Часть 4. Сон или явь
27 февраля 2024 г., 19:59
Примечания:
Коробок 4: МУЖЧИНЫ ТОЖЕ ПЛАЧУТ (придумайте достойный повод для слёз, не связанный с: физической болью, смертью близкого человека, разбитого сердца; не слёзы радости)
Темнота. Полная, абсолютная тьма, в которой теряется всё, даже ощущение собственного тела.
Тихий ритмичный гул, кажущийся таким знакомым, но всё же давно позабытым. Да. Точно. Именно так бьются волны о борт корабля.
Запах. Тот самый неповторимый аромат открытого моря, смешанный с нотками масла и железа.
Мне знаком этот мир. Каким бы ни был корабль, сколько бы ни было человек в команде, ты всё равно один на один с тем, что может случиться. Ты не умеешь плавать. Даже если умеешь, всё равно не доплывёшь до берега. Ты не умеешь летать. Ты можешь только тонуть. Но это означает сдаться и умереть. А умирать так не хочется…
Мир вокруг начинает проясняться. Крохотные бело-синие сгустки увеличиваются. И становятся похожи…
— Привет, Коннор.
Питер. Питер Лэнс. Юнга на моём корабле, на погибшем «Короле Георге». Он улыбается. И другие, стоящие вокруг, улыбаются и хлопают меня по плечам и по спине. Среди них нет только Дерека, моего старшего помощника, с которым мы вместе спаслись. Но я до сих пор не верю, что остальные погибли.
Я тоже улыбаюсь. Хочу обнять каждого, но тело не повинуется мне. Душа рвётся на части. Я одновременно счастлив видеть своих друзей и вне себя от горя, что ничем не могу им помочь. Глаза подозрительно заволакивает пеленой. Я… плачу? Я не плакал уже много лет, с самого детства. Но, похоже, именно слёзы сейчас мешают мне видеть друзей.
— Не страдай, капитан. Мы не умерли. Но и не живы. Мы там, где нет времени. Где нет ничего, даже нас самих…
Я не знаю, от чего мои слёзы. От радости? От облегчения? Горя? Страха? Усталости? Не знаю. Но мне нужно знать другое. Как я могу помочь моим друзьям?
Я пытаюсь сказать. Спросить. Выкрикнуть. Но я не могу. Губы не шевелятся, воздух не проходит сквозь голосовые связки. Только слёзы. Только они стекают по щекам, оставляя понимание, что я ещё жив.
— Ты можешь нам помочь. Пожалуйста. Мы хотим назад. Хотим домой…
Ну же, Питер, скажи! Не замолкай, чёрт возьми! Скажи, что нужно, а я разобьюсь в лепёшку, но вытащу вас из этого безвременья.
— Коннор, ты должен…
Питер продолжает что-то говорить, но я не слышу слов. Только слёзы сильнее щекочут непривычную кожу щёк. И издалека доносится всё более чёткий голос:
— Коннор? Что с тобой? Очнись, пожалуйста! Мы справимся. Вместе.
