(Анти)секс

Кашин уже минут 20 пялился на себя в зеркале в ванной комнате, стоя в одном мокром полотенце после душа. Он всматривался в свое лицо и пытался найти в нем ответ на вопрос «как он на эту хуйню вообще согласился?». Да, они с Русланом вроде как помирились, вроде как даже на одной вечеринке у Лиды пососались, и теперь вроде как официально уже месяц в отношениях. Фанаты о примирении не знают, но кажется уже о чём-то догадываются. А теперь любимец «девочек-подростков» и надежда твича стоит и смотрит на себя в зеркало после того, как дал согласие выебать себя в жопу. Не думал, что к своим 28 годам он дойдёт до этого сознательно, без принуждения. Руслан терпеливо стоял и ждал его за дверью. Или уже лежал на кровати. Какая нахуй разница, думается Кашину, не он же сейчас проходил через все эти унизительные процедуры, чтобы ёбля была «комфортной». От таких мыслей Даня даже вслух издаёт смешок и улыбается уголком губ. Докатился. Пиздец. Он делает глубокий вдох и так же выдыхает. Это всё ещё пиздец. Внутри начинает зарождаться небольшая паника, а мышцы живота щекочет от волнения. Блять, нахуя согласился. Он даже задницу побрил, чтоб наверняка. Слышится стук в дверь ванной комнаты. — Дань, ты скоро там? — с некоторым беспокойством спрашивает Руслан, — если ты передумал или не уверен, то мы можем отложить всё. Кашин издал недовольный звук, похожий на «фырканье». Зря он что ли час тут мучился? Нет уж, они сделают сегодня всё, что запланировали. На высшем уровне! Дверь в ванную комнату наконец открывается, и выходит двухметровый, покрасневший от смущения парень. — Я готов, — просто говорит он своему возлюбленному, — а ты готов? — Уже давно, Дань, — Тушенцов ухмыляется, подходит к Кашину, немного привстает на носки, кладёт руки на светлые «бока» и целует щеку, усыпанную веснушками. Даня немного стыдливо посмотрел на Руслана. Он пытался храбриться, но выходило так себе. — Давай начнём, а то я сейчас откинусь, кажись, — торопит Кашин, чтоб уж точно не успеть передумать. Руслан ничего не отвечает на это, а просто обхватывает своими губами верхнюю губу Кашина, затем переходит на нижнюю, и дальше продолжает легко целовать, не углубляя поцелуй. Даня уж очень не любит все эти «облизывания», как он это называет. В комнате полная тишина, даже шум включенного компьютера, который постоянно есть в этой квартире, отсутствует. Слышны только тихие звуки причмокиваний. — Может перейдём на кровать? — поглаживая Кашина по спине, предлагает Руслан. — Что, прям так сразу? — шутит Данила, — даже вина не предложишь? — А ты хочешь вина? — Нет, обойдусь. Они всё же перемещаются на постель. Даня лежит на спине, а Руслан навис над ним сверху, разместив колени по бокам от бёдер Кашина, а ладони на уровне ушей парня, на подушке. Тушенцов наклонился, чтобы продолжить целовать светло-розовые губы своего парня. Кашин уже отвечал чуть активнее, кажется смирившись наконец с происходящей ситуацией. Руслан аккуратно положил одну руку на шею парня и плавно начал спускать её по светлому телу к белому полотенцу на бёдрах. Кашин успел остановить нахальную ладонь до того, как лишился единственного, что укрывало его от наготы. — Нет, блять, — грозным тоном произнёс Даня, — я не буду лежать тут полностью голый, пока ты в одежде. — То есть сначала раздеваюсь я, а потом, так уж и быть, ты позволишь убрать полотенце? — уточнил Тушенцов. — Всё так, — согласно кивнул Кашин, — так что приступай, красавица, — хихикнул парень. Руслан устало вздохнул и принялся раздеваться. Он слез с ног любимого, отсев чуть подальше на кровати, и снял сначала свою черную оверсайз футболку, а потом и домашние шорты. Он уставился на Кашина взглядом аля «доволен?». Даня хитро улыбнулся и произнёс: — Нет уж, это тоже снимай, — глазами указал на нижнее белье парня. — Кис, ты по-моему уже охуел, — несмотря на недовольный тон, Руслан принялся выполнять «просьбу». — За «кис» сейчас, блять, в