143

31 марта. Нил открывает глаза и, вот уже, двадцать минут пялится в стену. Его день рождения. Нил не любит этот день. В детстве, когда мама еще была жива, Нил с удовольствием отмечал свой праздник; получал подарки, с энтузиазмом задувал свечки на торте. Но потом мамы не стало… С тех пор, Нил не праздновал день рождения. Дядя все еще дарил подарки, и Нил коротко благодарил. Конечно ему было приятно, но он не чувствовал восторга. Сейчас, когда у него появились друзья и… Эндрю, дядя осторожно выпытывал, будет ли Нил устраивать вечеринку. Нил лишь мотал головой, в отрицательном жесте и прятался от Стюарта в комнате. Нил, с усилием воли, поднимает свое тело с кровати и плетется в душ. Настроение ниже некуда. В доме тихо, даже не шумит кофеварка; а это значит, что дядя уже уехал на работу. Закончив свои ванные процедуры, Нил снова валится на кровать, хватая телефон с прикроватной тумбочки. Куча сообщений от друзей, товарищей по команде, просто знакомых; Нил все их пролистывает, открыв чат с Эндрю, который уже написал ему «доброе утро». 7:15. Нил скользит взглядом по времени, отмечая, что у него осталось пятнадцать минут, прежче чем за ним заедет Эндрю. Отправив ему сообщение и пожелав доброго утра, Нил поднимается. Он даже не притрагивается к куче других сообщений, решив что у него достаточно времени, чтобы ответить всем. Настроение немного улучшается, но не до такой степени, чтобы Нил вприпрыжку спустился по лестнице. Черный кофе бодрит, давая подзарядку, хотя бы, до обеда. На столе стоит большая черная коробка, с открыткой на ней. Подарок от дяди. Там либо кроссовки… либо кроссовки. Нил не понимает, что за страсть у Стюарта к кроссовкам. Дядя хороший опекун, и Нил очень ему благодарен — за все. Но ему стоит пополнить список подарков, которые он планирует дарить на праздники. Подцепив пальцем крышку, он открывает коробку, и внутри оказываются… кроссовки. Серьезно, Стюарта раскрыл бы любой первоклассник. Но, стоит отметить, обувь неплохая. Нил удовлетворенно хмыкает и подхватывает открытку, на которой небрежным почерком написано: С днем рождения, Нил! Когда до приезда Эндрю осталось пять минут, Нил уже готов, укладывая в рюкзак последние учебники. Сегодня ему не хотелось заморачиваться с одеждой — как будто он когда-нибудь заморачивается. На нем синие джинсы, серая футболка, а поверх клетчатая синяя рубашка. Напоследок обдав себя парфюмом, который нравится Эндрю, Нил выходит из дома. Как раз, в этот момент, к дому подъезжает черная Мазерати. — С дне… — начинает Эндрю, когда Нил садится на пассажирское кресло. Но Эндрю осекся. — Привет, — вместо этого произносит он. Тихо, как будто боясь спугнуть. — Привет, — отвечает Нил и тянется к своему парню, чтобы поцеловать. Поцелуй выходит коротким. Приветственным. Ленивым, но не менее чувственным. Впервые — за все утро — Нил вдыхает полной грудью. За весь путь до школы, они не произносят ни слова. Едут