luxurious

Роскошно жить никто не запретит. Его чарующей красоте все завидовали. Мужчины ненавидели, желая стать такими же притягательными людьми, как он. А женщины мечтали лечь к нему в постель, завидуя тем, с кем он занимался сексом. Заголовки популярных журналов так и кричали о всеми известном Хван Хёнджине. Ему до дрожи в коленях нравилось быть главным лицом всемирного бренда «Versace». Черноволосому никогда не надоест такая жизнь. Кому же не понравится много внимания и лестных комментариев о его потрясающем и добром характере? Он купался в деньгах и внимании. Завидный холостяк с чарующей внешностью. Однако почти никто не знал о том, что этот парень был тем ещё простаком. Его характер был простым, да и он сам видел в себе обычного человека с необычным статусом. Даже деньги не смоги испортить этого молодого человека. Он оставался таким, какой он есть. Многие засыпали с представлением о том, что рядом с ними лежит Хван. Но это всего лишь мечты. Его не интересовали отношения. Он и его сердце были недоступны. Да, он был добродушным человеком, готовым в любую секунду прийти на помощь. Но дальше дружбы парень не ступит. В этом весь Хёнджин: добрый человек с притягательной лёгкой улыбкой и с хорошими манерами, который всегда мягко проводит черту, когда её хотят переступить. Он обожал свою жизнь так же сильно, как обожали его. В дверь дорогого отеля постучался курьер, что означало лишь то, что ему доставили букет алых роз с открыткой от «Versace», где говорилось о том, что его ожидают на мероприятии. Джин улыбнулся, читая данную записку. Он был одет в дорогой чёрный костюм, что был сшит из шёлковой ткани. Также на нём было серебряное ожерелье с толстой цепью и простая цепочка. Серебряные часы на правой руке и пара колец на обеих руках. Его волосы были зачёсаны назад, а несколько прядок чёлки специально выбивалась. Мокрый эффект на волосах отлично будет блестеть при вспышках камер. Серьга на левой стороне брови гармонировала с его образом. Чёрная сумка "тоут" дополняла его неотразимый образ. Одним словом, шикарный. И он знал об этом. Да каждый второй готов был себе лоб разбить, лишь бы сфотографироваться с превосходным и элегантным парнем. Черноволосый вышел из номера, направляясь к выходу из здания, где его уже ожидала чёрная глянцевая машина с тонированными окнами. Выйдя наружу, его тут же окружила толпа фанатов и, конечно же, надоедливые журналисты, которые вечно суют носы не в своё дело, публикуя всякую дребедень. Шестеро охранников удерживали громкую толпу, дабы Хван смог сесть в транспорт. Изящно помахав фанатам рукой, он сел в автомобиль и помчался на званный вечер. Прибыв туда, он прошёл в банкетный зал с кучей круглых столиков. Новые и знакомые лица начали приветствовать молодого человека в чёрном, мило улыбаясь и пожимая его руку. Длинноногий проследовал к Донателле Версаче, тут же здороваясь с ней. Женщина добродушно пообщалась с ним, расспрашивая о том, как у него дела и всё ли с ним хорошо. От Хвана нельзя было отвести взгляд, и это факт. После приятных разговоров он уселся за столик, где уже сидело трое гостей. Какой-то ведущий вышел на небольшую сцену, начиная что-то увлечённо рассказывать о грандиозных планах бренда «Versace». Хёнджин внимательно слушал его, положив руки на белую скатерть стола. Никто и звука не издавал, слушая человека в смокинге. Парню стало как-то неспокойно, чувствуя на себе чей-то заинтригованный взгляд. Повернув голову вправо, черноволосый поймал эти самые карие глаза, чей обладатель выглядел очень необычно. На незнакомце была роскошная белая шуба, того же цвета полупрозрачная рубашка и белые брюки. Почти все присутствующие были одеты в тёмные вечерние наряды, а этот был одет так, словно он какой-то богатый аристократ. Джин соврёт, если скажет, что его каштановый цвет волос не подходит к этому интересному образу. Неотбеленная кожа сияла даже при приглушённом свете. Да этот юноша сам весь светился. И как же он раньше не смог обратить на него внимание? Немыслимо. Он бы сразу мог заметить его, но из-за всех этих приветствий он не обратил на брюнета никакого внимания, в то время как тот сразу его приковал к нему взгляд. Он сидел за столиком, который был по правую сторону от Хёнджина. Даже несмотря на то, что его разоблачили, он продолжал смотреть на черноволосого и слизывать клубничную глазурь со столовой ложки. Парень слегка замялся, не понимая, как ему реагировать, поэтому он просто отвернулся. Тот усмехнулся, продолжая смотреть на идеальный профиль Хвана. Странно, но Хёнджину этот юноша показался очень знакомым. Словно он уже где-то видел его. Но где? Эта мысль никак не могла вылететь из головы, из-за чего он теперь не мог вернуть внимание на улыбающегося ведущего. Быстро посмотрев на незнакомца ещё раз, он вспомнил, что постоянно видел его на популярных обложках разных журналов. «Так он модель...» – подумал Хван, кивая самому себе головой. Ему начинало казаться, будто тот молодой человек недолюбливает его, делая вывод из того, как брюнет смотрит на него. Это не может быть чем-то другим, ведь незнакомец в шубе стреляет глазами так, словно готов сделать в Хёнджине дыру. Он никогда не рассматривал вариант, что в него могут быть влюблены мужчины. Черноволосый всегда отшучивался, если слышал от своего менеджера что-то подобное. Излишние внимание к его персоне со стороны чужака очень отвлекало, не давая сосредоточиться на дорогом мероприятии. Необузданное чувство страха заставляло пробирать тело до мурашек. Хотелось просто подойти и выяснить отношения с этой моделью, который, по всей видимости, считал себя деловым принцем и до одури великолепным. Что с ним не так и что ему нужно от Джина? Он вроде никому не доставлял проблем, ко всем относился с приветливостью. Тогда в чём проблема того незнакомца? Он не собирался рассматривать другие варианты пристального взгляда. Нужно попытаться снять с себя это странное напряжение и вновь надеть на себя маску «Всё в порядке. Мне плевать на то, как этот человек смотрит на меня». Но ничего не получалось. Парень устремил взор на брюнета, вновь встречаясь глазами. На очаровательном личике была целая россыпь веснушек, что было просто невозможно для корейца. Видимо поэтому его и взяли в модельное агентство, ведь такое лицо на вес золото. Веснушки украшали его, придавая вид миловидного подростка, кой так и излучал дружелюбность. Но то, как он смотрел на Хёнджина, не было дружелюбием. Лёгкий макияж ещё больше подчёркивал его необычайно красивое лицо, а стройное и подтянутое тело лишь дополняло. Кожа неотбеленная, напоминая горячее шоколадное молоко, посыпанное шоколадной крошкой. В голове крутилось слишком много вопросов и так мало ответов. Как только ведущий ушёл с небольшой сцены, гости разошлись кто куда, обсуждая различные темы моды и их счета в банке. Кто-то посетил это мероприятие ради какой-то выгоды. Кому-то хотелось весело провести время. Кто-то в эту самую секунду совершает крупные сделки. А кто-то пришёл сюда лишь потому, что его силой заставили пойти на этот вечер. Хёнджин не относился ни к одному из них. Его позвали, он прилетел. Красивые, но лживые улыбки были на каждом лице, олицетворяя добродушие и понимание. Однако всё это было жирной ложью. Каждый присутствующий желал высосать все соки из этого вечера, как ненасытные вампиры, что приходят в ночи. Вся эта показуха лишь доказывала, что люди не так просты, как кажутся на первый взгляд. А вот Джин, напротив, был до безумия простым человеком, от которого требуют высокомерия и почётности. Бред сивой кобылы. Вместо того, чтобы пообщаться с какими-нибудь знаменитостями, парень решил выйти в уборную. Проделав недолгий путь по светлому коридору, Хван всё же попал в уборную, где был такой же приглушённый свет, как в зале. Какая-то фоновая мелодия совсем тихо играла из колонок, подвешенных к потолку. Черноволосый глубоко вздохнул, наконец избавившись от излишнего