Алая заводь

— Я так понимаю, у вас есть ряд вопросов, которые не терпится задать, но ответы едва ли вас устроят, — сказала Кира, располагаясь на стуле и жестом приглашая гостей к ней присоединиться. Игорь и Валерка медленно вошли на кухню, задержавшись в проходе. Девушка лёгким движением заставила две чашки с чаем появиться на столе, ожидая следующего шага от гостей. — Это всё реально? — спросил Валерка, внимательно рассматривая окружение. Уже знакомая кухня начала играть новыми красками в воображении, всё-таки нечасто он спрашивал у Киры о её магических возможностях да и редко их наблюдал в таком ближайшем исполнении. — Почему нет? — непонимающе переспросила Кира. — Чай как чай, чашки как чашки. Ребята сели на отведённые стулья, но ни на секунду не отрывали взгляд от хозяйки этого места. — Лёва считал, что ты пиявица, а сделавший это стратилат умело скрыл следы даже от Валерки. Полагаю, это не так? Я бы точно понял, будь это правдой, — хмуро проговорил Игорь. — Да, у тебя самый большой опыт общения со сверхъестественными существами, — Кира кивнула в сторону Валерки. — Я не пиявица и, мало того, никогда не была. Игорь непонимающе свёл брови, лицо Валерки не выражало ни единой эмоции, он внимательно слушал и делал собственные выводы. — Знаю, Сима приезжала недавно в город. Соня ведь тебе всё рассказала, не так ли? — спокойно произнесла девушка, отпивая из чашки. — Думаю, её история нуждается в дополнении. На самом деле большая часть событий вам известна. Я родилась и долгое время прожила в деревне ведьм. Ограниченная в общении со сверстниками я нарушила множество правил и завела тёплые отношения с двумя людьми, Мирой и Марком. Похожесть наших с Мирой имён была следствием рождения в один месяц. Мы с ней оказались весьма способными колдуньями и во многом помогли Шабашу осуществить их грязные дела да и сами нередко марали руки. Пока мы приносили пользу, никто не собирался нас наказывать за небольшие прегрешения. У ведьм принято на совершеннолетие устраивать что-то вроде дебатов. Молодёжь так доказывает свою значимость и полезность. Судьба проигравшего не радует своей беспечностью. Наименее убедительного забивают камнями до смерти, причём выигравший оппонент начинает эту чудовищную эстафету, где каждый житель деревни должен причинить как можно большую боль проигравшему. И всё бы ничего, если бы нас не поставили в пару с Мирой. Конечно, никто из нас не горел желанием казнить знакомого, близкого человека. В этом и смысл того, зачем детей разделяют до определённого возраста. Моргане казалось, что так будет гуманнее. Два ценных кадра под угрозой. Никто бы так не рискнул, если бы я не оступилась больше дозволенного. Мы с Марком долгие годы любили друг друга и, когда оба достигли совершеннолетия, тайно обвенчались. Он не был способным, хоть сколько-нибудь ценным Шабашу, поэтому эту промашку мне не простили. Нас с Мирой свели на этом чудовищном ристалище, где ещё не высохла свежая кровь от прошлой пары. Мы заранее договорились, что ни одна из нас не даст другой ни единой поблажки, но обе понимали, что в нескольких метрах стоит человек, который всеми силами готов меня защитить, если выбор жертвы падёт на меня. Кто знает, что бы Марк сделал в подобном случае? Каждой выдали по тезису, с которым она была не согласна, требовалось убедить не только себя, но и Шабаш, что мы разделяем ненавистную нам позицию. Мне досталось отстаивать мысль о том, что цель оправдывает средства. Мира же убеждала всех в том, что личные привязанности ничего не стоят перед лицом великой цели. Мы боролись отчаянно, но в финале своей речи Мира не выдержала потока лжи, который выходил у неё изо рта всё это время. Она назвала Шабаш сборищем застарелых маразматичек, которые разрушают чужие жизни, потому что уже отжили свои. Я до сих пор помню, как она улыбнулась мне после этих слов. Она мечтала сказать им это в лицо столько лет, но повод никогда не подворачивался. А теперь она спасала подругу и совершала долгожданный поступок одновременно. Вот тебе и цель, и привязанности. Она перечеркнула все доказательства данного ей тезиса за пару фраз. Её привязали к столбу, а мне в руку вложили тяжёлый камень. Вся деревня обратила взор только на меня одну, такую беззащитную, такую одинокую перед лицом толпы. Мира попросила сделать это быстрее и пожелала мне быть счастливой, найдя глазами в толпе единственного человека, которого трясло так же, как и меня. Об этом не принято говорить, но похожие имена значат не только рождение в один месяц, но и кровное родство в прошлом. Она была мне сестрой, пока нас не расстреляли на ступенях родного дома. А через много лет толпа забила её камнями только за то, что я оказалась лучше в убеждении. И да, про дом. Игорь, ты был прав, когда сейчас подумал о том самом доме, где вы с Валеркой в последнее полнолуние нашли убежище. Он самый. Там мы жили много лет назад, там мы и умерли. И вот колесо вернуло нас через многие десятки лет, чтобы привести к не менее жуткому финалу. Про многое из того, что случилось позднее, я так сказать не могу, но к выбору вами именно того дома я отношения не имею. Есть всё-таки в мире что-то загадочное и непостижимое. Как-то стремительно я подвожу вас к драматической развязке, так и недорассказав предысторию. Ещё в детстве мы с Мирой нашли способ использовать