Резонанс

       Просыпаться в объятиях любимого человека, пожалуй, очень приятно. Ощущать тепло его тела, размеренное и спокойное дыхание, любоваться его умиротворённым лицом. Это нечто новое. Ощущать сильные, но при том нежные руки на своей талии… Пожалуй, это ему нравится. Это при условии, что несколько часов назад эти руки с силой эту талию сжимали. Теперь же они крепкой хваткой обнимали. Омега не смог удержать нахлынувших чувств и осторожно поцеловал ещё спящего Зандика в губы. Тот слегка сморщил нос и приоткрыл глаза. После его лицо украсила тёплая улыбка.        — М… Доброе утро… — промычал мужчина, утыкаясь в чужое плечо. Казалось, будто он совсем не хотел просыпаться и вставать, а просто продолжать лежать и обнимать омегу. Это вызвало у Бай Чжу улыбку.        — Мне приготовить завтрак? — спросил медбрат, потрепав возлюбленного по голове.        — М… Я сам… — вновь промычал Зандик, наконец отлипая от омеги. Он сел на постели и потёр глаза. — М… Давно я так хорошо не спал. Даже вставать не хочется.        — А нужно. Нам ведь ещё на работу. Ты как хочешь, а я пойду в душ. — хихикнул омега и поднялся с кровати. — Кстати, а где…        — Третья дверь слева… Полотенце можешь взять какое захочешь. Гель и шампунь, если понадобится, возьми мои.        — Хорошо, спасибо. — Бай Чжу скрылся за дверью. Зандик ещё какое-то время посидел, осознавая всё произошедшее. В сердце теплилось нежное чувство. Ему было радостно. Бай Чжу спал с ним в одной постели, а теперь моется в его душе. Ох, чёрт, о таком он мечтал последние дни. О, наверное, ему понадобятся вещи. Не будет же Чжу ходить тут голым. Хотя, Дотторе был бы не против.        Зандик вытащил из шкафа пару футболок и домашние штаны. По началу оделся сам. Ну, хорошо, футболку для омеги он нашёл, а вот что ему дать ещё? Ой, плевать на футболку, халат подойдёт. Сам Дотторе этот халат уже как год не носит, но он всё ещё висит, выкидывать жалко. И вот он наконец пригодится. Зайдя в ванную комнату, он оставил халат на тумбочке и сразу вышел. Да, было желание немного поподглядывать за возлюбленным, но лучше не надо. Это может вызывать не самую приятную реакцию. Что ж, завтрак. Обычно иль Дотторе заказывает доставку или завтракает (или в принципе ест) не дома. А тут готовить надо. Не сказать, что он бытовой инвалид, но проблемы некоторые есть.        Самый главный вопрос, есть ли что-нибудь в холодильнике? Открыв его, Зандик обнаружил, что мышь не повесилась, уже хорошо. Есть несколько яиц, немного овощей и, удивительно, даже бекон. Не густо. Хорошо, что такую печальную картину не увидел Бай Чжу. Что же, можно что-то придумать. Яичница с беконом — не самая здоровая еда, но овощи хоть немного скрасят эту картину. Ну и нужно сделать чай. Хотя, наверное… А, нет, кофе не получится попить. Он за эти дни израсходовал все капсулы для кофемашины. Чёрт возьми. Значит, всё же чай.        В принципе, такое простое блюдо он своять сможет. Верно же? Ничего сложного — нагреть сковороду, налить масло, обжарить бекон, выложить на бумажные полотенца, разбить в сковороду яйца (без скорлупок и с матами), довести до готовности, выложить на тарелки, нарезать овощи и вместе с беконом добавить к яйцам. Что сложного? Ну, яйца немного подгорели, овощи нарезаны кое-как, а ещё в Дотторе стрельнуло масло, из-за чего он обжёгся.        — Может, всё-таки, стоило мне? — послышался голос со спины. Зандик обернулся и увидел за столом Бай Чжу. Тот уже был в очках и с сухими волосами. Хорошо, фен он нашёл без труда. Но, неужели, иль Дотторе так долго возился с этим? Но, чёрт, как же Чжу идёт этот халат. Так по-домашнему сразу выглядит.        — Ох, не переживай, я неплохо справляюсь! — хихикнул мужчина и поставил тарелки на стол. Затем он принялся за чай. Лишь бы всё было не настолько ужасно, и Бай Чжу не расстроился.        — М… Действительно неплохо. — вскоре вынес свой вердикт омега. — Но давай в следующий раз лучше я?        — В следующий раз? — от услышанного Зандик поставил чашки чуть резче, чем хотел. Он с удивлением смотрел на омегу.        — Ну… После вчерашнего… Я подумал, что мы теперь вместе… Прости, если не так всё понял. — Бай Чжу отвёл в сторону смущённый взгляд.        — Цветочек мой… — Зандик осторожно заправил прядь его волос за ухо, после укладывая ладонь ему на щеку. — Давай жить вместе.        — Чего?.. — у омеги аж дыхание перехватило. — Ты… Ты серьёзно?        — Абсолютно… — мужчина осторожно берёт в свою руку ладонь Бай Чжу и осторожно касается её губами. — Мой милый Бай Чжу, я знаю, что тебе может показаться, что я тороплю события. Но я просто не прощу себя, если позволю себе упустить тебя. Я хочу держать тебя как можно ближе, чтобы знать, что ты… Ты со мной… Что ты не убежишь от меня. Потому что я очень сильно тебя люблю.        — У меня есть время подумать? — мягко уточнил медбрат, чуть сжав руку Дотторе.        — Конечно. Я не буду давить на тебя. Я буду ждать тебя столько, сколько на это потребуется. Даже если потребуются годы. Только, прошу… Больше не убегай от меня.        — Не убегу… Обещаю.        Их губы вновь встретились в поцелуе. Нежном и трепетном. В нём не было какой-то пошлости, лишь искренние чувства. После поцелуя они закончили с завтраком и принялись собираться на работу. Перед самым выходом Бай Чжу поправил рубашку и причёску Зандика, а после замер, поняв, что он делает. Он смутился, отводя взгляд. А Зандик поцеловал его в щёку, мягко его поблагодарив.        Дотторе довёз омегу на работу и подарил ему поцелуй на прощание. От этого Бай Чжу покраснел и всё же вышел из машины, помахав мужчине на прощание. Войдя в свой кабинет, он не мог поверить, что это правда произошло. Неужели это правда? Они с Зандиком теперь… Вместе. Это ведь… Не сон? От этой мысли на сердце так тепло. Он почувствовал себя так, словно наконец нашёл то, что искал всю свою жизнь. Сердце даже замирает от этих мыслей, а на лице появляется мягкая улыбка. Ну как не быть счастливым такому исходу событий? Но Бай Чжу, как взрослому, осознанному мужчине, стоило бы задуматься и о негативных сторонах. Времени с их знакомства прошло слишком мало для того, чтобы соглашаться на такую идею. Нужно сначала узнать Зандика поближе. То, что у тебя ощущение, будто знаешь человека всю жизнь — не аргумент. То, что вы истинные — не аргумент. То, что он такой приятный и заботливый сейчас — не аргумент. Но пока эти доводы висят где-то в глубине сознания, медбрат мечтательно вздыхает, представляя какой будет их свадьба.        Из мыслей его выводит резко открывшаяся дверь. Бай Чжу обычно приходит на работу немногим раньше студентов. Но даже в такую рань находятся те, кто захаживают в этот кабинет. В этот раз это был уже знакомый Скарамучча. На его носу красовалась свежая рана, из которой текла кровь. На костяшках также была эта алая жидкость, и не понятно, принадлежала ли она его оппоненту или же самому омеге. Встревоженный Бай Чжу усадил парня на кушетку и сразу принялся обрабатывать его раны.        — И где же ты умудрился так? Ещё и так рано… — обеспокоенно спрашивает медбрат под тихое шипение студента.        — Да так… Ебл… Кхм. Дурак какой-то решил, что я не против пойти с ним «повеселиться». — буркнул юноша, отводя взгляд и иногда морщась от неприятного пощипывания. — Пришлось доходчиво ему объяснить…        — А где был Казуха?        — Он сегодня вперёд пошёл. Надо было с Сяо встретиться. — Парень прикрывает глаза, когда Бай Чжу заклеивает его нос пластырем. — Я не хотел драться. Просто этот обмудок не понимал слов. Ой. Извините.        — Ничего, всё в порядке. Как самочувствие? Что-нибудь болит? Голова, живот? — уточнял мужчина, складывая всё на место. За каждого студента он переживал так, словно это были его собственные дети. И за каждого болело сердце, когда они приходили с ранами или ушибами.        — Не. Он мне только в нос успел зарядить. Всё-таки, удобно, что омег недооценивают. — Скарамучча открыл глаза и посмотрел на медбрата. — Я вас прервал? Вы выглядели таким довольным до того, как увидели меня.        — Не говори глупостей. Я для того и здесь, чтобы помогать студентам.        — Я знаю… — Парень отвёл взгляд. — Меня тут недавно… Пригласили поработать моделью…        — Правда? Звучит замечательно. А если не секрет, то куда? — Бай Чжу вновь улыбнулся, садясь за стол. Парнишка пересел с кушетки на стул.        — Меня позвали порекламировать новую линейку украшений… Бренд «Deep Love». Вы слышали о таком? — в голосе юноши слышалось некоторое сомнение. Кажется, он был встревожен этим предложением.        — Да, я слышал. Они ведь сейчас на пике популярности. — кажется, его брат что-то рассказывал ему о них. Бай Чжу не очень любит различные украшения, в отличии от Бай Тоу. Справедливости ради, подвеска на его очках — работа этого бренда и является подарком брата.        — В общем. На прошлой неделе у группы Казухи был концерт, меня позвали побыть бэк-вокалистом. И после концерта ко мне подошёл менеджер этого бренда и вручил свою визитку. Пару дней назад я решил сходить… Ну, мало ли, розыгрыш какой-то. Со мной должен был поговорить директор компании… — Скарамучча ненадолго замялся, отводя взгляд. — Сначала вошёл серьёзный человек, я подумал, что он и есть директор. А следом ввалился растрёпанный чел, выглядел крайне недовольным. А как меня увидел, сразу оживился, прилип ко мне, начав вопросы задавать.        — Так понимаю, тот второй мужчина и был директором. — медбрат тихонько хихикнул. Слушая студента, он достал две чашки и включил чайник, чтобы сделать чай.        — Да. Он сказал, что я — тот, кого он искал так давно. Что я стану идеальным представителем его новой коллекции. Что это, блядь, должно значить? — юноша раздражённо откидывается на спинку стула, скрещивая руки на груди.        — Что Казуха думает на этот счёт? — поинтересовался медбрат, ставя перед парнем чашку свежего чая.        — Что это отличная возможность. Может быть, мне это понравится. Но, так-то, это не стыкуется с моим желанием делать игры. И работа у меня уже есть. Хотя, дополнительный заработок не помешает. В общем, не знаю я чё делать… — Скара делает крупный глоток чая. — А вы… Как вы? Знаю, что не в моём стиле задавать такие вопросы, но я заметил, что… Даже вчера вы выглядели помято. Вы в целом последние недели две выглядели разбито… А сейчас вам явно лучше. Всё в порядке?        — Ох… — Бай Чжу и вправду удивил вопрос от студента. За последний год почти ежедневного общения со Скарамуччей, мужчина успел понять, что парень не очень-то эмпатичный, чтобы спрашивать о самочувствии каждого второго. Но при этом он очень наблюдательный. — Всё хорошо, не переживай.        — Это связано с этим стариканом Дотторе? — А вот это уже застало врасплох. И как стоит реагировать? Бай Чжу готов поклясться, что его лицо выглядело сейчас невероятно комично от шока. Он даже застыл.        — С… С чего ты взял? — попытался избежать прямого ответа омега, надеясь, что чёткого ответа юноша не даст.        — От вас пахнет его феромонами. — прямо заявил Скара, делая ещё глоток чая. Ох, Бай Чжу и забыл о том, что они вообще существуют. — Не подумайте лишнего, я с этим пердуном год прожил, в свой гон он разванивался на всю квартиру, меня аж блевать тянуло. Я эту вонь всегда узнаю. К сожалению или счастью.        — А… Ну, это логично… — Бай Чжу сделал несколько глотков из своей чашки. Он был уверен, что ему не стоит обсуждать такие темы со студентом, так что он попытался выбрать самые нейтральные слова, которые только мог. — Что же, ты прав, что это связано с ним. У нас с ним есть определённая связь.        — М, понятно. Ну, типа, удачи, что-ли? И нервов. — допив чай, парень поднялся и потянулся. — Что ж, пойду я. А то ещё Казуха нервничать начнёт…        — Хорошего дня. — мягко улыбнулся мужчина, наблюдая за уходящим Скарамуччей. Как только дверь закрылась, он тяжело вздохнул. Это ещё был простой разговор. А вот что его ждёт дома… Пожалуй, стоит запастись нервами.

