Баллада о змеях

Если бы подчиненные Сноу решили войти в его кабинет после жатвы, они были бы поражены тем, что увидели. Чистая комната, в которой всегда все лежит на своем месте, теперь напоминала хаос из бумаг, карандашей и фотографий, а в центре этого беспорядка стоял Кориолан. Он планировал завершить подготовительные работы, встретиться с президентом и проверить арену. Именно этим он занимался каждый год с тех пор, как стал распорядителем игр. Но теперь мужчина не мог выйти из своего кабинета и приступить к работе. Все мысли были заняты Эмилией. В этот раз ему не хватило терпения, поэтому он стал самостоятельно искать ответы на свои вопросы, не дожидаясь утреннего отчета. Кориолан вспоминал исчезновение Люси Грей, которое произошло 17 лет назад. Чувство тоски появлялось каждый раз, когда он представлял ее лицо. Такое глупое и трагичное расставание, вызывало улыбку и слезы, которые он никому не покажет. Мужчина знал, что его долг – вернутся в Капитолий и спасти свою семью – превыше сантиментов. Он заглушал воспоминания о том дне и ночи, а потом твердо решил больше не влюбляться. Однако несмотря на свою решимость, он так и не смог забыть все, поэтому отправил в 12 дистрикт своих миротворцев, ожидая, что однажды она вернется в район. Но этого так и не произошло. Подчиненные докладывали ему лишь о пьяных драках и мелких бунтах. Никаких следов Люси Грей, до сегодняшнего дня. Сегодня он увидел на экране первую зацепку и сразу после жатвы достал ее биографию из базы, откладывая остальные дела. Обычно, биография жителей дистриктов была скудна. В ней фиксировали имена родителей, возраст, профессию и нарушения, если таковые имелись. Достав досье, Эмили, первое, что бросилось в глаза Сноу, был её возраст – 17 лет. Мужчина второй раз за день почувствовал страх, с которым не сталкивался со времен 10-х игр, но больше всего ему не нравилось то, что он не мог контролировать самого себя. Чувства не подчинялись разуму и вскоре на место страха пришла ревность. Что если это не его ребенок? Может Люси Грей играла с ним, чтобы остаться живой. Может она на самом деле никогда его не любила, как говорила мадам Ба? Он смог успокоиться лишь когда заметил свое отражение в зеркале. Вместо отрепетированного спокойствия он видел яростные глаза и сжавшиеся кулаки. Сконцентрировав свое внимание на дыхании, Сноу смог взять контроль над своими эмоциями и продолжил читать: «Эмили Бейрд была передана миротворцам. Её привела Мод Айвори, которая нашла девочку на крыльце своего дома. Родители не были найдены. Мод Айвори выразила желание стать опекуном ребенка, в чём ей не было отказано. Она решила дать девочке фамилию Бейрд в честь пропавшей сестры, а также имя Эмили.» Когда Сноу обратил внимание на дату, в кабинете раздался громкий смешок. Этот документ создали лишь семь лет назад, а не во время рождения ребенка. Вся биография сфальсифицирована, поэтому доверять этой бумажке не было смысла, нужно копать глубже. Найти миротворца, который сфальсифицировал запись, скорей всего он будет как-то связан с кузиной Люси Грей, но на это все уйдет слишком много времени. В досье была лишь еще одна строчка сделанная несколько лет назад: продает пойманное мясо на рынке и выступает с ансамблем за пожертвования». Скорее всего лишь ее род деятельности и возраст не сфальсифицировали. На этом записи закончились и Сноу продолжил искать ответы в биографии другого человека – Марция Айвори. Только распечатав страницы, мужчина услышал резкий звук, открывающийся двери и повернулся к источнику шума. Он уже был готов накричать на тех, кто решил без разрешения зайти в его кабинет, но увидел на пороге свою сестру, с которой они не общались несколько лет с момента смерти мадам ба: – она твоя? Кориолан притворился, что читает важные документы, чтобы обдумать возможные ходы своих действий. Он мог бы лгать., притвориться, что не смотрел жатву, или просто списать все на случайность. Но скрывать очевидное было бы глупо. Фамилия девушки совпадала с фамилией той, которую он любил в прошлом. Ей было 17 лет – столько же, сколько прошло с момента их последней встречи. И, конечно