My Beautiful Madness

Ло осточертел вкус сигарет, и ему было смешно вспоминать, как он, напоминая сумасшедшего, искал именно эту марку, в надежде вернуть себя в те моменты жизни, когда даже «завтра» было понятием весьма абстрактным. Когда Ло стоит под навесом какого-то кафе, что закрылось еще пару часов назад, его взгляд преследует ничего и все сразу. Ищет подтверждение, что способность чувствовать осталась, и он обманывает самого себя, когда думает о смерти. Распознавая неспешные шаги совсем рядом с собой, Ло не считает нужным акцентировать на этом внимание, но звук прерывается и под боком мельтешит чья-то фигура. Ло опускает взгляд на парня, что разгуливает в соломенной шляпе посреди, пусть и легкого, но снегопада. Разум говорит: «Какая глупость». Сердце молчит. Ло опускает взгляд еще ниже, чувствуя странное удовлетворение от осознания, что хотя бы длинную куртку мальчишка напялить догадался. Но уставившись на чужие ноги в сланцах, Трафальгар не сдерживает усмешки. — Почему ты в шлепках зимой? — любопытство пересилило нежелание взаимодействия. — Все задают мне этот вопрос. Сам как думаешь? — мальчишка ехидно щурится, но Ло не винит его в легком эгоцентризме. Ло подмечает шрамик на чужом лице; видит лишь слегка покрасневшие щеки и вздернутый кончик носа; его губы выглядели сухими, но больше всего выделялись глаза. Такие большие и отражающие столько света, сколько не выделяло ни одно небесное тело; на его ресницах постепенно скапливался снег. Ло подавил любой порыв, связанный с тем, чтобы дотронуться до этого человека. — Тебе так удобней? Мальчик хихикает, а Ло слышит шипение. — Это один из самых популярных вариантов. Но хочешь знать правду? — соломенная шляпка понижает голос до полушепота, будто действительно собирается сказать что-то важное. Ло кивает и ждет продолжения. — Мне просто слишком жарко, если я обую что-то другое. Трафальгар ничем не выдает своего замешательства и кивает. Это какая-то из стадий безумства, и у него нет сил разбираться в этом. — Как ты справляешься с переохлаждением? — он спрашивает из честной заинтересованности. — С чем справляюсь? Действительно. Он ожидал чего-то другого? — Неважно. Делай, как считаешь нужным, — Ло мирится с абсурдом и думает, что подвел к окончанию сомнительного интерактива. Он ошибается. — Ты знал, что некоторые жуки умеют ориентироваться на местности по звездам на небе? А вот я не понимаю куда идти, когда мне говорят что-то вроде: «идя к западу вам нужно начать идти на север». Они сумасшедшие? Почему нельзя сказать «сверни налево и иди прямо»? «Сумасшедший здесь только ты», — думает Ло. «И тот, кто мог сказать тебе это», — додумывает мгновенно. — Кто вообще использует стороны света, когда объясняет маршрут? — в притворном негодовании спрашивает Ло. — Вот и я о чем! — яркая улыбка мальчишки почти ослепляет. — Как хорошо, что ты меня понимаешь! Кстати, я Луффи! «Мне неинтересно», — думает Ло. — Приятно познакомиться, — отвечает на самом деле. — А! Но ты не назвал своего имени! Как тебя зовут? — Все задают мне этот вопрос. Сам как думаешь? — на лице впервые за долгое время появляется слабая улыбка. — Так нечестно! — Луффи обиженно надувается; кажется, совершенно искренне, но принимает правила игры. — Итак, начнем с «А». Август? В один момент Ло перестает чувствовать холод. Он скрещивает перед собой руки, пытаясь понять, происходило ли это на самом деле. То есть, все это. — Неверно, — Ло повторяет это еще бесчисленное количество раз. Им некуда было спешить. Луффи упрямо хмурился и не хотел принимать подсказок, накидывая все больше новых вариантов. — Что, если я даже не знаю такого имени? — не выдерживает спустя пару неудач на букве «Р» и потерянно смотрит прямо в глаза. — Тогда ты проиграл, — просто говорит Ло и замечает, как поджимаются чужие губы. — Не хочу проигрывать, — упрямо заявляет Луффи и принимает задумчивый вид. — Что страшного в проигрыше? «Что страшного в том, чтобы не справиться и сдаться?» — Я не смогу говорить с тобой, если не буду знать твоего имени. Ведь ты, считай, не доверил мне даже самого элементарного, — Ло никак не реагирует. — И еще, мне будет непонятно, как подписать твой контакт! Вот представь, захочу я напомнить о себе, но все, что придет на ум — это загадочный незнакомец с улицы! Во-первых, у меня уже есть номер, который подписан так. Это забавная история, потому что.. Трафальгар откидывает голову на холодную бетонную стену под звук продолжающихся речей. Он давно не чувствует кистей рук; его щеки и нос адски горят и ему страшно даже думать о состоянии кожи Луффи. Поэтому он меняет правила игры. — Ло, — получается приглушенно из-за того, что