Истории про Херобрина

На этот раз я просыпаюсь в лесу… Боль быстро угасает, как всегда, но звуки и образы остаются в моей памяти дольше. Злобные крики и мечи беспощадно наносящие мне удары. С мягким стоном я сильно сжимаю глаза и прячу лицо в руках, сжимаясь тугим клубком на мокрой траве. Холодное ощущение помогает боли уйти в размытое нечто, туда где должны быть мои воспоминания. Мне все еще неизвестно, кто я и почему все охотятся на меня. Убрав руки от лица, я смотрю на них, дрожа. Нет повреждений. Нет ожогов, нет скрученных суставов, нет разорванной плоти. Взгляд на мои обнаженные ноги показывает, что они тоже целы, отзываясь на меня должным образом, когда я с облегчением шевелю своими пальцами. Моя одежда… Мой взгляд безразлично скользит по оборванным голубым джинсам и останавливается на краю изумрудно-бирюзовой футболке… Та же, что и до того, как меня поймали. Они немного защищают от холода, который быстро охватывает меня и уносит последний остаток тепла, когда я появился здесь, в мрачном лесу. Поднимаясь, я оглядываюсь и вижу только серые, безлиственные деревья, молча окружающие меня. Попытка достичь той странной силы внутри меня, которую мне удалось вызвать в прошлый раз, ни к чему не приводит. Я чувствую её, собранную рядом, целый огромный мир, недосягаемый… Сила не откликается на мой призыв. После нескольких попыток я сдаюсь и встаю, обнимая свое дрожащее тело тонкими руками. По крайней мере, я один. Мысль благодатно пронизывает меня. Поднимая взгляд, я изучаю величественные, мрачные деревья, простирающие свои ветви к облачному, серому небу. Мглисто, и воздух наполнен едва заметным водяным туманом, который начинает просачиваться в мою одежду, смачивая её и делая мир еще холоднее. Тронутые мхом стволы и окружающие клочья травы кажутся влажными. Решив двигаться, когда мой пульс постепенно успокаивается, я понимаю, что мне нужно найти укрытие, иначе я буду страдать еще больше, если станет холоднее или начнется дождь. Я достаточно помню, чтобы избежать этого. Идеально было бы достичь пещер, где я уже находил убежище раньше. Я оглядываюсь и вижу только лес на плоской, влажной земле, покрытой травой и коричневыми листьями. Нет никаких признаков гор, где было бы более вероятно найти пещеры. Вздыхая и обнимая себя для жалкого тепла, я начинаю тяжело шагать туда, куда ведут мои глаза. Движение по крайней мере согревает мое тело… … Уже становится поздно, и серое небо затемняется, когда я наконец достигаю края леса. Я останавливаюсь там в кустах, уставившись на простирающиеся вспаханныя поля. Там, за пределами, находятся небольшие деревянные дома с соломенными крышами. Жилища людей и их фермы. Я колеблюсь, ожидая, со смешанный чувством тоски и страха. В тех домах будет тепло. Может быть, мне удастся пробраться в один из открытых сараев, стоящих в полях, где бродит скот? Но это приблизит меня к людям. Холод, охвативший мое тело, становится почти невыносимым сейчас, и я сильно дрожу, мои руки и ноги онемели. Когда я выдыхаю, в воздухе образуются маленькие облачка. «Ты там. Мальчик! Что ты здесь делаешь?» Подозрительный голос раздается за моей спиной и заставляет меня замереть, сердце почти выпрыгивает из груди. Я не отвечаю, мое дыхание прерывается от страха, охватившего меня. Я сжимаюсь, когда шаги мужчины хрустят по сломанным веткам, приближаясь ко мне, и слышу его тяжелое дыхание, оно как будто хриплое, словно ему трудно дышать. Он немного кашляет и густо плюет в сторону. Может быть, он болен? Мой разум, должно быть, был ослаблен монотонной ходьбой, чтобы я не услышал, как он подходит ближе. Я плотно закрываю глаза, откладывая момент, который я боюсь больше всего — его реакцию, если он увидит их. «Кто ты?» — мужчина требует снова, остановившись на небольшом расстоянии. Его тон голоса обеспокоен, скорее чем враждебен, но также напряжен. Я знаю, что мое молчание заставляет его нервничать, и открываю рот, чтобы сказать что-то, хотя не знаю, что. «Я… Я не помню,» — бормочу я, еще сильнее дрожа. «Ну, лучше пойдем со мной. Сегодня ночью будет заморозок. Ты не захочешь остаться на улице в такой одежде.» Грубый тон мужчины на мгновение наполняет меня надеждой. Я застенчиво улыбаюсь. «Пожалуйста… Мне холодно.» «… Открой глаза,» — внезапно резко говорит мужчина, и моя надежда угасает. О, нет… Звук вытащенного меча заставляет меня отступить, мои глаза широко раскрываются против моей воли. Мои онемевшие ноги спотыкаются, и я падаю. Сидя на грязной земле и сломанных ветках, я смотрю на мужчину, мое сердце тяжело от страха, когда я вижу изумленное выражение на его бородатом лице, которое быстро сменяется на серьезное. «Херобрин…» Слыша это имя снова, я смиренно прижимаюсь и покачиваю головой. «Нет…» «Ты точно он. Только у него такие странные белые глаза,» — говорит мужчина, держа свой меч, выглядя неуверенным. «Но во всех историях говорится, что он мужчина, а не худощавый подросток…» Не зная, что сказать, я молчу, продолжая дрожать, когда смотрю