***

       — Ты сделал что?! — раздаётся недоумённый крик Бай Тоу. Он оголтело смотрит на младшего, явно не веря своим ушам.        — То, что ты и услышал. Переспал с Зандиком, и мы теперь вместе. — довольно спокойно ответил Бай Чжу, продолжая неспеша ужинать. Он ожидал такой реакции, зная насколько его брат… Гиперопекающий. В его жизни ровно два человека, способные выдать бурную реакцию на такую новость. Его близкий друг Чжун Ли, который, узнав об этом, рассыпался в пожеланиях счастья и благополучия, и Бай Тоу, который, скорее, глотку перегрызёт тому, кто положил глаз на его брата, чем пожелает чего-то хорошего. Немного удивительно, на самом деле. Нет, будь бы Зандик каким-нибудь незнакомцем, которого они оба видят впервые, ещё бы можно было понять, почему Панталоне так резок. Но сам банкир знает иль Дотторе уже довольно давно, но всё равно реагирует очень бурно. С другой стороны, может, потому он так и категоричен, потому что знает этого человека лучше, чем его младший брат. — Он мой истинный, братец. И у меня нет таких амбиций, как у тебя. Я не хочу покорить мир. Я хочу обычной, мирской жизни. Завести семью и детей. И в моём положении я могу сделать это только с Зандиком. И плюсом ко всему, я люблю его. Ни на один из этих факторов не могу повлиять ни я, ни ты, ни Зандик.        — Но… Зандик… Он… — злящийся Панталоне еле подбирал слова. Он был так зол, что, казалось, вот-вот из ушей пар похвалит. Но всё же мужчина выдохнул, почитав мысленно до десяти. — Бай Чжу, ты его совсем ведь не знаешь. Сколько вы знакомы? Месяц от силы. Сам подумай, разве это благоприятно скажется?        — Я понимаю твоё волнение. Но пойми и ты меня. Я устал жить с вечной перспективой одиночества. Да, я уже смирился с этим, но теперь, если я отпущу Зандика, я никогда не смогу вернуться к прежней жизни, понимаешь? — Бай Чжу пытался говорить максимально спокойно, лишь бы донести свою позицию брату. — Я уже не стану прежним. Я хочу быть с ним. Я прошу тебя лишь об одном, чтобы ты поддержал меня. Ближе тебя у меня нет никого, и когда ты говоришь мне такое… Мне очень больно. Я всегда смотрю на тебя, как на гораздо более счастливого человека. Ты успешен и счастлив в своём успехе. Ты можешь реализовать свои желания, ты стремишься к ним. А что остаётся мне? Так и оставаться брошенным омегой, который только и может, что улыбаться на все неудобные вопросы. Я тоже хочу счастья. Своего счастья, понимаешь?        — Бай Чжу. — мужчина тяжело вздохнул, взяв брата за руку. — Я… Я понимаю это. Просто… Каждый раз я вспоминаю о том, что тебе пришлось пережить, и мне становится ужасно больно. И я просто не хочу, чтобы это повторилось. Ты ведь… Ты ведь всё, что у меня осталось из близких. Родители погибли, бабушка с дедушкой от нас отвернулись. Мы остались вдвоём против целого мира. И я, как старший, просто хочу, чтобы ты был в безопасности, вот и всё.        — Бай Тоу, ты слишком зациклен на мне. — он сжал руку брата и поджал губы. — Ты не можешь всю жизнь опекать меня. Нам ведь почти тридцать лет. Прошу, позволь мне хотя бы попробовать.        — Ладно… — Бай Тоу сдаётся и откидывается на спинку кресла. Он снимает очки и трёт переносицу. — Только, прошу тебя, не забывай обо мне насовсем.        — С ума сошёл? С чего бы мне тебя забывать?        Братья обнялись. Что ж, одну дилемму Бай Чжу решил. Осталось только решить, переезжать ли к Дотторе, или ещё повременить? Это ведь и правда очень быстро… Но ведь промедление со стороны омеги может ухудшить общую ситуацию. Конечно, Дотторе заявил, что даст Бай Чжу время на подумать. Но вдруг его нерешительность отпугнёт Зандика, отвернёт его от Бай Чжу. От этого у омеги даже тряхнуло пальцы. Страх остаться одному вновь дал о себе знать. Но на этот раз омега не будет принимать необдуманных решений, а сначала утихомирит эмоции, а только потом будет думать о важных вещах.        