он уткнулся в воротник своего пальто и принимал, по сути, факт собственной капитуляции. Разум говорит: «Какая глупость». Сердце будто знало все наперед. — А? — Луффи прекращает говорить, и поднимает свой невозможный взгляд. Его рот слегка приоткрывается, а щеки горят. Мужчина прокашлялся и сказал увереннее: — Ло. Тебе необязательно выигрывать, я весьма оценил твое участие, — он покосился на расцветающее довольное выражение на лице мальчишки и не смог удержаться, — Хотя ты и проиграл, по сути. Буква «Л» звучала минут двадцать назад. Луффи смеется на это заявление, и Ло позволяет себе насладиться этим звоном. — Я бы мог это угадать, — заявляет мальчишка. — На «Л» ты назвал только Лихтенштейн, и мне не хочется это комментировать, — парирует он. Ло представления не имел о том, во что ввязался. Они были знакомы немногим больше месяца, но спокойно сидели вдвоем в его квартире, куда Луффи, кстати, довольно органично вписывался. Трафальгар запретил себе продолжать эту мысль. Сегодня было решено спокойно провести вечер вместе, — они устроились на диване, перед этим разложив все нужные вещи на журнальном столике: две кружки, одна из которых отдавала ароматом крепкого кофе, а вторая чуть ли не выливала содержимое через край, демонстрируя обилие газов; несколько тарелок с перекусом, пищевая ценность которого превышала разумный предел калорий для насыщения взрослой особи; и включенный ноутбук с вкладкой на каком-то из киносервисов, где у Ло неожиданно нашлась ежемесячная подписка. Все и правда должно было пройти так, как Трафальгар это планировал. Спокойно. Спокойно с Луффи. Справедливости ради, начиналось все не так плохо. Они были на середине второй серии какого-то дурацкого шоу, когда Луффи оторвался от дивана и поставил это на паузу. Ло решил, что тому нужен перерыв на туалет, поэтому никак не среагировал, продолжая утомленно жевать попкорн. — Торао, я хочу у тебя кое-что попросить, — с несвойственной, абсолютно чужеродной для Луффи скромностью, была произнесена эта фраза. Ло заранее испугался за свое ментальное здоровье. — Что? — невнятно спрашивает и закидывает в рот еще сладкого, чтобы дать себе больше времени на размышление над следующей, слегка неожиданной, фразой. — Займись со мной сексом. У Ло аневризма головного мозга. — Ты сейчас осознаешь то, о чем просишь? — Ло продолжает бубнить, потому что даже полный рот не остановит его перед уточнением волнующего заявления. Луффи вскидывает на него взгляд и уверенно кивает, отвечая с виду такое разумное: — Ты ведь старше. Знаешь об этом. И ты нравишься мне. Хочу попробовать это с тобой. Ничего лишнего и слишком много личного. В медицинском справочнике Ло никогда не были описаны такие ситуации. — То, что я старше, не делает меня априори опытней, — рациональное начало. — Ты тоже нравишься мне, Луффи. Но прошло слишком мало времени для чего-то серьезного. Поверь мне, когда я говорю об этом. Луффи садится совсем рядом с Ло, его согнутое колено касается бедра мужчины, а невинное лицо слегка наклоняется к плечу. — Ты не хочешь заниматься со мной сексом? Трафальгар подавляет усталый вздох и прикрывает глаза. Безусловно, ему нравился Луффи. Он очаровал Ло буквально с самой первой встречи, когда он находился в одном из самых тяжелых своих эпизодов. Близкое общение на протяжении почти двух месяцев способствовало зарождению симпатии; к своему стыду, Ло посещали различные мысли о форме проявления этой самой симпатии. Секс был самым примитивным и приятным явлением. Но, блять, Трафальгару иногда казалось, что Луффи представления не имеет ни об этом виде удовольствия, ни о том, что член может использоваться не только для «поссать». — Я хочу заняться с тобой сексом, Луффи. — Тогда в чем проблема? — Я не хочу заниматься им сейчас. Должно пройти еще время, чтобы ты был полностью уверен в том, что хочешь сделать. — Но я полностью уверен, что хочу заняться им сейчас! — его голос звучал почти обиженно. — Тогда это мне нужно стать опытней, чтобы ты согласился? У Ло волоски встали дыбом после этого «опытней». Нет! — Совершенно точно нет. Если ты хочешь заняться со мной сексом, — значит, это будет частью чего-то большего. Мы будем в отношениях, Луффи. Это может быть обременительно для такого человека, как ты. И в отношениях нельзя стать «опытней», используя других людей, а не своего партнера. — Про каких людей говорит Торао? И я прекрасно знаю про отношения! Эйс и Марко начали тусить вместе, как только мне исполнилось пятнадцать! Почему-то я хорошо это запомнил. Ло тактично проигнорировал знание о том, что Марко дожидался совершеннолетия своего парня. — Это радует. Итак, ты согласен вступить со