Ты (не) спасешь

А потом бешеный ритм вернулся. Лицей, работа, дом Барбары, снова лицей. Жан крутился в этом колесе, будто белка. Бежал вперед, пытаясь найти силы не останавливаться. Казалось, если он сделает остановку, все полетит в какой-то кромешный ад. К тому же просьба Бланш засела в его голове слишком плотно. Из всех вариантов просьб она выбрала именно эту. Ничего не стала объяснять. Он ничего не стал спрашивать. Потому, раздумья все чаще занимали его голову. Чтобы спасти — нужно понять. И даже если виделись с Бланш они ежедневно, много разговаривали о всякой ерунде, по мелочи ели супчики, понятнее не становилось. Жан взял в привычку убегать к Бланш домой на выходных и они действительно ели домашнюю еду и брали перерыв. Колесо запыханной белки останавливалось и оставалась тишина и умиротворение. В эти моменты они говорили мало. Они лежали рядом, смотрели в потолок и учились дышать. Среди всего, что творилось с ними и с миром вокруг — это были лучшие моменты. Их лицейная жизнь тоже не отличалась разнообразием. Бланш сидела за своей партой, вытянув руки перед собой и наблюдала. Жан весело переговаривался с группкой их одноклассников и болтали они явно на тему каких-то игр. Бланш раньше таких названий не слышала, так что к самому разговору интерес быстро потерялся. К Жану у нее было интереса больше. Она про себя подметила, что он из тех людей, кто быстро вливается в любую компанию и быстро становится популярным. Когда первое впечатление сгладилось, второе впечатление о нем заставляло девочек тихо визжать где-то у него за спиной. Если Бланш считала Жана очаровательным, и это мало касалось его внешности, остальные девочки считали его скорее привлекательным. И было ведь за что. Она скользит по Жану взглядом. Он сидит на парте поджав под себя правую ногу, упираясь руками в нее же. Расслабленный, смеющийся с дурацких шуток и чего-то совсем локального. У него искрятся глаза от искренней улыбки. И Бланш рада, что ему весело. И любуется Жаном не только она. Ее взгляд соскальзывает на группу девочек поодаль. Они шепчутся, переговариваются и постоянно смотрят в сторону Жана. Если быть до конца откровенной, этот пресловутый «краш» словил, кажется, весь лицей. Бланш в последнюю очередь переводит взгляд на Хлою. Она, как всегда, держится в стороне, общается только с Сабриной, но тоже постоянно мельком поглядывает в сторону Жана. Ведет себя сдержанно только потому что боится выказывать симпатию к кому-то не подходящему ей по статусу. Сама Бланш думает, что статус Жана технически куда выше чем статус Хлои и ее семьи. Он прощается, потому что раздается звонок к уроку и подсаживается уже к Бланш. Зеркалит ее позу, вытягивает перед собой руки, кладет голову на столешницу и смотрит ей в лицо. Все еще не может долго смотреть прямо в глаза, потому останавливается взглядом на ее переносице. Бланш так же тактично в глаза ему не смотрит, любуется несколько секунд и отводит взгляд. — Весело тебе, мальчик-солнышко? — Очень. Ты тоже могла бы найти себе друзей и не сидеть постоянно угрюмой вороной на задней парте, — он широко улыбается, щурится, и Бланш даже не обидно, что она оказывается вороной. И ведь даже не белой. В класс заходит преподавательница: мадам Бюстье. Чудесная женщина — мягкая, спокойная, искренне любящая и свою работу, и своих учеников. Бланш на ее уроках старается вообще не отвлекаться. Жан же подмечает, что она ни на одном уроке толком не отвлекается, даже если кажется, что у нее совершенно пустой взгляд. Ко всему прочему, ее оценки говорят о том, что пустой взгляд не означает пустую голову. Обеденные перерывы Бланш приходится коротать в компании друзей Жана. Они собираются большой толпой в столовой, занимают все места за столом и порой, Бланш бессовестно