luxurious

Феликс всегда чувствовал себя каким-то совершенным полубогом, кой был спокоен как удав, когда это касалось работы. Однако прямо сейчас, фотографируясь для какого-то журнала, он готов был разнести эту студию к чёртовой матери. Обрушиться, как ураган средь бела дня. Ему было сложно контролировать свои эмоции, ведь когда ты просыпаешься в пустой постели без объекта своего обожания, ты готов опустить штормы на весь Сеул. Впрочем, он продолжал стойко держаться, элегантно позируя на камеру. Как он вообще посмел смыться после того, как ему сделали такой шикарный минет? Как у него вообще хватило совести уйти от него? Ликс был в бешенстве. И даже Ян Чонин всё ещё был в неведении о выходке Хвана. Да, это было вчера, но для австралийца как будто целый год прошёл. От Хёнджина ни слуху, ни духу. Он даже не удосужился оставить записку на подушке. Брюнет давно не чувствовал такого яркого предательства. Он не какая-то игрушка на ночь, а живой человек, у которого неограниченное количество достоинства, что разливалось по его телу каждый божий день. После съёмок он сразу же уехал домой. Ему гордость не позволяла заявиться к Хвану. Вот ещё. Он не будет показывать свою слабость. До безумия роскошный юноша... Оказавшись в прихожей, он начал быстро расстёгивать пуговицы серебристой блузки, а затем и вовсе снял с себя всю одежду, оказываясь абсолютно голым. Веснушчатый проследовал в гардероб. На вешалке висела великолепная длинная шуба белого цвета. Он довольно улыбнулся, надел её и подошёл к большому зеркалу, осматривая себя со всех сторон. Молодой человек чувствовал себя сексуальным, открывая вид на гладкую ножку, кой была без единого изъяна. Поняв, что Хёнджин упустил такого шикарного мальчика, он ещё раз улыбнулся, приподнимая подбородок. Феликс чувствовал себя так, словно он был знаменитой песней Бритни Спирс. Курносый взял в руки телефон и набрал номер хорошего полового партнёра, после чего, как всегда, роскошно оделся и поехал в дорогой отель. А смысл ему убиваться по какому-то щенку, если он живет только для себя? Ну и чуть-чуть для Чонина. Он не горел желанием ныть по тому, кому на него было всё равно. Ли уважал себя, посему он желал забыть Хвана, как страшный сон. А секс всегда здорово отвлекает от ненужных мыслей. Он, как и всегда, громко стонал, прыгая на толстом члене. Ему нравилось седлать здоровых парней, оказываясь шикарным наездником. Правда голым. С карамельного тела стекали прохладные капельки пота, а волнистые волосы прилипали ко лбу, из-за чего он старался зачёсывать их назад. Как обычно, феерично кончив, веснушка тут же пошёл в душ безо всяких там обязательств на то, чтобы полежать и передохнуть. Ровная осанка и упругие ягодицы настолько сильно дурманили головы его партнёров, что всем хотелось провести как можно больше времени с Ликсом. Выйдя из душа, он оделся, кокетливо улыбнулся и ушёл. Эта изысканная и в то же время шаловливая улыбка ясно давала понять, что это была не последняя встреча. Спустя ещё один день его телефон стал разрываться от звонков и сообщений от Хёнджина, который просил встретиться и поговорить. А Феликс лишь кривил лицо, говорил тихое: «Иу» и выключал телефон. Теперь пусть Хван бегает за ним так. Чонин уже начал задаваться вопросом, что там у них такого произошло, что юноша теперь так хладнокровно относится к тому, по кому сходил с ума. Тот лишь закатывал глаза, говоря, что всё это было глупым недоразумением. Черноволосый уничтожен в пух и прах. Он пытался рассказать брюнету о том, что всё это время находился в Нью-Йорке, так как Минхо заставил его отложить личную жизнь на потом, потребовав немедля прилетел к нему. Только вот оказалось, что в тот момент старший был пьяным в дрова, а длинноногий настолько сильно перепугался за него, что даже не смог отличить трезвый голос от пьяного. Сегодня он приезжал к Ли, но того не было дома. Словно россказни судьбы, которая то и дело преграждала путь к его любимому австралийцу. Молодой человек не был обижен на Джина, но он больше не желал его видеть. Его гордость была задета, а такого он просто так не прощает. Теперь он считал, что Хёнджин просто воспользовался им и ушёл. Будто ничего не было. Но разве у него был выбор? Его лучший друг попал в так называемую беду, поэтому он вылетел к нему первым же рейсом, срываясь с места, как ошпаренный. В глубине души веснушчатый желал услышать весомое оправдание от Хвана. Однако он не пойдёт на поводу у своего внутреннего голоса. А если быть ещё честнее, то он правда был обижен на парня. Его прекрасное эго задето, так что ему было бы проще заблокировать номер старшего. Но вот незадача, он почему-то не решался сделать этого. Где-то в своём подсознании он понимал, что ему нравится то, что тот теперь бегает за ним, пытаясь оправдаться даже в голосовой почте, которую Ли, конечно же, не прослушивал. Прямо сейчас курносый смотрел фильм с лучшим другом в пустом кинотеатре. А безлюдным он был потому, что Феликс заплатил за все места, дабы их никто не тревожил. Он звонко смеялся из-за какого-то комичного момента в фильме, что было очень странно. По идее, он должен лить слёзы, запивая обиду дорогим вином. Чонин глянул на друга настороженным взглядом, при этом хмуря брови. Ему не нравилось поведение Ликса, ведь он знал, как сильно тот любил Хвана. А теперь он вот так просто плюёт на него, смеясь из-за тупого фильма. Это было странно. — Хочешь поплакаться в моё плечо? – внезапно спросил Ян, тревожась за друга. Тот посмотрел на него презренным взглядом, выгибая бровь. — Зачем? — Ну, просто это странно. Ты так сильно сох по Хёнджину, а теперь ведёшь себя так, будто не знаешь его. — Да забудь ты уже про него, – устало охнул он, закатывая глаза. — Я вообще не вспоминаю его. И тебе советую, – отрезал старший. — Ты странный, – Феликс кинул на него предупреждающий взгляд и продолжил смотреть фильм. Так дни и шли. Австралиец работал и занимался сексом. Он почти каждый день ходил по ресторанам с разными парнями, выбирая лучшего из них. Да, возможно, он ведёт себя как сука, но ему было плевать. Он считал себя превосходной партией, которая всегда чего-то требует. В последнее время юноша начал ходить на дансинг, выплёскивая все свои эмоции в сексуальных танцах. Зал всегда был пустым, поскольку он не любил чужое внимание во время танцев, а также ненавидел, когда ему мешались под ногами. Эти плавные и сексуальные движения приводили Феликса в восторг, громко радуясь своим достижениям. Он жил в своё удовольствие, без мыслей о Хёнджине, который переживал за то, что оставил веснушчатого одного в ту ночь. Он ушёл от младшего в три часа ночи, пока тот сладко спал. Вот только утро было совсем несладким. Впрочем, это уже не важно. Сердце черноволосого было не на месте, и пока он пытался связаться с веснушчатым, тот трахался направо-налево, не думая о каком-то там Хван Хёнджине. Как ему вновь расположить к себе сердце юноши, если он того больше не желал? Молодой человек вернулся домой в прекрасном расположении духа. Он, как и всегда, ходил в дорогущий ресторан с каким-то красивым типом. А сейчас этот похотливый малыш поставил набирать ванну с лепестками роз, свечами и пеной. Ну чем не романтик? А на хую бантик? Как только вода наполнилась до краёв, хрупкое тельце блаженно легло в горячую воду, держа в руке бокал красного полусладкого вина. Ему вдруг стало скучно, и чтобы потешить себя, он потянулся за телефоном, что лежал на стиральной машинке. Открыв голосовую почту, балбес принялся слушать голосовое сообщение Хвана. — Пожалуйста, выслушай меня. Я бы ни в коем случае не оставил тебя, если бы мне не позвонил мой лучший друг, который живёт в Америке. Я тогда подорвался