Медведь
9 марта 2024 г., 13:34
— Тайвас! — услышала она и обернулась.
— Антеро… — выдохнула она, заметив спешащего к ней парня.
— Не плачь, не бойся, не проси! — сказала Суси, сжала Тайвас руку и отошла в сторону.
— Хорошо…
— Тайвас, я уже думал, что мы разминулись, — сказал запыхавшийся Антеро.
— Да, сегодня многолюдно… — ответила она, посмотрев на снующих вокруг пассажиров.
— Вы ещё не выбрали, где остановиться? — спросил Антеро.
— Пока нет… Как-то времени не было подумать… Я ещё в шоке, — сказала Тайвас.
— Вот и хорошо… — сказал Антеро, но, заметив вопросительно поднимающуюся бровь Тайвас, поправился: — Вернее… В общем, я не про шок, а о том, что вы ещё не определились с ночлегом.
Бровь Тайвас, спустившаяся было на прежнее местоположение, взлетела вновь, попутно зацепив и вторую, так что они обе выгнулись дугами над глазами.
— И что это значит? — спросила Тайвас, пытливо вглядываясь в лицо Антеро.
— Э… Я хотел предложить тебе и твоей подруге остановиться у меня в загородном доме, — выпалил Антеро, но, заметив недоверие на лице Тайвас, затараторил: — Дом большой, уютный. Если ты не хочешь, я не буду там появляться, пока вы не съедете.
Тайвас немного растерялась, услышав это предложение, и не полностью осознавала свою удачу, поэтому на её лице и отразилось недоверие, которое Антеро принял за попытку отказа.
— Нет, нет! Всё нормально! — заторопилась она, услышав немного расстроенные нотки в последней фразе Антеро.
— Так ты согласна? — спросил с надеждой он.
— Да, мы согласны! — громко сказала Суси, и Антеро повернулся на голос.
Суси шла к ним, полная величия и хищной грации одновременно.
«Настоящая волчица», — промелькнула мысль у Тайвас.
— Думаю, мы можем принять твоё предложение, и я не против твоего общества, — сказала Тайвас, сделав больше выразительности в последних словах.
Антеро улыбнулся.
— Тогда прошу в наш автобус. Там ещё моя группа поедет, но места хватит всем. Где ваши вещи?
— Нам сообщили, что наш багаж улетел другим самолётом и здесь появится не раньше пятницы. Мы последними садились в самолёт, — выкрутилась Суси, увидев замешательство в глазах подруги.
— Что ж, пару махровых халатов я для вас найду на первое время, а завтра поедем за покупками, — спокойно сказал Антеро и взял обеих девушек под руки.
— Антеро, — Тайвас остановилась, — ты сказал «группа»?
— Кхм… Я музыкант. Рок-музыкант. Вернее, вокалист в рок-группе. Мы с гастролей… — объяснял Антеро.
— О! Чувствую, будет весело, — сказала Тайвас и, взяв его за руку, смело пошла к выходу.
— Они тебе понравятся! Гас — он молчун, но бас его любит. Лаури — он сама непосредственность и обожает кеды, их у него целая коллекция. Пааво просто тихо помешанный, хотя его жена говорит, что это лучшее его качество, он клавишник. Юха барабанит на всём, из чего можно выбить звук или дух. А меня ты уже знаешь, я тоже не так плох, как пою… — сказал Антеро, улыбаясь.
— Я не слышала, как ты поёшь… — сказала Тайвас. — Так что сравнить не с чем.
— Стоп! Ты из «Himer»? — спросила Суси, наигранно вглядываясь в Антеро.
— Да.
— Не очень похож, — почему-то сказала Суси.
— Я не накрашенный, — засмеялся Антеро.
— Возможно… Но я слышала твою песню «Для тебя» или что-то в этом роде. Мне понравилось, но немного мрачновато. Тай, ты тоже её слышала! — сказала Суси.
— Я так не вспомню, мне напеть нужно или прослушать, — ответила Тайвас.
— Не мрачновато, а стиль такой. В моих песнях всегда говорится о любви и смерти единовременно. Я считаю своё творчество трагично-романтичным. Многие люди на земле цепляет за душу сочетание двух необъяснимых ощущений. Что есть любовь? Что есть смерть? Веками люди бьются над объяснением этих явлений, но никому ещё не удалось точно сформулировать их природу. Мы чувствуем — и всё! — объяснял Антеро.
— «Нет повести прекраснее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте…» — сказала Суси.
— Шекспир — он мастер любовной мистики! — сказал Антеро.
— Ты тоже мистик? — спросила Тайвас.
— В некотором роде…
— А в жизненную мистику веришь? — спросила Суси и как-то хитро прищурилась.
— Верю. Боюсь этого, но верю. Я знаю, что есть в этом мире нечто, не поддающееся объяснению. Но мы это чувствуем, подсознательно знаем о наличии чего-то большего, что мы не можем контролировать. Потому и боимся, потому и приметы, потому и призываем Бога словами и молитвами.
— Но ты больше про Сата поёшь… Тебе он больше Бога нравится? — спросила Суси.
— Я пою не про зло в Сатане, а про его чувства, мотивы, причины его поступков. Это не говорит о том, что я сатанист.
— Ага, это ты ему лично расскажешь при встрече, — буркнула Суси и опустила загоревшиеся гневом глаза.
— Суси, ты меня неправильно поняла! Я не восхваляю и не поклоняюсь Сатане. Я просто о нём не забываю и не даю забыть другим людям. Ведь если мы вычеркнем его из нашей памяти, мы не сможем отличать добро от зла. Мы и о Боге забудем — нам просто не с чем будет сравнить… — сказал Антеро.
— Ещё скажи, что это способ обратить души людские к Всевышнему, — сказала Суси.
— Может, кого-то это и заставит вспомнить о Боге в своей душе.
— Может, кого-то это и заставит вспомнить о Боге в своей душе. Вот смотри, ты теряешь любимого или родного человека… О ком ты вспоминаешь в первую очередь? — спросил он.
— Я его никогда и не забываю! — огрызнулась Суси.
— Пусть так! — спокойно сказал Антеро. — Вслух о ком ты говоришь?
— Я тебя не понимаю!
— Суси, ты никогда не говорила: «О, Боже!» или «Боже мой!»?
— Всегда говорю… К чему ты это ведёшь? — спросила Суси.
— К тому, что, чтобы с нами плохого ни происходило, первый, кого мы вспоминаем или кто приходит нам на ум, — это Бог.
— И? — заинтересовавшись возникшей дискуссией, спросила Тайвас.
— Не будет зла — не будет и добра! Всё познаётся в сравнении… — ответил Антеро.
— Что ж, всё верно, Суси, так что зря ты на парня накинулась, — сказала Тайвас.
— Но я не понимаю, зачем воспевать Сатану, чтобы напомнить о Боге? Ведь можно просто сказать о Владыке небесном. Зачем такие сложности и запутанные пути? — спросила Суси.
— Натура человека такая: чем больше ему запрещаешь и говоришь, что это хорошо, а это плохо, тем больше ему захочется проверить. И ещё не факт, что пробовать он будет с верной стороны. Я же даю эмоциональную окраску в своих песнях. Люди подсознательно воспринимают тексты, вид, настроение, мелодию. У каждого человека свой ритм и тональность. Я затрагиваю только некоторые души, настроенные на мою волну. От этого люди не становятся хуже, просто каждый понимает что-то для себя важное. Ведь я пою о чувствах… — сказал Антеро.
— Не спорю… — сказала Суси.
— И не спорь, мы пришли уже! — сказала Тайвас.
— Да, это наш автобус.
— Ну что, идём знакомиться с твоей командой? — сказала Тайвас и взяла Антеро за руку.
— Не бойся, они не демоны! — подбодрил он.
— Вот демонов-то я как раз и не боюсь! — ответила Тайвас, а Антеро поднял брови, глядя на решимость, написанную на её лице.
— Это уже интересно, но мы потом об этом поговорим. Входите, девочки! — сказал Антеро, открывая перед ними дверь.
Тайвас справилась с волнением и вошла первой, за ней — Суси и Антеро.
— Ребята, знакомьтесь, это Тайвас и Суси. Девушки любезно согласились на моё предложение, так что прошу не приставать и не обижать, — услышала Тайвас громкий голос за спиной и покраснела от любопытных взглядов членов группы.
— Антеро… — еле слышно сказала она и приостановилась, чтобы он её догнал.
— Что-то не так? — спросил он, подходя ближе.