на него беспомощно, ожидая, когда он нанесет мне удар, как многие другие раньше, произнося это имя. Увидев, что он приближается ко мне, я дергаюсь и закрываю глаза, отводя взгляд, жду, когда придет боль. Её нет… Вместо этого я слышу вздох. «Тебе не нужно бояться меня, мальчик. Я не собираюсь тебе вредить…» С недоверием я вновь смотрю на него, и мир кажется размытым на этот раз из-за моих слез. Я молча киваю головой в знак благодарности. «Давай, я помогу тебе встать.» Он все еще держит свой меч, но наклоняется вперед и протягивает мне свою другую руку. После момента колебания я беру ее и позволяю ему быстро поднять меня на ноги. Я смотрю на него и жду, не уверенный, что произойдет дальше. «Ты хочешь пойти со мной?» Он снова делает мокрый кашель и плюет в сторону, но затем осторожно улыбается, показывая отсутствующий зуб с одной стороны. «У меня неподалеку есть хижина. Там будет тепло.» Надежда и благодарность расцветают внутри меня, и я быстро киваю, улыбаясь облегченно. Этот человек кажется добрым, несмотря на его грубый и недружелюбный вид. Он внимательно смотрит на меня. «Тогда пошли. А вот.» Он достает из боковой сумки грубое шерстяное одеяло и накидывает его мне на плечи. «С-спасибо,» — я бормочу тихо, и он только хрюкает и махает рукой, чтобы я последовал за ним, что я и делаю. Мы проходим довольно далеко от небольшой деревни, прежде чем добираемся до большой хижины. Позволив мне зайти в свой дом, он быстро бросает меха на пол и переходит через скрипящие деревянные балки к камину, где, используя кремень и сталь, он разжигает огонь. Я молча наблюдаю за ним. «Подойди сюда и согрейся.» Он жестом приглашает меня, когда огонь разгорается. С облегчением, чувствуя, как тепло проникает в мое тело снова, я парю рядом с приятным пламенем в каком-то оцепенении, уже не обращая внимания на охотника за моей спиной, когда он заботится о вещах в хижине. Только когда вкусный запах еды достигает моих ноздрей, я поворачиваюсь, смотрю и обнаруживаю, что он с любопытством наблюдает за мной. Он ухмыляется. «Голоден, мальчик?» Я киваю, и сразу же мой желудок рычит и мои щеки теплеют от стыда. Он только хмыкает и жестом указывает на стол. «Вот. Ешь.» Он кладет миску с супом и большую порцию хрустящего хлеба на сторону маленького грубого стола, где уже ждет стул. Я присоединяюсь к нему, и мы сначала молча едим. Еда чувствуется такой вкусной, горячей и сытной. Мне кажется, что я совсем не помню ничего подобного. По крайней мере, недавно. Все в моем разуме — сплошное размытие. «Итак… ты Херобрин?» Мужчина, наконец, снова любопытно спрашивает, и мои плечи опускаются от ненавистного звука. Я сильно качаю головой. «Н-нет.» «Тогда… как тебя зовут?» «Я… я…» Я отчаянно ищу имя или что-то, что скажет мне, кто я такой, но вижу только белый туман и далекие голоса. Пока мужчина продолжает ждать, я сдаюсь и опускаю глаза. «Я не… я не знаю,» — я признаюсь честно, мое сердце снова начинает биться быстро, когда я боюсь его реакции. Но и на этот раз он только хмыкает. «Ну, может быть, ты упал и ударился головой. С моим другом однажды такое случилось. Твоя память вернется. Тебе просто придется немного подождать… Хотя было бы лучше быть осторожным, если бы я был на твоем месте. Ведь бродит опасный маг с такими же глазами, как у тебя. Недавно какие-то стражи королевства проходили через нашу деревню и предупредили нас быть начеку.» «Что… тогда мне делать?» — бессильно спрашиваю я, решив не говорить ему, что я думаю, что помню, как я умирал снова и снова, пока меня преследуют и зовут этим ужасным именем. Мне что-то подсказывает не говорить об этом. Мужчина откидывается на своем грубо обработанном стуле, который скрипит под его весом. «Ну, ты, вероятно, можешь остаться здесь со мной на некоторое время, если не против быть одному. Я часто ухожу, так как я охотник. Кстати, меня зовут Грег.» Он протягивает мне свою затвердевшую ладонь, и через момент колебания я беру ее и получаю сердечное пожатие, когда он радостно ухмыляется. Я осмеливаюсь улыбнуться в ответ. Не зная, что еще делать, я смотрю на свою тарелку, но затем зеваю, так как тепло в хижине и хорошая еда делают меня сонным. «Ты уже падаешь в обморок, парень. Пойдем, я сделаю тебе место.» Я едва помню это, пока не оказываюсь укутанным в теплом одеяле, лежащем на временной койке у огня, несколько тяжелых мехов подо мной делают его уютным и мягким. «Вот и ладно. Спи. Завтра мы еще поговорим. Стив… Да, я думаю, я буду называть тебя так, пока не вернется твоя память.» Сонно я благодарно посмотрел на него, и мужчина слегка вздрагивает. «Ну вот, теперь твои глаза голубые… Что за чертовщина?» Я не реагирую, уже засыпая снова. Моя голова ударяется о одеяло, я только слабо слышу, как он бормочет, удаляясь, чтобы сделать что-то еще, и слышу щелчки тарелок, когда он двигается по комнате. Уют и благодарность овладевают мной за это прибежище от холода и боли. Я не понимаю, но приветствую это. И тогда я засыпаю в безмолвный сон…