с кровати и вылетел к нему первым же рейсом. С ним, как оказалось, всё было хорошо. Просто он очень сильно напился, а я этого не заметил. Феликс, прости меня, пожалуйста. Я правда хотел остаться с тобой. Младший в отвращении скорчил лицо и нажал на следующее сообщение. — Ликси, давай встретимся. Пожалуйста. Быть без тебя равносильно убийству. В голову пришла самая глупая идея, которая когда-либо посещала его голову. Веснушка ехидно улыбнулся, звоня старшему по видео-звонку. Всё же нельзя так изводить Хёнджина своими идеями. Ему действительно хотелось поиздеваться над парнем и потешить себя. Буквально через несколько гудков черноволосый поднял трубку, ошарашено смотря на довольно улыбающегося Феликса, чьё лицо было покрыто капельками испарины, кой теперь поблёскивали в свете тусклых свечей. Тот облизнулся, расширяя глаза ещё больше. Брюнет не признает того, что он был рад увидеть свою обожаемую любовь. — Какого... – потрясённо вымолвил он, сидя в оцепенении с вылупленными глазами. — Что такое, хён? Хочешь меня? – властным и кокетливым тоном спросил Ли, сверкая глазами. — Прости, прелесть, но на этом наше путешествие в долину любви окончено, – хрипло сказал австралиец, элегантно отпивая вино. Хвану хотелось провести дорожку из поцелуев по его запястью, медленно поднимаясь пухлыми губами к утончённой шее. — Испытываешь меня? — О нет. Совсем нет. Я просто расставляю точки над «i». Мне не доставляет удовольствия разговаривать с тобой. Я просто хочу, чтобы ты перестал строить какие-то ложные надежды, – ударом под дых промолвил он, улыбаясь во все тридцать два белых зуба. Если Хвана и смогут растоптать, то только так. То только Феликс. — Знаешь, это даже забавно, ведь это именно я сначала проявлял к тебе интерес. Кажется, мы поменялись местами, прелесть. А теперь я желаю отдохнуть, поскольку меня сегодня так и пожирали глазами, – младший дёрнул бровью, утыкаясь языком в верхнюю челюсть, из-за чего его мимика выглядела очень страстно. А затем он ухмыльнулся, уводя взгляд в сторону. — Спокойной ночи, хён, – сексуально прошептал курносый и завершил видео-звонок. А ведь их страсти только накаляются. И оба знали, что это ещё не конец. Разница лишь в том, что Ликс это знал на подсознательном уровне. Хёнджину было невыносимо играть в игру Ли под названием «растерзай меня». Его просто словесно убили, отдавая тело на съедение церберам. Юноша действительно был изумительным, и этот его сучий характер только доказывал, что он не простая партия. Даже самым страстным сукам было далеко до него. Словно он находился так близко, но был так недосягаем. Будто Джин потерял что-то очень важное в своей жизни. Ему не хотелось, чтобы тот забрал его хорошие воспоминания о их встречах. Не хотелось отпускать австралийца. Чего уж правду утаивать. Он правда полюбил его. Казалось, будто это происходит не с ним, а с кем-то другим. Вот только Феликс ещё не знает о том, что Хван тоже не так прост, как кажется. Он сделал ещё один глоток и вылез из ванны, попутно надевая шёлковый халат на мокрое тело. У него больше не было желания отмокать в горячей воде, поэтому он просто лёг на кровать и уснул безмятежным сном. Длинноногий же, наоборот, теперь не мог уснуть из-за того, что в голове до сих пор стоял образ мокрого балбеса. Парень начал терять надежду на то, чтобы нормально поговорить с Феликсом безо всяких высокомерных словечек с его стороны. Ничего не получалось. Каждый раз, когда Хван поджидал его у подъезда, тот всё не приходил домой. И пока Джин размышлял над тем, где его черти носят, веснушчатый наслаждался таким же элитным обществом, как и он сам. Кажется, он действительно ушёл в отрыв. У Хёнджина больше не оставалось вариантов, кроме как того, чтобы обратиться к лучшему другу младшего.

***

С довольного лица так и не сползала удовлетворительная улыбка, пока он поднимался на лифте в свою квартиру. На часах лифта показывало за полночь. Брюнет зевнул в руку, представляя, как по нему скучает его большая постель. На австралийце была белая рубашка без галстука, а первые две пуговицы были расстёгнуты. Притягательного красного цвета пиджак с эмблемой «Louis Vuitton» и чёрные брюки. Он, как и всегда, выглядел неотразимо. Элитное мероприятие прошло лучше некуда. Феликс снова и снова знакомился со всякими знаменитостями, которые души в нём не чаяли. Манеры юноши были безупречны, следовательно, люди так и тянулись к нему, как осы слетались на мёд. Стол из дорогущих морепродуктов его никак не удивил, ибо он всегда может позволить себе такое. И даже лучше. Если пораскинуть мозгами, то можно понять, что Ликс богаче Хёнджина. Веснушчатый очень богат и знаменит. Но даже это не изменило его. Он не стал одним из безжалостных ублюдков, которые так и сбегаются на деньги. Они портят многих людей. И Ли не входил в их число. Да, он был слегка высокомерным, но он сразу показывал, какая он сука. Половина людей, конечно же, ненавидела и презирала его, но другая часть ценила и уважала. Он был утончённым и вежливым. Однако так было до тех пор, пока какой-нибудь хам не откроет свой рот. Введя код на входной двери, та сразу же отворилась, после чего он вошёл в прихожую, не включая свет. Каждый человек имеет собственный запах, и это не касается какого-то парфюма. Люди имеют свой запах кожи. Вот только обладатель не чувствует его, в отличие от окружающих. Вдохнув поглубже, молодой человек учуял приятный запах чистоты его квартиры. Ему нравился запах моющих средств со всякими примесями лимона и хлорки. Запах чистоты. Но загвоздка заключалась в том, что он почуял не только запах моющих средств, но и чужой. Вроде бы он был чужим, но таким до боли знакомым и родным... Феликс давно не чувствовал этот запах. Подумав, что чутьё обманывает его, веснушка безысходно пожал плечами и разулся. Он проследовал на кухню, налил в стакан воды, отпил и поставил прозрачный стакан на стол. Когда австралиец идёт на то или иное мероприятие, он всегда выключает телефон. Поэтому сейчас он стоял и прослушивал голосовую почту. — Слушай, принцесса, я тебя очень сильно люблю, но я сделал то, что тебе не понравится. Я устал видеть тебя таким, якобы счастливым... Это выматывает, понимаешь? Ты мне так и не рассказал, что у тебя там произошло с Хёнджином, и мне это не нравится. Я не хочу, чтобы ты держал всё в себе, Феликс. Пойми меня, пожалуйста. Надеюсь, что у тебя всё наладится. Он нахмурил брови, думая о том, что же такого натворил Чонин, что он теперь извиняется. И за что ему извиняться? Курносый тяжело вздохнул, откладывая этот разговор на завтра, поскольку сейчас ночь и младший, возможно, спит уже. Он никого не будет тревожить в такой час. Брюнет проследовал в комнату, так как там находился его огромный гардероб. Он не включил свет ни в комнате, ни в самом гардеробе. Веснушчатый не считал это нужным, ибо вспышки камер и без того вымотали его глаза. Сняв пиджак, он приступил расстёгивать белые пуговицы рубашки. Повесив вещи на вешалки, Феликс стянул с себя брюки и боксеры, оставаясь обнажённым. Так он и расхаживал по дому. Молодой человек не видел в этом ничего ужасного, так как ему нужен полный комфорт, а на подглядывающих придурков ему было всё равно. Тем более он находился у себя дома. Ликс блаженно потянулся, стоя спиной к постели. Подойдя к порогу комнаты, он хотел было включить свет, но передумал. — Теперь мы можем нормально поговорить? – хрипло спросил незнакомец. Феликс тотчас же подпрыгнул на месте, а сердце готово было вылететь из грудной клетки. Он молниеносно включил в комнате свет, видя вальяжно сидящего на стуле Хёнджина, чья рука облокачивалась о ручку стула и придерживала его подбородок. Тот в шоке разинул