— Как-то пошло у тебя это получилось, будто мы едем к тебе как съёмные девки, — сказала она, очень близко стоя к нему лицом и смотря прямо в глаза.
— Но вы же не съёмные… — сказал Антеро и успокаивающе сжал локти Тайвас. — Сейчас ты всё сама поймёшь.
— Тай, Суси, знакомьтесь, это Пааво. Наш виртуоз. Он бывает странным в своём поведении, но совершенно безопасен — он окольцован, — сказал Антеро, подводя обеих девушек к первому парню.
Каштановые, прямые волосы до лопаток завязаны на затылке в хвост. Узкие коричневые кожаные штаны, белая рубашка со шнуровкой на груди, ковбойские сапоги и шляпа. Карие, тёплые глаза с поволокой, прямой нос, приятная улыбка.
«Симпатичный парень», — подумала Тайвас.
— Спасибо, что поймали Антеро, он бы себе шею свернул, если б не вы. А мы бы лишились солиста, — сказал Пааво, но с видом совершенно безразличного ко всему человека.
— Не за что… — улыбнулась Тайвас и пожала протянутую руку одними пальчиками.
— Это Гас — бас.
Свежевыбритая голова, светло-голубые глаза, русая бородка, заплетённая в коротенькую косичку. Широкие плечи затянуты в облегающую футболку без рукавов, на правом предплечье — витиеватый узор татуировки в виде спиралевидного браслета.
Гас только привстал с места и слегка кивнул, но тут же снова принялся перебирать струны на гитаре, блаженно прикрыв глаза.
— Юха… Он ударник. Маньяк… — улыбнулся Антеро, завидев нездоровый блеск в глазах Суси, и доверительно добавил ей на ухо: — Темпа… И чем выше темп, тем ему радостнее.
Худощавый парень с тёмно-русыми коротко стрижеными волосами, зелёно-карими глазами, высокими скулами и широким, чувственным ртом. Он махнул рукой в знак приветствия, и на запястье забрякали то ли чьи-то зубы, то ли чьи-то когти — Тайвас не успела разобрать.
Юха так внимательно разглядывал Тайвас, что поджал нижнюю губу, отчего Тай улыбнулась и смущённо опустила глаза.
— Да, — сказал Юха и кивнул какой-то своей мысли, но больше ничего не произнёс, разворачиваясь в кресле по мере продвижения процессии.
— Лаури! — позвал Антеро, обращаясь к пятой точке, торчащей в проходе.
— Я ща! — донёсся звук голоса из недр большой сумки, в которой рылся Лаури.
— Готовится парень… — оправдывался Антеро.
— Готов! Готов! Здравствуйте! Я Лаури. Соло. Очень приятно! — сказал он, энергично потряхивая руки девушкам.
Высокий, худой, с тонкими кистями рук. Лицом напоминающий лисёнка-несмышленыша. Белокожий, безбородый, блондин с длиннющими волосами.
Чёрная майка с надписью: «Уж таким я уродился!», поверх неё — стильно рваная куртка из серого денима с массой значков и нашивок. В том же стиле порваны широкие джинсы, а на ногах — яркие красные кеды в тон надписи на майке.
— Вы такая хорошенькая, Тайвас, — сказал Лаури и улыбнулся, показав небольшие хищные зубки.
«Лис! Не иначе», — подумала Тайвас и сказала:
— Спасибо.
— Ну, а меня вы уже знаете… — сказал Антеро, театрально медленно поворачиваясь вокруг своей оси и гордо задирая нос.
— Знаем, знаем, — пробубнила Суси.
— Суси, ну что я такого сделал, что ты на меня бросаешься? — спросил он, поставив руки в бока.
— Ничего! — резко сказала Тайвас, опережая подругу. — Она просто не в себе. Мы тут мужа её ищем.
— И часто он у тебя пропадает? — спросил Лаури.
— Нет, — резко сказала Суси и вопросительно посмотрела на Тайвас.
— Мы, в общем-то, его не ищем, просто он уехал в Хельсинки на переквалификацию, учиться… Вот, а Суси заскучала и предложила мне съездить в столицу развеяться и Хаукка сюрприз сделать… Вот! — вконец завралась Тайвас и покраснела, увидев отвисшую челюсть Суси.
— Надеюсь, он не будет против вашего пребывания в моём доме? Если хотите, когда он найдётся, будет с нами. Считайте это приглашением, — сказал Антеро.
— Спасибо, я спрошу у него. Думаю, он не будет против пообщаться с творческими людьми, — отстранённо ответила Суси.
— Только, девушки, я забыл вас предупредить… — сказал Антеро и подождал, когда Юха отпустит внимание Суси.
Ударник, надев наушники и включив плеер, что-то методично выстукивал по мягкой обивке впереди стоящего кресла и, закатив глаза от удовольствия, увлёкся так, что никого не видел и не слышал. Палочки имели довольно потрёпанный вид, но блестели на солнце, как лакированные, особенно когда он их подбрасывал, и они бешено вращались в воздухе, а потом мягко ложились обратно в жёсткую ладонь. Именно эти действия заворожили Суси.
— Суси…? — спросил Антеро, устав держать длительную паузу.
— А? — спросила она, оторвав взгляд от ловких рук Юха.
— Я тут говорил, что забыл вас предупредить… — сказал Антеро, стараясь скрыть своё раздражение.
— О чём? — спросила Тайвас.
— У нас завтра выступление на местном рок-фестивале. Так что нам необходимо сегодня пройтись, так сказать, по нотам.
— И? — спросила Суси, напрягшись и многозначительно посмотрев на Тайвас.
— Мы вам не помешаем? Просто там у меня студия… — сказал Антеро.
— Думаю… — начала было Суси.
— Нет-нет! Студия отдельно от жилого помещения. Вам практически ничего не будет слышно, — заторопился Антеро.
— Я не отказываюсь, и мне даже будет интересно вас послушать… если позволите, — сказала Тайвас, переводя взгляд с Суси на Антеро.
В автобусе воцарилась мгновенная тишина, но её нарушил звук посыпавшихся на пол палочек Юха.
— Ну, я… Мы… Это мастерская… Мы не особо любим посторонних… Они отвлекают… — сказал Антеро, обводя взглядом группу и виновато поглядывая на Тайвас.
— О! Тогда не будем мешать! — сказала за подругу Суси.
— Да, не будем… — разочарованно сказала Тайвас.
— Но мы можем взять вас с собой на фестиваль! — вдруг нашёлся Антеро и просиял от удачной мысли.
Автобус заголосил в знак согласия с солистом.
— Ммм! Мне эта идея нравится! — энергично закивала головой Суси. — А пока мы отдохнём, поищем Хаукка и пройдёмся по магазинам.
— Вы насколько здесь, девочки? — спросил Пааво.
— Дня на три, не больше… — сказала Тайвас.
— Устраивает… — сказал Пааво и замолк.
— Не поняла… — тихо сказала Тайвас.
— Не обращай внимания, я предупреждал, что он парень со странностями. Значит, ему нужно было это знать, а вот зачем — только ему и понятно, — улыбнулся Антеро.
— Присаживайтесь… — сказал Антеро, смотря на Тайвас, усаживаясь в свободное кресло у окна.
Лаури, сидя напротив, посмотрел на Суси, перебросил свою сумку на заднее сиденье, передвинулся дальше от прохода и похлопал рукой по освободившемуся месту.
— Вы можете сесть рядом со мной. Я не кусаюсь, я добрый… — заулыбался он чистой детской улыбкой.
— Я вас и не боюсь! — сказала Суси, садясь в предложенное кресло и одаривая Лаури ответной улыбкой.
Лаури защебетал, что-то энергично рассказывая. Видимо, что-то весёлое, потому что Суси, спустя малое количество времени, рассмеялась и в ответ начала рассказывать свои истории.
Автобус тронулся, и за окном замелькали улицы, дома, аллеи, парки, яркие витрины магазинов.
Каждый занимался своим делом. Автобус практически не покачивался, шёл ровно и тихо. Пааво шуршал обёртками от конфет. Юха всё так же барабанил по ни в чём не повинному креслу, иногда пытаясь подпевать наушникам. Гас отложил гитару и карандашом, расчертив в блокноте струны, что-то усердно писал, а, прерываясь, смотрел пустым взглядом в окно. Лаури и Суси уже истерично гоготали, перебивая друг друга, хлопая по плечам и энергично жестикулируя.
— Как им весело! — прервал неловкое молчание Антеро.