занимает место у Жана на коленях. Она называет это компенсацией за то, что приходится есть в компании. Эта компания давно шепчется о том, что они с Жаном встречаются. Жан каждый раз опровергает эти слухи, но с колен ее не ссаживает. Им обоим кажется, что быть друг к другу ближе — естественно. Это будто помогает синхронизироваться, когда наступает бой. Чувствовать партнера без слов. Понимать по движению, по настроению, интуитивно. И чем больше времени они проводят вместе, тем лучше у них получается работать в команде. В разговоры Бланш не лезет. Говорит, только если спрашивают и большую часть времени просто наблюдает, будто присматривается. Ворует еду у Жана из-под носа, мягко, но безучастно улыбается. И выводит своим поведением большую часть девочек их лицея. Из-за нее ни одна из них толком не решается подойти и поговорить с Жаном с глазу на глаз, и не то чтобы Бланш это не устраивало. За прошедший месяц нападение случалось лишь раз. Оно было стремительным, быстрым и так же быстро закончилось. Слаженная работа помогала справляться с угрозой без дополнительных затрат силы и бюджета. Увидели, вышли, победили. Все остальное время было потрачено на тестирование, учебные бои и синхронизацию. И каждый раз они оба чертовски сильно ждали выходных просто чтобы выдохнуть. — Жан-Дезире, ты оскорбляешь своим присутствием мой хороший вкус, — Хлоя возвышается над партой за которой сидит Жан. Ее милость сменилась на презрение, когда она увидела сидящую на его коленях в столовой Бланш. Сама Бланш расценивала этот выпад как ревность и попытку привлечь внимание, потому что Хлоя выговаривает его имя правильно. — Что, прости? — Жан переводит на нее взгляд, удивленно поднимает бровь и неловко улыбается. Они не общались с Хлоей и ее голос над ухом звучит впервые. Хлоя противно морщится, скрещивает под грудью руки и продолжает с прищуром смотреть на Жана. Когда говорит Хлоя все остальные затихают. Некоторые в восхищении, некоторые со страхом. — Я говорю о тебе. Ты выглядишь ужасно, неужели в вашем этом «Затмении» не выдают зарплату на то, чтобы пилоты ходили в чем-то получше, чем эти обноски? — она выводит в воздухе рукой неопределенный жест, обводит им Жана целиком, явно указывая на его одежду, пытаясь обрисовать этим свое отношение. Жан осматривает себя, разводит руки в стороны и не понимает. Бланш посмеивается почти вслух, чем привлекает его внимание почти мгновенно. Потому что Бланш редко выражает эмоции на людях. И Хлою это, кажется, раздражает. Ее взгляд теперь переходит в сторону Бланш и лицо становится еще более кислым. Она переносит вес на одну ногу и поза становится еще более доминирующей. — Отвратительно. Девочка-ворона оказывается умеет менять выражение лица. Лучше бы и дальше сидела со своей угрюмой рожей как обычно. Выглядит убого. Твое существование в принципе оскорбляет любые нормы приличия и выглядит убого. Бланш пожимает плечами, отводит взгляд в сторону и ей ужасно хочется вывести Хлою из себя еще сильнее. В конце концов только она могла найти настолько дурацкий повод чтобы завести разговор. Чтобы высказать претензию. Чтобы хоть как-то задеть окружающих. Бланш медленно высовывает язык, щурится и сверкает металлической бусинкой пирсинга. Жан, кажется, давится воздухом. На самом деле его трудно заметить, если не знать, что он есть. К тому же, не то чтобы Бланш часто показывала язык или облизывала губы. Хлою передергивает. В обществе почему-то сложилось мнение, что серьги в ушах — это прилично, а остальное уже от лукавого. Пирсинг в языке кажется Хлое вульгарным, почти пошлым. — Знаешь, Хлоя, мне действительно радостно, что я могу вот так легко оскорблять любые нормы приличия, — она снова посмеивается, Жан вспоминает как нужно дышать. Выводить Хлою из себя