внимания к его персоне. Ему до безумия хотелось смыть с себя этот шаловливый и заинтересованный взгляд чужих глаз. Раздражает. Он ведь не какая-то завораживающая картина в галерее, что сто́ит больше, чем его почка. Да только вот веснушчатому так не казалось. Ведь Хёнджин действительно выглядел так, словно он та самая дорогая картина в популярной на весь мир галерее. Включив воду, он подставил руки под струю ледяной воды, а далее похлопал себя по щекам красными от холода ладонями, таким образом приводя свои мысли в порядок. Всё это походило на нелепый сон, от которого срочно нужно проснуться. Он уже не понимал, что и думать. Всё же он званый гость на этом вечере, а значит, должен вести себя подобающим образом, вовремя отвечая на какие-то вопросы. Посмотрев в зеркало, он слегка улыбнулся самому себе, проверяя, как он выглядит. Как всегда идеален. Значит, можно идти. Протерев руки небольшим полотенчиком коричневого цвета, Хван скинул его в специальную корзинку и готов был выйти из уборной, но его путь загородил тот самый веснушчатый брюнет в дорогой шубке. Лёгкая улыбка сияла на его лице, по-прежнему стреляя глазами и тем самым приводя Хёнджина в замешательство. Почему-то парень думал, что они одного роста, но юноша оказался на голову ниже. И как этот гном посмел привести Джина в оторопь? Бред сумасшедшего. Просто немыслимо! Длинноногий начал отходить назад, а тот, наоборот, стал делать небольшие шаги вперед, довольно улыбаясь. Ему до чёрта было неловко, отчего он проглотил вязкую слюну, которая, казалось бы, застряла в горле, как ком. Вот теперь он действительно был в тупике, ведь его широкая спина уткнулась в мраморную плитку, отдаваясь в лопатках тупой болью. — Мне хочется тебе отсосать, когда я смотрю в твои глаза, – открыто заявил веснушчатый, блистая собственными глазами, в которых плясали огоньки шаловливости. Черноволосый в полном недоумении. Как у этого миловидного юноши может быть такой низкий, но в то же время приятный голос? Как? Неистовый шок и смущение смешались в один фиолетовый флакон. Словно брюнет насильно влил эту смесь эмоций в горло Хвана. Это откровение ввело парня в замешательство. Кувалда непонимания била прямо по голове, выбивая Хёнджина из колеи. — Что... – почти шёпотом промолвил он, затаив дыхание. — Что ты такое говоришь? — Говорю, как есть, сладкий, – кокетливо ответил тот, растягивая кукольные губы в сладкой улыбке. — Хочу попробовать твой член на вкус. — Ты несёшь какой-то несусветный бред. Меня не привлекает мужской пол. Да и тебя тоже не должен, – возмущённо хмыкнул Хёнджин, чем только насмешил веснушку. — Проснись, прелесть. Мы живём в двадцать первом веке, здесь всё возможно. Так что мои желания насчёт тебя тоже возможны, – изрёк он, всё ещё поблёскивая горящими глазами. Он был уверен в себе. От него так и веет этой решительностью, а также утончённостью. Если бы изысканность была человеком, то этот юноша был бы ею. — Хочу тебя. — Успокойся, парень. Прекращай этот цирк. — Цирк? – глупо переспросил курносый, приподнимая брови. — Я не понимаю тебя. И, кстати, меня зовут Феликс. Вот уж чего-чего, а настолько прямолинейного человека Хван ни разу в жизни не встречал. Это же полный абсурд – вот так открыто заявлять совершенно незнакомому человеку о своих желаниях. Может, он это от балды сказал? Может, ему посмеяться захотелось? Только вот на шутку это не похоже. Пусть Феликс и заигрывал с ним, но он был полностью серьёзен в своих намерениях. Это пугало. В голове Хёнджина творился полный хаос. Он не понимал, как всё поставить на свои законные полки. Он редко что-то просил. И именно сейчас он мысленно умолял всех небесных богов, чтобы Ликс оказался не из Кореи. Не из Сеула. Чтобы он жил в этом чёртовом Милане, дабы его больше никогда не встретить. Но ему стоило не богов умолять, а судьбу, которая решила устроить для себя настоящее шоу. А главная роль в этой драматичной комедии досталась Джину. Стоит вручить ему Оскар за лучшую роль в этом шоу. Смятение отчётливо читалось на красивом лице парня, разносясь током по всему телу. — Сколько тебе лет? Думаю, мы одногодки, – вежливо поинтересовался веснушчатый, хлопая ресницами, как кукла из старого кинематографа. Да что с ним не так? Человек не может быть вот настолько интригующим и таким, который заставляет удивляться лишь от того, как он моргает. — Прекрати это и дай мне пройти. Брюнет нахмурил брови, не радуясь таким невежественным манерам Хвана. — Нужно отвечать, когда тебя спрашивают. Так сколько тебе лет? – Напористо спросил молодой человек, меняя тональность на более строгую. — Двадцать три. Через месяц будет двадцать четыре. — Не может быть.. Я думал, что мы одного возраста, а ты, оказывается, старше меня на полгода, – приятно удивившись, младший облизал нижнюю губу, расплываясь в улыбке. — Значит, мне следует звать тебя хёном. — Нет. Я не даю тебе на это разрешения. — А я даже спрашивать не стану, хён, – игриво промолвил он, при этом улыбаясь так, что его ямочки были отчётливо видны. Карие глазки сияли своей уверенностью и настырностью, вызывая в длинноногом ещё больше неуверенности и смущения. Сам Ли Феликс до невозможного смущал, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. Да какого чёрта эта малявка себе позволяет? От него пахло чем-то приторным. Аж сахар на зубах хрустит. Кажется, это была карамель. От него действительно пахло карамелью. Однако Хёнджин ненавидит сладкое, а уж тем более сладкие парфюмы. Он готов был задохнуться от приторного запаха, проникающего в лёгкие и ткань одежды. Только этого ему ещё не хватало... Вьющиеся локоны поблёскивали на свету, создавая такое впечатление, словно они сделаны из качественного шёлка. — Номерок не дашь? — Размечтался, – усмехнулся Хван, закатывая глаза. — Испугался? Я не кусаюсь без надобности. — Я не раздаю свой номер телефона направо-налево. Особенно таким, как ты. Ещё большая заинтересованность в его глазах до чёрта пугала парня. Но если так подумать, Хёнджин был слегка заинтересован личностью Ли. Вот только старший не признает этого. — И какой же я? — Наглый парень, у которого нет чувства меры и достоинства. — Да? – озадаченно спросил Ликс, улыбаясь во все тридцать два блистательных зуба. Тот кивнул для утвердительности, чем лишь насмешил Феликса. — Послушай, хён, я всегда получаю то, чего хочу. Думаю, теперь ты на первом месте в списке моих желаний. Черноволосому надоело слушать этот бред, поэтому, больше ничего не сказав, он положил руку на плечо юноши, отодвинул его в сторону и удалился из уборной. Веснушчатый вновь усмехнулся, представляя то, какими его губы будут на вкус. Он уже предвкушает вкус вишни на его пухлых губах. Покинув уборную, брюнет увидел, как тот прощается со всеми и покидает это торжественное мероприятие. Значит, испугался его. Сев в автомобиль, парень тотчас же набрал номер своего менеджера и стал ждать, когда тот возьмёт трубку. Хван закатил глаза, услышав обычное: "Что-то стряслось?". — С этого момента, когда меня снова позовут на какое-то мероприятие, выбирай для меня место в самом конце зала, чтобы я больше не сталкивался со всякими идиотами. — Расскажешь? — Расскажу, когда прилечу в Корею. Всё, бросаю трубку, – нажав на красную кнопку сброса, он в последний раз посмотрел на огромные двери здания и увидел Феликса, стоящего у входа с мундштуком, на котором держалась сигарета. На тонком запястье был тоненький браслет, что блестел при свете фар, а взгляд был устремлён лишь в окно Хёнджина. Как будто он смотрел прямо в душу сквозь тонированные окна автомобиля. Глаза были полны решимости и хитрости, пугая Хвана так, что у него побежали мурашки по коже. Всё же не стоило ему прилетать в Милан на этот званый вечер. Но кто ж знал, что он встретит такого прямолинейного нахала? Судьба явно насмехается над ним, точно так же, как и Ли Феликс. — Езжайте, – приказным тоном сказал он, после чего транспорт тут же двинулся с места.