в полной тишине, которая для обоих, более чем, комфортная. Нил благодарен за это. Эндрю всегда знает, когда и что нужно сделать, чтобы Нил начал чувствовать себя комфортно. Уроки проходят в суматохе. Поздравления льются со всех сторон, и Нил с вежливой натянутой улыбкой их принимает. Его поздравляли даже те, кого он впервые видит; но они его знают, так как являются фанатами их команды по волейболу. Откуда все эти люди знают про его день рождения? Нил понятия не имеет. Друзья надарили подарки, а шкафчик Нила уже изрыгает их обратно, потому что не вмещает в себя столько. Вдобавок ко всему, у Нила начинает болеть голова. Поэтому на обеде, он прячется в музыкальном классе, на пару с сэндвичем, который выглядит ничуть не лучше самого Нила. Здесь его и находит Эндрю, когда Нил заканчивает с сэндвичем и угрюмо бренчит на гитаре. — Репетируешь песню для чьих-то похорон? — Эндрю садится в позу лотоса, рядом с Нилом, соприкасаясь с ним бедрами. Ладонь Нила ложится на струны, чтобы они прекратили издавать издевательский звук, и переводит взгляд на Эндрю. — Элисон спрашивала меня про вечеринку, — Нил устало прикрывает глаза. Он чувствует прикосновение рук к своей щеке — руки Эндрю всегда мягкие и пахнут табачным дымом; но когда они дома, руки Эндрю пахнут мылом и вишневым кремом для рук. — Ты не обязан устраивать вечеринку, только потому что другие этого хотят, — большой палец Эндрю проводит между бровями Нила, разглаживая морщинку. Нил расслабляется. — У меня сюрприз для тебя, — руки Эндрю покидают лицо Нила, и Нил распахивает глаза. — Но я не знаю, захочешь ли ты его увидеть, — Эндрю нервно начинает теребить рукав. — Я… — Нил не успевает закончить. Около барабанной установки слышится шум, и парни синхронно поворачивают головы в ту сторону. Музыкальный класс небольшой. Директор, уже какой год, говорит что выделит деньги на обустройство этого класса и сделает его больше. Года идут, а класс не меняется. В углу стоит барабанная установка, у стен несколько гитар, усилители, полки завалены сухими бумагами, на которых накарябаны ноты. Пианино здесь нет — оно стоит в актовом зале. Из-за барабанной установки выглядывает худощавый парень, в серой рубашке и коричневых штанах. На носу болтаются огромные очки, и он нервно поправляет лямку сумки, которая то и дело скатывается с плеча. — П-простите, — паренек говорит это так тихо, что Нил разобрал его слова, только по движению губ. — И давно ты там? — бровь Нила ползет вверх. Когда он заходил сюда во время обеда, он был уверен, что в классе никого не было. Свет был выключен. — О. Я всегда здесь. Просто вы меня не заметили, — парень переминается с ноги на ногу, а потом, снова пролепетав извинения, вылетает из класса. Нил и Эндрю переглядываются. Эндрю прыскает в кулак, а Нил поддерживает его — коротко хихикнув. — Эндрю, я бы с радостью посмотрел на твой сюрприз, — произносит Нил, нежно касаясь его ладони.

