. Девушка действительно пыталась помочь ему, но у неё было только два глаза, и поэтому его зелье с самого начала не соответствовало описанию Снейпа. Оно было оливково-зелёным вместо тёмно-красного. Пузырилось, а не спокойно кипятилось. И поверх зелья разрасталась чёрная пена, хотя предполагалось, что оно будет вариться по часовой стрелке само по себе — под пеной не было никакого движения. Невилл проверил. — Готовы, мистер Лонгботтом? — вкрадчиво спросил профессор Снейп в конце урока. Невилл ссутулился ещё сильнее. Его зелье зашипело, затем издало воющий звук и затихло с тихим хлопком, который заставил его поморщиться. Несколько слизеринцев захихикали. Прежде чем Невилл осмелился ответить на вопрос, профессор Снейп наполнил чашку зельем и направился к маленькому деревянному столу в передней части класса. На него он поставил котёл, который и без того выглядел очень ветхим. Ржавчина, казалось, была тем единственным, что удерживало его в целом состоянии. — В этом котле содержится зелье, которое, вступая в реакцию с древесиной, даёт чрезвычайно неприятный запах. Я бы описал вам эту реакцию более подробно, но уверен, в этом нет необходимости. Зелье мистера Лонгботтома вам это продемонстрирует, — он обвёл взглядом студентов. Гермиона проделала то же самое и увидела, что слизеринцы уже прикрывали рты и носы мантиями. Она нахмурилась и скрестила руки на груди. Когда Снейп встретился с ней взглядом, в уголках его рта заиграла язвительная усмешка. Наконец, он повернулся обратно к котлу и вылил зелье внутрь. Несколько секунд ничего не происходило. Затем раздался треск, и вскоре после этого содержимое котла прорвалось сквозь пористое железо. И до Гермионы донеслось отвратительное зловоние. Неприятно — это мягко сказано. Все присутствующие глухо застонали, многих даже начало тошнить. Гермиону тоже, но лишь из злобы к профессору Снейпу она отказалась прикрывать мантией нос, как это делали её однокурсники. Книги и сумки были поспешно собраны, а класс покинут. Никто даже не потрудился прибраться на рабочих местах. Невилл, у которого слегка позеленел нос, сначала спрятался за своим котлом, а затем собрался пойти за чистящими средствами. Он делал это после каждого урока: теперь это вошло у него в привычку. Но к удивлению всех присутствующих, среди которых были только Гарри и Рон, не считая Невилла и её самой, профессор Снейп остановил его. — Оставьте это, мистер Лонгботтом. Вы только навлечёте ещё больше проблем, если возьмётесь расхлёбывать этот беспорядок. Кроме того, есть одна ученица, у которой как раз на следующей неделе планируются отработки. Уверен, она будет вне себя от радости вам помочь. Это был его план. Он будет добивать её, пока она не сдастся по собственному желанию. Что за… Гермиона фыркнула, и язвительная улыбка Снейпа стала ещё шире. Она сердито поджала губы, и теперь на неё смотрел не только этот жалкий ублюдок, но ещё и Гарри с Роном. Только Невилл уставился на профессора Снейпа в полном недоумении.