***

Даже в самой прекрасной и желанной жизни имеются свои нюансы. Трудности и частое замешательство, с которыми Хёнджину пришлось столкнуться бок о бок. Он понятия не имел, что обычный да необычный вечер сможет изменить его жизнь. С того треклятого мероприятия прошло две недели. Возвращение в любимый пентхаус стало праздником, ибо тут его никто не достанет с заинтересованными взглядами и непристойными изложениями. Вместо того, чтобы отдохнуть после перелёта, он почти каждые дни проводил в спортзале, из-за чего его плечи становились всё шире и шире, а точёный пресс стал ещё более точёным. После тренировок черноволосый отправлялся на различные фотосессии для знаменитых журналов. У него был плотный график, кой он с лёгкостью выполнял, оставляя время для просмотров кино. С ума сойти... Откуда в этом человеке столько энергии? Откуда он её черпает? Уму непостижимо. Сколько раз Со Чанбин говорил ему остановиться и найти время для отдыха. И сколько раз он слышал: «Я стал знаменитым не для того, чтобы лодырей гонять. Не мешай мне и поспеши заполнить мой график». О Феликсе он и не вспоминал, думая, что они больше не встретятся. А тот, наоборот, днями и ночами думал о Хване. В один из таких дней на почту пришло сообщение о том, что Джина зовут попозировать для обложки журнала «Vogue», а вместе с ним будет главная звезда журнала Ли Феликс. За фотосессию платили очень даже неплохо. Но парень тут же отказался от этого предложения, не желая сталкиваться с брюнетом. Странно, что они пишут именно на почту Хёнджина, а не выясняют такие дела с его менеджером. Но оно было и к лучшему, ведь он не желал ещё раз сталкиваться с ним. Так прошла ещё одна неделя. Спустя столько дней у него наконец-то выдался выходной, что он убивал в бассейне, плавая в своё удовольствие. А бассейн находился прямо в доме, так что он вообще ни о чём не переживал. После того, как длинноногий выдохся, он отправился в большую комнату, которая стала его личной студией для рисования. Краски смешивались между собой, превращаясь в красивые фиолетовые цвета. Таким образом, черноволосый за два часа нарисовал новый пейзаж. Большой холст стоял на мольберте. Парень сделал шаг назад, смотря на картину оценивающим взглядом. На ней был изображён чёрный мужской силуэт, стоящий на небольшом холме с деревом посередине. Розовые, фиолетовые и оранжевые краски отлично сочетались, словно это был настоящий закат, кой провожал какой-то человек. Одобрительно кивнув своим мыслям, Хван отправился в огромную гостиную, выполненную в стиле минимализма. Бывали такие моменты, когда он понимал, что находится в этом огромном доме совсем один. И иногда эти мысли сжирали его изнутри, смешиваясь с горячей кровью, что кипела в его венах. Другие бы сказали, что это абсурд, но Хёнджин так не считал. Ему нравилось одиночество. Другие богачи убивают время на каких-то дам на одну ночь. Черноволосый такое не одобрял. За все свои двадцать три года у него было всего две девушки, с которыми всё не очень сладко сложилось. Когда его бросали, парню было по барабану. Он просто пожимал плечами, бубня под нос, что это была не судьба. Почему-то он легко принимал такое, не заостряя на этом внимание. Ушла и ушла. Чёрт с этим. Время шло, а он всё по-прежнему был одинок. В роскошной жизни без проблем было скучно жить. Но его это не волновало. Он в любом случае найдёт для себя занятие. Развалившись на мягком сером диване, как мешок риса, он включил плазменный телевизор, ища какой-нибудь интересный фильм. Остановив взгляд на фильме «10 причин моей ненависти», черноволосый нажал на просмотр и принялся вникать в старый кинематограф. Неожиданный звонок заставил парня потянуться за телефоном, что вибрировал на чёрном глянцевом столе. Номер был скрыт, так что ему ничего не оставалось, кроме как того, чтобы взять трубку. — Да? — Ну здравствуй, прелесть моя, – сладкий и довольный голосок послышался с того конца трубки. А Хван так и не понял, кто ему звонит в десять вечера. Голос был знакомым, но он за всю жизнь столько голосов слышал, что уже не разобрать. — Скучал по мне? — А кто говорит? – озадаченно спросил он. Недовольное оханье донеслось до слуха, отчего чего Джин нахмурил брови. — Как ты мог забыть меня? Как ты мог забыть наше столкновение в мужском туалете? – возмущался тот. Хёнджин всё ещё не понимал, с кем разговаривает и о каком столкновении в уборной говорит этот человек. Брови поползли вверх, воспроизводя в голове ту ухмылку и искрящаяся глаза, в которых читалось единственное и неповторимое: «Хочу отсосать тебе». Уже старое и отвратительное чувство замешательства вновь заполонило его тело и разум. Мелкая дрожь от неприятных воспоминаний заставила впасть в ступор, не понимая, что Феликсу надо, если их разговор был закрыт. Да какого чёрта? Зачем этот человек снова пытается предпринять какие-то попытки, чтобы завоевать его сердце? — Откуда у тебя мой номер? – спросил старший, выйдя из секундного ступора. — Ну, у меня связи есть, – шалит и не стесняется, хихикая с того конца трубки. Хван закатил глаза, облокачиваясь на спинку дивана. Он устало прикрыл глаза рукой, желая поскорее закончить этот длительный разговор. — И какие же? Половые? – устало отшутился черноволосый, не ожидая ответа на риторический вопрос. — Ну, кто знает... – он пожал плечами. — Может, скоро будут, – саркастично выдал юноша, вследствие чего длинноногий тут же ровно сел, ошарашенно вылупляя глаза. Брюнет до невозможного поражал, отравляя своими словами голову Хвана. Младший казался легкомысленной, но до чёрта интересной личностью. — Почему ты не пришёл на ту фотоссесию? Я ждал тебя. — Перестань докучать мне. — И вот ты снова увиливаешь от вопроса, – раздражённо сказал веснушчатый, как всегда недовольный манерам Хёнджина. — Времени не было. — Врёшь. — Мне просто не хотелось приходить. Всё? Доволен? Теперь ты оставишь меня в покое? — Не в моих интересах, – прямолинейно ответил он, растягивая губы в довольной полуулыбке. — Да плевать, – без толики интереса изрёк старший, вешая трубку. После того, как он услышал назойливый голос веснушчатого, он сразу вспомнил тот самый вечер, желая стереть его из своей памяти. Вот уж чего-чего, а таких прилипал он никогда не видел. И увидев, понял, что ненавидит такой тип