— Это точно… — сказала Тайвас, глядя на закатившего глаза Лаури и корчившую рожицы Суси.
— Зачем ты здесь? — вдруг спросил Антеро.
— Извини? — переспросила Тайвас, а холодок пробежал по спине и закончился сосулькой на копчике.
— Ты ведь не с ней приехала, а из-за кого-то… — сказал Антеро и посмотрел прямо в глаза Тайвас.
— С чего ты взял? — переспросила Тайвас.
— Её муж? — не сдавался Антеро.
— Глупость! — возмущённо сказала Тайвас, догадавшись о подоплеке вопроса.
— Тогда кто?
— Честно или можно солгать? — сказала Тайвас, прищуриваясь.
— Честно! Я хочу знать, с кем за тебя бороться, — сказал Антеро так решительно, что Тайвас потеряла дар речи.
— Я не могу… Не сейчас… — сказала она и опустила глаза.
— Почему?
— Ты не поймёшь! Именно сейчас ты не поймёшь…
— Когда ты сможешь?
— Перед отъездом… — сказала Тайвас.
— Я не отпущу тебя!
— Отпустишь… — просто сказала Тайвас, а по стенкам души жестокие кошки стали точить свои коготки.
— Глупость какая-то! Кто ты? Что ты здесь делаешь? — злился Антеро.
— Я Тайвас. Нахожусь рядом с тобой… — сказала она, а про себя продолжила:
«Чтобы охранять и… любить тебя».
— Почему?
— Судьба… — ответила Тайвас, и сама в первый раз поверила в это слово.
— Не верю я в судьбу! Человек сам создает своё будущее! — раздражённо сказал Антеро.
— Но не возможности! — оспорила Тайвас.
— Но выбор за человеком!
— Иногда у человека нет выбора… — тихо сказала Тайвас.
— Тогда только смерть! — сказал Антеро.
— Перед смертью тоже есть выбор, даже если ты обречён, но этот выбор за тебя делают другие… — сказала Тайвас.
— Ага, Ангелы Хранители! — язвительно сказал Антеро и отвернулся к окну.
Тайвас побледнела, но ничего не сказала.
Рядом раздался очередной взрыв хохота, и Тайвас повернулась к Суси.
— Тай, прости! Может, ты и права! Я не должен себя так вести… Я не боюсь смерти, я боюсь того, что после… — сказал Антеро, взяв Тайвас за плечи и притянув к себе.
— Я не сержусь! Ты просто не знаешь, что там, а я знаю… — сказала она, не оборачиваясь к нему, но размякнув в его руках.
— Откуда? — удивлённо спросил Антеро.
Тайвас аж поморщилась от досады на себя, но повернулась к нему со спокойным лицом.
— Знаю… — прошептала она, глядя в его чёрные глаза.
Прежде чем он задал очередной вопрос, она поцеловала его долгим, нежным поцелуем, от которого у обоих появилось ощущение невесомости.
— Тайвас… — наконец прошептал Антеро, зарывшись лицом в её волосах и прижимая к себе ещё крепче.
— Да, мне тоже это нравится, — сказала она, целуя взбесившуюся жилку на его шее.
— Я не хочу показаться хамом, но у нас три дня… — прошептал Антеро ей на ушко.
— Я помню, — сказала Тайвас, глупо хихикнув.
— И? — спросил он, поглаживая её коленку.
— Хам! — серьёзно сказала Тайвас, осознав, что он имел в виду, но его руку не убрала, только накрыла своей.
— Так и знал, что так получится! — притворно воскликнул Антеро и, поднявшись, всплеснул руками, улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой.
Тайвас захихикала ещё больше, краснея от внимательных взглядов всех присутствующих, и даже заметила взгляд водителя в зеркале заднего вида.
— Тихо ты! — еле слышно цыкнула она на Антеро.
— Прости… — виновато сказал он, усаживаясь обратно.
— Шут! — сказала Тайвас ему на ухо, прикусывая мочку.
— Эй! Откусишь же! — забрыкался Антеро, продолжая спектакль.
— Будешь себя и дальше так вести — могу и оторвать что-нибудь… — прошипела Тайвас, но не достаточно тихо, так что засмеялись все.
И не только от её слов, а ещё и от того, что Антеро, сильно округлив глаза, панически быстро схватился за нос и отодвинулся от Тайвас подальше, почти вжавшись в стекло.
Тайвас увидела эти действия позже всех и удивлённо уставилась на Антеро.
— Не отдам! — гнусаво, но твёрдо сказал Антеро, пытаясь залезть на кресло, чтобы быть подальше от Тайвас.
Но когда дальше лезть было уже некуда, он закричал:
— Помогите! Тут членовредительством занимаются!
Автобус сотряс очередной взрыв смеха, и Тайвас тоже присоединилась к всеобщему веселью, сказав только:
— Псих…
***
Через четверть часа машина въехала во двор двухэтажного дома. Немного поодаль стояла резная, ярко-белая беседка, будто пытаясь вырваться из плотно облепивших её кустов. Шагах в пятидесяти начинался лес — красивый, стройный, освещённый полуденным солнцем. Он приветливо шелестел листвой. Тайвас, выйдя из автобуса, остановилась на открытой террасе, грустно глядя на лес. «А ведь сегодня всё начнётся… Три адских дня на земле… И всё б не так плохо, если б не любовь… Боже, за что?» Она прикрыла глаза, чтобы скрыть слёзы. «О! Что я слышу? Наша девочка влюбилась?» — пробился в сознании голос Хаукка. Тайвас от неожиданности широко распахнула глаза и тут же зло сощурила их. «Подслушивать — некрасиво!» — ответила она другу. «Да ладно тебе! Помимо этой проблемы у вас всё нормально?» — спросил Хаукка. «Пока всё идёт как по нотам. Сегодня вечером встретимся. Мы якобы приехали искать мужа Суси, а Антеро предложил и тебе погостить у него. Конечно, если мы тебя найдём…» — ответила Тайвас. «Прекрасно! Просто замечательно! А как клиент?» «Жив». «Я не о том. Я о вас! Ты ему понравилась?» — хохотнул Хаукка. «Если брать мерой симпатии то, что он предложил переспать с ним и твердит, что никуда не отпустит, то, я думаю, ответ положительный». «Хм… В принципе, это говорит лишь о том, что он тебя хочет, потому как последняя часть такой меры довольно сомнительна. Но!.. Он же тебе нравится? Я правильно понял?» «Более чем. Но это только мешает!» «Ну, не стоит всё так усложнять. Ты можешь его… Вернее, ты можешь ему позволить тебя… Прости, думаю, это не моё дело. Не маленькая уже! Сама разберёшься!» — путался в словах Хаукка. «Брось, всё нормально. Я всё помню. Я стараюсь не думать о себе прежней, я пытаюсь привыкнуть к себе нынешней. Ещё эта любовь меня из колеи выбивает… У меня мир внутри перевернулся! И чтобы стать уравновешенной, мне необходимо его принять. Честное слово, я стараюсь!» — ответила Тайвас и тяжело вздохнула, разглядывая хорошо выструганные доски на полу террасы. «А ты сама хочешь его?» — спросил Хаукка. «Да!» — ответила Тайвас и не заметила, что произнесла это вслух. — Что «ДА!»? — спросил незамеченный, но стоявший рядом Антеро. — Это я так… С мыслями общаюсь… — сказала Тайвас, смутившись, и добавила для Хаукка: «Увидимся вечером!» «Люби его…» — ответил Хаукка и затих. «Уже…» — Вслух? — спросил Антеро, сложив руки на груди и прислонившись спиной к стене. — Вырвалось… — сказала Тайвас. — Значит, хорошо подумала? — спросил Антеро, мягко приближаясь к Тайвас. — О чём? — наивно спросила она. — А о чём ты думала, если у тебя мысли наружу вырываются? — спросил он, обнимая её сзади за плечи и целуя макушку. — О тебе… — честно призналась Тайвас. — Вернее, о нас? — поправил Антеро. — Да… — выдохнула она. — Милая, мне чертовски нравится это слово! — сказал Антеро и развернул Тайвас к себе лицом. — А мне божественно нравятся твои руки и твой запах, — ответила она. — Ну, с запашком ты, кстати, подметила! Всё-таки с дороги… Через полчаса в сауну! А пока я покажу тебе твою комнату. — Может, сразу свою? — спросила Тайвас, не задумавшись о двусмысленности фразы, желая лишь осмотреть возможное место борьбы с Лил. У Антеро медленно поползли брови вверх, а Тайвас испугалась, что они не остановятся и уползут-таки на затылок. — Я хочу посмотреть, чем ты живёшь! — выпалила она, и брови действительно остановились и, пусть неуверенно, но всё же спустились на законное место. — Я чуть события не поторопил! Ты в следующий раз говори поточнее, — сказал Антеро и добавил: — Но я бы не отказался от «десерта» и в полдень. — «Десерт» подождёт полночи, не растает! — сказала Тайвас и, вырвавшись из рук Антеро, вбежала в дом. — Главное, чтоб ложка до этого времени не сломалась и не потерялась! — крикнул Антеро, заходя вслед за Тайвас.***
