Пути Господни неисповедимы.

ㅤㅤㅤЭто место выглядит настолько грязно, что, пожалуй, даже самый отъявленный мерзавец несколько раз подумает, прежде чем коснётся здешних поверхностей. Кричащие цвета и неоновая подсветка, обманчиво мягкая обивка на диванах и креслах, а так же вычурные картины в виньетках. Всё буквально вопит об отсутствии вкуса и похабщине, которая здесь происходит. ㅤㅤㅤОднако Гоголь не был бы Николаем Васильевичем, если бы его тонкие пальцы не возжелали коснуться дверной ручки именно этого « восхитительного » заведения. Возможно, ему не хватало чего-то подобного: сам паяц не знал ответа на данный вопрос. Быть может для того, чтобы отыскать вдохновение, ему было необходимо именно отсутствие эстетики как таковой и наблюдение за совокупляющимися, на всевозможных поверхностях, людьми. ㅤㅤㅤЭто ведь даже близко не приличный бордель. Даже не средний класс, куда там. Что-то настолько низкосортное, что, пожалуй, увидь его здесь его мнимые подчинённые, от новой волны слухов он бы точно не отделался. на самом деле, на это Арлекин и рассчитывает. На то, что в скором времени, одна пресмыкающаяся тварь шепнёт другой, что известный шут проводит свои скромные вечера в подобных местах. В конце концов дурная слава Гоголя его опережала и тому просто-напросто льстило, что он частенько становился центром внимания. Он живёт ради аплодисментов. ㅤㅤㅤРазодетый псевдо-бармен уже стоит за стойкой и разговаривает с одним из посетителей. Это худощавая леди, чьи тёмные руки украшают с десяток разносортных колец: здесь и подобие золота, и отблеск серебра, и даже имитация драгоценных камней, что приятно поблёскивают в неоновом свете ламп. Николай присаживается на один из высоких стульев и старается не думать над тем, что происходило на рваной кожаной поверхности до того, как он решил, что проведёт на ней следующие несколько часов. В конце концов, если вообще задумываться над всем происходящим вокруг, то можно окончательно слететь с катушек. А паяц уже слишком давно погрузился в пучину безумия, чтобы растрачивать остатки здравого смысла на подобные мелочи жизни. сейчас же взгляд развесёлых глаз мечется по всему залу, стараясь зацепиться за что-то интересное. ㅤㅤㅤПервое, что привлекает Гоголя, это небольшая импровизированная сцена, сколоченная из досок и обшитая какой-то странной тканью, напоминающей светловолосому материал, что используют для дешёвых рекламных баннеров, висящих у заправок. На ней установлен шест, хотя им никто из «танцоров» не пользуется, а где-то сбоку стоит нечто на подобии склада: парочка вёдер, какая-то швабра и бита, инкрустированная металлическими вставками. Выглядит это всё до ужаса смешно и до забавного уродливо, однако недостаточно для того, чтобы заинтересовать беспечного шута. Он вновь окидывает взором помещение и невольно цепляется за полураздетую пару, восседающую на одном из кресел. Их поза весьма занимательна.

Николаю становится интересно.