людей. Его раздражал Ли и его легкомысленность. Нормальный человек не стал бы так открыто заявлять о том, чего он там хочет, а чего нет. У брюнета не то что в языке костей нет, но и головы на плечах, раз он делает и говорит то, о чём думает и чего желает. Ликс поражал нервную систему Хвана, распространяя свой шарм по всему телу. Что же такого было в Хёнджине, что курносый не готов так просто отпустить его? Феликс и сам не знал. Не ведал, но желал всем сердцем заполучить черноволосого. После неприятного звонка ему захотелось проветрить голову, но вместо того, чтобы выйти и подышать свежим воздухом, он открыл окно в своей большой и не очень уютной комнате и лёг на кровать, погружаясь в глубокий сон. В голове, словно чёрная пластинка, крутилось одно предложение, состоящее из пяти слов: «Что тебе нужно от меня?». За последний месяц парень не видел ни одного сна, что вроде настораживало, а вроде и нет. Всё бы ничего, если бы ему этой ночью не приснился веснушчатый брюнет. Это словно и не было сном, потому что ему приснилась их первая встреча. Пронзительный и таинственный взгляд провожал Хвана, смотря в окно чёрного автомобиля. Как будто младший преследовал его, появляясь даже во снах. Проснувшись поздней ночью из-за насмехающихся карих глаз, он взял матовый графин с водой и налил её в прозрачный стакан, хлебая воду, как сумасшедший. Лицо Феликса так и стояло перед глазами: лёгкая ухмылка, сверкающие глаза и тонкие запястья. Одним словом, роскошный. То ли Хёнджин завидовал, то ли ему казалось это неправильным. Тут только чёрт поймёт. Через несколько дней юноша вновь позвонил ему. Однако тот уже знал, кто ему звонит, поэтому он просто скидывал трубки. Так шёл день за днём, пока Хвану не надоело это, и он не заблокировал контакт Феликса. Но вот в чём вопрос: почему он раньше этого не сделал, раз австралиец вызывает у него только нежелательные эмоции? Он понимал, что ему просто хотелось чужого внимания, но признать этот факт было равносильно тому, чтобы признаться полицейскому в убийстве. Тут то же самое, отчего он и не хотел признавать этого. Гордость перевешивала, хватая всё в свои руки. Что бы там ни было, веснушка продолжал названивать ему с разных номеров. Джин начал подумывать над тем, чтобы сменить номер. Но тогда ему придётся обзванивать все модельные агентства и всех знакомых, чтобы пояснить, что у него теперь новый номер. А это тот ещё геморрой. Поэтому он просто блокировал незнакомые номера, перед этим поднимая трубку и слыша довольное: «Ну здравствуй, прелесть». И каждый раз Хёнджин кривил лицо. Вспомнив про своего лучшего друга, который более менее разбирается в таких вещах, черноволосый поднял крышку ноутбука, что лежал на столе в гостиной, а затем нажал на вызов видео-звонка. Гудки приложения «Skype» навевали приятные воспоминания о том, как он и его лучший друг смеялись из-за неважной, но смешной ерунды. Сегодня ему толком не удалось нормально покушать, ибо он весь день работал, поэтому сейчас он уплетал лапшу быстрого приготовления. На экране появилась довольная моська, из-за чего его острые скулы чуть сгладились. Передние зубы немного напоминали кроличьи, но в целом он был похож на кота. Каштановые пряди чёлки падали на глаза, создавая ехидное выражение лица. Он легко усмехнулся, откладывая в сторону кружку с лапшой. — Это же мой бандюган звонит, – тепло поприветствовал его парень. Младший закатил глаза, пододвигая ноутбук чуть ближе. — Ты достал. Я тебе не бандит, а амбассадор, – без толики злости язвил Хван. — Нет же, Джин, тебя разыскивают аж в трёх штатах! — Да-а? – в наигранном шоке протянул он, вскидывая бровями. — И за что же? Тот начал что-то искать в карманах. — За красивое личико! – с улыбкой ответил друг, складывая большой и указательный палец в сердечко, показывая этот жест перед камерой. Черноволосый рассмеялся, вызывая ещё бо́льшую улыбку на лице старшего. — Минхо, кончай дурака валять, – Хёнджин незлобиво закатил глаза, пододвигая к себе тарелку с лапшой. — Как там дела в Америке? Что нового? — Ну-у, – Ли почесал затылок, вспоминая всё, что с ним случилось. — Вчера я пошёл в какой-то парфюмерный магазин и на корейском спросил у консультанта: «Отсосёшь за доллар?». Длинноногий, доселе жадно всасывающий макароны, подавился из-за слов Минхо. Часть еды словно застряла в горле. Глаза начали слезиться, а тот лишь захохотал во всё горло, чуть ли не падая со стула. Парень отпил воды, приводя себя в чувства. — А он что? — Это она, долбоёб. Она ничего не поняла. Я лишь поржал и ушёл оттуда. Я же всё это снимаю и выкладываю в интернет. У меня уже куча просмотров! – хвастался Ли, гордо задирая нос. Хван неодобрительно цокнул, вновь откладывая еду. Вдруг тот ещё что-нибудь ляпнет. — У тебя там что? Когда мы в прошлый раз пиздели по телефону, у тебя голос неважный был, – спросил Хо, переживая за лучшего друга. Неодобрительное лицо тут же сменилось на более серьёзное, чем лишь ещё больше начал настораживать Минхо. — Что делать, если я понравился парню? – взволнованно спросил младший, сам поражаясь своему вопросу. Он был напуган и растерян. Ему бы никто не смог помочь в этом вопросе, кроме Ли. Челюсть готова была выпасть, а в расширенных глазах читался неистовый шок. Темноволосый прокашлялся, прокручивая данные слова в голове и пытаясь найти к ним хоть какой-то ответ. — Скажи ему, что хочешь попрактиковаться в минете. Типа узнать, кто лучше его делает. Твои бывшие или он. И отсосут бесплатно, и твой недотрах будет в экстазе. — Ты идиот, что ли? Я наоборот, хочу избавиться от него, а не давать какие-то надежды. — Ну, так скажи ему напрямую, что ты натурал и он не интересует тебя, – тот опустил глаза в пол. На лице была неопределённая реакция, и, видя это, Минхо тяжело вздохнул, понимая, что к чему. — Он тебе интересен как личность, но не более.. – бессильно сказал за него Ли. Джин легонько кивнул, всё ещё смотря в пол. — Тогда попробуй найти с ним общий язык. Но обозначь, что он тебе неинтересен в любовных планах. — Думаю, он пропустит мои слова мимо ушей... — Просто попробуй. Попытка – не пытка, – он пожал плечами, с теплом смотря на друга в экране ноутбука. — Ладно уж. Ты прав. — Дерзай, бандит. А я пойду уже. Удачи! – Хёнджин кивнул головой, нажимая на сброс звонка.