День прошёл буднично. Пока вся группа отпаривалась в сауне, девушки приняли душ. — Главное — не дрейфь! Он сам всё сделает, ты только расслабься! — говорила Суси, намыливая свои волосы. — Суси, перестань! Я знаю, как это делается! — сказала Тайвас, хлопнув Суси по мокрой попке. — Эй! — отскочила Суси чуть в сторону. — Брось, не бойся. Мне уже нечем… — засмеялась Тайвас. — Кто тебя знает… — Вот сейчас пойду и найду чем! Я у Антеро в комнате такую штучку видела! — сказала Тайвас и, воспользовавшись тем, что Суси не может открыть глаза из-за мыла, сделала вид, что пошла к выходу, громко шлёпая мокрыми ногами по кафелю. — Ты что? — завертелась Суси, одновременно пытаясь смыть голову. — Не дури! Я Хаукка позову! — крикнула она, всерьёз испугавшись. — Не трусь, я пошутила! — прошептала Тайвас прямо в ухо Суси, тихо подкравшись со спины. Суси громко взвизгнула и отпрыгнула в сторону. — Дурко! — выдохнула она. — Я, вроде, всегда таким была, — сказала Тайвас. — Не знаю я тебя с такой стороны. Это ты с Хаукка дурачилась, и, по всей видимости, он твои шутки понимал. — Тогда теперь тебе отдуваться, так что привыкай! — Веди себя прилично… В рамках… В общем, не так, как сейчас… — Скучно будет… — сказала Тайвас. — Но могу обещать делать это реже. Да и ты скоро научишься меня понимать. — Вернёмся к своим баранам… К боли ты не готова! Хотя её может и не быть… — Да знаю я про боль! Не такое терпели! Душевная боль сильнее! — Ладно, сама так сама… Потом расскажешь? — Что за глупости? — вскипела Тайвас. — Девчонки всегда делятся своим первым опытом… — спокойно, пожав плечами, сказала Суси и вышла из душа. Потом был поздний обед. Приехала жена Пааво — Анника, и они ели в основном фруктовый салат и сладости. Она что-то тихо рассказывала, а Пааво нежно смотрел на неё. Тайвас поняла, почему Анника его любит… Потому что Пааво был странным, нелогичным, его понимали не все, но он любил только одну женщину. Это читалось в его глазах, ловящих каждый жест жены, его рука постоянно поправляла выбивающийся локон за её ушко, он проводил пальцем по её прямому носу от переносицы до кончика. Ему всё время хотелось до неё дотронуться… Гас и Юха разделили между собой курицу, причём обе ножки достались Юхе, и он ими жонглировал как маленькими булавами. Лаури сметал всё на своей стороне стола и, видимо, даже не замечал, что ест, потому что всё время что-нибудь рассказывал Суси и Тайвас, от чего девушки весело смеялись, а Тай даже поперхнулась молочным коктейлем. Антеро, сидевший напротив Тайвас, отстранённо полуулыбался, мало говорил и неохотно ковырял вилкой пареную рыбу с овощами, в основном потягивая минералку. После обеда, часов в шесть вечера, ребята ушли в свою студию, снаружи больше похожую на обычный старый гараж. Анника ушла в комнату Пааво, сказав, что хочет перетряхнуть его гардероб и подштопать дыры в его карманах. А девушки поехали якобы в Хельсинки за потерянным мужем.***
«Ну, выходи, мой пернатый друг! Я знаю, что ты здесь!» — позвала Суси. Хаукка вышел из-за дома, будто и не прятался вовсе, а шёл своей дорогой. Руки в карманах широких бежевых брюк, стрейчевая белая тенниска, вьющиеся волосы затянуты в хвост на затылке, но несколько прядей всё же выбились из-под резинки. Он шёл и улыбался, а Суси, только завидев его, взвизгнула и бросилась к нему со всех ног. — Моя девочка, как я соскучился! — услышала Тайвас слова Хаукка, обнимавшего Суси. — Я тоже! — ответила Суси и зацеловала ему всё лицо. — Эй, парочка! Хватит тут мыло развозить! Нам всё же придётся в Хельсинки смотаться, — осекла их Тайвас. — Зачем? — спросила Суси. — Наш багаж потерялся, забыла? — сказала Тайвас. — Ах, да! Вещи…. — Надо что-нибудь купить… — сказала Тайвас, но её прервал Хаукка. — Там Лил. — Уже? — спросила Тайвас. — Ты с ней виделся? — спросила Суси, сдвинув брови. — Она ещё не в курсе, ликует и ждёт Суси. Но уже нервничает, узнав, что она живёт с Антеро в одном доме. Тебя она приняла за подружку одного из музыкантов, — ответил Хаукка, смотря на Тайвас и стараясь не обращать внимания на гнев Суси. — Значит, разговаривал! — сказала Суси, помрачнела и отошла от мужа. — Суси, перестань! Он же для нас старается! — осадила подругу Тайвас. — Это так? — спросила Суси, глядя на Хаукка серьёзными глазами. — Милая… — сказал Хаукка, протягивая к ней руки. — Скажи, глядя мне в глаза: Это так? — повторила свой вопрос Суси, отстраняясь. — Я умру без тебя… — сказал Хаукка, но опустил руки. — Принимается! — сказала Суси, после недолгой, но мучительной для него паузы и с визгом повисла на его шее. Хаукка только развёл руками перед Тайвас. — Да ну вас! — беззлобно сказала она и отвернулась, чтобы не мешать друзьям. — Тай! Тебе туда нельзя! Ты возвращайся к Антеро, а мы с Суси привезём какие-нибудь вещи. Лил не была с тобой рядом, потому и не узнала. Рано пока карты раскрывать, — сказал Хаукка, высвобождаясь из цепких рук Суси. — Не поверят!.. Я не могу так быстро вернуться! — сказала Тайвас, немного подумав и осознав правоту друга. — А мы с тобой погуляем, хочешь? А потом ты домой, а мы по магазинам, — сказала Суси и посмотрела на Хаукка, ожидая одобрения. — Да, погуляем… — сказал Хаукка. — Хорошо, тогда куда идём? — спросила Тайвас. — К реке, тебе понравится… — ответил Хаукка. — Я бы могла и одна побыть… — Тайвас бросила пробный камень. — Нам не сложно, — ответила Суси. — Вернее, я хотела бы побыть одна, мне о многом подумать нужно, — поправилась Тайвас. — Ни в коем случае! — резко сказал Хаукка. — Нет, так нет, чего орать! Тогда не мешайте мне думать, и можете идти со мной… Охрана, блин! — сказала Тайвас. — Можно и не мешать, — пожал плечами Хаукка, — а у речки релакс обеспечен, — сказал он, взяв девушек под руки. До места шли в молчании и полной тишине мыслеэфира. Возможно, Суси и Хаукка переговаривались, но на другой волне, чтобы не мешать Тайвас. — Пришли, — сказал Хаукка. — Тай, мы отойдём недалеко, — сказала Суси, уводя Хаукка. — Идите уже! — отмахнулась Тайвас и медленно пошла вдоль берега в противоположном направлении. «Вот же положеньице!.. Сат хочет меня к себе… Лил имеет на меня зуб… впрочем, не только на меня… Я бы променяла одного такого врага на сотню обладающих меньшей властью. Хотя мне льстит их присутствие, за счёт этого я развиваюсь, мне постоянно приходится думать, и уж чего не скажешь о моём существовании, так это о скуке. Скучать мне попросту не дают… И, следовательно, я тоже кому-то не даю соскучиться… Значит, грех жаловаться! Второй вопрос: Что мне делать со своими чувствами к Антеро? Ведь у нас всего три дня, а любить его мне всю свою вечность. А это означает страдать, искать его в миру, грубо следить за ним, охранять во внеурочное время и мучиться… И моя вечность превратится в ад на небесах! Тогда какой смысл в том, что я сейчас барахтаюсь тут, спасаю его, ведь если я его отдам, он попадёт в ад. Если я его отдам, я провалю задание, то есть проиграю, и тоже окажусь в аду… Там мы сможем быть