же, голубые глаза и светлые корни волос. – Вероятно, что моя – ответил он, поднимая глаза на Тигрис, которая, обхватила свою голову руками и села на диван. – Что теперь делать? Ты не можешь отправить её на арену – с мольбой в глазах посмотрела она на Кориолана – Мы не общаемся, тебе важна работа, твое положение и государственный строй, но она моя племянница Корио, она Сноу. Впервые за 17 лет Тигрис назвала его "Корио". Он повернулся к ней, но не знал, что сказать, не знал, что делать. Смешанные чувства терзали его. Сноу не сильно переживал за Эмилию. Ему казалось, что он ничего не испытывает к ней, лишь волнение, вызванное воспоминаниями прошлых отношений. Но бледный и худощавый вид ее тела, заставлял сердце сжиматься. Она недоедала, так же, как и он в детстве, что в глубине души доставляло ему боль: – Когда дани приедут в Капитолий, их кровь возьмут на анализы. Пусть это будет новым правилом Голодных Игр, чтобы узнать, насколько трибуты здоровы и улучшить данные рейтинга. С кровью Эмили я проведу генетический тест – сказав это, Кориолан понял, что у него наконец появился план. Тигрис отвернулась, кусая ногти. Теперь она поняла, что и сама не такая безупречная. Конечно, ей не нравились Голодные Игры, она считала их извращенным кощунством, но истинное беспокойство началось, когда она увидела свою племянницу на экране. Жизнь Эмили зависит лишь от генетического теста. Если девчонка окажется из рода Сноу, она, вероятно, выживет. Но если нет – ее скорей всего ждет смерть. – Ты уже что-то узнал о ней? – спросила Тигрис – Панему плевать на жителей Дистриктов, поэтому в досье немного информации. Ей 17 лет, родители неизвестны, работает певицей и торгошом мяса, на которое охотится в лесу – только сейчас Кориолан понял, что Эмили умеет охотиться, и он зафиксировал эту информацию. Раньше он полностью ассоциировал её с её матерью и думал, что, кроме песен, она ничего не умеет. – 17 лет назад ты вернулся оттуда – то ли с грустью, то ли с надеждой сказала девушка. – Остальное сфальсифицировано. Досье написали семь лет назад. Скорее всего, она прибыла в Панем, когда ей было 10 – сказал Кориолан, открывая историю Марция. В его биографии было также мало информации: «мать – Мод Айвори, отец неизвестен, работает в шахтах. – Как она могла жить за пределами Панема, что вообще с вами произошло? – на эмоциях сказала тирис и постаралась продолжить в более спокойной манере – ты говорил, что расстался с ней, что Люси грей не захотела ехать в Капитолий. Мы уже не близки, но ты знаешь, что можешь доверять мне Корио, нам нужно добраться до правды. Сноу оставил бумаги на столе и посмотрел в глаза тигрис. Уже второй раз за день он слышит в свой адрес нежное прозвище, которое оставил в далеком прошлом и не надеялся услышать хоть когда-нибудь. Он не хотел погружаться в сантименты, но устал держать в себе столь многое и решил как раньше открыться своей сестре, пусть и не до конца. - Мы решили сбежать с ней из Панема, на север, для этого были причины – в глазах Сноу начали всплывать фрагменты воспоминаний, и он отвернулся от сестры – Когда мы добрались до хижины, я нашел там то, благодаря чему мог вернутся в Капитолий и на этом моменте мы расстались. Она сбежала. Тигрис поняла, что Кориолан не станет выкладывать всю правду о своем прошлом в 12 дистрикте. Может быть он делал это в целях своей безопасности, а может быть боялся разобраться с тем, что тогда натворил. - Значит ты уехал и она осталась в лесу? Или люси грей вернулась в 12? Ты можешь рассказать, почему ей нужно было уйти из района? - Ее подозревали в преступлении, поэтому она сбежала. Не думаю, что она бы вернулась в 12. Документы Эмилии создали через 10 лет после нашего расставания, наверное только тогда они вернулись в район - точнее вернулась только Эмили, Кориолан знал, что за эти 17 лет, Люси Грей никто не видел. Многое оставалось неизвестным, но пересказывая свое прошлое сестре, картинка уже не была такой расплывчатой. Все эти годы Люси Грей сводила его с ума, но теперь Кориолан стал ближе к разгадке. Хотя сейчас все его мысли были о девушке, которая осталась беременна в лесу.