мной в отношения? — Да! Я и Торао будем заниматься сексом! — абсолютно счастливое заявление было выкрикнуто, и Луффи откинулся на мягкую спинку дивана. К вашему сведению, Трафальгар никого не принуждал. Ло ответственно подошел к их первому разу, потому что не хотел причинить Луффи даже одной сотой боли, хотя и знал, что при вводе члена, того так или иначе будут мучить неприятные ощущения. Он пытался учесть все возможные моменты и, очевидно, совсем не был озабочен тем, чтобы самому получить оргазм этим вечером. — Мне просто раздеться и сложить вещи? — Да, повесь их на стул, — отвечает Ло, осматривая лубрикант и пачку презервативов. Собственные анализы, вместе с результатами Луффи, он перепроверял еще пару дней назад. Луффи чувствовал всю суету, что охватила его парня, и понимал, что действовать надо быстро. Чужое напряжение должно спасть буквально. Он аккуратно прикоснулся к чужой спине и постепенно обхватил тело Ло в объятия, сцепляя руки на чужой груди. Его щека прижималась к горячей коже; спустя мгновение увлажненные губы оставляли недолгие, робкие поцелуи по направлению к шее, Луффи старательно приподнимался для этого на носочки. Трафальгар стойко выдерживает чужие ласки и вздыхает, поворачиваясь к нему лицом и не разрывая объятия. Он копирует чужие действия и еще теснее прижимает к своему телу; Ло наклоняет голову и осторожно целует чужие губы, обводя языком все доступные места и оставляя ниточку слюны каждый раз, когда они ненадолго отстраняются друг от друга, чтобы глотнуть воздуха. Луффи отвечает с энтузиазмом, компенсирующим неопытность. Ло издает тихий вздох, когда чужие пальцы зарываются в его темные волосы и крепко их сжимают. Трафальгар поднимает руки выше по телу своего парня, обхватывая шею сзади и притягивая еще ближе за затылок, почти вжимая в себя. Их бедра прижимаются друг к другу; оба нуждающиеся и твердые. Луффи издает тихий стон, и Ло отрывается от него, медленно протискиваясь к кровати и осторожно роняя на нее парня. Ло отстраняется буквально на пару мгновений, чтобы забрать смазку и парочку презервативов, но Луффи успевает недовольно заскулить и подрывается с места, как только Ло возвращается, снова захватывая чужие губы в поцелуе. Трафальгар с трудом замечает, как сильно вжимает Луффи в кровать, совершенно увлекшись покусыванием кожи на чужой шее, и слегка отстраняется. С негромким хлопком он открывает тюбик и с излишком выдавливает его содержимое на ладонь, ожидая, когда гель примет комфортную для тела температуру, параллельно нежно поглаживая подрагивающие бедра Луффи. — Торао, это так долго, — скулит недовольно. — Просто доверься мне, — в ответ на это Луффи лишь шире раздвигает ноги. Ло осторожно вводит пальцы, оставляя достаточно времени, чтобы привыкнуть к каждому и выбивая из Луффи как можно больше довольных всхлипов. Только когда четыре пальца совершенно свободно растягивают мышцу сфинктера, Трафальгар смазывает свой набухший член и осторожно подтягивает тело Луффи ближе к себе. С предельной осторожностью он вставляет головку, стараясь отвлечь мальчика нежными поцелуями в шею и поглаживанием бедер. — Торао, может, пора уже? — сконфуженно спрашивает Луффи и стонет при полном погружении члена в свое тело. — Ты куда-то спешишь? — елейно уточняет Ло. — Просто делай уже, что надо, — недовольное бурчание заглушается звонким ударом бедер о задницу, и Луффи скользит по простыням в сторону бортиков. Ло расставляет руки по бокам от головы другого, фиксируя его на месте, и медленно повторяет недавние движения бедрами. Темп нарастает; особенно приятно становится при нахождении чужой простаты. Громкие стоны вырываются из горла Луффи, Ло не собирается их как-то заглушать. Хотя он и говорил о том, что не будет гнаться за собственным удовольствием, он осознавал, что скоро может кончить, поэтому потянулся к чужому эрегированному члену и начал дрочить его в том же темпе, в котором входил в меньшее тело. Худые ноги Луффи в это время были согнуты в коленях по бокам от ребер Ло, а его руки обхватывали татуированные плечи. Они не кончили одновременно, потому что Луффи был чересчур стимулирован и совершенно доволен. По крайней мере, Ло пришел к такому выводу, исходя из чужого выражения лица и спермы, что залила живот и свидетельствовала об оргазме. Ло тоже осталось всего ничего до своего пика, поэтому он вышел из теплого тела и быстро стянул презерватив, надрачивая член и изливаясь в то же место, где находилась телесная жидкость Луффи. Не осуждайте мужчину за минутную слабость. — Все-таки крутая это штука, — отношения, — подытоживает Луффи. — Ага, — поддакивает Ло и медленно встает за влажными салфетками.