вместе!» — Тайвас пришла к этой мысли, и её глаза загорелись, но через секунду их заволокло, словно туманом. «Но я потеряю друзей, Бога, буду на побегушках у Сата и… я буду в аду! Антеро будет в аду!» — Тайвас заплакала. «Нет! Не хочу! Я не отдам вам Антеро! Пусть ценой моей вечности я выполню работу!.. А в остальном, на всё воля Божья». — Что ты задумал? — всё же крикнула она вслух, и её голос понесла река по побережью. Ответа не последовало, да и Тайвас его не ждала. Просто так снимала напряжение, обиду и злость… Злость на себя, что не уберегла свою душу, что нашла свою половину не в то время и не в том месте. Тайвас остановилась и присела на большой плоский камень у самой кромки воды. Ей не хотелось больше думать. Она достала плеер и включила диск группы «Himer». »…Открой своё сердце. Пусть меня нет среди живых, я всегда буду любить тебя. Ты найдёшь меня в своём сердце, каждый его стук будет напоминать тебе обо мне…» — пел Антеро таким грустным, насыщенным голосом, что Тайвас опять заплакала. — Это меня нет среди живых! Но я буду рядом, Антеро! Всегда буду! — прошептала она, вытирая тыльной стороной ладошки не унимающиеся слёзы. »…Я знаю, любимая, когда ты вернёшься… Я буду искать тебя среди миллионов людей, и я найду тебя… Я знаю, любимая, ты ко мне вернёшься…» — началась другая песня, и её слова стали ответом на крик души Тайвас. Но она не восприняла их всерьёз, ведь они были написаны до её появления…***
— Тай, пора домой! — тихо сказал Хаукка, аккуратно положив свою ладонь на её плечо. Тайвас сидела в наушниках, слушала Антеро, вникая в каждое слово и сживаясь с музыкой, растворяясь в ней, где каждая нота проходила в её душе, как светящаяся паутина, сплетая всегда разный и красочный узор звуков. Так она ушла с головой в прострацию, уставившись невидящим взглядом на воду, быстро меняющую своей живой, искажающей призмой очертания каменистого дна. Она обернулась и похлопала Хаукка по руке. — Да, пора… Спаси Бог, Хаукка! — сказала она, поднимаясь и поправляя платье. — С тобой всё в порядке? — спросила Суси. — Я в норме. Немного подкачала энергию, ведь сегодня первый день. — Не думаю, что Лил сразу полезет в драку. Она Суси ожидает, значит, уверена в своей победе с первой попытки. Она же тщеславная и наверняка пришлёт какого-нибудь второсортного чертилу, — сказал Хаукка. — Что, мараться не захочет? — обиженно спросила Суси. — Детка, ты же понимаешь, что не соперница ей. Опыта маловато, да и, по сути, совсем нет. А её опыт — это реакция. Пока ты будешь выбирать, чем её поразить, она тебя уже разорвёт, — сказал Хаукка, раздражаясь упрямству Суси. — Да понимаю я! Просто от этого ещё обиднее… — сказала Суси, опуская глаза. — Зато в любви ты лучше и во сто раз опытнее! — сказал Хаукка, пытаясь приободрить Суси. — Ещё бы! — сказала Суси, обняв Хаукка за талию и положив голову ему на грудь. — В этом я просто мастер, а она — соплячка бестолковая! — Ладно, голуби, летите в Хельсинки за шмотками, а я — к Антеро… Сколько времени уже? — спросила Тайвас. — Без четверти девять… — сказал Хаукка. — Ого! Постарайтесь быстрее, скоро Лил пожалует, ей до полуночи успеть надо, — сказала Тайвас и направилась к дороге. — Тай! Ты поосторожнее там! — сказала Суси. — Буду! — И она побежала вверх по тропинке.***
— Ты вернулась одна? — спросил Антеро, глядя на входящую в холл Тайвас, и она отметила небольшое раздражение в его голосе. — Да! Суси нашла Хаукка, и они пошли ужинать, а я не стала им мешать, — спокойно ответила она. — Мне тут пришлось из-за тебя понервничать… — сказал Антеро. — Как мило! — улыбнулась Тайвас. — Я бы что-нибудь перекусила. — Мы тоже уже отужинали, так что нужно что-нибудь поискать на кухне, — сказал Антеро и, взяв её за руку, повёл в сторону кухни. — Я не очень голодна, просто фруктов будет достаточно… — сказала Тайвас. — У меня предложение… — Какое? — Берём корзину с фруктами, бутылку красного вина, бокалы — и на террасу… Не откажешь? — спросил Антеро, развернувшись к ней лицом и продолжая идти спиной вперёд, но не сбавляя хода. — Не откажусь… Я уже думала, что ты мне предложишь не на террасу пойти, а к тебе в комнату. — Я более терпелив, чем кажусь, и нам поговорить надо, — улыбнулся Антеро и открыл холодильник. — Тут у нас есть ещё и мороженое! — Берём! Я пока фрукты соберу, — сказала Тайвас, отворачиваясь от Антеро. Только она закончила с корзиной, как сзади раздался звон бокалов, и она обернулась на звук. — Я готов! — сказал Антеро, держа в одной руке бутылку, зажав её горлышко меж пальцев, и бокалы, подвесив их за тонкие ножки, а в другой — ведёрко с мороженым, в которое воткнул две десертные ложечки. — Я тоже! — сказала Тайвас, показывая на фрукты. — Прекрасно, пойдём, — сказал Антеро и первым направился к стеклянной двери. Следом пошла и Тайвас. Антеро остановился, и Тай, без слов понимая его, протиснулась мимо и открыла дверь. — Спасибо, — сказал Антеро, выходя на террасу. — Будешь должен, — сказала Тайвас. — Не люблю в должниках ходить, в ближайшее время я расплачусь, — сказал Антеро, выставляя на деревянный резной стол свою ношу. — Значит, мне не получить процентов! — притворно вздохнула Тайвас, поставив рядом с мороженым корзинку с фруктами. — Ещё как получишь, но чуть позже… — сказал Антеро и подмигнул. — Тогда ухаживай за дамой, — сказала Тайвас и села в плетёное кресло, пытаясь скрыть дрожь в ногах. Антеро хмыкнул, и Тайвас услышала звук наливающегося вина. — За что выпьем? — спросил Антеро, протягивая Тайвас её бокал. — За встречу или за знакомство… — сказала Тайвас. — Банально! Затёрто! А где полёт мысли? Нет-нет! — замотал головой Антеро, чуть не расплескав своё вино. — Выпьем за то, что мы встретились в этой жизни и в других жизнях, мирах и пространствах всегда находили друг друга! — сказал Антеро и легонько ударил своим бокалом о бокал Тайвас. — Суть та же, а формулировка мне нравится больше. Тайвас замерла и наблюдала за Антеро, пока он всё не выпил. — Пусть так и будет! — сказал Антеро на выдохе, а Тайвас быстро поднесла к губам свой бокал, только пригубив из него. — Тайвас, расскажи о себе… — попросил Антеро, усаживаясь в кресло, стоящее с другой стороны стола. — Что ты хочешь знать? — спросила Тайвас. — Всё, но в первую очередь три вопроса: кто ты? Что делаешь здесь? Почему я? — спросил Антеро. — Я — Тайвас… — Это я уже слышал! Ты же понимаешь, о чём я спрашиваю! — сказал Антеро, пытаясь скрыть раздражение. — Я же чувствую, что всё это не просто случайность… Случайности не случайны! — Что ты хочешь от меня услышать? — спросила Тайвас, смотря на Антеро из-под сдвинутых бровей. — Уже неважно, кто ты! Я хочу знать, что ты хочешь от меня?! — спросил Антеро, и в его голосе проявились агрессивные нотки. — Ничего. — Врёшь! — рявкнул Антеро. — Все девушки, которые появлялись рядом со мной, имели ко мне определённого рода интерес. Вернее, не ко мне, а к нашим достижениям! И, сдаётся мне, ты не исключение! — О! А мне кажется, что это у тебя либо звёздная болезнь, либо паранойя, либо мания величия, либо всё вместе! А идиотизм, к сожалению, не лечится! — взорвалась Тайвас и перешла на крик, поднявшись с кресла и нависая над Антеро, как хищная птица над добычей. — Ты ещё смеешь меня оскорблять? — закричал Антеро прямо ей в лицо, подаваясь торсом вперёд. — А кто оставил коробку от моего диска на столе в твоей комнате? Ты же делала вид, что совершенно меня не