рот, смотря на старшего с вытаращенными глазами. Опомнившись, юноша сразу же схватил с кровати шёлковый халат и быстро надел его, скрывая своё идеальное тело в страстной ткани чёрного цвета. Такой своевольный поступок явно не подходит примитивному человеку, как Хван. Оказалось, что Хёнджин был не так прост, как кажется. Черноволосый облизал нижнюю губу, осматривая Ликса в этом пикантном халате. Бомба внутри младшего взорвалась. — Живо объяснись! – грозно проорал Ли, подходя ближе к парню. — Какого чёрта ты вламываешься в мою квартиру?! – в порыве злости выпалил он, размахивая руками в разные стороны. Его поведение было объяснимо, ведь он был прав. Это его собственность, и он имеет полное право повышать на Джина голос. Да тут даже не разговаривать надо, а полицию вызывать. Это статья взлома с проникновением, но того это, кажется, не волновало. Черноволосый встал со стула, подошёл к Феликсу непозволительно близко и прислонил указательный палец к кукольным губам, не давая и слова сказать. Австралиец был в изумлении из-за действия Хёнджина. — Тише. Соседей разбудишь, – прошептал старший, глядя в чужие глаза. Будто его вообще заботят спящие соседи... Как бы Феликс не пытался опровергнуть этот факт, но у него начал затвердевать член. Властные действия Хвана возбуждали его, и, кажется, ему становилось стыдно. Фантазия совсем разыгралась, представляя его демоном в ночи. Не тот, который пришёл душу из него высасывать, а тот, который явился, чтобы доставить обоим удовольствие. Словно магия какая-то. — Я ни в коем случае не обижу тебя. Я просто хочу поговорить с тобой, – нежно прошептал он, опаляя изумлённое лицо горячим дыханием. Однако для брюнета этот шёпот был совсем не нежным, а очень даже сексуальным. Он зачаровывал Ли. — Позволишь? – спросил парень, убирая палец с чужих губ. Ликсу казалось, будто ему перекрыли кислород. — Я, кажется, всё тогда сказал по видео-звонку, – претенциозно промолвил курносый, отходя на шаг от Хвана. — А я нет. — Тогда говори и проваливай отсюда, – твёрдым тоном обозначил младший, складывая руки на груди. — Не мог бы ты сначала надеть нормальную одежду? Я так не смогу нормально сформулировать свои мысли. — Это ещё почему? – он хочет услышать долгожданные слова из уст Хёнджина. Ему это необходимо, как глоток воздуха, поэтому он прикидывается глупым дураком, который ни черта не понимает. Старший усмехнулся, закатывая глаза. — Потому что ты меня возбуждаешь. Как же Феликсу хотелось накинуться с него с поцелуями... Но он держался изо всех сил, не давая волю своим распутным желаниям. Уголки губ слегка поползли вверх, слыша положительный ответ на свой вопрос. Он развернулся и пошёл назад в гардероб, медленно снимая с себя халат на обозрение Хёнджина. Хрупкие плечи и лопатки тотчас же оголились. Он медленно шёл к гардеробу и дойдя до него, юноша полностью скинул с себя халат, вновь оказываясь голым. И это его никак не смущало. Аппетитные упругие ягодицы скрылись за дверью гардероба. Хван томно вздохнул, закатывая глаза от желания схватить Ли и не отпускать всю ночь. А тот ликовал, пока надевал на себя приемлемую пижаму из шёлковой ткани чёрного цвета с узорами «Louis Vuitton». Он давным-давно сотрудничал с этим брендом, поэтому все эти вещи доставались ему почти даром. Каждый раз он предлагал купить эти вещи за обычную цену, но ему отказывали, поскольку он был лицом этого бренда и его действительно ценили. Выйдя из гардероба, он проследовал на кухню, а тот, как щенок шёл следом за ним. Вся та речь, что Джин подготовил для этой встречи, напрочь вылетела из головы. Теперь в ней было совсем пусто. Он не понимал, что сказать, хотя готовился к этому моменту целую неделю. И он не только речь подготавливал. Интернет ему в помощь, так как Минхо был полным профаном в любовных и интимных делах. Старший прокашлялся, вновь становясь стеснительным. А ведь он только что чуть ли не поедал веснушку глазами. — Говори, – дал добро Ли, дёргая ногой, что лежала на другой. В голове Хвана было так же пусто, как и в декоративной коробке, кой стояла на продажу в цветочном магазине. — Я знаю, что ты обижен на меня, и понимаю это. Тебе было обидно от того, что я оставил тебя одного. — Нет, мне всё равно, – легко сказал он, перебивая Хёнджина. — Не перебивай и не ври мне, – твёрдо изрёк парень, смотря исподлобья и тем самым удивляя Феликса, из-за чего он перестал двигать ногой. — Ты и врать-то не умеешь, поскольку всегда говорил только правду, – и откуда ему знать об этом? Но он знал. Он чувствовал его ложь. — Я не смогу описать, как мне жаль и как стыдно перед тобой. Если бы я тогда понял, что Минхо был пьяным, то я бы не подорвался с места и не поехал к нему. Думаешь, мне хотелось оставлять тебя после того, что между нами было? – риторически спросил он, поднимая бровь. — Феликс, я не могу повернуть время вспять, но, пожалуйста, не злись на меня. Ты нужен мне. Очень сильно нужен. — И почему же? Ты ведь натурал. — Я перестал им быть, когда встретил тебя. Сначала ты был мне интересен как личность. Но потом я понял, что люблю тебя, – да Ликсу хотелось орать от счастья. Тем не менее, он просто улыбнулся, сверкая игривыми огоньками в глазах. Всё это время его сердце не переставало гореть для Хёнджина. Однако его признание разожгло в сердце Ли не просто огонь, а целый лесной пожар любви. А тушить кто будет? Минхо и Чонин, что ли? В отряде пожарных пополнение. Черноволосый поднялся со стула, ибо он всё ещё помнил слова Феликса. — Я сказал всё, что хотел. А теперь я уйду, как ты и хотел. — Ещё чего, – прошептал младший, следуя за уходящим парнем. Хёнджин радостно улыбнулся, поворачиваясь к молодому человеку, который чуть ли не врезался в его грудь. Остановив хрупкое тело, длинноногий лёгким движением руки схватил его за подбородок, притягивая ближе к себе для глубокого поцелуя. Веснушчатый тут же ответил на нежный поцелуй, всасывая нижнюю губу Хвана. Ему хотелось продолжать целовать их, пока он не умрёт. Сознание затуманивалось с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Но брюнет неожиданно прервал сладостный поцелуй. — А как ты вошёл сюда? — Ты только не убивай его, – предупредил он, всё ещё держа юношу за подбородок, пока другая рука лежала на его щеке, нежно поглаживая скулу большим пальцем. Австралиец настороженно посмотрел на него, слегка хмуря брови. — Чонин назвал мне пароль от твоей квартиры. — Что? – потрясённо спросил Ли. — Как ты вообще связался с ним? — В инстаграме написал. Ты отмечал его на какой-то фотографии. Так я и нашёл его, – объяснился Джин. — Я рассказал ему, что произошло, и он понял меня. Мы сначала планировали сделать так, чтобы он позвал тебя в кафе, а вместо него пришёл бы я. Но ты постоянно откладывал эту встречу, поэтому он просто назвал мне пароль от квартиры и сказал ждать тебя. — И что ты делал, пока меня не было? — Давай я скажу, что копался в твоём нижнем белье, и мы закончим этот разговор? – постыдился парень, не желая говорить истину. — Правду мне скажи. Что ты делал? Хёнджин увёл взгляд, кусая внутреннюю сторону щеки. — Я.. – он тяжело вздохнул, волнуясь так, будто наступил апокалипсис. Тот провёл пальцами по чёрным волосам, зачёсывая упавшую на глаза чёлку и нежно смотря на смущённого Хвана, который до сих пор не решался перевести взор на ласкового веснушку. — Я искал в интернете способы, как извиниться перед тобой, – признался старший, тут же заглядывая в счастливые глаза. Курносый добродушно усмехнулся, загораясь ярким светом. Он не видел лжи в его глазах. Только чистейшую правду. — Лучше бы ты копался в моём нижнем белье, – снова усмехнулся Ликс. — Я не такой. — А жаль, – младший взял его за руку, уводя в