Алая заводь

Осознание постепенно стало приходить ко всем присутствующим. Анастасийка осела на землю, захлёбываясь слезами. Игорь вытаращил глаза и заскрипел зубами. Валерка с жалостью посмотрел на спасительницу его подруги и ощутил связь: они оба пожертвовали всем ради Анастасийки, но участь Киры казалась ему куда более жестокой. Он, Валерка, хотя бы сохранял способность самостоятельно принимать решения, а девушка в скором времени лишится и этого. Рана от укуса горела адским пламенем, разум терял стойкость, а душа в страхе металась от пяток до висков, вызывая головную боль и головокружение. Вот, каково ему было тогда, решила Кира. До невозможного страшно и одиноко. Девушка, держась за стену здания, встала на некрепкие ноги и охватила взглядом остальных. Жалость и страх вокруг лишь подогревали её собственные опасения. — Возьмите себя в руки сейчас же! — властно отчеканила Кира. — У нас есть ещё несколько часов до неизбежного, — она потёрла рукой припухшую рану и продолжила уже менее уверенным голосом, — либо мы проводим это время с пользой, либо все дружно ревём. Не знаю, как хотите вы, но меня больше привлекает первый вариант. Ребята, казалось, поникли ещё сильнее, не найдя, что ответить. Киру пробрало чувство, что они уже её похоронили, отпели и забыли. Страх смешался со злостью и отчаянием. Девушка бросила ожесточённый взгляд на трясущихся детей, и осознала, что они именно, что дети. Их жизнь не была омрачена болезненными знаниями и лишениями до недавнего времени. Пока ещё живое сердце сжалось в комок от понимания, как же быстро она их возненавидела, на такое скорое изменение Кира не рассчитывала, нескольких часов могло и не быть. Она ещё раз осмотрела каждого, и остановилась на Игоре. — Игорь, можно тебя? — девушка указала в сторону от здания. Игорь поспешно встал и проследовал за девушкой на лужайку перед Дружинным домом. Они стояли в вечерней гнетущей тишине. Игорь не видел лица девушки, но блеск луны помогал разглядеть капли слёз на её щеках. Кира наклонилась к лодыжкам и извлекла тщательно спрятанный в сапоге кинжал. Игорь отпрянул, но девушка удержала его кисть. — Через час, максимум через два тебе придётся меня убить, — строго произнесла Кира. Перед глазами Игоря всё поплыло, руки задрожали, а дыхание болью отзывалось во всём теле. — Позже я могу этого уже и не захотеть. Не знаю, чем я стану в результате смешения ведьмовского и вампирского начал, но точно не ангелом. Я прошу тебя, умоляю. Ровно в сердце, — девушка вложила кинжал в руки Игоря и направила в левую нижнюю часть грудной клетки. — Не промахнись, другого шанса не будет, я уверена, — Кира взяла свободную руку Игоря и положила на бьющееся сердце, чтобы он точно запомнил место. Игорь с ужасом осознал, что это самое сердце скоро остановится, а он сделает так, чтобы оно больше не забилось. — Никто из нас этого делать не станет, — констатировал Валерка, появившийся из ниоткуда. — Кто-то пострадает, — парировала Кира. Игорь пришёл в себя и вступил в беседу. — Ты сможешь себя контролировать, я знаю. Кира ухмыльнулась и скептически посмотрела на Валерку. — Без свободы воли это невозможно. — Мы запрём тебя в пищеблоке, пока будем разбираться со стратилатом, который тебя укусил. Там ты никому не навредишь, — уверенно предложил Валерка. Кира закатила глаза к небесам, где луна уже ярко горела, и согласно опустила голову. — Пока ты ещё человек, начнём обыскивать дом Серпа Иваныча, — заключил Валерка и отправился за остальными. Игорь проводил его взглядом, а, когда вновь обратился к Кире, девушки уже не было. Кира летела сквозь заросли кустов, ударялась о мощные стволы вековых сосен и падала на землю, цепляясь ногами за коряги. Её цель расположилась на берегу реки и уходила высоко в небо белым сводом. Последней надеждой оставалась разрушенная церковь, где Кира хотела остаться вплоть до ужасного превращения и, если всё пройдёт гладко, остаться навсегда. Впереди показались каменные глыбы развалин. Церковь располагалась в нескольких метрах, только протяни руку, но Кира на скорости врезалась в невидимый барьер. Она предприняла ещё с десяток попыток пролезть внутрь с разных сторон здания, но ничего не вышло. Отчаяние накатило с новой силой и сбило с ног. Нужно было бежать дальше, как можно дальше от лагеря, чтобы не вернуться туда, когда её место займёт другая личность, но силы покинули тело. Голова горела, дрожь пробирала конечности, в горле стоял ком рвотной массы. Сознание оставляло девушку, и она потратила последние