Синдром попутчика

«Мне срочно нужна Кровавая Мэри! Иначе у меня появится одна такая на работе!» Дима усмехнулся. Он уже стоял у метро Строгино и ждал свою психологиню. Апрель в Москве выдался не менее холодным и слякотным, чем март, зато первая неделя мая радовала теплом и солнцем. Температура воздуха не поднималась выше плюс десяти, но и этого было достаточно для прогулки. Главное, что солнце уже дарило тепло. Как и Лена. Та, с кем случайно столкнулся в баре и не думал, что встретит еще раз, уже третий месяц сохраняла его спокойствие, дарила ему позитив и непоколебимую поддержку. А еще — свое доверие. Масленникову казалось, что он знает уже все уголки ее души, как светлые, так и бездонно темные. И каждый сантиметр он полюбил трепетно и нежно. — Я очень сильно хочу кого-нибудь убить! — почти что вылетела на Диму из метро Лена. Рабочий день в честь праздников был сокращен, чем Дима с удовольствием воспользовался, и в два часа дня уже выжидал девушку. — Что твоя коллега опять сделала? — усмехнулся парень, обнимая девушку в качестве приветствия. — Лучше спроси вообще сделала ли она что-нибудь, — прорычала Лена, а затем выдохнула. — Все, надо успокоиться. У меня выходные. — Вот и я о чем, — кивнул блогер. — Пошли за кофе зайдем. Я пока тебя ждал, Бейлис купил. — Ты меня спаиваешь, Дим, — недовольно причмокнула Лена. — Кто мне сам про традицию заливал? — хмыкнул парень. — К тому же, есть повод отпраздновать. — Да ладно? — воодушевилась брюнетка. — Что? — Сегодня и я с тобой выпью. — Ура-а! — радостно завизжала Лена. — Господи, как же я мечтала увидеть, какой ты пьяный. — Нет, до пьянства я допиваться не буду, не дождешься. — Да, Дим, будешь. Завтра выходной, и у меня, и у тебя, так что просто необходимо допиться до чертиков! — Знаешь, смотрю на тебя порой и ловлю на мысли, что ты сама как чертик, — улыбнулся Дима. — Ну зато ведь любимый, — подмигнула девушка и зашла в кофейню. Масленников подвис на пару секунд от сказанного, но, встряхнув головой, поспешил за Леной. Он смотрел на нее и невольно вспоминал когда-то услышанные строки стихотворения Рождественского: «Не заплачешь и не застонешь, если захочешь; станешь плавной и станешь ветреной, если захочешь… мне с тобою - такой уверенной - трудно очень; хоть нарочно, хоть на мгновенье - я прошу, робея, - помоги мне в себя поверить, стань слабее». — Дим, тебе же латте? — вернула в реальность Лена. Масленников мгновение пытался вспомнить, где он, но быстро пришел в себя. — Да. И ванильный сироп. — Без. У нас ликер, — подмигнула парню брюнетка и развернулась обратно к кассиру. — Капучино и латте, по карте. — Дима подорвался приложить свою, но Лена оказалась быстрее. — Нечестно. Я и так тебе должен за прошлый ужин, — недовольно нахмурился Масленников. В прошлый раз они сидели у Лены дома и ели, сидя на полу в подушках, доставку из ресторана, которую девушка оплатила со своей карты, не спросив и не сказав ничего блогеру. — Я тебе сказала забей. Почему ты все еще это не сделал? — задала вполне риторический вопрос брюнетка, убирая кошелек в небольшую сумку. — Не знаю, — отчего-то смутился молодой человек, но Лена этого даже не заметила, отвлеклась на приготовившийся для них кофе. — Держи свой латте, — протянула парню стаканчик девушка, предварительно закрыв его крышечкой. — Спасибо, — кивнул Дима и, взглянув в глаза, продолжил. — Ты спала вообще? — Спала. А что? — Сколько часов? — Парочку. Может три. А что? — жестче произнесла брюнетка. — Это не норма, Лен, — нахмурился молодой человек. — Норма — это конструкт, — пожала плечами девушка и поспешила на выход, надеясь, что как только они окажутся на улице, Дима на что-нибудь отвлечется. — Какой, мать твою, конструкт? — поспешил за ней Масленников. — Просто люди задолго до нас с тобой выдумали, что для здорового сна необходимо восемь часов, договорились об этом, и теперь ты на меня злишься. — Я злюсь на тебя, потому что ты прямо и уверенно идешь к проблемам со здоровьем, — больше пущего нахмурился блогер. — Вспомни меня, когда мы с тобой встретились. А это было… — Ладно, ладно, — перебила девушка. — Я поняла. Не будь мамочкой. Сейчас майские праздники, вот как раз и отдохну. — И начальник донимать не будет? — скептически спросил Масленников, не веря в то, что Лену на пару дней могут оставить в покое. — Он с семьей опять на свои Гоа улетает. Надо посмотреть кстати, не начался ли там сезон дождей. Очень надеюсь, что начался. Светофор сменил сигнал на зеленый, и Лена поспешила перейти дорогу к мосту. Дима побежал за ней, в очередной раз удивляясь, как девушка может так быстро и уверенно ходить на высоких шпильках. — Может, тоже съездим куда-нибудь на майские? — вдруг предложил Дима. — А твоя работа? — Все произошедшее со мной научило меня выставлять приоритеты. Причем так, чтобы работа никогда не вставала выше личной жизни и счастья. Лена смутилась, меж строк ощущая скрытый подтекст. — Хорошо. Но куда поедем? — Куда хочешь, — отпил латте Дима. — Может я на северный полюс хочу к пингвинам? Или в какое-нибудь село в глуши Сибири? — Лен, куда хочешь, — усмехнулся Масленников. Его такими местами уже не напугать. — А знаешь, — вдруг остановилась на мосту она и посмотрела на Москву-реку, — может в Питер? Там есть Поцелуев мост. Всегда хотела проверить действительно ли там все целуются, что это за магия такая. — Что ты ценишь в людях? — невпопад спросил Масленников, не отрывая взгляд от профиля девушки. Звучало крайне не в тему, но ему вопрос в моменте был важен. — Ну, — замялась брюнетка, — наверное, борьбу. Помнишь, мы с тобой говорили, что есть две опции по жизни: или бороться, или смириться. Многие выбирают вторую, как самую простую. Но вот те, кто борются за желаемое… они и их внутренняя сила вызывают большой восторг. Молодому человеку и нужны были эти слова. Как мотивация, согласие с его внутренним голосом. Поставив стаканчик с кофе на ограждение моста, он повернулся всем телом к Лене. — Что, если Поцелуев мост тоже конструкт? И любой мост можно назвать так? Обхватив руками лицо брюнетки, он уже был готов притянуть ее к себе сам, но девушка приблизилась самостоятельно. Если пара действительно была права в неслучайные случайности, значит, должна была также понять, что этот поцелуй — тоже совсем не воля случая, а то, чего оба уже давно ждали.