весело. Возможно, Бланш стоит натянуть чулки и прийти в лицей в коротком платье. Возможно ей стоит надеть длинную юбку с разрезом от самого бедра. Возможно, будет весело прямо сейчас задрать свой, и так до безобразия короткий, топ. Кажется эти мысли написаны у Бланш прямо на лице, потому что Жан срывается с места, на котором сидел и перехватывает ее руки в момент, когда Бланш уже хватается пальцами за края топа. — Бланш, ты совсем сдурела? — его лицо заливается краской, Бланш смеется уже вслух, отпускает свою одежду и мягко отстраняет от себя руки Жана. — Спокойней, мальчик-солнышко, я не настолько без тормозов. Она бессовестно заигрывает с ним, щурит взгляд. Жан обреченно усаживается на свое место рядом с ней. Хлоя ретируется, потому что тоже вполне понимает этот жест. Ее уши такие же красные как у Жана, но уже скорее от ярости. Хлоя сама себе обещает, что устроит веселое время этой чертовой вороне. Она же дочь мэра. Она Буржуа, в конце концов. Никто не может так легко ее раздражать. Эта девчонка должна помалкивать, как делает обычно, и опускать взгляд от одного только обращения к ней. С Хлоей никто не имеет права так разговаривать. В этом лицее половина млеет от возможности ей угодить. Другая половина ее благоговейно боится. Так что все, что Хлое нужно — написать несколько сообщений знакомым. Если Бланш ведет себя как шлюха, пусть не винит ее в том, что и обращение к себе получает соответственное. — Как ожидаемо, — Бланш вытирает кровь с разбитой губы, прокашливается и смотрит волком. Загнанным, готовым нападать. Хлоя посмотреть на спектакль не пришла, судя по тому, что один из них снимает на видео, она получит целый фильм. Видимо за прошедший год Бланш достаточно ей насолила. Что же, жаловаться не на что, она ведь этого и добивалась. Предлог все равно получился какой-то дурацкий. Несколько крепких парней из параллели — это не те, с кем Бланш может справиться легко. А еще она совсем не бесстрашная. Важно, чтобы никто из них не заметил как у нее подрагивают пальцы. Не услышал как громко и быстро отбивает ритм сердце. Бланш никогда не считала себя дамой в беде, но сейчас не отказалась бы от принца, а лучше рыцаря, в сияющих доспехах. Они весело гогочут, Бланш чувствует как упирается спиной в холодную стену. Задний двор лицея слишком уж уединенное место. Сюда приходят разве что покурить. Она, наверно, тоже начнет курить, если сможет отбиться. Если не сможет, тоже начнет курить. Выбор без выбора. Бланш упирается ногой в подходящего слишком близко парня, пытаясь удержать его на достаточном расстоянии. И даже если ноги у нее достаточно сильные, этого все равно мало. Скорее всего мало, потому что внутри закипает паника. Она расцветает странными цветами сотканными из памяти. Памяти, которая принадлежит не ей. Бланш знает, что с ней раньше такого не происходило. Она боится и паникует, потому что точно переживала такое. Нападающий усмехается, тянется к ней рукой. Дыхание у Бланш сбивается, становится частым и быстрым. Парень задирает ее топ, как она сама намеревалась сделать в классе. Но она то не стала бы этого делать. Он — стал. Кожу холодит от воздуха. Чужая рука проскальзывает по ней от живота к груди, грубо ее сжимает, будто он собирается от Бланш оторвать кусок мяса. Она теряет хриплый всхлип, поджимает губы и резким движением бьет его ногой в пах. Ожидаемо, наверно, потому что он просто отклоняется в сторону и она промахивается. Пальцы на коже сжимаются сильнее, Бланш сжимает зубы и лихорадочно бегает взглядом по округе пытаясь найти путь для спасения. Достаточно было бы просто убежать. Утопающий в панике мозг не может ничего придумать. Бланш чувствует как у нее трясутся и слабеют колени и она рискует вот вот упасть. Будет худший вариант развития событий.

