(Анти)секс

Просыпаться вместе спустя три года «громкого скандала» было тем еще удовольствием. Руслан ценил каждое утро, которое начиналось именно так. Особенно, когда Даня еще спит, и видно только его голую спину, усеянную веснушками и редкими родинками. Тушенцов потер глаза ладонями, желая окончательно проснуться. Он не хотел упускать ни единой секунды, чтобы насладиться тем моментом, когда они оба лежат голые в постели, а Даня ещё спит и молчит, а значит не выёбывается. После их, так называемого, «первого раза» прошло уже больше тех самых обещанных двух недель. Даня позволял себя ласкать, даже раздевать, целовать нежную бледную кожу, даже разрешил оставить парочку засосов, которые естественно можно было скрыть футболкой. Но вот к заднице прикасаться больше не разрешал; ругался, что после их жёсткой ёбли (почему Кашин так решил, Руслан не понимал, ему казалось, что он был вполне терпеливым и нежным) у него ещё два дня ныла поясница, и это минутное удовольствие явно того не стоит. Вот тут Тушенцов хотел бы обидеться, но знал, что на Кашина бессмысленно дуться. Тот свой поток речи редко фильтрует, ещё потом виноватым выставит, он умеет. Но положительные стороны надо уметь извлекать отовсюду. Вот так спустя почти месяц Руслан успел уже выучить наизусть каждый шрам, царапинку, родинку и веснушку на этом обожаемом теле. И кажется полюбил его ещё сильнее. И Кашина, и тело его. Засмотревшись на любимую спину, Тушенцов сам не заметил, как начал выводить незамысловатые узоры по голой коже, соединяя одну веснушку с другой, будто созвездия. Он пододвинулся ещё ближе к спящему партнёру, и к пальцу присоединились губы, оставляющие легкие поцелуи в разных местах. — Русь… — послышался сонный хриплый голос, — опять меня слюнявишь, — глаза Кашина всё ещё оставались закрытыми. — Не «слюнявю», а создаю тебе добрую утреннюю атмосферу. — Можно создавать её не тогда, когда я сплю? — пробубнил вопрос Даня, — я тебя за это потом обязательно отблагодарю. — Как? — Руслан приподнялся на локтях, так как действительно заинтересовался данным обещанием, — отсосешь типа? — Если хочешь, — так же сонно продолжал бубнить Кашин. — А если серьёзно? — Если серьёзно, то завались и дай поспать. Руслан действительно думал уже отстать от Кашина, наконец встать с постели и начать заниматься своими делами. Но соблазн потискать его, а потом наблюдать его недовольное лицо, был очень велик. Поэтому Руслан снова прильнул ближе к спине и начал уже не пальцами, и даже не губами, а языком рисовать линии между рыжими точками. Руки в это время нашли своё место на мягких боках парня. Послышалось недовольное и обреченное хныканье и протяжное «Русь». Это очень обрадовало Руслана, так как желаемый эффект был достигнут. Тушенцов снова отстранился, присел на кровати на колени, ладони обеих рук положил на плечо Кашина, не прижатое к постели, слегка надавил и перевернул возмущенного парня на спину. Он действовал быстро, мигом перебросил одну ногу через бедра Кашина и оказался сидящим на нем «верхом». Руки его обхватили основания кистей возлюбленного и прижали к подушке над головой. Карие глаза уставились прямо в ещё сонные серо-голубые. — Вот теперь точно доброе утро, — Тушенцов улыбнулся настолько широко, насколько имел возможность, хоть и кривовато. Даня его восторга не разделял, так как чувствовал себя довольно уязвимым и не выспавшимся. Особенно его настораживала возникшая проблема в виде утреннего стояка, по которому Руслан, специально или нет, умудрялся ёрзать, заставляя кровь работать активнее. — Может трахнемся? — с противной, по мнению Дани, улыбочкой спросил он. Видимо возбуждение не осталось незамеченным. — Издеваешься? — Нет, чур я сверху. — Нет, точно издеваешься, — устало выдохнул Кашин. Вроде бы они это уже обсуждали. Он должен психически подготовится ко всем унижениям, которые ему снова предстоит пройти (хотя некоторые моменты ему о-о-очень понравились, но Руслану об этом знать не обязательно). — Да ты даже не дослушал! — возразил Руслан. Он наклонился ближе так, что его губы оказались у самого уха Данилы, и шёпотом произнёс: — я могу просто оседлать тебя. Даня застыл после прозвучавших слов, перестав даже моргать на некоторое время. Потом всё же поразмыслив, взвесив все «за» и «против», прочистил горло. Руслан терпеливо ждал его ответа. — Ты уверен, что понимаешь, о чём говоришь? — Более чем. Взгляд Руслана был таким осмысленным и хитрым, что Даня, не успев вовремя прикусить язык, всё-таки спросил: — У вас с Юликом всё-таки что-то было, и фанатки вовсе не ебанулись, когда писали про вас фанфики? — Канон ли Руслик, ты имеешь ввиду? — Блять, ответь нормально. — Кто знает, — Тушенцов отвёл взгляд в сторону. Даня понимал, что он не имеет право ревновать, так как это было давно и неправда. Но сам факт того, что Даня уже тогда разрывался от безответных, как он думал, чувств, пока в это же время любимый Руся где-то трахался с каким-то усато-бородатым мужиком с женским именем… — Блять, да не трахался я с ним, — уже серьезно ответил Руслан, — я что, думаешь, настолько ебанутый, чтоб встречаться с парнем, когда и у него и у меня есть девушки. Были, — и добавил, что добить Даню окончательно, — я абсолютно девственен в этом плане. — Сука, ты бля своего деда… это… так не пугай больше. — Деда? Ты меня на год младше. — А по уму так не скажешь. — Охуел? Тушенцов не дал возможности всё же ответить на этот вопрос, резко уткнувшись своими губами в чужие, затягивая парня в поцелуй, который был так же резко прерван, как и начат. — И всё-таки, — пройдясь языком по своей нижней губе, Руслан решил озвучить свое предложение ещё раз, — ты согласен? — Бля, ты охуел? Зубы не чищены, а ты сосаться лезешь! Совсем стыд и совесть потерял? — Я не брезгливый. — Ты – нет. — А ты что ли – да? — А я может и да, — Кашин снова нетерпеливо запыхтел и свёл светлые брови к переносице, состроив своё «ебало недовольства», вызвав тем самым умиление у Руслана. И этот рыжий чёрт дед то? Ребёнок самый настоящий! — Тогда я пойду почищу зубы, а потом вернусь и наконец «обкатаю» тебя. — Фу, звучит мерзко. Руслан хихикнул, чмокнул в веснушчатый нос и убежал наконец в ванную комнату. Пробыл он там минут 30-35 максимум, но когда вернулся, его «дед» уже вовсю храпел, будто и не было этих пятнадцати минут бодрствования. Что ж. Придется сегодня «обкатывать» себя самого прямо в душевой кабине, и ждать следующей возможности наконец подтолкнуть Кашина к их второму «первому разу».