силы на одно единственное слово: «Простите». Игорь рвался на поиски в лес, но никто не поддержал его идею. Кира убежала осознанно, потому что считала это правильным. Никто не мог отказать ей в последнем акте свободной воли. Игоря разрывало чувство вины за то, что они впутали Киру в их собственные разборки, но ещё было и такое же чувство, как когда он впервые увидел изменившуюся Нику тем вечером в лагере. Тогда он ощущал бессилие, но сейчас сдаваться было нельзя, и Игорь принялся с новой силой осматривать подвал Иеронова. Соня, Вероника и Лёва изучали остальные комнаты, а Валерка с Анастасийкой взялись за разбор бумаг в кабинете. Подвал освещала тусклая лампа под потолком. Бледные лучи падали на банки с сувенирами стратилата: руки, сердца, сосудистые сетки. Игорь пристально рассматривал каждую банку с причудливыми экспонатами, но фокус внимания мгновенно сместился на скрип со стороны двери. Парень сделал неловкий шаг назад, оступился и оказался на полу около ножек стола. На его глазах происходило нечто ужасающее: Кира, нарушая законы физики, запрыгнула на стол, изогнулась в неестественной позе и наклонилась вплотную к Игорю. В глазах девушки виделся лишь животный голод и жестокость, волосы спутаны, в разные стороны торчали сосновые иголки, одежда изорвана, будто кто-то тащил Киру по лесу против её воли. Девушка схватила Игоря за шею мощной нечеловеческой хваткой и подтянула поближе. Парень не сопротивлялся, но рукой ловко извлёк кинжал, врученный ему накануне. Этот момент пугал Игоря, руки непослушно ходили ходуном. Шея оказалась на расстоянии укуса, и в глазах девушки мелькнул едва заметный огонёк сожаления и скорби. Игорь тотчас опустил приготовленное оружие и окончательно сдался на волю судьбы. Кира опустила парня на пол и немного отползла. В тот же момент в подвал ворвался Валерка. Серией нечеловеческих движений он обездвижил новоиспечённого пиявца и за шиворот потащил к пищеблоку. Кира вырывалась и визжала, перейдя на самый отчаянный вопль, когда металлическая дверь закрылась и на ней защёлкнулся замок. Потрясённые, выскочившие наружу ребята сочувственно вслушивались в яростные крики, но вскоре разошлись и вернулись к поискам. Игорь подошёл к закрытой двери и присел, опёршись на неё. Переполненные силой кулаки барабанили по спине. С каждым ударом надежда на оставшуюся в девушке человечность угасала: перед ним загнанный зверь, голодный и безжалостный. Не выдержав тяжести мыслей, Игорь встал и направился в сторону берега. Кира приняла безвыходность положения и, успокоившись, стала бродить по пищеблоку в попытках найти другой выход. Металлические решётки на окнах, тяжёлые и крепкие двери оборвали всякую надежду на возможность освободиться из плена. Из горла вырвался звериный рёв, от которого затрещали стёкла. Девушка схватила один из столов и с силой бросила в стену. — Я никогда не хотел, чтобы ты пошла по этому пути, — раздался голос со стороны кухни. Кира начала озираться по сторонам в поисках невидимого собеседника. Пиявица проползла в кухню, передвигаясь, как недобитый зверь. — Чем ты стала? — не унимался голос, доносившийся уже из столовой. За одним из столов сидел парень и с сочувствием смотрел на чудовище, бывшее раньше человеком. Кира обомлела, поднялась на две ноги и приняла более человекоподобный вид. — Марк? — хищный писк в голосе практически исчез. Парень солнечно улыбнулся и подошёл к Кире. — Не был уверен, что ты меня узнаешь. Знаю, что с тобой приключилось. Перед тем как ты утратишь остатки своей настоящей личности, я хотел сказать, что ты не виновата, ты сделала всё, что могла. Ты свободна и чиста и всегда была, — искренне, но с нескрываемой грустью произнёс Марк. — Прости меня, — процедила Кира. Парень взял её руку в свои и поднёс ладонь девушки к своей тёплой щеке. Ледяная рука мертвеца вдруг снова почувствовала биение жизни. — Мне и не за что. Если ты хочешь загладить несуществующую вину, живи ради меня, — нежно проговорил Марк так, будто пел колыбельную маленькому ребёнку. — Я уже провалилась, умерла и стала монстром, — разочаровано призналась Кира, пряча глаза, залитые кровью. — Ты не монстр и никогда им не была, но корила себя за чудовищность задолго до всего этого. Мне не за что тебя прощать, но прими и прости себя сама, — парень придвинулся ближе и поцеловал Киру в холодный лоб. Девушка прикрыла глаза. Руки перестали ощущать присутствие Марка, и она заплакала, не увидев рядом парня. Она села на пол, закрыла ладонями лицо, и слёзы потекли