спальню. — Как тебе представление, которое я устроил для тебя двадцать минут назад? Черноволосый на секунду остановился, прокручивая всё, что недавно было. Картинка остановилась на упругих ягодицах, которые хотелось искусать, а также на красивой пояснице. Он бесстыдно улыбнулся, смотря на круглые полушария, что были в чёрных домашних штанах. В голову взбрела идея подразнить младшего, отчего он хищно улыбнулся, продолжая глядеть на аппетитные ягодицы похотливым взглядом. — Видал и лучше, – тот в шоке остановился вполоборота и посмотрел на ехидного парня. — Ты что, страх поте... – не успел он договорить, как его тут же прижали к белой стене и поцеловали. Большая ладонь опустились к упругому полушарию, несильно сжимая её, а другая рука заползла под домашнюю рубашку, поглаживая хрупкую поясницу, которая, казалось бы, сломается, если надавить на неё чуть сильнее. Феликс сводил его с ума. Он бесповоротно полюбил его и больше никуда от него не уйдёт. Младшему нравилось своевольство Джина, дурманя голову от таких ласк. Ли плавился в его руках, изредка постанывая от напористых пальцев, которые, не переставая, сжимали его ягодицу. Хаотичные звуки ненасытных поцелуев разносились по всему коридору, снося обоим крышу. Даже эти звучания возбуждали. Пухлые губы плавно опускались к шее, целуя каждый участок его кожи. — Боже мой.. – простонал брюнет, закатывая глаза от удовольствия. У него было много людей, которые целовали его шею, но это... Губы Хвана были совсем другими. Обжигающими. Соблазнительными. Страстными. Его горячие поцелуи возбуждали до дрожи в коленях. И никакие другие поцелуи уже бывших половых партнёров не сравнятся с поцелуями длинноногого. Ведь это была любовь, а не простое развлечение на полтора часа. — Возьми меня, – проскулил он, зарываясь пальцами в чёрные волосы. — Я ужасно сильно хочу тебя, – эта мольба в его голосе заводила ничуть не меньше. Распутный взгляд Хёнджина горел желанием взять его прямо здесь и сейчас. — Но я боюсь, что разочарую тебя. — Почему? — Потому что я очень сильно устал за сегодняшний день. Меня мотали из стороны в сторону, – сожалеющим тоном промолвил Ли. — Элитные мероприятия очень выматывают меня. Я после них как нежилец. Прости... – Феликс опустил виноватый взгляд. Тот расслабленно улыбнулся и погладил его по щеке, откладывая свою вставшую проблему на второй план. — Не извиняйся, хорошо? Секс – это не самое главное в отношениях. Я просто рад тому, что ты простил меня. — Повтори про отношения, – потребовал младший, искрясь глазами. Хван снова улыбнулся и чмокнул его в нос. — Ты будешь моим парнем? — Да, да, да! — Хочешь со мной встречаться? — Я весь твой. — Да? – переспросил Хёнджин, улыбаясь во все тридцать два. — Да! — Тогда иди ко мне, – брюнет вцепился руками в его шею. Парень подхватил юношу на руки, как принцессу, и увёл в комнату, попутно целуя его лицо. Они уснули в обнимку, чувствуя лишь счастье и умиротворение. Так и начинаются их настоящие отношения. Хёнджину нереально сильно нравилось смотреть на спящего Феликса, чьё лицо выглядело умиротворённым и детским. Младший еле слышно посапывал на плече Хвана, пока тот зарывался длинными пальцами в волнистые локоны, проводя ими от самых корней и доходя до кончиков. Ему доставляло удовольствие просто лежать рядом с любимым человеком, не думая ни о чём, кроме него. Он был счастлив. Это было заметно даже по глазам, что полны ласки и любви, и по еле заметной улыбке, которая светилась только для Ли. Он любил ровное дыхание спящего австралийца, кой грел его своим теплом, умеренно дыша в шею. Любил его хрупкое тельце. Он готов был каждый день проводить дорожку из поцелуев, касаясь губами нежной кожи, которое напоминало бархат. Парень, наконец, понял, что до безумия любит Ликса. Ему давно не было так хорошо. Ему никогда не было так хорошо, как сейчас. Он умилялся, глядя на веснушчатого и прижимая его ближе к себе. Две души, что так сильно любят друг друга, наконец-то сплелись воедино, превращаясь в самый крепкий узел. Никто не сможет разорвать его. Так спокойно. Так хорошо. Будто он познал все краски мира, собирая их в один большой тюбик масляной краски. Словно он – одинокий океан, к которому пришло яркое солнце, впредь не позволяя быть одиноким. Ведь теперь у него есть тот, кто дарит ему небывалое счастье и любовь. Прогревает его глубины и бездны Марианской впадины. Хёнджин долгое время не мог прочесть Феликса, но когда осознал, что любит его, он сразу начал читать юношу, как открытую книгу, что очень долгое время пылилась на высокой полке библиотеки. В руке, как обычно, была чашка горячего кофе, зёрна которого только что были обжарены и размолоты. Так умиротворённо. Так тепло. Курносый открыл заспанные глаза, глядя на улыбающегося Хвана, кой продолжал гладить тёмные волосы вдоль от корней. Тот протёр глаза и медленно начал моргать, пытаясь до конца проснуться. Давно ему не было так тепло. Словно он был под защитой от чужих взглядов и рук. — Доброе утро, – прохрипел он низким голосом. Уголки губ слабо поползи вверх, улыбаясь длинноногому. — Ты давно проснулся? — Минут тридцать назад. — Я тебе плечо не отдавил? — Нет. Ты лёгкий, как пушинка. — А я думал, что тяжёлый, как метеор, – сонно усмехнулся молодой человек, крепче обнимая талию старшего. — Можно вечно лежать с тобой и никуда не идти? — Увы, Ликси. Но работа ждать не будет. — Мир подождёт. — Тогда зачем спрашиваешь? — Чтобы ты дал свой ответ. — Я тебя расстроил? — Да, – драматично обиделся Ли, закатывая глаза. — Как искупишь свою вину? — Поцелуем, – он приблизился ближе к Феликсу. Однако тот быстро увернулся, как ошпаренный. Хёнджин в непонимании уставился на него, слегка хмуря брови. — Я зубы ещё не чистил. — Как будто меня это волнует, – парень в нетерпении закатил глаза и всё же поцеловал его, нежно сминая кукольные губы. Для брюнета это было чем-то новым и необычным, поскольку он никогда не позволял такого. Довольный юноша медленно отстранился, потягиваясь на кровати. — Выспался? Сил набрался? — Да, – он с теплом осмотрел лицо черноволосого, а затем провёл большим пальцем по его щеке, доходя им до родинки, что была возле глаза. — Красиво. — Ты красивее. — Я люблю тебя, – внезапно сказал веснушка, слегка вводя Хвана в ступор. Сердце ускорило свой ритм, как будто из часов сейчас вылетит птичка, оповещая его о том, что он сейчас помрёт от счастья. Уголки губ растянулись в глупой улыбке, после чего он ещё раз поцеловал австралийца, удушая в своих сентиментальных порывах ласки. — Джинни, я сейчас задохнусь, – кое-как вымолвил Ли, скованный в крепких объятиях. Тот ойкнул, выпуская его из своих рук, вследствие чего в лёгкие снова поступил необходимый кислород. — Ты тиран, что ли? — Нет, я просто люблю тебя, – это всё было так странно и так по родному. Как будто магия какая-то. Было легко и хорошо. Слова Хёнджина грели его душу, побуждая прыгать от счастья. Да, это и было счастье. О чём же ему ещё мечтать, если у него теперь есть то, ради чего он будет жить? И он живёт. Веснушчатый хотел лишь интимных отношений с Хваном, но потом секс перестал быть важным. Он хотел большего. Нет, он желал этого всем сердцем и душой. И он наконец-то получил это. Будто выиграл в лотерею любви. Судьба была довольна их настоящими отношениями. Она радовалась, видя, как у обоих светятся глаза, когда они вместе. Смешное шоу окончено. Теперь тут будет царить только любовь. Молодой человек чмокнул его в губы и встал с постели, расстёгивая пуговицы чёрной шёлковой пижамы. Тот сел на кровати, уставившись на спину Ли. — Ты куда? – младший остановился и обернулся через плечо, прекращая расстёгивать пуговицы. — Мыться. А куда же ещё? Джин о чём-то