Ближе к ночи ему на телефон пришло сообщение. Зандик наконец-то приехал домой после нескольких часов сверения и проверки документов. В конце концов, работы накопилось очень много, а мужчина вчера уехал сильно пораньше, никого не предупредив об этом. Так что сегодня пришлось задержаться. Читая его сообщения, Бай Чжу поймал себя на мысли, что улыбается. А ещё он начал переживать о том, ел ли что-либо Зандик, насколько сильно устал. Эти переживания он выразил ему. И после этого иль Дотторе позвонил омеге, желая послушать его голос. В итоге они проболтали несколько часов, пока гравврач не уснул, будучи вымотанным сегодняшним днём. Бай Чжу понадобилось ещё какое-то время, чтобы понять, что его собеседник уже спит. Осознав это, он вновь улыбнулся и, пожелав сладких снов, отключился. Мужчина лёг на кровать, вновь размышляя на счёт переезда.

***

       — Ты обещаешь мне регулярно звонить? — с некой жалостью спрашивает Бай Тоу, загружая сумку с багажник машины своего друга.        — Конечно. — мягко отвечает его брат. Бай Чжу понадобилось две недели, чтобы принять решение. Всё это время он не прекращал общение с Зандиком и даже сходил с ним на пару свиданий.        — Хорошо. — он выдохнул, а после посмотрел на Дотторе, который ставил в багажник последнюю коробку, при том счастливо улыбаясь. — Посмеешь его обидеть, я тебе кадык к херам вырву. — буквально зашипел Панталоне, продолжая улыбаться.        — Ха-ха, Тоу-Тоу, придумай что-нибудь новенькое, ты мне так угрожаешь с первого дня нашего знакомства! — мужчина по-свойски обнял банкира. За это он получил слабый удар в рёбра от друга. Зандик тут же наигранно застонал от боли, согнувшись пополам. — Ай! Пощади! Ха-ха!        — Тц. Придурок. — Бай Тоу закатил глаза. После он положил руку на плечо своего брата. — Ты за ним приглядывай. А то он отвык от взрослых дома.        — Ну па-ап. — смеясь, протянул Зандик, наконец выпрямившись. На это Бай Чжу лишь мягко хихикнул. Главврач закрыл багажник и потянулся. — Ладно нам пора ехать. Я уже голодный, как сволочь.        — Ты и без этого сволочь, Зандик. — фыркает Бай Тоу, а после обнимает своего брата. — Пожалуйста, не забывай об осторожности. И звони мне, обязательно. И ещё…        — Бай Тоу, я понял. Тебе не нужно об этом говорить каждую минуту. — остановил его младший, обняв в ответ. — Пожалуйста, не забывай хорошо кушать.        — Хорошо. Удачи тебе. — банкир отпустил его. Бай Чжу и Дотторе сели в машину. Омега взял в руки контейнер с Чан Шен и мягко улыбнулся.        — Ну что, милая, теперь у нас новый дом. — ласково произнёс он. Это вызвало у Зандика улыбку, и он завёл машину.        Скоро они приехали к дому Зандика. Бай Чжу хотел ему помочь занести вещи, но мужчина настрого запретил ему это делать, заявив, что негоже его цветочку таскать тяжести. С боем, омега всё же добился разрешения занести хотя бы одну сумку. Пока альфа переносил вещи, Бай Чжу изучал квартиру. Он тут не первый раз, но теперь было время на детальное изучение. Атмосфера одиночества в этой квартире просто ужасающая. Ни о каком уюте и речи не идёт. Тут точно не хватает мягкой руки.        Бай Чжу заходит в комнату, где до этого жил Скарамучча. Она была совсем пустой. Кроме кровати, письменного стола и шкафа не было совсем ничего. Это даже грустно. Но омега начал представлять, как переоборудует эту комнату в детскую: перекрасит стены, добавит полочки, купит светлое постельное бельё…        — О чём думаешь, мой цветочек? — прошептал ему на ухо Зандик, обняв за талию. Это напугало омегу, но он быстро успокоился, и на его плечо уложили голову. Медбрат положил одну руку поверх ладоней мужчины.        — О том, как мы переделаем эту комнату в детскую… — честно признался он с мягкой улыбкой на лице.        — М… И правда, эта комната идеально подойдёт. Мы можем обсудить это за ужином. — ласково произнёс Зандик, немного потеревшись о плечо Бай Чжу. — Ты ведь приготовишь что-нибудь вкусненькое?        — Только если ты в этот раз купил продукты. А не забыл, как в прошлый раз. — хихикнул омега и, вывернувшись из объятий, пошёл к одной из сумок, чтобы взять сменные вещи.        — Это было только один раз. В этот раз я не забыл, можешь проверить.        — Ладно, поверю. Но мне нужно переодеться.        Было немного не по себе. Бай Чжу предстоит освоиться на новом месте, познакомиться поближе с человеком, с которым предстоит прожить оставшуюся жизнь. Ну, по крайней мере, мужчина надеется, что так будет. Что между ними не встанет ситуация, которая навсегда отвернёт их друг от друга. Из-за этих размышлений он довольно много времени провёл в комнате. Зандик вошёл так внезапно, что омега даже испугался. Он держал в своих руках террариум, который поставил на стол. Попросив его позаботиться о Чан Шен, медбрат отправился на кухню, чтобы приготовить ужин. На самом деле, сил было не то чтобы много, но накормить возлюбленного стало главной целью Бай Чжу на сегодня.        Чуть больше, чем через час еда была на столе. Великолепный аромат обжаренной свинины с грибами заполонил всю квартиру. Последние минут пятнадцать Зандик, как дитя, ходил вокруг омеги, вопрошая, скоро ли будет готово. Так что не стоило удивляться, когда он буквально набросился на еду. Видимо, он и правда был очень голоден. Бай Чжу же посмеивался, глядя на него. С таким аппетитом на его еду ещё не набрасывались. А, ну и весь напыщенно вежливый фасад этого мужчины спал. Теперь он предстоит в глазах Бай Чжу совсем другим — большим ребёнком. Видимо, об этом ему пытался сказать его брат. Но медбрат не видит в этом ничего такого уж ужасного, просто ещё одну сторону Зандика иль Дотторе, которую готов полюбить.        Ужин должен был закончиться десертом. По мнению Зандика. Чего не ожидал Бай Чжу. Конечно же, десертом оказался милый омега. Он был крайне удивлён, когда его подняли на руки и понесли в спальню. Там его аккуратно опустили на простыни и утянули в нежный поцелуй, на который он ответил, прикрыв глаза. Бай Чжу не был против. Он не был против, когда длинные пальцы пробрались под его футболку, осторожно оглаживая кожу. Как бы он не настаивал на том, чтобы ублажить Зандика, тот каждый раз отказывался, говоря о том, что омеге стоит расслабиться и просто получать удовольствие. Дотторе всегда нежен, не торопится, зная, что у них полно времени. И Бай Чжу это нравится. Он готов вечность утопать в этих неторопливых ласках, которые лишь сильнее его распаляют. Может быть, будь он подростком, он бы нетерпеливо подгонял альфу, но всё же в этой размеренности есть определённое удовольствие. В том, как мужчина медленно ведёт пальцами под одеждой, намеренно избегая чувствительных сосков. В том, как неторопливо, будто желая оттянуть этот момент, снимает одежду с омеги, хотя со своей расправляется быстро. В том, как он смакует каждый поцелуй на нежной коже, оставляя еле видные следы, которые исчезнут на следующее утро. То, как он медленно проводит языком по пышной груди, пока одна его рука опускается вниз и, достигнув своей цели, проводит пальцами вокруг уже намокшей от возбуждения дырочки, кружит голову. От того, насколько же осторожно он вводит два пальца и начинает тщательно растягивать омегу, и вовсе весь мир исчезает.        