глаз получишь, — пригрозил Данила, нахмурив свои светлые брови, — я тебе, бля, не тёлка твоя. — Ну не знаю, — криво улыбнулся Руслан, избавившись наконец от последнего элемента одежды, — вполне «моя». И пока Кашин не успел возмутиться на это заявление, Руслан ближе подвинулся к парню, обхватил его шею руками и притянул в поцелуй. Даня сразу же забыл, какими словами хотел обозвать своего ненаглядного, полностью погрузившись в поцелуй. Он даже не заметил, как всё же лишился «защитного» полотенца. Руслан теперь полностью навис над ним, жадно целуя, крепко сжимая шею пальцами, но естественно не до удушья. Мягкими и короткими поцелуями он перешел от губ на подбородок, а затем на шею. Тушенцов нежно прихватывал одними губами тонкую кожу шеи парня, спускаясь ниже, к груди. — Только без засосов, блять, — Даня тяжело дышал ртом, чувствуя щекотку от «поцелуев» Тушенцова. — Я помню, стримы, фанатки не поймут, — оторвавшись от своего «занятия», ответил Руслан, — кто ж будет возглавлять клуб антисексуалов, если они в тебе разочаруются. — Заткнись уже. Руслан так и сделал, он полностью отстранился от любимого тела и принялся искать заготовленную смазку, лежащую где-то рядом на постельном белье. Кашин лежал в это время с закрытыми глазами и раздвинутыми и согнутыми в коленях ногами. Пиздец. Он снова начинает думать о правильности и готовности своих действий. Мысленно начинает петь какую-то песенку, чтоб всё же отвлечься от этих дум. Но в голову ничего кроме «попробуй меня на на вкус, ты выпьешь весь весь мой мой Дарьяна джус» не лезет, и Даня даже хихикнул вслух. — Всё в порядке? — Руслан наконец нашёл то, что так активно искал последнюю минуту, и удивился, когда увидел, как недавно серьезный и смущающийся Кашин, лежит и широко улыбается, будто ему шутку кто-то смешную рассказал. — Да. Руслан сел между его раскрытых ног, губами прикоснулся сначала к одной коленке, потом ко второй, будто успокаивая. В животе Данилы вновь появилось волнение, как это называют «бабочки в животе». Он закрыл глаза и начал глубоко дышать, приоткрыв рот. Руслан тем временем уже спустился губами по бедру к гладковыбритому отверстию. — Нихуя себе, приятный сюрприз, — усмехнулся Руслан, погладив гладкую кожу вокруг сфинктера, — заморочился ради меня? — Иди нахуй, придурок, — огрызнулся Даня на это. Ведь говорил же Тушенцову, что терпеть не может все эти похабные разговоры. — Сегодня это твоя задача, кис, — и он примкнул губами прямо к этому месту, которое рассматривал последние 30 секунд. — Блять, Руслан, что ты делаешь? — Данила даже не успел возмутиться на это его «кис», — прекрати, блять. Но Тушенцов не послушал его, взял тюбик с вязкой жидкостью в руки, открутил крышку и выдавил немного содержимого себе на пальцы. Он мягкими движениями растер жидкость по колечку мышц и вновь припал к нему губами. В этот раз он более активно работает языком, погружая его внутрь отверстия, будто бы растягивая. Даня старается не забыть как дышать. Он всё ещё вяло пытается сопротивляться и что-то протестующе мычать Руслану. Происходящее ему возможно и нравилось, но уж очень смущало его, заставляя появиться желанию сомкнуть ноги вместе. Однако Руслан очень крепко удерживает их своими пальцами за бёдра, продолжая работать губами и языком. Спустя время, почувствовав, что Кашин наконец расслабился, он выдавил ещё смазки на указательный и средний палец правой руки, растер её и приставил средний палец к анальному отверстию, пока только поглаживая вход. — Ты как? Готов? — заботливо интересуется Руслан, убрав всё ехидство из голоса. Даня как-то неопределенно кивает, но потом издаёт мычащий согласный звук. Руслан кивает сам себе и проникает одним пальцем внутрь. Кашин шипит от непривычных и неприятных ощущений, будто ему палец в жопу засунули. А, так и есть. Тушенцов двигает им вверх-вниз, терпеливо ожидая момента готовности к следующему пальцу. Наступает этот момент, когда Руслан