***

Как подружиться с тем, кто к тебе неровно дышит и напрямую говорит о том, что хочет сделать с тобой? Впервые за долгое время Хвану стал кто-то настолько интересен, что он готов рискнуть чужими чувствами ради так называемой дружбы. Только вот Феликсу не нужна эта однобокая любовь с небольшим и больным подарочком. Кому такое вообще понравится? Хёнджин не хочет думать о чужих чувствах, ведь свои, как он думает, важнее. Неприятно, когда об твою любовь так похабно вытирают ноги. Это ни в какие ворота не лезет. Пока один думал, как подружиться с Ликсом, другой думал, как завоевать сердце Джина. На это даже смотреть больно, не то, что участвовать в этом. Веснушчатый облазил весь интернет в поисках своих вопросов, и все ответы были до чёрта дебильными. Один сайт говорил, что ему нужно приворожить парня. Другой же настаивал на том, чтобы юноша вообще ничего не предпринимал, дабы старший сам начал проявлять хоть какую-то инициативу. Не найдя по своим запросам ничего интересного, брюнет написал в поисковике: «Как понравиться натуралу, если ты парень». И всё было то же самое. Те же дурацкие ответы вылезали из разных сайтов, но один поразил его больше всего: «Забудьте о нём. У вас всё равно ничего не получится. Зря только время теряете.» Он недовольно нахмурил брови и с хлопком закрыл ноутбук. Пока Феликс искал хоть какой-то совет, Хёнджин делал то же самое. Их разница лишь в том, что один искал совет, как понравиться парню, если ты тоже парень, а второй, напротив, искал советы, как подружиться с геем, которому ты нравишься. Старшему был интересен Ли, но он всего лишь хотел дружить с ним. Не больше, не меньше. Австралиец сидел дома, выпивая своё любимое красное вино на своём роскошном белом диване. Гладкие ножки сложены в крест, а та, что была сверху, легонько покачивалась. Он размышлял о том, что же ему делать. Да как этот наглый красавец осмелился так легко послать его? Это же Ли Феликс, по которому сохнут очень многие. Да даже девушки, кой прекрасно знают про его ориентацию, сходят по нему с ума, не то что табун парней. Голова шла кругом, когда Ликс вспоминал растерянные глаза длинноногого. Словно он протягивает свои небольшие холодные руки к щекам Хвана, затуманивая его разум. Ему срочно нужно развеяться, иначе он правда сойдёт с ума из-за фантазий о черноволосом демоне. Веснушка набрал номер своего лучшего друга и, договорившись о встрече, он помчался к нему за советом. Знал бы курносый, что не он один просит совета у человека, который ему ближе кого бы то ни было. Голубая глянцевая машина рассекала улицы Сеула, а улыбка обладателя этой крошки нисходила с миловидного лица. Приехав в какую-то незнакомую кофейню, роскошный молодой человек стал выискивать блондинистую макушку. Найдя его взглядом, вальяжная ухмылка расплылась по всему лицу. Полупрозрачная белая блузка слегка подпрыгивала на стройном теле, а строгие брюки плотно прилегали к ногам и сочным ягодицам. Его хотелось обсасывать, как леденец, ведь он такой же вкусный, как и его красивая обёртка. Такой же сладкий, как карамель. Люди просто помрут, если застанут коллаборацию Феликса и Хёнджина. Посетители облизывались, смотря только на него. Он уселся напротив друга, у которого глаза полезли на лоб. — Ты куда так вырядился? Это же кафе, а не показ мод, – охая, сказал парень. Старший закатил глаза, не желая выслушивать нотации друга. — Я всегда так одеваюсь, – низким тембром ответил Ликс. — Что стряслось? Ты как на иголках был, когда звонил. — Помнишь, я тебе рассказывал про Хёнджина? – кивок. Блондин наклонил голову, касаясь губами трубочки с холодным кофе. — Мне нужен совет. Как понравиться ему? – младший тут же прекратил лакать кофе, напряжённо смотря на Феликса. — Ты серьёзно, что ли? Тебе же все дают, – не понимал он, мотая головой, как бы не веря своим ушам. — И это у меня спрашивает человек, который всегда получает то, чего хочет. — Это совсем другое... Он же натурал, – отчаянно промолвил Ли, хватаясь руками за голову. — Хотя многие натуралы не упускали возможности нагнуть меня. Но тут речь даже не о сексе. Он... – брюнет тяжело вздохнул, поднимая глаза на друга. — Кажется, он мне нравится, Чонин. — Вот это нихуя себе приплыли, – в шоке выдал Ян. — А он знает о твоих чувствах? — Вот ещё, – возмущённо прокряхтел юноша. — Ну, я ему говорил лишь о том, что мне бы хотелось отсосать у него, – уже тише добавил он, смущённо опуская глаза в стол. — А дружеские отношения тебя не интересуют? Обычно всё начинается с дружбы, – ясно мыслил Чонин, но по недовольной реакции Феликса сразу стало понятно, что этот вариант отпадает. — Ещё чего! Это же не сериал какой-то. Я не хочу таких отношений с продолжительностью в двенадцать сезонов, – тот рассмеялся, слыша возмущённые слова из уст австралийца. — Что ты смеёшься? Это же правда, – он был разочарован, ведь ему так сильно не хотелось влюбляться. Не хотелось пытаться самому что-то предпринимать, ибо именно к нему всегда первые подходили. Он не хотел издеваться над собой. Однако сердцу ты никак не прикажешь. К сожалению или счастью, только Ян Чонин видел настоящего Феликса. Не того, которого он всем всегда показывает, а доброго паренька со своими хотелками. Не каждому дано понять курносого, но блондин понимает и принимает его таким, какой он есть. Со всеми изъянами и временами стервозным характером. Он не был выскочкой, но и не был простаком. Волнистые локоны упали на глаза, из-за чего он тут же попытался зачесать их назад. Всё было тщетно. Окружающие продолжали смотреть на него, кусая губы в кровь. Не каждый день удастся лицезреть знаменитую и очень богатую модель. В жизни веснушчатый был ещё красивее, чем на обложках журналов. И как только Хван мог сказать ему «нет»? Как? Сколько бы Ликс не чувствовал на себе взглядов, они ему ни к чему. — Я ему столько сообщений писал! Столько раз звонил... Почему он не отвечает мне? — Он тебя боится, дурень. Ты же как сталкер какой-то. — Говоришь, он меня уже хочет? Так я его тоже! – радостно воскликнул старший, игриво улыбаясь своим мыслям. — Думаешь, стоит попробовать с.. дружбы? – в отвращении закончил он, кривляясь этому дотошному слову. Чонин снова кивнул, понимающе смотря на него. Он прекрасно понимал, что Ли хотел всего и сразу, но так не бывает. — Мне аж плохо стало... Надо бы покурить. — Ты же обещал бросить. — Когда-нибудь потом, – быстро промолвил брюнет, не желая выслушивать нотации младшего. Он достал из кошелька несколько купюр и, потянув Чонина за кофту, вытащил его на улицу. — Тебя подвести до дома? — Не стоит. Не хочу обременять свою красавицу на дорогой тачке, – усмехаясь, ответил он. — Слушай, а ты не хочешь стать моим менеджером? — Ты с ума сошёл? Нет, конечно, – парень поражался таким неожиданным вопросам Феликса. Ему вообще не нравилась вся эта роскошь, в которой живёт австралиец. Чонин был слишком простым, чтобы желать такого. Он любил достигать цели так, чтобы приложить все свои усилия, даже если его желания почти невозможны. Больше всего на свете он ненавидел занимать денег у Ликса, каждый раз коря себя за это, в то время как тот без проблем давал их и настаивал на том, чтобы блондин и воны не возвращал. Да только Ян был упёртым, как баран. Временами он вообще задавался вопросом, как он может дружить с веснушчатым, если они совсем из разных миров. И каждый раз, когда он хотел прекратить с ним дружбу, он останавливал себя, вспоминая лучезарную улыбку лучшего друга, что дороже ему всяких дурных мыслей и слухов. Был как-то такой момент, когда оба учились в школе, за спиной Яна начали обсуждать их дружбу, говоря, что Чонин недостоин дружить с такой богатой знаменитостью. Когда же это обсуждение дошло до юноши, он тут же поставил тех ребят на место. Так-то он всегда плевал на разные слухи о себе, но когда что-то затрагивало его родных, то он не мог просто пройти