ㅤㅤㅤОн слегка подаётся вперёд, не реагируя на несколько фраз разодетого кельнера, и призывно вскидывает брови, стараясь рассмотреть тех людей получше, дабы в памяти отпечаталось каждое, даже едва заметное, движение. Вот мужчина тянет руку к оголённому бедру, не стесняясь сжать светлую кожу своими грязными мозолистыми пальцами, вот девушка стонет, не прикрывая своего удовольствия или же умело пародируя оное, желая заработать побольше «чаевых». Вот она резко откидывает голову назад, от чего светлые волосы красиво мелькают в свете ярких огней. Оголяет изящную спину и это выглядит столь привлекательно в полумраке этого места, что, вероятно, счастливчик подле неё уже нетерпеливо притирается видной эрекцией к утончённой ноге. ㅤㅤㅤОднако паяц подмечает отнюдь не это: его занимают чужие уродства и шероховатости, и это заводит изощрённое пытками сознание куда больше, нежели якобы красивые черты. Взгляд мечется от искривлённых стоп и до вздёрнутого носа. Останавливается на кривых плечах и опускается ниже, к открытой взору груди. Затем, следует дальше, уже к мужчине. ㅤㅤㅤОн же интересует Арлекина куда больше: вся его фигура кажется Гоголю настолько уродливой, что он невольно закидывает ногу на ногу и осушает предложенный напиток за один раз. Даже не интересуется тем, что подлили ему в обляпаный стакан с десятком - а может и сотней - различных отпечатков. Возможно это какой-то дешёвый коктейль, но светловолосому кажется, что это лишь разбавленный водой коньяк, неудачно смешанный с каким-то соком. Впрочем, ему сейчас не до этого. Всё его внимание сконцентрировано на низкорослом брюнете, что столь явственно прижался губами к тонкой шее девчушки на его коленях. Он омерзителен. До смешного кривой и лицом совершенно не вышел. Его ладони выглядят неестественно разбухшими на фоне фарфоровых бёдер и сам он весь напоминает скорее вспухший труп, который достали со дна реки. восхитительно. Они выглядят чертовски восхитительно в своём собственном деструктивном акте саморазрушения. Николай быстро облизывает сладкие губы, запрокидывая голову назад и не стесняясь стащить с руки алую перчатку. В конце концов, кто его осудит за обыкновенное наблюдение за «сладкой парочкой», что так увлечена друг другом? Это заведение видело вещи и похуже. ㅤㅤ Вероятно именно поэтому нежданный гость, появившийся из неоткуда, слишком ярко выделяется на фоне остального сброда, находящегося здесь. Его фигура истинно утончённая, а осанка кажется чересчур прямой даже для Николая, что уж слишком привык ко всему театральному фарсу, происходящему вокруг него. Взгляд его спокойный и уверенный, напоминающий взгляд хищника, что вот-вот перегрызёт горло невинной жертве. Отчасти нечитаемый, однако заметно уставший. Такой, что Гоголь едва ли не сталкивает свой несчастный стакан с барной стойки, желая сделать глоток. Почему-то в горле резко пересохло. Почему-то тонкие пальцы невольно тянутся к верхним пуговицам белоснежной рубашки, дабы расстегнуть их и дать паяцу возможность вдохнуть в несчастные лёгкие побольше воздуха. Будто это может помочь хоть как-то унять трепещущее в груди сердце. Незнакомец склоняет голову набок и не стремится продемонстрировать тонкие пальцы, сложив руки на липкой деревянной поверхности, покрытой лаком. А потому Николаю остаётся лишь изредка бросать жадные взгляды на бледную кожу, сокрытую во мраке. Действительно ли он реален или же это очередная игра его больного воображение? Мужчина весь словно прозрачный и настолько хрупкий, что Арлекину кажется, одно неверное движение и разобьёшь. И в то же время мысль о том, что этот брюнет, сидящий на расстоянии двух стульев, скорее сломает его, не покидает рассудок паяца. Сколько же силы таится за изящным изгибом губ и чуть прищуренными глазами?

Николай просто о б я з а н узнать.