чувствует, что парень чуть расслабился, и можно идти дальше. Два пальца для Кашина ощущаются ещё более неприятно, но пока что всё ещё терпимо. Одной рукой он сжимал покрывало, а другая тыльной стороной ладони лежала на его же лице, прикрывая и так зажмуренные глаза. Руслан согнул два пальца, пытаясь нащупать ту самую «легендарную простату», от стимуляции которой всем становится вроде как хорошо. Через 15 секунд «поиска» он всё же сумел что-то нащупать, и в этот же момент послышался высокий стон. Пиздец, Руслан и не догадывался, что Даня так умеет. — Ещё сделать так? — Не знаю, — неуверенно хнычет Даня, — наверное. Тушенцов умиляется смущению парня, целует его в колено для успокоения и вновь сгибает пальцы, наблюдая за сжимающей покрывало рукой и вздымающейся грудью. Вскоре тихие высокие стоны начали слышаться чаще. И Руслан подумал, что не против бы добавить их в новый трек. Жаль, что Даня вряд ли эту идею одобрит. Когда Руслан добавляет третий палец, Даня уже не знает, куда себя девать. Ему не больно, но приятные ощущения пока тоже едва уловимы. Но отступать он явно не планирует теперь точно. Поэтому на предложение Руслана «закончить сегодня только на пальцах», он отвечает категорическим отказом. Руслан тем временем время зря не теряет и, закончив растяжку пальцами, уже смазывает свой член. — Ты хочешь лицом к лицу или задницей кверху? — Я хочу, чтоб ты закончил это побыстрее и не задавал своих тупых вопросов, придурок. — Какой же ты вредный всё-таки. — А ты побольше к Джарахову на стримы ходи. Там доброты наберёшься. — Блять, ты решил вспомнить Джарахова, пока мы ебёмся? Умеешь ты задать настрой, Дань. И всё же он подкладывает Дане подушку под поясницу для удобства и аккуратно пристраивается у него между ног. Получив молчаливое согласие, он медленно входит в его тело ровно наполовину. Даня очень сильно зажмурился, прикусил нижнюю губу и усиленно задышал. — Ты как? — обеспокоено интересуется Тушенцов. — Бля, как будто срать хочу, но не могу, — описал свои ощущения Данила. Руслан не знает плакать ему или смеяться от такого сравнения, поэтому просто молча улыбается, дожидаясь, пока Даня привыкнет. Наконец, получив кивок, он начинает медленно двигаться дальше, входя до конца. — Бля, если я не получу от этого удовольствие сегодня, то я больше никогда не буду верить всему, что говорят в интернете, — ноет Даня. Руслан ещё удивляется его способности составлять такие длинные и осмысленные предложения, потому что сам он уже явно не в состоянии. Он сейчас держит себя в руках, чтоб просто не взять и не начать двигаться. Очень уж хочется наконец выебать этого рыжего придурка с длинным языком. Наконец Руслан начинает двигаться, постепенно ускоряя темп. Кашин иногда издаёт тихие стоны, сжимает ногами бёдра партнера, а пальцами крепко цепляется за его плечи. Тушенцов же удерживает своими сильными руками ноги Кашина в раздвинутом виде и продолжает вбиваться в него. Его губы шепчут нижнему на ухо, «какой же он охуенный, и как он давно мечтал его трахнуть, ещё в туре в 2018» — дословная цитата. Руслан вышел из Дани, перевернул его на живот, поставив на колени, и вновь вошел внутрь. Даня уткнулся носом в подушку, обхватив её обеими руками. В такой позе член лучше доставал до простаты, поэтому Даня наконец начал получать полноценное удовольствие, постанывая в подушку. Почуяв подступающий оргазм, Тушенцов вышел из Кашина, и додрочил себе так, кончив парню на спину. Всё же лучше, чем внутрь, потому что он уже представил себе эти возмущения и недовольства. Руслан так же помог закончить Дане на покрывало. — Пиздец, опять в душ, — всё ещё лежа лицом в подушку, пробубнил Кашин. — Ты как? — Тушенцов плюхается рядом на кровати. — Бля, будто в жопу выебали. — Понравилось? — Если будем повторять, то не раньше, чем через две недели. — По рукам. — Но ты не расслабляйся, твоя жопа следующая будет страдать, любимый. Что ж, угроза принята к сведению.