знаешь! Почему вся моя жизнь практически поминутно расписана в твоём миникомпьютере? Там моя фотография рядом с твоей, почему? Что это за разработка такая? Что ты хочешь? Убить меня и ограбить? Или женить на себе, а уже потом убить? — кричал Антеро, задыхаясь от ярости, оттеснив Тайвас и поднявшись на ноги. — Глупость… — только и сказала Тайвас. — Что именно? — Я не собираюсь тебя убивать, не собираюсь выходить за тебя замуж. Ты сам пригласил нас к себе… Вот что глупо! А если ты не заметил, я ни разу не причинила тебе вреда и только помогла тебе сохранить жизнь или здоровье! Уж и не знаю, к чему бы всё это привело! — ответила Тайвас, махнув рукой и покачав головой. — Глупость в том, что я мог влюбиться в тебя и без этих дурацких подготовок… — резко сказал Антеро и сел в кресло, буквально вонзив пальцы в свои волосы. — Я благодарен тебе за помощь в спасении моей шкуры, но это не повод тебе доверять! Я не понимаю, Тайвас, зачем тебе это? Я был очарован… Боже, да я почти влюбился! — Я тоже… — тихо сказала она, страдальчески закрывая глаза. — Прости, но я не верю, — уже спокойно сказал Антеро. — Докажи! Скажи правду! Он посмотрел на неё, и под этим молящим взглядом Тайвас сдалась. — Хорошо!.. Я — ангел-хранитель. Сейчас на задании. Тебя хотят забрать в ад. Исчерпывающе? — сказала Тайвас, делая секундные промежутки между предложениями, чтобы до Антеро дошёл смысл сказанного, но у него только челюсть отвисла. — Понятно! Ты не хочешь мне отвечать, вот и придумала сказочку. Ты думала, я поверю в эту чепуху? На что ты рассчитывала? Молчишь? Так знай, я не смогу тебе доверять. Даже если захочу, уже не смогу… Не жди от меня большего. Через пару дней ты уедешь. Теперь я сам хочу этого. Я не могу… да и не хочу тебя прогонять сейчас. Ты получишь то, зачем пришла ко мне. Теперь у меня к тебе остался только один интерес, и даже от него я избавлюсь после того, как познаю тебя… И больше никогда не появляйся в моей жизни, — сказал Антеро, придя в себя. Тайвас только вздохнула, но не стала его переубеждать, побоявшись, что он прогонит её. Оба замолчали. Антеро вздыхал и покусывал нижнюю губу, откинув голову на спинку кресла и разглядывая трещины на балках. Тайвас вертела в руке бокал и бесцельно вглядывалась в дно. В голове у неё зашумело, и она не сразу поняла, откуда эти звуки, но спустя мгновение подняла глаза на стремительно темнеющий лес. — Я включу свет, — сказал Антеро, поднимаясь. — Нет! — крикнула Тайвас, заметив слабое движение у ближайших к ним деревьев. Антеро замер, упершись руками в подлокотники и зависнув над сиденьем. — Как хочешь… — сказал он, падая обратно в кресло. — Ещё вина? — спросил он, а Тайвас не отрывала взгляда от леса. — Да! — резко сказала Тайвас, протягивая ему бокал, пытаясь занять его, чтобы развернуть спиной к лесу. — Но у тебя он почти полный, — сказал Антеро, потянувшись было навстречу бокалу. — Да? — спросила она и посмотрела на бокал. — Уже пустой, — сказала Тайвас, ладошкой утирая губы, залпом выпив вино. — Ого! — только и сказал Антеро, а Тайвас перевела взгляд на лес. «Твою душу! Началось! Хаукка-а-а! Суси-и-и!» — крикнула она в своём сознании, внешне оставаясь спокойной, только капельки пота выступили у неё над губой. «Уже?» — появился обеспокоенный голос Хаукка в голове Тайвас. В этот момент от леса отделилось что-то большое и тёмное и двинулось в их сторону. «Да!» — крикнула Тайвас Хаукка. «Она? Мы вылетаем!» — сказал Хаукка. «Нет, это… медведь», — ответила Тайвас, разобрав очертания. «Демон?» «Похоже на то! От него шуму много в голове. Не прилетайте, сама справлюсь!» — сказала Тайвас. — Антеро, а ты сможешь мне сейчас помочь в одном деле? — спросила она, принимая бокал из его рук. — К чему такой вопрос? — спросил он, стоя напротив неё. Тайвас встала, подошла вплотную к Антеро и, глядя в его глаза, сказала: — Сможешь ли ты, не задавая вопросов, мне подчиниться? — Нет, конечно! Я тебе не доверяю! — сказал он, но Тайвас уже поставила бокал и обошла его, прижимаясь к его спине своей. — Я хотела как лучше… Прости! — сказала она и заблокировала его волю. — Садись! — приказала она. Антеро и Тайвас сели на пол одновременно. — А теперь не оглядывайся! Зажмурься! Закрой уши и ничего не предпринимай, что бы ни случилось! — скомандовала Тайвас. — Что ты делаешь? — занервничал Антеро, чья воля пыталась сопротивляться. — И молчи! — Тайвас устроила хаос в голове Антеро, и его мысли спутались настолько, что он не мог связать и пары слов. Медведь подходил быстро, шатаясь из стороны в сторону из-за молчаливых ударов Тайвас, шагая на задних лапах, опустив передние вдоль туловища, и ревел при каждом попадании. Удары, казалось, не причиняли ему особого вреда. Антеро заёрзал. — Вот сильная душа, — одновременно посетовала и обрадовалась Тайвас, и ей пришлось его заморозить безвременьем. Когда медведь подошёл совсем близко, Тайвас принялась за метаморфозу. Она не стала видоизменяться полностью — просто на человеческом туловище возникла голова росомахи, а на руках отросли медвежьи когти. Тайвас зарычала — грозно, громко и долго, выдыхая весь воздух из лёгких. Медведь остановился, но вскоре вновь двинулся на них, опустившись уже на четыре лапы, быстро набирая скорость. Тайвас выставила щит, но медведь прошёл его, только немного завязнув в момент разрыва. «Что я делаю? Он же демон!» — посетовала на себя Тайвас, и из её груди вспыхнул яркий огненный сноп света, ослепив животное, которое резко остановилось. «Ты?» — прозвучал удивлённый голос Лил, накладываясь поверх нарастающего шума в голове Тайвас. «Ты думала, я отдам тебе Суси?» — спросила Тайвас. «Ты — девушка?!» — презрительно бросила Лил, то ли утверждая, то ли спрашивая. «Ты — тоже!» — сказала Тайвас, совершенно не обидевшись. В это время медведь оклемался и стал с опаской подкрадываться к Антеро. «Ты должен будешь скрепить союз грехом! Ты готов к этому?» — будто издеваясь, спросила Лил. «Более чем!» «Так вот в чём проявилась твоя суть!» — хихикнула Лилит. «Ошибаешься, детка! Но ты как никто доказала, что пол не имеет значения», — парировала Тайвас и, не касаясь, подняла медведя в воздух и бросила его в кусты. «Но ведь ты другого пола, не соответствующего твоему нынешнему телу!» Медведь вышел из-за беседки и вразвалочку пошёл на Тайвас, словно играя с ней. «Мне оно тоже нравится… Лилит, если ты пытаешься меня смутить, то не обольщайся! Я уже привыкла к новому положению и даже сделала больше…» Тайвас размахнулась и плетевым ударом рубанула воздух так, что вызвала воздушную волну, искажающую визуальное пространство. Волна, нарастая, словно цунами, отбросила медведя, покатившегося кубарем на приличное расстояние. «Что, если не секрет?» — спросила Лил. «В отличие от тебя, я влюблена за столь короткий срок, а ты вечность, кроме себя, никого не любила. И потому я сильнее тебя». «Посмотрим…» — пришёл запоздалый ответ. Медведь встал мордой к лесу, потряс головой и, развернувшись, ринулся к Тайвас с усиленным рвением. «Можешь мне не верить, но я рада, что ты мой соперник… Куда лучше этой пигалицы!» — вдруг сказала Лил. «Мне тоже приятно, что я имею дело с тобой, а не с этой пигалицей. Но поверь мне, она тебя ещё не раз удивит», — ответила Тайвас в том же духе. «После того, что ты для неё сделал, меня уже нечем удивить». «Ты не права. Я не благороден», — сказала Тайвас и всё же замедлила медведя, устроив ему спотыкалочку. «И