задумался, кусая нижнюю губу. Да из неё скоро кровь пойдёт, если не уже. Парень слегка смутился своим мыслям, уводя взор в сторону. Феликс в непонимании нахмурил брови, полностью поворачиваясь к старшему. — А.. – наконец подал голос длинноногий, на секунду останавливая себя. — Могу ли я пойти с тобой? – смущённо спросил он, слегка шокируя брюнета. — Если тебе, конечно, будет комфортно. Но если нет, то ладно. Я тогда... — Хорошо, пошли, – легко ответил Ликс, перебивая Хвана. Тот расплылся в довольной улыбке, поднимаясь с мягкой постели. Австралиец продолжил снимать с себя вещи, идя в ванную комнату. Позади шёл Хёнджин, наблюдая за тем, как с Ли падали вещи, оголяя хрупкое тело. Юноша издевается над ним, показывая то, насколько он был раскованным и прекрасным. Он пленил черноволосого своей неотразимостью. Веснушчатый повернул к нему голову, видя в глазах жадного хищника, который готов съесть его. Такой страстный и соблазнительный... Разум затуманивался, опьяняя этого бесстыдника до такой степени, что он готов наброситься на брюнета прямо здесь и сейчас. Он хотел его, как изголодавшийся волк, который вышел на охоту спустя долгое время. Очень долгое время. — Ты собрался в штанах мыться? – усмехнулся он, вытягивая того из своего маленького мирка, отведённого в самом углу сознания, где царила лишь похоть. Как же он дурманит его бедную голову... И разве парень традиционной ориентации станет так жадно смотреть на мужские ягодицы? Старший стянул с себя футболку и домашние штаны. Курносый купил их на каком-то сайте, не глядя на размер, который он берёт. Хорошо, что он совсем позабыл про эти вещи, иначе Хвану пришлось бы спать в одних боксерах. Феликс впервые видит его без верхней одежды, начиная облизываться из-за чётких кубиков пресса на его животе. Веснушку так и тянуло укусить эту упругую мужскую грудь. На широких плечах выступали изящные ключицы, по которым хотелось провести языком. Он резко отвернулся и включил горячую воду, предварительно закрыв слив затычкой для ванны. Тот сразу заметил похотливый интерес в глазах младшего, посему он ухмыльнулся и снял с себя боксеры. Игривые глаза осмотрели слегка смущённого юношу и, обойдя его, он сел в ванну, приглашая того сделать то же самое. Огромная ванна стремительно наполнялась горячей водой. Веснушчатый последовал его примеру, садясь к нему спиной. Томный выдох сорвался с губ Ли, прислоняясь лопатками к его телу. Слишком странно и слишком хорошо. Большие ладони плавно огладили хрупкие плечи и легли на подтянутый живот. Два тела соприкасались друг с другом, чувствуя тепло каждой клеточкой тела. Хёнджин приблизился к уху, опаляя его горячим дыханием и тем самым вызывая у того целый табун мурашек. — Расслабься. Я чувствую твоё напряжение, – сексуальный шёпот выбивал Феликса их колеи, никак не давая расслабиться. Боже, это сумасшествие. Он чувствовал наполовину вставший член своим тазом, отчего теперь точно не сможет расслабиться. Оба хотели одного и того же. — У тебя когда-нибудь был секс в душе? — Нет, – сладко прошептал Ли, откидывая голову на плечо Джина. — Но если моя проблема полностью встанет, то тебе придётся решить её, – тот бросил взгляд на наполовину вставший член небольшого размера и ухмыльнулся, плавно спускаясь правой рукой к чужому паху. Коснувшись пальцами головки, он тотчас же услышал громкий вздох, кой моментально смешался со звуком воды, что лилась из под крана. — Буду только рад, – ещё тише сказал он и укусил молодого человека за мочку уха, вытягивая из него тихий стон. Бесстыдник высунул влажный язык, начиная проводить мокрую дорожку от уха к шее, параллельно покусывая его тонкую кожу. У самого-то член начинает болеть от должного к нему внимания. Однако для него было важным не его наслаждение, а Феликс, который плавился от его действий. Большая ладонь полностью обхватила член, начиная водить ею вверх-вниз, доставляя Ликсу небывалое удовольствие. Но оба хотели большего. Из уретры вытекал предэякулят, сразу же смешиваясь с горячей водой. Юноше до невозможного нравилось наблюдать за тем, как Хёнджин в одну секунду может быть очень застенчивым, а в другую может стать самым настоящим распутником, который пришёл за тем, чтобы испортить Ли. Впрочем, он уже был испорчен. Тот прекратил водить рукой по небольшому стволу, вновь становясь каким-то стеснительным. Курносому сейчас нужен другой Хван, а не хороший паинька без единой мысли о сексе. — Если что, я вчера вычитал в интернете, как тебя нужно подготавливать. Не переживай, – австралиец поднял на него недовольный взгляд. — И к чему ты это сейчас говоришь? — Это же мой первый раз с парнем. Я не был в курсе того, что надо делать. — А я тебе на что? Мог бы просто спросить, а не говорить это в тот момент, когда я чуть ли не набросился на тебя, – раздражённо изрёк брюнет, закатывая глаза от того, что Хёнджин сейчас всё портит. Веснушчатый в пол оборота развернулся к длинноногому, слегка разочаровываясь в нём. — Давай просто помоемся и пойдём... – не успел он договорить, как его тут же пылко поцеловали, спускаясь руками к упругим ягодицам. Большие ладони обхватили два полушария, сжимая их до такой степени, что Феликс простонал прямо в поцелуй. Вода начала плескаться по всей ванне из-за резких движений Хвана, чуть ли не покидая пластиковые бортики. Он медленно разорвал поцелуй, оттягивая нижнюю губу Ли. — Встань, – приказал он, и тот сразу же встал на ноги. Парень сделал то же самое, после чего развернул податливое тело к бежевой плитке и прижал к ней. Вот это уже другое дело. — Здесь есть смазка? — Т-там, – запнулся младший, указывая пальцем на шкафчик серого цвета, что стоял рядом с подвесным зеркалом. Джин прижался к его спине, тем самым прислоняясь твёрдым членом меж аппетитных ягодиц. Нажав на дверцу шкафчика, та мгновенно открылась, позволяя вытащить полный тюбик лубриканта. Закрыв дверцу, он сделал шаг назад и выдавил приличное количество на руку, начиная размазывать её по ладоням. Хаотичные звуки смазки разносились по всей ванной комнате. С Феликсом такое было впервые, поскольку он всегда самостоятельно подготавливал себя к сексу с половым партнёром, сразу приходя в отель и без стеснения прыгая на члене какого-то человека. С Хёнджином всё было в новинку. Он никому не позволял растягивать себя, но ему хотелось, чтобы Хван сам это сделал. Старший прильнул к его затылку, проводя носом по влажной коже. Он прислонил средний палец к анальному кольцу, начиная медленно размазывать смазку. Закончив сие действие, парень коснулся губами его скулы и медленно вошёл, вытягивая изо рта Ли громкий стон. Так как тот всегда занимался сексом, его длинный палец без труда проник внутрь, размазывая лубрикант по мягким стенкам сфинктера. Внутри него было невообразимо тепло и узко, сводя того с ума. Поняв, что веснушчатому нравится, он засунул ещё один палец, тщательно растягивая его стенки. Австралиец плавился, превращаясь в лужу сладострастия и смешиваясь с водой. Складывалось такое впечатление, будто Хван давно знает, что нужно делать и как доставить Ликсу удовольствие. — Я готов, – с ноткой мольбы вымолвил он, выдыхая кислород. В воздухе витала похоть и страсть, которую они вдыхали через нос. Черноволосый сам себе кивнул и подставил набухшую головку к анальному кольцу, предварительно смазав член остатками смазки на ладони. Хван оставил невесомый поцелуй на его плече, затем схватил веснушку за талию и плавно вошёл в податливое тело. Младший хотел было вцепиться во что-нибудь, но у него не представилось такой возможности. Он громко простонал, закатывая глаза от удовольствия. Толстый член плавно двигался внутри него, а каждая выпирающая венка на половом органе