кровь стратилатов для временных прыжков. Мы были молоды и не опытны, поэтому результат оказался недолгим. После пары прыжков в прошлое на несколько минут мы очутились в детском лагере. Красные знамёна и галстуки, огромное футбольное поле и причудливые витражи на окнах. Да, это был Буревестник в то время, когда шла олимпийская смена. В самом разгаре находилось сражение с таинственным врагов в лице стратилата, чью личность вы пока не знали. На этот раз нам удалось задержаться в прошлом на часы, мы следили за вами. Помнится, каждая из нас поражалась, какая вы вдвоём потрясающая команда. У нас никогда не было ничего настоящего, а потом мы увидели вас, счастливые, дружные, не одинокие… Свободные в своих решениях. Наше заклинание по-прежнему работало недолго, а вскоре и вовсе перестало выполнять свою главную функцию. Со временем мы оставили попытки что-то исправить и занялись более насущными делами. Но после казни Миры я нашла в её доме небольшой подарок, предназначавшийся мне, — листок со знакомым, но немного изменённым рецептом. Снизу была подпись от неё: «Они всё ещё где-то там». Она знала наверняка, чем грезила я, ведь это было и её мечтой. Где-то там, вдалеке от нас, могли быть люди, настоящая семья, готовая принять нас. Тогда мне это было уже не нужно. Мы с Марком сбежали из деревни и зажили нормальной, спокойной, простой жизнью, пока он не умер. Я сказала Игорю чистую правду о муже. Он мучился, это была какая-то другая форма оборотня, не как у Жени, который помог Игорю выбраться из участка. Когда он умер, у меня не осталось никого. В деревню меня бы не пустили. Величайший позор для ведьмы — бросить свою семью. Вот тогда-то я выудила из вещей старую записку с рецептом. Пришлось найти нескольких стратилатов. Я точно знала, где искать, в Заре я была вчера не впервые. Три древних стратилата отлично подошли для моих целей. Я хотела вам чем-нибудь помочь, спасти кому-то жизнь, оказать услугу, чтобы стать частью вашей истории, но люди не верят в безвозмездную помощь. Вы и сами мне не поверили, даже когда я сказала, что преследую свои цели. Скажи я правду, вы бы выгнали меня взашей. Но появись на вашем пути угроза, я могла бы вам помочь. Увы, ничто по-настоящему вам не угрожало. Триумвират недаром говорил, что справиться с иллюзией может только очень способная ведьма, что подтвердила Сима, придя к Соне. Все появления стратилата были иллюзией, тщательно выверенной, реалистичной, практически настоящей, но иллюзией. — Ты чуть не убила Анастасийку! — прорычал Валерка. — Я её спасла. Она бы не умерла, всё шло по плану. И Игорь наткнулся на заметки о Лешем неслучайно. Каждый шаг сближал нас. Я хотела всё рассказать. Много раз. Ведь вы действительно стали мне близки. Но я не могла. Вы бы меня возненавидели. А тогда в «Буревестнике» иллюзия приобрела ещё более реалистичные черты. Вы поверили бы в мою непричастность, посочувствовали бы по-настоящему только в случае, если бы я пострадала. Психология, не более того. Пришлось придумать историю с цветом крови, бред чистой воды, но в рамках ситуации звучало весьма убедительно. Единственное, что мне было нужно от вас, это принятие, любовь, семья. Я не собиралась вредить, угрожать, ранить вас. Я старалась стать частью чего-то большего, но не знала, как подступиться, а потом ложь лишь нарастала. Теперь она больше меня самой. — Какое чёртово право ты имела вмешиваться в наши жизни? — вскричал Игорь. Кира нервно улыбнулась. — Именно так он мне и сказал, когда пришёл. Валенка испуганно стал переводить взгляд с Игоря на девушку. — Он догадался обо всём раньше. В книгах, что я оставила не было ни слова об особенной крови ведьм-пиявиц, зато упоминался один случай, когда колдунью укусил стратилат. Тогда она умерла в страшных мучениях, но не обратилась. Он всё понял и пришёл ко мне пару часов назад. И ведь обнаружил эту запись случайно, собирал вещи для переезда к Веронике и решил почитать. Превратности судьбы. Игорь мгновенно растаял в воздухе. — Всё это время он был очередной иллюзией? — в ужасе спросил Валерка, вскочил со стула и навис над Кирой. — Да, специально для тебя. Я думала, что лучше объяснить всё с самого начала прежде, чем ты разорвёшь меня на куски, — пояснила девушка. — Те слова, что он сказал мне, когда мы были у него, ложь? Это всё ты? — Нет, он действительно так считал и сказал бы именно это, окажись в такой же ситуации, — уверила она Валерку. — Где он? — звериным голосом произнёс мальчик. — Ты сам знаешь, что случилось, когда он пришёл сюда, обвиняя меня во лжи. И прошедшее время в моих словах тебя лишь убедило в правоте твоих мыслей. Так зачем спрашивать меня? Я не скажу того, что ты хочешь услышать. И сейчас ты не знаешь точно, что я сделала. И ты вдобавок стал мне другом. Ты и сам недавно оступился, но лучший друг смог тебя простить. Возможно, он жив. Или ты сможешь ему помочь. А можешь отомстить мне здесь и сейчас. Уничтожить кого-то, кто тебе дорог. Я искренне тебя люблю и желаю только добра, как и всем, кто тебе близок. Я скажу тебе, что с Игорем, но решение надо принять сейчас. Я не причинила никому из вас зла, не сломала Вам жизни. Мой единственный грех в том, что я страстно чего-то желала. Прости меня за то, что пришлось врать, но другого пути не было. Прощение или месть — две чаши весов. Так что ты выберешь?