мимо. Веснушка был настолько прямолинейным, что если у него спросят, какой он ориентации, он всегда напрямую скажет, что он гей и женский пол его не интересует. Он не боялся того, что его могут избить за такую шокирующую правду. Главным было то, что он говорил именно эту самую правду в лоб. Таким был Феликс, ненавидящий ложь и всех людей, которые были как-то связаны с враньём. Но даже это его не оттолкнуло от Хёнджина. — И что же ты собираешься делать, принцесса? — Попытаюсь сначала подружиться с ним. Наверное... – он опустил глаза в асфальт, держа в пальцах длинный мундштук. Он и не знал, как ему поступить с Хваном. — И прекращай звать меня принцессой, – строго наказал он. — Ну уж нет. Это смешно звучит. — Я уже знаю, что меня сегодня сможет отвлечь от мыслей о Хёнджине, – шаловливо промолвил молодой человек, меняя тему разговора. Чонину не понравился игривый взгляд веснушчатого, поскольку он не предвещает за собой ничего хорошего. — Надо бы заняться сексом. Что-то давно я ни с кем не трахался. Хёнджин выбил мой график из строя, – недовольно хмыкнул Ли. Младший в шоке вылупил глаза, поражаясь словам Феликса. — У тебя реально есть расписание, когда тебе нужно переспать с кем-то? – гордый кивок поразил блондина пуще прежнего. — Ты больной... – прошептал парень, медленно мотая головой, из-за чего его волосы стали дёргаться. — Дорогой, я не сплю с ними. Я трахаюсь и ухожу. Я не остаюсь с ними на ночь, – пояснил курносый, но Яну не стало легче. — Это же конфуз какой-то. Я не из тех людей, которые остались бы на ночь после секса. Меня интересует только жёсткий секс без обязательств. Если мне не понравится секс с тем или иным человеком, то я сразу же занесу его в свой личный чёрный список. Сколько же всего Чонин не знал о нём... И это он узнает только после восьми лет дружбы. Сумасшествие какое-то. И разве Ликс был простаком? Что-то не похоже. — Ну тебя нахуй, – младший махнул на него рукой, садясь в голубую машину друга. Тот безразлично пожал плечами, после чего снял сигарету с мундштука и сел в свою любимую крошку. Поздним вечером веснушчатый, как обычно, прыгал на чьём-то члене в номере дорогого отеля. Из-за должного отсутствия секса в эту самую секунду он наслаждался всеми прелестями любимого дела. Мысли о Хване напрочь покинули его голову, ведь единственное, о чём он сейчас мог думать – это о большом члене в своей заднице. Упругие полушарии то и дело подпрыгивали вместе с ним, пока томные стоны разносились по всей комнате, глухо отбиваясь от стен. Феликс был в экстазе, пока его голову не посетила неожиданная мысль о том, что с Хёнджином это было бы полное сумасшествие. Он тотчас же остановился, расширяя глаза до невозможного. Помотав головой, он продолжил размашисто двигаться. К чёрту Джина. Сейчас он должен сосредоточиться на другом. Хаотичные звуки разносились по всему номеру, покуда с обоих тел стекали капли пота. Он чувствовал полное удовлетворение, прыгая рывками на толстом члене. Чёлка тёмных волос прилипла ко лбу и вискам, а сами локоны подпрыгивали вместе с парнем. Любой, кому хоть раз удавалось заняться с ним сексом, скажет, что он лучше всех в постели. Хрупкая спина изящно изгибалась, давая понять, что он та ещё конфетка. Настолько он был сексуален. Сколько поз он разучивал, и сколько раз у всех вставал член от одного только взгляда него. Феликс всегда считал порнографию омерзительным стыдом, но именно благодаря ей он начал делать такие позы, которые никому и не снились. Во время секса он всегда ставил телефон на беззвучный режим. Однако именно сегодня он совсем позабыл об этом. Внезапно раздался телефонный звонок, кой застал юношу врасплох. Какая скотина решила прервать его страстную идиллию? И почему именно сейчас, когда он почти дошёл до оргазма? Австралиец мельком глянул на телефон, в котором высвечивалось чёткое: «Хочу его всего», вследствие чего молодой человек приоткрыл рот, тут же слезая с большого члена. Половой партнёр недовольно посмотрел на растерянного брюнета, лежа на мягких подушках. Он быстро накинул на себя атласный халат красного цвета и умчался с телефоном в ванную комнату, пока смартфон непрерывно продолжал названивать. Сердце билось как сумасшедшее, чего он уже очень давно не испытывал. Это предвкушённое чувство неизвестности убивало его, заставляя тяжело дышать. Он слышал, как стук сердца отбивался в ушах, словно его били огромным молотком по голове, что шла кругом от предвкушения этого неожиданного звонка. Вот что с ним делает любовь. Вот чего он не хотел чувствовать. Он попал в такую ситуацию, из которой не сможет выйти без ран. А Хван, как он думает, нанесёт ему столько ран, после которых Ли не в силах будет оправиться. Страх окутал его голову, не оставляя места для гордости. Проведя большим пальцем по экрану телефона, он поднёс его к уху. — Я тебя не разбудил? – бархатистым голосом спросил старший, вызывая на лице веснушчатого улыбку до ушей. — Нет, но ты помешал мне кончить, – черноволосый издал неловкий смешок, придавая Ликсу только уверенности. — Я не шучу. Если хочешь, можешь спросить у парня, с которым я только что трахался, – без колебаний промолвил австралиец, чувствуя полное замешательство Хвана. — Э... Нет, не нужно, – еле выдавил Хёнджин, ещё больше изумляясь честности Феликса. — Ты что-то хотел? Меня, к примеру, – как бы невзначай выдал Ли. — Я.. Я бы хотел поработать с тобой, – двусмысленно сказал парень, вызывая у того ещё больший интерес. Длинноногий в шоке открыл рот, понимая, что он сейчас ляпнул. — Я имею ввиду модельное агентство! – громко поправил себя Хван, тут же прикрывая рот рукой. Тот легко усмехнулся, слыша страх и смущение с того конца трубки. — У меня завтра фотосессия для журнала «Bazaar». Буду ждать тебя там в час дня. Не опаздывай, прелесть, – сладко промолвил он, вешая трубку и покидая ванную комнату. С веснушчатого сошла вся улыбка, видя перед собой полового партнёра, про которого он совсем позабыл. — На сегодня всё, – отчеканил он, надевая полупрозрачную блузку. — Чего это так? — Тебя не должна касаться моя личная жизнь. На этом наши встречи окончены. — Что?! Почему?! — Что за допросы? Нас кроме секса ничего не связывало. Ты облажался, – твёрдо отрезал Ликс, смотря в упор. — Ненавижу людей, которые лезут не в своё дело. Сказано всё. Значит, всё, – теперь и этот бедолага будет занесён в чёрный список Феликса. — Выскочка, – выплюнул тот, но австралийца не волновали его слова. Полностью одевшись, брюнет покинул отель, направляясь домой. Нужно поскорее смыть с себя запах тела этого парня и больше никогда с ним не встречаться. Курносый был из тех людей, которым если что-то не понравиться, то он сразу пошлёт этого человека и глазом не моргнув. Он никогда не давал второго шанса, сразу ставя крест на человеке. Тем не менее, с Хёнджином всё было по-другому. Давно он такого не чувствовал. Это сладкое чувство адреналина до сих пор разливалось по всему телу, заставляя его содрогаться. Про него ходит много слухов, и всё неправда, так как обидчивые на него люди любят приукрашивать, выставляя Ли в недобром свете. Единственное, что остаётся неизменным, это безразличное отношение веснушчатого к таким слухам. Даже если ему скажут что-то ужасное, он посмеётся над этим, говоря, что тот человек пытается самоутвердиться за чужой счёт. А заканчивал он такое предложение со словами: «Низший сорт», после чего тут же уходил. Люди поражались этому человеку, презирая его всё сильнее и сильнее. Вот только ему ни горячо, ни холодно. Юноша с самого детства формировал свой характер, выстраивая его так, чтобы никто и никогда не смог обидеть его. Легко выживать в жестоком мире, когда тебе всё равно. Если сравнивать Феликса и Хёнджина, то тут сразу можно понять, что один никогда не последует за стадом баранов, поддакивая чужому мнению, а другой именно это и делал, не жалея себя.