Это ничего. В конце-концов она сама виновата.

Еще раз она пытается ударить его уже в челюсть. Но их же трое. Второй успевает перехватить ее руки. Бланш теряет ощущение реальности. Полностью теряет, потому что способа отбиться у нее нет. Эти трое не говорят, просто тихо гогочут и явно наслаждаются происходящим. Она ощущает как с нее стаскивают штаны, не церемонясь, вместе с бельем. Ноги совсем ослабевают и, если бы не парень, который удерживал ее руки над головой, она бы точно упала. Бланш не уверена, что запомнит их лица. Она очень хочет чтобы глаза щипало от прохладного ветра, не от слез.

Возможно, Жан и правда рыцарь.

Бланш не знает как он ее вообще нашел. Может он искал ее по всему лицею, может сразу догадался проверить здесь, когда не нашел после уроков. Она слышит его ругательства, шум от драки, громкий голос, который зовет подмогу, но она уже плохо видит, что происходит. Мир плывет перед глазами. Руки Жана, она отличает от любых других. Он подхватывает ее, чтобы не свалилась, судорожно поправляет ее одежду и жмет ближе к себе. Бланш, кажется, совсем не дышит. Инстинктивно цепляется за него, прячет лицо, чтобы щиплющие глаза слезы не увидел никто. Он перебирает прядки ее волос и очень спешит забрать Бланш оттуда. Гул вокруг напоминает о том, что ее крика могло бы быть вполне достаточно, чтобы спастись чуть раньше. Следующие несколько дней Бланш в лицее не появляется. Довольное выражение лица у Хлои смазывается одним точным ударом в челюсть. Обычно Жан так не делает. Обычно он не бьет тех, кто слабее. Хлоя заслужила, даже если сдачи дать не может. Довольное выражение сменяется непониманием, страхом, почти ужасом. От силы удара она падает на пол, смотрит на Жана, который выглядит слишком уж угрожающе. Жан нависает над ней жуткой тенью и неотрывно смотрит в глаза. — Весело было? — он разминает пальцы, но бить больше не собирается. Даже если очень хочется. Даже если побить эту напыщенную дуру хочется до кровавых соплей. — Может мне тоже развлечься? Он блефует, но уверенный блеф, порой, работает лучше искренней правды и реальных действий. Хлоя отползает от него в сторону, хватается на ноги и убегает из класса. Возможно, она и ему устроит проблемы, но точно не сейчас. Сейчас ее уверенность в своей неприкосновенности пошатнулась. Сейчас, даже та часть его одноклассников, которая заглядывала ей в рот, не имела аргументов против Жана, даже если неодобрительно смотрела в его сторону. Хлоя не станет отсиживаться дома, как это делает Бланш. Когда же Бланш возвращается в лицей, Жану, Роуз и Милен приходится насильно оттаскивать ее от Хлои. У Бланш на лице жестокая, полная ненависти и садистского наслаждения улыбка. Она в отличие от Жана одним ударом не ограничилась. Она била ее пока не увидела кровь, которая стекала из милого носика Хлои. И этого тоже было мало. Одноклассники успели оттащить ее лишь чудом. Уже потом, после занятий, в штабе и Бланш и Жан получили выговор за свое поведение. Разумеется Хлоя все рассказала отцу. Разумеется и Бланш и Жана за ее избиение накажут. Они сжимают руки друг друга пока стоят перед Жаннет и слушают рассказ о том, как сильно были не правы. А когда Бланш остается с Жаннет один на один, потому что Жана выпроваживают, она снова вспоминает какое должна занимать место. Ей нужно было просто стерпеть и проглотить. Не сломалась бы.

Нельзя сломать то, что уже было сломано.

— Я бы заменила тебя, если бы могла, ты отлично это знаешь, — Жаннет обходит ее вокруг и щурится недовольно. — Знаю. Но у тебя нет выбора, я единственная способна на пилотирование. Я единственная способна синхронизироваться. — Поэтому будь паинькой и не доставляй мне проблем. Буржуа полезны. Не вынуждай меня портить с ними отношения. Бланш натягивает на себя самую мягкую улыбку, на которую способна, когда выходит из кабинета Жаннет. Она смотрит на встревоженного Жана и ей кажется, что внутри распускаются цветы от его света. — Хлоя хотела чтобы нас обоих исключили. Командующая договорилась с месье Буржуа, что мы будем отстранены от занятий на ближайшие две недели. В крайнем случае, они исключат меня. — Но это она! — Бланш его перебивает. Прикладывает пальцы к его губам, призывая замолчать. Они оба знают, что не виноваты. Или виноваты не так уж сильно. Но мир несправедливый. Бланш хорошо это запомнила. Она отводит взгляд, опускает голову и тихо выдыхает. — Просто… Давай просто делать, что они говорят. Воспринимай это как длинные выходные. Жан не решается ее сейчас обнять. Она тоже. Мир застывает в одной точке, сходится к этому моменту и, кажется, что выбраться из него невозможно. Он молча перехватывает ее руку, пальцы которой Бланш прижимала к его губам и уводит подальше из штаба. Проводит ее до самой двери дома. И останется. Обязательно останется. Если она попросит.