словно играла со стенками сфинктера. Они так подходили друг другу... Словно отпечатки пальцев двух разных людей стали идентичны, совпадая друг с другом. С ума сойти. Плавные толчки становились более резкими и жёсткими, что Феликс так сильно обожал. Он чуть шире раздвинул ноги для глубокого проникновения и снова издал гортанный стон, откидывая голову назад. Оба тяжело дышали, из-за чего зеркало, что висело над умывальником, совсем запотело. Тут было ужасно жарко. И чёрт знает от чего именно. То ли из-за воды, то ли из-за двух горячих тел, которые сливались воедино. Капли пота стекали по твёрдому прессу. Однако тот не мог этого лицезреть. Мокрые волосы прилипли к шее брюнета, становясь ещё сексуальнее. Хёнджин сгорал в нём, как птица Феникс, которая потом восстанет из пепла. Голова молодого человека стала кружиться из-за быстрого дыхания, пытаясь как можно больше вобрать воздуха. Кукольные губы совсем пересохли, и, заметив это, распутник нежно взял его за подбородок, притянул ближе к себе и заключил их губы в сладостном поцелуе, смазывая доныне сухие губы собственной слюной. Так грязно, что сносило крышу. Обильно смазав их слюной, та начала стекать по губам в форме сердца. Хёнджин невольно усмехнулся и слизал слюну с его губ, наслаждаясь этим сногсшибательным моментом. Ладонь легла на задницу, похотливо сжимая её и надавливая пальцами на кожу. Громкие стоны ударялись о плитку, побуждая Хвана услышать ещё один. Убрав руку с полушария, парень резко ударил по ней, оставляя красный след на карамельной ягодице. Феликс был в полном восторге, но даже это слово не могло полностью описать то, что он сейчас испытывал. Ему больше не хочется заниматься сексом с другими, ибо Джина никто и никогда не сможет затмить. Да ему это больше и не нужно, так как он уже не отпустит старшего. Он выгибал спину так, что его позвоночник вот-вот скоро сломается. Тем не менее, он ничего не мог с собой поделать, ведь ему так хорошо... Черноволосому до чёрта нравился вид Ликса сзади, поскольку его спина была красивой и чарующей, как змея, что извивалась от пьянящей музыки флейты. Оба тонули в алкоголе любви. Будто упивались хорошим ромом, сидя у барной стойки элитного бара с тусклым светом. И именно такой свет был в ванной австралийца. Он идеально подходил под их сексуальную атмосферу. Даже лучше свечей, которые Феликс любил зажигать, когда шёл отмокать в ванной с бокалом хорошего вина. Джин был таким же, как это вино, чья выдержка была просто потрясающей. Только вот он был гораздо лучше него. Один его поцелуй опьянял юношу со скоростью света. Даже спустя долгое время сексуальный опыт Хвана никуда не исчез, уничтожая разум Ли. Феликс теперь с уверенностью может сказать, что занимается не просто сексом, а любовью. Он занимается этим с тем, кого любит всем сердцем и душой. Ни один человек в мире не заставит его испытать то, что он испытывал с Хёнджином. Веснушчатый был рад показать парню свои изгибы тела, демонстрируя то, каким он может быть сексуальным даже без одежды. Резкий толчок вытянул из курносого оглушающий стон, ибо старший попал набухшей головкой прямо в простату. Он клянётся, что видел звёзды перед глазами от неожиданного и глубокого движения. Эти необычные ощущения были такими страстными, что он готов был упасть на колени. Ноги действительно переставали держать его, а силы стремительно покидали тело. Заметив это, Хёнджин быстро покинул любимое тело и повернул его к себе. Он поднял младшего на руки, из-за чего его спина уткнулась прямо в плитку. Гладкие ножки обвили талию Хвана, а руки сцепились в кольцо на его шее. Парень быстро поцеловал его и вновь вошёл, но на сей раз под другим углом, отчего проникновение стало гораздо глубже, тем самым вновь попадая по простате. Он наконец-то мог видеть веснушчатое лицо, что тонуло в удовольствии. Феликс громко стонал, блаженно закатывая глаза. Со лба стекал пот, вследствие чего молодой человек становился ещё горячее. Они разделяли этот похотливый воздух на двоих, и его было так мало... Длинноногий ощущал брюнета каждой клеточкой своего тела. Его сердце трепетало рядом с ним. Длинные пальцы невесомо коснулись его шеи, медленно ведя кончиками вниз. У Ли дух перехватило от этого еле ощутимого прикосновения, которое разносило ток по горячему телу. Их страсть была неописуема, а обычное влечение веснушки переросло в нечто большее. Искра разгорелась пламенем любви, которую он теперь дарит Джину. Боже, они могут заниматься любовью днями и ночами, совсем не думая о времени, что никогда не стоит на месте. То, чем они сейчас занимаются, нельзя назвать просто сексом, так как их души переплетались, словно две красные нити сплелись между собой. И их уже невозможно распутать. — Ты обворожителен, Феликс, – на выдохе прошептал он, приближаясь к губам и вновь целуя их. Горячие языки кружились в грязном танце, смешивая слюни двух людей во что-то необычайно развратное. Это было так грязно и до чёрта красиво. Оба были перевозбуждены, чувствуя полный экстаз. И теперь Хван прекрасно видел, как из уретры младшего обильно вытекал предэякулят. Ему вдруг захотелось слизать её с набухшей головки, которая слегка подёргивалась, прося к себе внимания. Он опустил руку на половой орган, а затем с нажимом набрал на большой палец природную смазку. Черноволосый поднёс его к своим губам и демонстративно слизал всю природную смазку со большого пальца, заставляя Ли сглотнуть от изумления. Сумасшествие теперь спокойно гармонировало с разумом Хёнджина, побуждая совершать необыкновенные поступки. Ему хотелось полностью попробовать Феликса. И у него ещё будет очень много времени, чтобы сделать это. Не сегодня, так завтра. У них ещё вся жизнь впереди, так что австралиец сможет прочувствовать все вкусы любви и настоящей похоти, которую тот будет дарить ему. Как сейчас. Неизвестно, сколько они уже занимаются любовью, но ясно одно: они уже не пойдут по своим делам. Каждый раз, когда силы хотели покинуть их тела, у них сразу же появлялись новые. Ликсу начинало казаться, будто тот сейчас рухнет от бессилия. Однако он был очень выносливым, посему без труда продолжал толкаться в тело, которое всеми силами держал в своих руках. Это до ужаса льстило юноше, заставляя чувствовать счастье на душе. — Если бы ты только знал, какой ты всё таки вкусный, – сказал бесстыдник, смотря в карие глаза хищным взглядом. Тот продолжал безысходно глотать слюни и облизывать пересохшие губы, внимательно слушая грязные нашёптывания из его уст. Прикрыв веки, парень жадно провёл носом по мокрой скуле. — Я хочу слизать удовольствие с твоего красивого лица, – он сам не понял, зачем сказал это. Ему просто захотелось сказать, и он сделал это. Большие ладони сильнее сжали узкую талию Феликса, глубже и жёстче насаживая его на свой член. — Бог ты мой! – воскликнул Ли, не ожидавший такого грубого толчка. Маленькие пальцы крепко сжимали плечи старшего, оставляя чёткие лунки от ногтей. Это сводило Хёнджина с ума. Он не был мазохистом, но тот настолько сильно доводил его до сумасшествия, что ему нравилось каждое его действие. Веснушка пришёл в ещё больший восторг, узрев, как Джин блаженно закатывает глаза из-за того, что он вдавил ногти в его широкие плечи. Небольшие пальцы спустились к лопаткам, начиная нежно царапать его кожу и оставлять еле заметные красные следы. Хван закатил глаза, издавая рык сквозь стиснутые зубы. Он тотчас же прильнул к его шее, всасывая тонкую кожу в рот. Такого Феликс ещё никому не позволял. Он ненавидел, когда на его теле оставляли свои следы. Но, кажется, это осталось в прошлом. Ему нравилось то, что это делает Хёнджин. Черноволосый позволял себе то, что не было дозволено ни одному