***

Открыв заспанные глаза, доселе расширенные зрачки вдруг сузились, поскольку ясное солнце ослепило сонного брюнета. Настроение было лучше некуда, так как Феликс сегодня увидит красивое личико того, по кому его сердце сходит с ума. Счастливо улыбнувшись своим мыслям, он откинул синее одеяло в сторону, бодро поднимаясь с кровати. На тельце Ликса не было ни единого куска ткани, потому что он всегда спит голым. Солнце охватило своим светом телосложение веснушчатого, согревая его. Включив любимую музыку, молодой человек поставил звук на полную громкость и ускакал в ванную комнату, виляя своими упругими карамельными ягодицами. Утро действительно будет добрым, если такое лицезреть. Интересно, как бы на такое отреагировал Хван, будь он сейчас рядом с ним? Да он бы со стыда сгорел, ибо такое ему было чуждо. Но ведь противоположности притягиваются друг к другу, как магниты, не так ли? Через два часа он уже был собран и сиял ярче солнца, что светило за окном. Хорошо позавтракав, он глянул на время и побежал в свой огромный гардероб выбирать вещи. Он должен выглядеть настолько блистательно, чтобы Хёнджин в обморок упал при виде него. Вьющиеся локоны каштанового цвета отлично гармонировали с круглыми очками на тонкой оправе, что служили чисто для того, чтобы подчеркнуть его оленьи глазки. Феликс знал толк в выборе наряда. Именно сегодня ему вдруг захотелось смешать в себе строгость и смазливость, поэтому он надел строгий пиджак тёмно-синего цвета на ремне, под которым больше ничего не было, и к нему подобрал того же цвета брюки. Благодаря тканевому ремешку его узкая талия стала ещё у́же. В этот раз он решил не замазывать тональным кремом свои милые веснушки, рассыпанные по гладким щекам. Если хорошо присмотреться, то можно увидеть несколько веснушек на кукольных губах, что напоминали шоколадную крошку. Также брюнет надел длинную серёжку на левое ухо, где на хряще было два хеликса. Его образ завершили лаковые ботинки на небольшой платформе. Он, как всегда, выглядел утончённо и блистательно. Глядя на своё отражение в чистое до блеска зеркало, австралиец кокетливо улыбнулся самому себе и вышел из квартиры. Ну вот как такому не дать? Через двадцать минут курносый прибыл в место назначения, где проходили различные фотосессии. Как только двери лифта открылись, первым, что увидел Феликс, были суетящаяся люди, которые в спешке приготавливали декор для съёмок и одежду для ребят. Юноша усмехнулся, покидая лифт изящной походкой. Его невозможно не заметить, поэтому работники тут же уставились на молодого красавца, который знал себе цену. Но вместо того, чтобы поприветствовать всех присутствующих, веснушчатый стал выискивать взглядом длинноногого паренька. Несложно было найти его, так как он единственный, кто не обращал на Ликса никакого внимания, занимаясь своими делами. Лёгкая усмешка озарила лицо брюнета. Нужно следовать совету Чонина и не подходить к старшему первым. Всё же Ли уважает себя и не станет что-то первым предпринимать. — День добрый, мистер Ли. Готовы к съёмкам? – вежливо подал голос фотограф. — Здравствуйте. Я всегда готов, – легко ответил он, пока все крутились возле него. Все, да не все. — Могут ли стилисты сегодня не замазывать ваши веснушки? Мы бы хотели показать миру эталон естественной красоты, дабы люди перестали негативно относиться к своим веснушкам, – сладко говорил тот же человек. — Без проблем. Хёнджин невольно окинул младшего взглядом, тут же возвращая его на экран мобильника. Поняв, что это Феликс, черноволосый вновь посмотрел на него, неловко улыбаясь. Длинные ноги неуверенно прошагали к молодому человеку, пока тот оставался на месте. — Привет, – робко поприветствовал его Хван, после чего сразу же прочистил горло, на секунду прикрывая веки. — То-есть, здравствуй. Австралиец широко улыбнулся, осознавая то, каким милым сейчас был Хёнджин. Сердце так и трепетало. Ну и как тут построить дружбу? Да Феликсу проще подружиться с бомжом, чем с Хваном. В такие моменты, как сейчас, ему хотелось послать совет Чонина и просто поцеловать Джина. Это было слишком невыносимо. Но он достойно держал себя в руках, дабы не спугнуть парня. Всё это выглядело так, словно сумасшедший человек нёс какой-то бред в психиатрической больнице. А судьба впрямь насмехалась над ними, сидя перед телевизором с попкорном в руке. Перед ребятами, как из воздуха появился здоровый кудрявый парень, оценивающе осматривая веснушку со всех сторон. Если обычные рабочие были одеты в более менее повседневную одежду, то этот выглядел как человек в чёрном. На накаченном парне был костюм, а в правой руке была какая-то папка. Округлённое лицо с круглыми щеками и очки с чёрной оправой. Видимо они на нём не для красоты. Как этот чёрт посмел прервать их зрительный контакт? Да кто он вообще такой? — Вы, наверное, Ли Феликс? – спокойно спросил тот, поправляя оправу очков. Ликс безразлично кивнул, тяжело вздыхая. Неужели этот некто так и будет крутиться перед ними все эти три часа? Феликс на такое не подписывался. Не в его смену. Уж он-то точно что-нибудь придумает, намереваясь поскорее избавиться от этого человека в чёрном. Комично, однако. — А я Чанбин, менеджер Хёнджина, – очкастый протянул брюнету руку, и тот нехотя пожал её, в то время как Хван довольно глядел на них. Между этим менеджером и Ли точно прошёл ураган, который видели лишь эти двое, грозно стреляя молниями друг в друга. Весёлая будет фотосессия, если они начнут вставлять друг дружке палки в колёса. Веснушчатый в последний раз окинул незнакомца презренным взглядом и повернул голову к длинноногому. — Что ж, надеюсь, мы сработаемся сегодня. — Естественно, – стервозно промолвил юноша, при этом шаловливо смотря на Хвана. Если посмотреть на эту картину со стороны, сразу станет понятно, что они не поладят. — Модели, вам пора переодеваться, – окликнул их один из стилистов, после чего те удалились по разным комнатам. Вместо того, чтобы начать переодеваться, австралиец набрал номер лучшего друга, нетерпеливо слушая гудки. — Чего звонишь? Ты его поцеловал, что ли? У тебя же сейчас съёмки идут, – сразу начал допрос младший, как только взял трубку. Феликс закатил глаза, теряя терпение. — Твой совет катится в тартарары! – почти выкрикнул Ли, быстро успокаивая себя. — Вот какими судьбами туда припёрся его менеджер?! Да разве я его звал? Я звал Хёнджина, а не этот здоровый шкаф, – шёпотом съязвил он, смотря на деревянную дверь. С того конца трубки послышался звонкий смех, который вдруг начал раздражать его. Молодой человек недовольно закатил глаза, отводя телефон от уха, а затем вернул его обратно. — Да блин, Чонин, я серьёзно. Дай новый совет. — Короче, принцесса. Ты должен подойти к этому чуваку, – старший внимательно слушал, вникая в каждое слово и кивая головой. — И натянуть трусы ему на голову, – Ян со смеху упал, в то время как веснушчатый состроил каменное лицо, думая лишь о том, что пора бы свалить Чонина в канаву. — Ты издеваешься? — Да! – задорно крикнул друг, хватаясь за живот. Тот начал кусать внутреннюю сторону щеки, слегка переживая. — А если серьёзно, то попробуй сказать этому твоему ненаглядному, что ты бы хотел кофе. Ну, может, он отправит того чувака за кофе, – додумал блондин, пожимая плечами. — Он же менеджер и должен делать всё во благо этого твоего Хёнджина. — Знаешь, что самое приятное из твоих слов? — Ну? — Ты говоришь, цитирую: «Твоего Хёнджина», – отрадно пропел Ликс, улыбаясь во все тридцать два. — Ты вообще слушал мой совет? — Да-да, так и сделаю. Всё, мне пора переодеваться. Чао, дорогой, – ласково сказал он, вешая трубку. Холодный свет прожекторов падал прямо на них, сужая глубокие чёрные зрачки. Оба выглядели просто очаровательно. Работники не могли отвести от них взгляд, пытаясь понять, кто лучше выглядит. Но ответ был очевиден: оба выглядели потрясающе. Серьёзные лица выглядели до чёрта сексуально, побуждая девушек облизываться. В светлом помещении играла музыка, которая лишь прибавляла обоим уверенности в себе. Когда дело доходит до съёмок, Хёнджин перестаёт быть стеснительным перед Феликсом. Незамысловатые прикосновения к карамельной коже обжигали Ликса, посылая странный ток по всему телу. Брюнет никогда не возбуждался от обычного прикосновения, но, кажется, это уже в прошлом, потому что прямо сейчас его член слегка