И это ещё не идёт речь об основном. То, как медленно входит Зандик, хочется стонать в голос. От этого у Бай Чжу заканчивается весь воздух в лёгких. Да, их первый раз вышел довольно страстным, скорее животным. Они оба были похожи на зверей. Но последующие разы были куда более чувственными, но не лишены страсти. Страсть ведь не выражается только в животном сексе. И они оба это понимают. Медленно и нежно — вот, что на самом деле им нравится. Когда всё тело содрагается от ласк, а после расходится в электрических разрядах от нежного проникновения. Каждый толчок — немое признание в любви. Каждый негромкий стон — свидетельство этой любви. Переплетённые пальцы — признак доверия. А каждая слезинка, скатившаяся по раскрасневшемуся лицу Бай Чжу — итог искреннего счастья.        Зандик осторожно выходит, переворачивая омегу на живот, чтобы потом войти вновь. Он оставляет нежные поцелуи на мокрой спине и дрожащих плечах. Бай Чжу в ответ негромко стонет. Горячие губы осторожно касаются старой метки, будто задавая вопрос.        Ещё в начале недели Бай Чжу признался, что после их первого раза перестал принимать блокаторы, намереваясь в скором времени получить метку от Зандика. За эти две недели приступы несколько раз заставали его в не самые удачные моменты. Не смотря на то, что метку он получил давно, гормоны немного уровнялись, но проблема с нерегуляными течками не решилась полностью. Да и учитывая то, что он столько лет сидел на препаратах… Это тоже внесло свою лепту.        Омега томно выдыхает, сжимая в пальцах простынь. О шепчет совсем тихо, можно сказать, одними только губами: «можно». Больше не нужно было слов. Зандик кусает его шею, слегка прокусывая кожу и чувствуя на языке металлический привкус. Бай Чжу содрагается всем телом и кричит. Да, от боли, но внутри он чувствует тепло. Из его глаз побежали крупные слёзы. Слёзы радости. Зандик принялся слизывать кровь, после чего поцеловал мужчину в затылок.        — Ты больше не принадлежишь тому ужасному человеку. Теперь ты полностью мой. И я тебя никому не отдам. — ревностно шепчет Зандик, толкаясь глубже. — Потому что я люблю тебя, мой цветочек…        — И я… Люблю тебя…

***

       — Зандик, ты наконец-то вернулся. — с улыбкой произносит Бай Чжу, чуть приподнимаясь.        — Смотрю, кто-то опять свил гнездо. — усмехнулся мужчина, глядя на кучу своих вещей, сгруженных на их с Бай Чжу постель. Он подошёл к кровати, и присев на край, нежно обнял любимого. — Так сильно скучал по мне?        — Конечно… Без тебя так одиноко… — довольно слабым голосом произносит омега, утыкаясь в столь родное плечо.        — А, так ты спал, мой цветочек. Прости, что разбудил. — улыбается Зандик и гладит омегу по голове.        — Угу… Ты голодный? Я сейчас что-нибудь приготовлю. — он уже хотел было встать, но Дотторе мигом остановил его. — М?        — Не нужно. Я заказал доставку. А тебе нужен отдых. — мягко произнёс мужчина, погладив слегка выпуклый животик своего омеги. — И ему тоже.        — Зандик, срок ещё… — Бай Чжу зевнул, ложась обратно на подушку. — Не такой большой, чтобы так переживать…        — И всё же… Не забывай, с каким трудом, нам это далось, мой цветочек. — он нежно целует золотое кольцо на безымянном пальце медбрата. — Я не удивлюсь, если ты весь день контролировал ремонтную бригаду, лишь бы всё сделали правильно.        — Только немного… — он вновь зевнул. — Я не знал, чем себя занять… Мне трудно, когда в выходные дни ты на работе…        — Я знаю, мой цветочек… — Зандик погладил любимого по щеке. — Скоро я разберусь со всем, и мне не придётся оставлять тебя в выходные. А теперь отдыхай.        — А ты?..        — Схожу в душ, дождусь доставку, поем, и приду к тебе.        — Нет. Тебя итак весь день не было. — Бай Чжу потянул его на себя, из-за чего мужчине пришлось над ним нависнуть. Не в силах противостоять очарованию этого омеги, Зандик сдался и устроился рядом с ним, крепко обняв. — М… Вот так лучше.        — Спи спокойно, мой милый. — Дотторе ласково поцеловал его в макушку. Совсем скоро послышалось тихое сопение. Мужчина улыбнулся, поглаживая любимого по голове.        Теперь в его доме гораздо уютнее. И всё благодаря этому чудесному омеге.