половому партнёру Ликса. Но и те, соответственно, теперь в прошлом. Оба упивались красивой любовью друг к другу, не оставляя и грамма рассудка. Похоть давным-давно взяла над ними верх, побуждая обоих на роскошное безумие. Хаотичные звуки двух тел разносились по всей ванной комнате, смешиваясь с прерывистым дыханием парня и стонами брюнета, что так громко вырывались из него. Младший глядел на него влюблёнными глазами, сверкая ими, как падающие звёзды в ночи. Такой изысканный. Ярко-багровые пятна украшали тонкую шею, словно он был усыпан розами. Губы совсем опухли от поцелуев-укусов, отчего он выглядел ещё сексуальнее. Хван бесстыдно помечал его, давая понять, кому принадлежит молодой человек. А тому это лишь импонировало. Ему нравилось собственническое отношение Джина. Он любил это. Ли и не подумает замазывать засосы, которые на нём оставил любимый человек. Вот ещё. Небольшой член стал чаще подёргиваться, что означало лишь то, он был на пределе. Сногсшибательный оргазм быстро приближался к нему. — Хён... – на выдохе вымолвил он, закатывая глаза и учащая дыхание. — Я с-сейчас кончу. — Так чего же ты ждёшь? – Хван развратно ухмыльнулся, сверкая глазами. От этого взгляда Феликсу хотелось сорвать голос. Старший толкнулся ещё жёстче, вновь попадая по простате. Брюнет вцепился в чёрные волосы, выгнул спину до хруста в позвоночнике и триумфально излился на точёные кубики пресса, выкрикивая имя Хёнджина. Тот стал догонять Ликса, несколько раз грубо толкаясь в расслабленное тело и победно кончая в анус младшего. Австралиец всегда запрещал половым партнёрам заниматься с ним сексом без презерватива. Да только Джин не половой партнёр, а любимый человек, которому дозволено абсолютно всё. Много же он запрещал тем, с кем трахался. Юноша впервые почувствовал такую приятную и головокружительную наполненность внутри себя. Это чувство было настолько новым и ярким, что он не выдержал и ещё раз кончил на пресс, изящно выгибая спину. Тот в изумлении посмотрел на изливающегося Ли, а затем игриво улыбнулся, сжимая упругие ягодицы. — Вот это уже что-то новенькое, – вполголоса сказал он, аккуратно убирая прилипший волос с чужой скулы. — Ты сводишь меня с ума, – прохрипел веснушчатый почти севшим голосом. — Пойдём завтра на свидание? — М? – не понял Хван, поскольку это вроде как он должен звать его на свидание. Но, кажется, у них всё было наоборот. — Обычное свидание. Сходим куда-нибудь развеяться, – пояснил Ли. — Это-то я понял. Но разве это не я должен звать тебя на свидание? — Я тебе что, слащавая девица, что ли? Почему я не могу пригласить тебя на свидание? Что это за дискриминация? – возмущался Феликс, продолжая обвивать парня руками и ногами. — Хорошо-хорошо. — Я сам всё устрою, – гордо задрал нос брюнет и улыбнулся, а затем нежно поцеловал Хёнджина в губы. — Пошли в кровать. Черноволосый быстренько сполоснул обоих водой и, вынув затычку, первым вылез из ванны, протирая тело полотенцем. Закончив сие действие, он взял другое полотенце и накрыл им тело веснушки, аккуратно протирая нежную кожу. Он продолжал смотреть на сосредоточенного Джина влюблёнными глазами. Закончив протирать хрупкое тело, он откинул полотенце в сторону, взял австралийца на руки, как обезьянку и понёс в постель. Спустя пятнадцать минут старший уже спал как убитый, обнимая Ликса одной рукой. Оба были абсолютно голыми, чувствуя друг друга каждым сантиметром своего тела. Кожа к коже. Молодой человек взял с прикроватной тумбы телефон, открыл контакты и принялся блокировать и удалять номера всех половых партнёров. Завершив чистку контактов, он зашёл в заметки и удалил свой личный чёрный список. Курносый с теплом посмотрел на изящное запястье Хвана и прикрыл глаза, засыпая со спокойной душой. Теперь ему никто не нужен, кроме Хёнджина. И ему до безумия нравилось это чувство.

***

На следующее утро парень выпил кофе, что ему приготовил Ли, и ушёл. Как и предполагалось, Феликс сначала отругал лучшего друга по телефону, а потом поблагодарил его. Он, конечно же, рассказал ему о том, что было. Но дальше Чонин не стал слушать, когда тот дошёл до момента в ванной. К таким страстям он не готов. Ближе к вечеру веснушчатый уже был готов к свиданию, дожидаясь старшего у своего подъезда. Чёрная глянцевая машина медленно подъехала к нему. Блёстки на тёмных волосах красиво блестели при свете фар, из-за чего складывалось такое впечатление, будто на его локонах были целые звёзды, которые ярко светили в чёрном небе. Младший радостно улыбнулся, продолжая стоять на месте. Он строго-настрого сказал Джину, что это будет простое свидание, без всякой роскоши и дорогих ресторанов, так как он устал от этого. С Хёнджином хотелось пойти в какое-нибудь банальное местечко. Но в такое, которое ещё надолго останется в памяти. У него были большие планы на этот вечер, поэтому он был так рад. Впрочем, больше всего он был рад видеть длинноногую фигуру, что покинула салон автомобиля. Тот улыбнулся, смотря на веснушчатого. Он открыл заднюю дверцу машины и вытащил оттуда красивый букет голубых роз. Сразу было понятно, что они крашенные, но это не имело смысла. Австралиец расширил глаза, изумляясь такому роскошному букету, кой тот держал в руке. В его руке смешивались синие и голубые цвета, что были красиво упакованы в белую обёрточную бумагу на нежно-голубой ленточке. Изящно и со вкусом. Видимо черноволосый сразу понял, какой у того любимый цвет, судя по его машине и интерьеру в комнате. На душе было так тепло и уютно, что Феликс никак не мог убрать счастливую улыбку со своего лица. Такие неожиданные и приятные мелочи заставляли его сердце биться быстрее. Ему ещё никто не дарил такие красивые цветы, которые были выкрашены в его любимые цвета. Это правда было очень необычно. Особенно для Хвана. Старший застенчиво подошёл к нему, вручая букет и робко опуская взгляд в асфальт. Как же ему нравилось наблюдать за переменчивым характером парня. Он может быть очень страстным и властным, а может стать милым и ласковым. Эта переменчивость всегда поражала Ли, но она ему нравилась. Он любил абсолютно всё, что было хоть как-то связано с Хёнджином. Глазки сверкали, как алмазы при ярком свете, когда он забирал букет из его руки. — Ты же понимаешь, что это мои первые отношения с парнем, и я не знаю, что тебе нужно было дарить, – застенчиво промолвил он, всё ещё смотря в асфальт. — Можешь выкинуть их, если тебе не нравится, – тот подошёл ближе к Джину, продолжая улыбаться во все тридцать два зуба. И потянувшись на носочках, он нежно поцеловал его в щёку. Глаза сияли так, что ему хотелось смотреть в них весь оставшийся вечер. — Просто делай то, что хочешь. Мне нравится, – ласково сказал молодой человек. Его сладкий голос ласкал слух. Старший смущённо захихикал, обнимая хрупкое тело. Только вот в душе была целая буря счастья, которую он никак не мог остановить. Так легко и хорошо. Ему никогда и ни с кем не было так хорошо, как с Феликсом. С ним он чувствовал себя свободным и раскованным. Хотелось подарить ему всю свою любовь в одном лишь поцелуе. Их любовь было видно за километр, ибо она светилась, как яркая луна в этом мраке. — Едем? — Да. Но всё же. Что ты придумал? — Езжай по моему маршруту и узнаешь, – таинственно пропел младший, открывая дверцу машины. От него можно ожидать чего угодно, что уже немного настораживало. Хёнджин тяжело вздохнул и сел в машину, пристёгивая ремень безопасности. Ночной Сеул был прекрасен, даже лучше чем днём. Австралийцу нравился этот город, полный всяких развлечений и достопримечательностей. Незабываемо. Из-за работы он мало где побывал, поэтому сегодня он, наконец, может увидеть то, что очень сильно хотел лицезреть. Тем