привстал. Серьёзное лицо оставалось неизменным. Однако мысленно он умолял своего дружка уйти назад в спячку. — А теперь посмотрите друг на друга, – наказал фотограф, бегая из стороны в сторону. — Я хочу чувствовать напряжение между вами, – но оно и так присутствовало. Веснушчатый слегка растерялся, не веря своим ушам. Старший схватил его за подбородок, поворачивая изумлённое лицо к себе. Серьёзное выражение лица пугало младшего, и в то же время ему это слишком сильно нравилось. Он ведь ни разу не видел Хёнджина таким. Только на обложках журналов. Дайте Феликсу волю, и он поцелует этого дьявольски красивого парня прямо сейчас. На виду у всех. Теперь они поменялись местами, ведь сейчас именно юноша был в замешательстве. — Да! Вот так! – счастливо молвил фотограф. Эту химию чувствовали все. Только вот никто не собирался этого признавать. Сосредоточиться никак не получалось, но Ли продолжал держаться молодцом, оставаясь серьёзным. Он мысленно готов был провалиться сквозь землю. Ему нравилось это чувство. Нравился вальяжный взгляд Хвана. — Отлично! Так, Хёнджин, положи руку на плечо Феликса и слегка приподними голову. Феликс, поверни голову чуть вбок. Я хочу видеть твои скулы, – парни делали всё, что говорил счастливый мужчина. — Слушайте, а можно поменьше таких прикосновений? – вдруг спросил Чанбин. Австралиец грозно посмотрел на него, мысленно проклиная этого назойливого очкарика. Мужчина, недовольный тем, что его съёмки так нахально прерывают, сердито повернул голову к парню. — Вы здесь главный или я? – кудрявый покачал головой. — Значит, тема закрыта, – а ведь Чанбин просто хотел уберечь Хвана, исходя из того, что тот рассказывал ему с того мероприятия в Милане. Вот только Хёнджин забыл предупредить его, что он теперь желает подружиться с Феликсом, так что такие прикосновения не доставляют ему дискомфорта. — Хёнджин, положи левую руку на талию, а вторую вальяжно положи на плечо Феликса. Так, Ликси, оттопырь слегка ноги, – младший приподнял уголки губ, становясь ещё обворожительнее. — Господи, вы мои самые лучшие модели... Я люблю вас, парни! – пропел мужчина, делая ещё несколько снимков. Холодный свет вдруг стал синим, что только ещё больше обрадовало фотографа. — Оставьте так, – неоновые прожектора создавали какую-то интимную обстановку, побуждая курносого прыгнуть на руки Джина. — А теперь, Феликс, обними Хёнджина и положи голову на его плечо, – брюнет уже обожал этого мужчину. Фотограф подошёл к парням, фотографируя их вблизи. — Меняйтесь! – наказал тот, крутя указательным пальцем. Старший положил подбородок на хрупкое плечо веснушчатого, страстно смотря в круглую камеру. На лице Ли сияла игривая улыбка, которую тот отчётливо чувствовал. — А теперь марш переодеваться! Так, поставьте тут диван и включите обычный прожектор, – приказал мужчина помощникам, щёлкая пальцами. После того, как длинноногий сменил одежду, он вышел из гримёрной и постучал в дверь Ликса. — Да? – глухо послышался голос Феликса. — Я могу войти? Ты переоделся? — Можешь войти, – черноволосый дёрнул ручку двери и показался перед австралийцем. На Хване была красная шёлковая рубашка и чёрные строгие брюки. Веснушчатый приятно удивился, из-за чего с его губ слетело тихое «Вау», что лишь заставило старшего вновь смутиться и увести взгляд. А вот на молодом человеке была чёрная блузка и красные брюки. Они гармонично смотрелись в этих нарядах. — Красиво выглядишь, прелесть. — Спасибо, – добродушно ответил парень, теперь осматривая Феликса. — А ты выглядишь очень роскошно. Мне нравится. — Благодарю. Так что ты хотел? — Ты это... Надеюсь, я тебя не смутил своими прикосновениями? – сконфуженно спросил Джин, кусая губу. — Нет. Мне, как ты, наверное, понял, наоборот нравится это, – что-то у него не получается по-дружески общаться с Хёнджином. Видимо, совет Чонина действительно покатился в тартарары. Тот положительно кивнул, параллельно думая о чём-то. — Можешь сколько угодно трогать меня. И я говорю не только про верх, – прямо в лоб промолвил брюнет, вытягивая Хвана из мыслей. — Что? – почти шёпотом спросил он, чем только насмешил Ликса. Хёнджину незнакома такая прямолинейность. Слова веснушки вроде пугали его, а вроде как ему это... Нравилось? Он не знал. Не мог понять свои чувства. Длинноногий теперь не понимал, как ему реагировать и что испытывать. Австралиец вводил его в замешательство. Самым интересным было то, что он сам подпускал Феликса ближе к себе. Но он делал это неосознанно, списывая такое на дружбу. Это его приятельское отношение не приведёт ни к чему хорошему, прекрасно понимая, что к нему чувствует юноша. А ведь он так надеялся подружиться с ним... Глупец. Брюнет сверкнул глазами, приподнимая уголки губ. Вроде на вид такой сахарный мальчик с положительным характером, который никогда бы не подумал о чём-то непристойном. А получается, что всё это такая жирная ложь. — Много у тебя ухажёров? – быстро перевёл тему Джин, перебирая пальцы. — Много. А что, ревнуешь? — Нет, что ты! Лёгкая усмешка проскользнула на веснушчатом лице и тут же исчезла. Ему до ужаса нравилось ставить Хёнджина в неловкое положение. То, как он смущается, доводило Ли до экстаза. — А жаль, – драматично ответил он, надувая нижнюю губу. — Идём? – тот кивнул, покидая гримёрную. Настороженный взгляд Бина падал только на довольно Феликса. Младший совсем позабыл про этого надоедливого менеджера. — Что-то кофе хочется... – невзначай промолвил Ликс. — Мне попросить Чанбина сходить за напитками? — Если ему будет несложно... – скромным ангельским голоском сказал хитрец, хлопая ресницами. Как оказалось, от Чанбина слишком легко было избавиться, дабы тот не прожигал брюнета взглядом. Приличная кофейня находилась достаточно далеко от этого здания, так что он не парился насчёт очкастого. Два сногсшибательных красавца находились в одном месте, кружа головы рабочих. Каждый из них завороженно, словно под гипнозом, наблюдал за позами двух моделей. Было такое ощущение, будто они наводили собственные чары на окружающих. Благодаря им эти журналы раскупят за день, чтобы любоваться сексуальными парнями на обложке модного журнала. Такими темпами другие тоже захотят поработать с ними, что было только на руку Феликса. Ему хотелось каждый божий день видеться с Хёнджином. Хотелось смущать его снова и снова, доводя до инсульта. Но если их встречи продолжаться, то рано или поздно, но Хван привыкнет к нему, избавляясь от неловкости и замешательства в окружении веснушчатого. После того, как съёмки были окончены, люди быстренько разбежались кто куда. От Ли и след простыл. Старший переоделся и вышел из гримёрки, думая, что австралиец до сих пор здесь. Парень несколько раз постучал в его дверь, но там было тихо, как в морге. Нахмурив брови, длинноногий отворил ручку двери. Каково же было его разочарование, когда он не обнаружил его в гримёрной комнате. А ведь он хотел пригласить его посидеть в кафе. Мол, узнать друг друга чуть лучше. Черноволосый тяжело вздохнул, покидая здание. Вдали парковки он заметил чей-то силуэт, что облокачивался о голубую машину. Какой умник станет ездить на такой машине, которая выделяется из всех? Ну, Феликс станет. Подойдя ближе, он, наконец, понял, кто там стоит. Внимательный взгляд карих глаз с ног до головы осматривал фигуру Хёнджина. А младший раньше и не замечал, какие у Хвана были широкие плечи. — Я думал, что ты уже уехал. — Как видишь, я всё ещё здесь, – он игриво подмигнул. — Твоя машина? — Моя. — Я хотел предложить сходить в какое-нибудь кафе. Ты не против? — Вообще-то я планировал сегодня потрахаться, но раз ты так просишь... Я не в силах отказать тебе, – саркастично выдал Ли, видя шокирующий взгляд старшего, у которого вот-вот челюсть выпадет. Хёнджин в ступоре метал глаза со своей машины на Феликса, приоткрывая рот для того, чтобы что-нибудь сказать. Да слова никак не могли подступить к горлу. — Заводи машину, – спокойно сказал брюнет, широко улыбаясь. Старший кивнул, подходя к своему автомобилю, кой стоял по левую сторону от машины юноши. Парень легко воткнул ключ, заводя мотор машины под внимательный взгляд австралийца, что смотрел лишь на большую руку Хвана. А в голове уже вырисовывалась картинка того, как его рука с нажимом трогает шею Ликса. Ну а затем они отправились в хорошую кофейню. И кто знает, что будет дальше...