всё, что сейчас происходит…» — она подняла в воздух старую покрышку. «Я сделала для себя…» — на последнем слове, как ударение, она нанесла первый удар в правый бок медведя, так что он отлетел в сторону. «Ради себя…» — наотмашь врезала по левому боку, но медведь отскочил, чем смягчил удар. «И вопреки тебе!» — как будто поставила точку в предложении, обрушила злосчастную покрышку на голову животного, отчего тот некоторое время сидел с тупейшей миной на морде. «А ещё во всём есть воля Божья! И даже ты с этим не поспоришь!» — сказала Тайвас, заметив, что медведь наконец пришёл в себя и пытается подобраться к Антеро незамеченным. Тайвас тормознула его и, обкидав для верности со всех сторон дюжиной шаровых молний, погнала восвояси. «Увидимся завтра, я приду лично!» — попрощалась Лилит. «Приятных снов», — ответила Тайвас, зная, что Лил не уснёт. В этот момент в лесу кто-то коротко взвизгнул, и Тайвас посмотрела в ту сторону. Медведя уже не было видно, только слышалось, как где-то в глубине с треском ломаются ветки. «Вот и славненько! Отпустило мишку…» — подумала она. Вернувшись на террасу, Тайвас приняла человеческий облик и села на своё место, затем вернула Антеро к действительности. — Что происходит? — вскочил на ноги он. — Ничего… Я просто пыталась понять, до какой степени ты мне не доверяешь, — сказала Тайвас. Антеро зажёг свет на террасе и посмотрел на сидевшую на полу Тайвас, которая повернулась к нему и, опираясь на прямые руки, склонила голову себе на плечо и улыбалась. — У тебя в волосах что-то шевелится… — сказал Антеро, показывая на правую сторону причёски. — О, Боже! — вскрикнула она, подскочив и, вытряхивая волосы, засучила ногами. Из волос выпал паук, и Тайвас брезгливо раздавила его, а в голове послышалось хихиканье. «Это тебе мой подарок… Такая смелая в бою, а пауков боится, как девчонка! До завтра», — пронеслось в голове Тайвас. «Спаси Бог, Лил! Мне приятно внимание столь смертоносной особы, но не стоило беспокоиться», — ответила Тайвас, представляя, как коробит от этих слов боевого Ангела Смерти. «Да ну тебя к чёрту!» — пришёл ответ. — Какая мерзость! — сказала Тайвас, сморщив личико и тряся расставленными пальцами, а Антеро уже оглядывал свой развороченный двор. — Что здесь произошло? — А что? — спросила Тайвас. — Кто тут воевал? — громко спросил Антеро, показывая на вспученную землю, будто гигантские кроты гонялись друг за другом, играя в салочки. — И когда? — осёкся он, понимая, что был всё время здесь, но ничего не видел. Тайвас только округлила глазки, но про себя посетовала, что забыла прибрать после взрывов шаровых молний. «Хаукка, я тут этим медведем кусты помяла, подшамань, пока Антеро не заметил. Двор убирать не надо, он уже его видел», — сказала она. «Мы в курсе! Медведь далеко удрал! Ты бы видела, как тут в лесу! Тут после него целая просека! Ещё чуть пожар не случился, еле успели локализовать! Один твой шарик рванул прямо над Суси!» — взахлёб говорил Хаукка. «Вы чего туда полезли?» — разозлилась Тайвас. — «Вас же могли заметить!» «Демону не до нас было! Он выпал прямо перед лесом и исчез. Я же говорил, второсортным окажется, так и было — один из прислуги… А мы в чаще стояли. Но медведь был в шоке! Аж навалил на бегу!» — смеялся Хаукка. «Только б удар не хватил», — сказала Тайвас. «Не хватит! Суси постаралась, укрепила его, так что будет долгожителем, если не убьют… Но страху натерпелся, дай Бог! Да, и рёбра ему тоже подлечила, а то ты ему с правого бока три сломала», — сказал Хаукка. «Бедняга!» — сказала Тайвас, а вслух добавила: — Пойдём в дом, что-то тут прохладно стало. — Ага, — ответил Антеро, потерянно разглядывая воронки от шаровых молний. — Антеро! — позвала Тайвас. — Да, да… Чудно как-то! — сказал Антеро и тряхнул головой. Они забрали в дом фрукты, недопитую бутылку, растаявшее мороженое и бокалы. — Я чувствую себя совершенно разбитой, — сказала Тайвас, выбрасывая в мусорный бак ведёрко с мороженым. — Я тоже… Прости, я там зря на тебя орал. Я не понимаю, что произошло, просто в голове не укладывается, но уж точно ты в этом не виновата, — сказал Антеро, обняв Тайвас. «Я-то как раз и причастна к этому безобразию», — подумала Тайвас. — Не беспокойся! Я всё понимаю… — сказала она. — Тайвас, останься сегодня со мной… — тихо сказал Антеро, прикрыв глаза, и уткнулся носом в её макушку. — Останусь… — так же тихо сказала Тайвас. — Тогда пойдём, залезем в ванну… — сказал Антеро, взял недопитую бутылку со стола и, обняв Тайвас за талию, повёл вверх по лестнице.***
— Как чудесно! — вздохнула Тайвас, сидя в ванне. Антеро присел на бортик и левой рукой перебирал её волосы, а правой зарылся в копну на затылке, нежно массируя. По краям ванны горели красные свечи, в воздухе присутствовал запах полевых трав, а вода была слегка зеленоватой от крапивного сока. — У тебя странные татуировки. Они имеют значение? — спросил Антеро, дотрагиваясь до рукоятки меча на левом плече. — Жизненно важное… — ответила Тайвас. — Но у тебя одно оружие набито! — сказал Антеро, трогая и разглядывая маленькие ножи на левом предплечье. — Оно, можно сказать, волшебное, наделённое энергией нашего мира, — сказала Тайвас и улыбнулась. — И как оно действует? — спросил он, разглядывая витиеватый узор на рукоятках. — Спасает от врагов, — сказала Тайвас, накрыв его руку своей. — Что, так много врагов? — спросил Антеро. — Нет, всего два, но очень могущественные. А остальных я воспринимаю как недругов, потому что они не представляют особой угрозы и всего лишь работают на моих врагов, — сказала Тайвас. — Кто же эти враги, если не секрет? — Один враг — это смерть. С ней приходится бороться чаще всего. — Любопытно! И как часто? — спросил Антеро, улыбаясь. — Ближайшие два дня ещё точно придётся, а там как повезёт! — сказала Тайвас, перебирая его пальцы. — А я могу её увидеть? — спросил Антеро, мало веря в рассказ Тайвас. — Завтра и увидишь, если не испугаешься, — сказала Тайвас, а Антеро замер. — То есть? — переспросил он. — Не бойся, я тебя защищаю от неё. Ты только верь мне… — сказала Тайвас и посмотрела на Антеро. — Ты опять? — раздражённо сказал Антеро. — Ты можешь не принимать меня всерьёз, если тебе так не нравятся мои слова. Просто верь мне, когда придёт время. Мне будет проще, если ты не будешь сопротивляться в следующий раз. И поверь мне сегодня, а завтра ты будешь доверять полностью, — сказала Тайвас, совсем разомлев от выпитого вина, тёплой ванны и нежных рук Антеро. — Мне тоже будет проще, если ты не будешь сопротивляться… — сказал Антеро, переводя всё в шутку, но в душе всё же пророс росток сомнения. — Пошляк! — притворно возмутилась Тайвас, но улыбнулась, хотя и покраснела. — А что ты хочешь? Я должен поверить в твои россказни, которые просто невозможно объяснить не то что физически, но и логически! Я просто принимаю твои странности, потому что хочу тебя безумно. Остальное сейчас не важно… — ответил Антеро и провёл ладошкой по предплечью Тайвас вверх, вниз, не касаясь пальцами. — Ты любишь комфорт… — сказала Тайвас, переводя разговор в другое русло, блаженно прикрыв глаза, откинув голову в его большую ладонь. — А кто его не любит! Просто я могу себе его позволить. И, к твоему сведению, этот загородный домик мы построили всей группой, так что он общий. Поэтому мы делали его максимально комфортным, — ответил Антеро и, наклонившись, легонько поцеловал Тайвас, давая понять, что будет