ㅤㅤㅤ Вдруг на его колено опускается чья-то рука и не будь Гоголь мастером своего дела, он, вероятно бы, вздрогнул всем телом, удивлённо подскочив. однако шут не для того « служил театру » так долго, чтобы вздрагивать под прикосновениями незнакомцев и томными взглядами чужих глаз. Перед ним мужчина средних лет: он достаточно высок, чуть угловат и в каждом его движении читается та резкость, что присуща головорезам, которые находят выступления светловолосого « уморительными » и спешат купить билет на следующее шоу, дабы потешить своё больное сознание и утихомирить неприятный зуд, который появляется у убийц, чьи руки уже давно не были окрашены багряной жидкостью. Взор его чуть затуманен, а губы слегка приоткрыты и Николай тут же подмечает, что тонкая ниточка слюны уродливо тянется вниз, каплями скатываясь на заштопанные джинсы. ㅤㅤㅤВ животе что-то неприятно тянет, и почему-то клоун думает о том, что будь здесь сам Господь Бог, то даже он бы испытал приступ отвращения к этому неотёсанному животному, стоящему сейчас перед, повинным во всех грехах, Гоголем. ㅤㅤㅤ— Хороша девка, — хрипит это « нечто » перед Николаем, нагло сжимая его бёдра, облачённые в пресловутые полосатые штаны. Грязные ногти царапают светлую ткань, оставляя на полосах уродливые следы-полумесяцы и заставляя Арлекина чуть нахмурить брови. ㅤㅤㅤГлавное держать себя в руках, а иначе эти самые руки перекроют этому уродливому созданию доступ к кислороду. цепляясь за эту мысль, шут растягивает губы в широкой улыбке и заливисто смеётся, привлекательно прогибаясь в спине. ㅤㅤㅤ — «Ты похож на грязную шлюху», — шепчет знакомый голос, заставляя сердце забиться быстрее. ㅤㅤㅤ— «Грязную? чтож, по крайней мере моя душа чище, чем все вы вместе взятые!», — вопит в ответ подросток из воспоминаний блондина, на мгновение оглушая его и заставляя один уголок губ метнуться вниз. ㅤㅤㅤГлавное дышать. Главное не тянуть свои руки к чужой глотке, покрытой дорожной пылью. Главное заставить голоса в голове на минуту заткнуться, дабы закончить эту театральную импровизацию. Длинные пальцы, прикрытые ярко-красной тканью, тянутся к мужскому запястью, дабы затем окольцевать его собой и оттянуть широкую ладонь подальше от юношеского бедра. ㅤㅤㅤ— А то! — наконец отвечает Гоголь, делая голос чуть звонче и глупо хлопая подкрашенными ресницами. На лице напротив расцветает идиотская улыбка, что бывает, пожалуй, лишь у обезьян. вот же животное, — Настолько хороша, что и не девушка вовсе! ㅤㅤㅤСмысл колких слов доходит до нарушителя покоя отнюдь не сразу, однако гамма эмоций на небритом лице заставляет Николая прикусить внутреннюю сторону щеки, дабы не завизжать от восторга. Поначалу мужчина даже не понимает, что именно сказал паяц, просто-напросто наслаждаясь сладостным тоном и тонким шлейфом парфюма, что исходит от светловолосого. Затем в его глазах расплёскивается удивление. Потом – осознание. И только в самом конце всё это сменяется на гнетущее отвращение, когда мужчина отшатывается от Арлекина, будто от прокажённого. ㅤㅤㅤ— Пидор! — выплёвывает пристыжённый, спеша скрыться в одном из коридоров борделя. ㅤㅤㅤ— Приятно познакомиться, а я вот Николай Гоголь! — вторит ему шут, срываясь на громкий смех.

ㅤㅤㅤ— Николай Гоголь?

ㅤㅤㅤ И этот же хохот тут же обрывается, когда тонкий брюнет, сидящий по правую руку, внезапно подаёт голос. Кажется, будто карта будня тут же оказывается смазанной, а все остальные звуки внезапно исчезают, становясь звенящей тишиной. Николай тут же поворачивается на звук и в первые же секунды думает, будто ему послышалось, однако затем незнакомец бросает ещё одну фразу и шута будто окатывает ледяной водой, когда он понимает, что ему не показалось. Это эфемерное создание действительно обращается к нему. ㅤㅤㅤ — М-м-м? — наконец тянет светловолосый, возвращая себе предыдущую невозмутимость. Говорить на русском языке весьма странно, особенно когда он не является твоим родным и ты, позабыв уже и страну свою, прожил достаточно лет в этом убогом месте.

— Вы говорите со мной, барин?

ㅤㅤㅤ