более рядом с с любимым человеком. Взгляд упал на большие руки старшего, что красиво держали руль. Хотелось, чтобы они прямо сейчас были на его щеках, нежно поглаживая скулы большими пальцами. Боже, Феликс становился каким-то тактильным и романтичным рядом с ним. Он чувствовал себя пушистым котёнком, который желал растаять в руках Хвана как снег. Это всё было так странно и так незабываемо. Тот, не отрывая глаз от дороги, взял брюнета за руку, переплетая их пальцы. Веснушчатый приоткрыл рот, не ожидая, что длинноногий поймёт его без слов и взглядов. Он действительно удивлял его. Большой палец стал гладить нежную кожу, заставляя его сердце трепетать, как в первый раз. Он никогда не сможет вдоволь насладиться черноволосым, всегда желая его внимания. Уголки губ поползли вверх, ласково смотря на сосредоточенный профиль парня, который плавно выруливал, следуя по его маршруту. Потянув небольшую руку на себя, Джин поднёс её к губам и мягко поцеловал, продолжая следить за дорогой. Сердце разрывалось от любви к этому необычному человеку. А он ещё думал, что Хван примитивный. Да разве самый обычный человек станет делать такое? — Я люблю тебя. Очень сильно люблю, – неосознанно признался Ли. Тот на секунду перевёл на него полный любви взгляд и снова поцеловал его руку. — Иногда мне кажется, будто это лишь сказочный сон, – вдруг признался парень, продолжая держать его за руку. — И даже если это сон, то когда я проснусь, я обязательно найду тебя и скажу, как безгранично сильно люблю тебя, Ликси, – с теплом в голосе промолвил он. Феликс готов разрыдаться от его красноречивых слов. Так сильно его сердце ещё никто не волновал. Он проникал в душу Ли всё глубже и глубже, переполняя его своей любовью. Ну и как тут просто усидеть на месте, когда ему говорят такие до боли красивые и ласковые слова? — Да к чёрту это свидание! – выпалил младший, сжимая большую руку Хвана. — Поехали домой. Я хочу обнять тебя и не отпускать, – требовал веснушка. Да так, что чуть ли не бился в истерике, намереваясь разгромить салон машины. Тот усмехнулся, переводя на него взгляд. — Мы почти приехали. И, кстати, почему ты выбрал именно башню Намсан? — Я там никогда не был, – Хёнджин удивился, вскидывая бровями. Столько лет прожить в Корее и ни разу не посетить знаменитую на весь Сеул башню? Уму непостижимо. Да каждый второй турист уже успел сходить на эту башню. А Феликс, проживший в Корее долгое время, только сегодня туда пойдёт. Возможно, он хотел пойти туда именно с тем, кого полюбит всем сердцем и душой. А возможно, он действительно не мог её посетить из-за работы и важных мероприятий. — Тогда чего же мы ждём? – подмигнул ему старший, въезжая на парковку. Покинув машину, они пошли на канатную дорогу, то бишь на фуникулёр. Кроме них тут никого не было, так что они спокойно могли посмотреть на вид из окна, находясь только вдвоём, что не могло не радовало. Юноша завороженно смотрел на зелёную гору Намсан, словно это был пушистый мох, который рос на крыше какого-то здания. Так красиво. Пока младший восхищался прекрасным видом, Хёнджин ласково глядел на очаровательного брюнета, ибо он впервые видел его таким впечатлительным. На него смотреть одно удовольствие. Молодой человек действительно казался ему вымышленным, будто это сон или он просто сошёл с ума. Но даже если так, то он всё равно был рад. Он сожалеет лишь о том, что раньше не сказал ему «Да», ведь тогда бы их незабываемые отношения начались гораздо раньше. Ему стоило раньше принять свою любовь к парню, но он просто не мог этого сделать. Он противоречил своим истинным чувствам, скрывая их за нелепой дружбой. Это даже дружбой нельзя было назвать, так как в дружбе не бывает постоянной неловкости. А ведь он стал ему интересен ещё в тот момент, когда Ликс впервые обратил на него внимание. Человек может очень внезапно встретить свою любовь. Будь то в университетском кафетерии, на бойцовском ринге, зелёном лугу или на элитном мероприятии в Милане. Не важно, где и когда, важно не упустить её. Джин бы упустил его, не будь веснушка таким настойчивым. Он всегда добивается того, что ему жизненно необходимо. На сей раз это был Хван Хёнджин, которого он не желал так просто отпускать без боя. Добравшись до самой башни, брюнет подбежал к ограждению, восторженно вздыхая из-за красивого вида мегаполиса. Сверху Сеул казался как на ладони, мерцая самыми различными цветами неоновых стендов и вывесок. Это было настолько потрясающе, что ему хотелось кричать. Железное ограждение было полностью увешано замками любви всевозможных цветов. Веснушчатый провёл по ним рукой, отчего те начали биться друг о друга. Феликса это по-детски забавляло, чего Хван ещё ни разу не видел. Сколько же им предстоит узнать друг о друге... Однако у них ещё вся жизнь впереди, дабы полностью познать друг друга. Порой казалось, будто им даже вечности не хватит, чтобы сполна насладиться друг другом. Само слово «вечность» было таким сладким, что оно даже на рецепторах языка ощущалось. Такое необычное и глубокое слово... Хёнджин улыбался, глядя на счастливого Ли. На душе становилось тепло, когда тот был счастлив. — Джинни, скорее иди сюда! – воодушевлённо подозвал его курносый, искрясь ярким светом любви. Джин подошёл к нему сзади, заключая в свои объятия со спины и сцепляя руки на его подтянутом животе. Австралиец откинул голову на плечо старшего, кладя руки на чужие. — Спасибо. — За что? — За то, что ты у меня есть. — Это я должен благодарить тебя. Ведь если бы не твоё упорство, то мы бы так и не познакомились. — Желание сделать тебе минет пересилило меня, – усмехнулся Ли, поглаживая изящные руки Хвана. — Я рад этому, – облегчённо ответил парень, вдыхая свежий и чистый воздух. — Куда ты хочешь отправиться после башни? — Домой, – и это он ещё Хёнджина считал простаком, хотя сам говорит подобное. Разве это свидание? — Я думал, ты захочешь сходить в ресторан. — Закажем токпокки, когда вернёмся домой и включим какой-нибудь фильм. — Какая банальщина.. Младший неодобрительно поднял голову, утыкаясь в его плечо макушкой. Теперь он выглядел как самый настоящий оленёнок. — Не понял. Ты что-то имеешь против моих планов? – в наигранном шоке спросил Ликс, хмуря брови. Длинноногий одним движением развернул его к себе. Тот схватил его за атласную блузку чёрного цвета, боясь упасть. Черноволосый добродушно усмехнулся, держа юношу за талию. Уголки губ веснушчатого поползли вверх, ласково смотря на Хвана. Парень слегка наклонился к брюнету и нежно поцеловал его в губы. Феликс был таким сладким на вкус... Ему это однозначно нравилось. Нет, он любил это. — Ну что, пойдём домой? – бархатистым голосом спросил он, медленно разорвав поцелуй. — Идём, – ребяческим тоном ответил Ли, хватая Хёнджина за руку. Судьбе было интересно наблюдать за тем, как эти двое открывали друг в друге новые стороны, сами того не понимая. Любовь такая интересная штука, которую невозможно объяснить, но можно было показать. То, как ярко горели их глаза, когда они смотрели друг на друга, и есть любовь. Человек никогда не сможет словесно объяснить это чувство, но её можно почувствовать. Красивое чувство. Конечно же, есть и свои минусы. Однако жизнь без горечи будет совсем скучной. Необычно было вот так встретить свою искусную любовь на каком-то там мероприятии в Милане, который без капли стеснения вывалил Джину свои желания. А ведь всё начиналось со слов про минет, заканчивая сладким «Люблю». Золотая нить судьбы была необычайно красивой. Тем не менее, на ней тоже могут быть свои изъяны. Их история любви только начинается, и им предстоит ещё многое пройти. Но главное то, что они будут проходить через это вместе. Рука об руку.