***

— Куда мы едем? — Нил спрашивает это уже в десятый раз, на протяжении получаса. — Увидишь, — только и отвечает Эндрю. День медленно тянется к своему завершению. Солнце садится за горизонт, окрашивая небо в оранжевые, розовые и желтые оттенки. Десять минут назад они выехали за город; за окном машины, Нил видит поля, хвойный лес и море, которое тянется параллельно дороге. Наконец, они на месте. Эндрю паркует машину, около каменистого выступа и говорит выходить. — Ты собираешься скинуть меня с обрыва? — предполагает Нил. — Да, — коротко и совершенно серьезно отвечает Эндрю. Но Нил только весело ухмыляется. Пройдя немного дальше, они натыкаются на полуразрушенную каменную лестницу, которая ведет вниз. Нил слышит, как внизу что-то шумит. Он предполагает, что это ручей. Эндрю разворачивается к нему лицом и берет за руки: — Закрой глаза. — Оставишь меня здесь, а сам уедешь? — спрашивает Нил, но послушно закрывает глаза. — Да, — в голосе Эндрю снова слышится напускная серьезность. Эндрю держит Нила за руки и медленно помогает спускаться по лестнице. Нил шагает осторожно, но вовсе не боится упасть. Он знает — его поймают. Когда лестница осталась позади, Нил чувствует под ногами ровную поверхность. Шум воды становится громче, и Нил ощущает, что внизу намного прохладнее. По телу проходится легкая дрожь. — Пока не открывай, — говорит Эндрю и отпускает руки Нила, куда-то убежав. Слышится щелчок зажигалки, а после, приближающие шаги. — Открывай. Нил открывает глаза и первое что он видит: Эндрю, который держит небольшой кексик, сверху которого горит свечка. — Я знаю, тебе не нравится этот день, — Эндрю не смотрит на Нила, его руки слегка дрожат, от чего пламя свечи колыхается, отражаясь в его янтарных глазах. — Но… с днем рождения, Нил… Он делает шаг к Эндрю, беря его руки в свои и наклоняется, чтобы задуть свечку. Он ничего не загадывает — ему это не нужно. Огонек потух, оставляя за собой тонкую струйку дыма, которая поднимается вверх, закручиваясь. Эндрю поднимает голову, сталкиваясь взглядом с Нилом и шумно сглатывает. Нил тянется первым, накрывая своими губами, губы Эндрю. Он вкладывает в этот поцелуй всю благодарность, нежность и любовь, которую он испытывает к Эндрю. Они соприкасаются лбами, разделяя одно дыхание на двоих. — Спасибо, — шепчет Нил. Затем, отстранившись от Эндрю и посмотрев поверх его головы, голубые глаза расширяются от удивления. — Эндрю… — Нил не знает, что еще сказать, он просто смотрит. Сбоку от них протекает ручеек, журча и разливая прохладу по небольшой поляне. На берегу, около воды лежит плед, на котором стоит плетенная корзинка. Небольшой фонарик на земле отбрасывает блики на темно-зеленую траву. А несколько кустарников, что располагаются позади, украшены желтыми маленькими фонариками в виде гирлянды. Нил проходит вперед, осматриваясь и не веря в происходящее. Для него никогда не делали такого. Эндрю последовал за ним, присаживается на плед и открывает корзинку. — Ты не любишь сладкое, поэтому я испек твои любимые морковные кексы, — Эндрю достает контейнер, отщелкивая крышку. — И я уверен, они просто ужасны на вкус. Они ведь не сладкие, — морщится Эндрю. Нил улыбается, занимая место рядом с Эндрю и хватает один кексик, чтобы с удовольствием его надкусить. Нил блаженно закрывает глаза и протягивает «ммм», слизывая крошки с губ. Эндрю закатывает глаза, но губы уже тронула улыбка. — Когда ты успел все это приготовить? — оглядываясь, спрашивает Нил. Эндрю лишь пожимает плечами. — У меня для тебя подарок есть, — говорит Эндрю и тянется к карману своей куртки, доставая бархатный черный мешочек. Нил ерзает в нетерпении. Эндрю протягивает раскрытую ладонь, как бы приглашая. Дрожащая ладонь Нила мягко ложится в его руку. Дыхание перехватывает, когда он видит, что Эндрю достал из мешочка. Это… это кольцо. Не совсем широкое: черный металл, который украшают серебряные трещинки. Эндрю подносит его к руке Нила, собираясь надеть. Нил вздыхает слишком громко. — О господи, Джостен. Это не предложение руки и сердца, а просто подарок, — говорит Эндрю, фыркая. — Тогда зачем ты мне его на безымянный палец натягиваешь? — ухмылка появляется на лице Нила и немного успокаивает гулко бьющееся сердце. Эндрю одаривает его грозным взглядом, или пытается сделать грозный взгляд, но получается плохо. Кажется, за время их отношений, Нил сделал его слишком мягким. Эндрю надевает кольцо на средний палец Нила и демонстративно отворачивается, хватая пакет с соком. Нил смеется и упирается подбородком в его плечо. — Спасибо, Дрю, — Нил коротко целует его в шею. Возможно, Нил пересмотрит свое отношение к своему дню рождения. Этот день заканчивается лучше, чем Нил мог себе представить.

***

На следующий день, сидя за домашней работой, Эндрю долго не сводит взгляда с руки Нила. Когда Нил это замечает, его щеки предательски краснеют. — Что? Оно… спадает со среднего, — говорит Нил и поправляет подаренное Эндрю кольцо, которое украшает его безымянный палец. Эндрю фыркает и отворачивается, но Нил успевает словить мимолетную улыбку, которую прокручивает в голове весь оставшийся день.