отвечать на её вопросы, но своего направления мысли не упустит. — Хорошо целуешься! Долго учился? — улыбнувшись, спросила Тайвас, облизнула губы и открыла глаза. — На помидорах! — засмеялся Антеро и поцеловал Тайвас глубоким поцелуем. — Думаю, помидоры были в восторге! — сказала Тайвас, понимая, что сопротивляться бесполезно, и сама притянула его, взяв за бордовый шарф из мятого шёлка, намотанный вокруг его шеи. — Стоп! Милая, мне тоже хочется искупаться, а ты меня совращаешь! — Антеро начал отцеплять руку Тайвас от шарфа. — Ну уж нет! — сказала Тайвас, выворачиваясь в ванне, чтобы встать на колени, и затягивая Антеро в воду. Его руки соскользнули с мокрого бортика ванны, и он плюхнулся в воду с головой, подняв волну и создав кучу брызг, погасив тем самым большую часть свечей. — Тай, я же в одежде! — сказал Антеро, вынырнув, сдувая капли с носа и откидывая намокшие волосы назад. — Заодно и постираешь… — сказала Тайвас и брызнула в него пригоршней воды. Антеро попытался расстегнуть рубашку, но она основательно вымокла и не поддавалась. Тогда он рванул, и пуговицы отлетели: часть вылетела за пределы ванны, часть с тихим «бульк» упала на дно. — А ремень ты тоже порвёшь? — спросила Тайвас и засмеялась. Антеро только скорчил гримасу и снял рубашку. Тайвас перестала смеяться, не отводя глаз от его груди, а он стал расстёгивать ремень на джинсах, вертя бёдрами. — Ммм… теперь ты меня совращаешь? — спросила Тайвас и подалась вперёд. — Пытаюсь, — сказал Антеро, плохо справляясь с ремнём. Тайвас встала перед ним на колени и ловко разобралась с ним, а также с пуговицей и ширинкой — да так быстро, что Антеро очнулся, только когда его мокрые джинсы поползли вниз по ногам. — Что это ты делаешь? — спросил он с недоумением, смотря вниз, и вздрогнул, когда Тайвас нечаянно коснулась внутренней части его бедра волосами. — Раздеваю тебя… — А нельзя было это сделать на суше? — спросил Антеро, согнув правую ногу, помогая высвободить её из брючины. — Можно, но не так интересно, — сказала Тайвас. — Ты в носках будешь мыться? — Нет! — Тогда подними ногу. — А стоять я как буду? Ванна скользкая! — сказал Антеро и пошатнулся. — Держись за меня. — За что? — За голову, — сказала Тайвас и с силой дёрнула вниз за пояс. — Мы… так… не договаривались! — сказал Антеро, держась за её плечи и подёргиваясь от прикосновений её волос к животу, пока Тайвас стаскивала джинсы. — Да что ты? А кто здесь меня гладит, целует, о желаниях говорит? — Но не здесь же! — сказал Антеро и сел, потому что Тайвас снимала джинсы уже с обеих ног. — А я здесь и не собираюсь. Просто так будет быстрее… — сказала она, сильно дёрнув за обе брючины так, что отлетела вместе с ними в другой конец ванны. — Смешная ты, — сказал Антеро, откровенно улыбаясь. — Смешные клоуны, а я забавная, — не обидевшись, сказала Тайвас, выкидывая скомканные джинсы за борт. — Ну, теперь ты довольна? — спросил Антеро, развалившись поудобнее на своей половине ванны. — Хм… Думаю, плавки надо оставить на тебе, а то, когда он свободен, можно ожидать чего угодно… — сказала Тайвас, потирая подбородок и подняв глаза к потолку. — Можно подумать, ты будешь против! — сказал Антеро и резко дёрнул Тайвас за ногу, подтаскивая к себе. Тайвас хотела что-то сказать, но от неожиданности только булькнула, уйдя с головой под воду. А когда сумела подняться, расчихалась от попавшей в нос воды. Когда она открыла глаза, то увидела улыбающееся лицо Антеро, а потом резко подпрыгнула, осознав, что сидит верхом на нём, и между её бёдер что-то упирается. Антеро согнулся от боли. — Хорошая прелюдия, ничего не скажешь… — сказал он сдавленным голосом, но Тайвас не отпустил. — Прости, ты просто меня напугал… Это я от неожиданности… — оправдывалась Тайвас, прижав его голову к плечу и поглаживая его по волосам. — Я приму извинения, если ты его попросишь у него… — с хитрой улыбкой сказал Антеро, откинувшись обратно на бортик ванны. — Он меня не услышит… — Но он может почувствовать твоё к нему отношение… — Что я должна сделать? — Поговори с ним… — Только-то? — спросила Тайвас, а Антеро не заметил её ехидного выражения лица. — Да, делов-то! — сказал он и расслабился. — Ну и где ты там прячешься? — спросила Тайвас, оттягивая резинку трусов и делая вид, что заглядывает под неё. На лице Антеро появилась блаженная улыбка. — Прости меня, я не буду больше тебя бояться, — сказала Тайвас и выпустила резинку из рук, больно ударив по нему. Со словами: «Аудиенция окончена!» она перебралась подальше от Антеро, выпучившего глаза и схватившегося за пах. — Садистка! — прошипел Антеро, потихоньку выпрямляясь. — А на что ты надеялся? — спросила Тайвас, взяв в руку одну горевшую свечу. — Я же шутил! — сказал Антеро, пытаясь оправдаться. — О! Значит, я тебя не так поняла, — сказала она, капая воском на свою ладонь. — Что ты делаешь?! Ожог будет! — вскрикнул Антеро, увидев, как Тайвас подносит руку к огню, почти его касаясь. — Наказываю себя за причинённый тебе вред, — сказала Тайвас, поглаживая огонёк. — Перестань сейчас же! — сказал Антеро, глядя на Тайвас и не понимая смысла её действий. — Хочешь, фокус покажу? — спросила Тайвас, глядя на Антеро сквозь пламя свечи. — Думаю, нет! Хватит с меня твоих фокусов, — сказал Антеро, недоверчиво глядя на Тайвас. — Смотри, тебе понравится! — сказала Тайвас и что-то тихо шепнула огоньку. В этот момент от Тайвас во все стороны по свечам пошёл огонь, и все они весело затрещали, испаряя попавшую на них воду. — Это… Что ты сделала? — спросил Антеро, всерьёз испугавшись. — Магия… — сказала Тайвас будничным тоном. — Ведьма?! Но ведь их не существует! — тряхнул головой Антеро. — Ай, Антеро! — махнула рукой Тайвас. — Никакая я не ведьма. Я Ангел-хранитель. Я многое могу. Если не будешь бояться, я обещаю тебе показать некоторые вещи. — Это просто фокус! — не верил Антеро. — Ещё что-нибудь показать? — спросила Тайвас. — С огнём? — С водой. Тайвас дотронулась до пупка, и перед Антеро выросло водяное зеркало с перетекающей в нём водой. Через некоторое время оно приняло точный облик Антеро с круглыми глазами и отвисшей челюстью. — Оно дразнится! — воскликнул Антеро, пытаясь дотронуться до своего двойника, но водяной Антеро отпрянул, развернулся спиной, двинулся к Тайвас. Она подняла ладошку, и водяная копия ударила по ней своей рукой, улыбнулась на прощание и рассыпалась волной за спину Тайвас. — Что это было? — спросил Антеро, пытаясь справиться с повсеместной дрожью. — Вода, — ответила Тайвас, наблюдая за Антеро. — Больше никаких фокусов! — воскликнул Антеро и вылез из ванны. — Как хочешь, — сказала Тайвас и вышла вслед за ним. — Ведьма, ангел… Это неправильно! — сказал Антеро. — Даже если так, я не должен всего этого видеть! — Если ты перестанешь бояться, ты ещё не такое увидишь! — спокойно сказала Тайвас, вытираясь. — Хватит! — закричал Антеро. Тайвас замерла с полотенцем в руках и удивлённо посмотрела на него. — Почему из всех женщин мира мне понравилась эта?! — сказал он, обращаясь к кому угодно, только не к Тайвас. — Потому что я не такая, как все женщины в мире… — сказала Тайвас и продолжила вытираться. Антеро разозлился, сурово посмотрел на Тайвас, бросил полотенце и в мокрых трусах вышел за дверь, по дороге пробубнив: — Я сегодня в тебе не нуждаюсь! — и хлопнул дверью. — Зато я буду нуждаться в тебе всегда… — прошептала Тайвас и присела на скамью, обняв скомканное полотенце.