неудержимой рекой, будто где-то внутри разрушилась многовековая плотина, сдерживавшая самые тяжёлые эмоции, а теперь приходилось грести, чтобы они не накрыли с головой и не похоронили в пучине отчаяния. Игорь прошёл по берегу с десяток километров в одну сторону, когда осознал, что через пару часов уже рассветёт. Но понял он не только это. Игорь наконец ясно видел, что Кира не была ему безразлична, поэтому от него требовалось всё мужество и сосредоточение, чтобы вернуть близкого человека, если это в принципе представлялось возможным: природа и силы нового стратилата оставались неизвестны, влияние ведьмовских качеств Киры также с трудом можно было учесть, кроме того факта, что они явно повлияли на скорость обращения. В голове крутилась и недавняя холодность Ники. Вернувшись в лагерь, Игорь нашёл всех ребят: они легли всё в той же спальне. Валерка привычным образом соорудил домик от комаров, но теперь прятался, скорее, от посторонних глаз, разглядывавших его с подозрением и недоверием из-за связи с тьмой. Ключ от пищеблока лежал на тумбочке между кроватями Лёвы и Валерки. Игорь бесшумно взял его и направился к временной тюрьме. Поскольку солнце уже встало, опасаться было нечего: пиявцы кусали только после заката. Поворот ключа, и тяжёлый замок соскочил на землю. Внутри было темновато, но солнечные лучи безжалостно пробивались сквозь окна с решётками. Под одним из столов, в тёмном углу, виднелась тень. Игорь приблизился и сел так, чтобы их с Кирой отделяла перегородка между кухней и столовой, на которую опёрлась Кира. Они сидели спина к спине через тонкую стену. Девушка заговорила первой. — Привет, — послышался слабый голос. — Привет, — дрожащим голосом ответил Игорь. — Как ты? — Я должна кое-что рассказать. Я врала вам с самого начала. Игорь напрягся, предчувствуя неприятный разговор, но цель его оставалось загадкой. В поучительные истории от вампиров он не верил. — Я говорила, что, помогая вам, преследую свои цели, но это не так. Несколько лет назад мой, — девушка запнулась, — очень хороший человек пострадал от лап оборотня. Их укус превращает в такое же чудовище, как они сами. Марк, так его звали, был моим мужем. Он вызвался на одну вылазку вместе со мной. Его укусили, и он обратился. В своём горе я оказалась не одна. В канализации, где мы встретили злополучного монстра, жил старик, чью дочь так же укусили. Уже пару месяцев он искал способ вернуть её, изобрести лекарство. И у него получилось. К сожалению, реагентов хватило лишь на одну дозу, которую он собирался ввести своей дочери. Я не возражала, ведь потом он создал бы ещё. В назначенный час я отыскала его дочь-оборотня и привела прямо к нему, но вместо того, чтобы ввести ей препарат, он стал с ней разговаривать, пытаясь достучаться до человека внутри. Оборотень внимательно слушал, но, когда старик закончил, перекусил ему шею. Меня он трогать не собирался, за мной пришёл мой собственный кошмар, Марк. Я выхватила из мёртвых пальцев шприц с лекарством, и ввела Марку за мгновение до укуса. Сначала всё шло хорошо: он принял человеческий облик, но через мгновение забился в припадке и умер, — Кира перевела дыхания и задавила новый поток слёз. — Он умер тогда из-за моей оплошности. Я долго винила себя, пока сегодня в пылу делирия Марк не явился мне и не попросил простить саму себя, — девушка остановилась. — И я простила, — голос Киры поднялся на октаву. — Я решила вам помочь, потому что не смогла спасти Марка и ту девочку, что загрызла отца. Кира закончила рассказ. Игорь сидел в недоумении. Почему она сейчас вспомнила об этом? К чему эта история? Что-то не сходилось. Он аккуратно перегнулся за стену. Кира смотрела в одну точку невидящими глазами, по щекам катились слёзы. Игорь придвинулся к девушке, чтобы внимательнее её рассмотреть, и ненароком коснулся её ладони на полу. Он пару минут смотрел ей в лицо, пока удивительная мысль не захватила его разум. Рука! Рука была тёплой. Игорь взял запястье Киры и стал прощупывать пульс. Сердце у пиявцев билось только тогда, когда они сами этого хотели. Сердце Киры бешено колотилось, грудь беспрерывно поднималась, рот ловил воздух, а щёки пылали алым в утреннем свете. Перед ним сидел не пиявец, а человек, осенило Игоря. Но как такое возможно?! Он лёгким движением повернул голову девушки к себе, и заглянул в печальные, но человеческие глаза. — Как такое возможно? — недоумённо спросил Игорь. — Я перестала задавать этот вопрос много лет назад, — девушка загадочно улыбнулась и снова отвернулась.