Колесо фортуны.

На город опускается густой туман, он словно молочная пенка, обволакивает верхние этажи домов и притупляет свет уличных фонарей. Джин никогда не любил молочную пенку, будучи маленьким ребёнком снимал её чайной ложечкой под хохот членов семьи, но с возрастом люди перестают уделять столько внимания своим вкусовым предпочтениям, они отходят на второй, если не на третий план, а еда становится лишь источником калорий, необходимых для жизни. Если подумать, с возрастом всё вообще становится по другому, люди перестают обращать внимание на мелочи, удивляться, меньше радуются, а то, что раньше казалось огромной проблемой или забавным приключением, становится лишь сущим ежедневным пустяком. Заботы меняются. Раньше для Джина главной проблемой была двойка по математике, потерянная шапка, мама будет ругаться, или то, что на завтрак снова овсянка, сейчас это приятные воспоминания из детства, а овсянку на завтрак он ест уже по своему желанию. Волнует одиночество, когда поздно вечером возвращается в пустую квартиру, даже кот не встречает хозяина, не ластится, не ведёт своим пушистым хвостом вдоль длинных юношеских ног. Волнует то, что снова нет времени на полноценный приём пищи, пара горячих бутербродов и сладкий чай являются самой сытной пищей за последние недели. Волнует, что даже дома не может отвлечься от работы, что мысли съедают изнутри, выедая сначала мозг, а после беспощадно раздирая сердце на сотни тысяч лоскутков. Волнует, что ни одно дело уже месяц не двигается, а начальник отдела, индюк напыщенный, только носом воротит. – Извини, что так поздно. Не спишь ещё? – Знает, что спит, но всё равно звонит. Звонит каждый раз, когда часами на простынях ворочается, глаз сомкнуть не может, думает и думает. А думать Сокджину вредно, это знают все. Он парень толковый, поэтому когда думает, уходит в себя окончательно, становясь ещё нервознее, чем обычно, ведь надумать может того, что обычному человеку в голову не придёт никогда, то-ли работа на нём так сказывается, то-ли правда с ума сходит. – Зачем спрашиваешь, если всё равно знаешь ответ..? Я тебя жду, приходи. – Голос в трубке совсем сонный, но такой мелодичный, приятно отзывающийся в сердце и знакомый уже столько лет, что Сокджин бы будил этого бедолагу хоть каждую ночь, чтобы услышать заветное разрешение, пускай с недовольством и хрипотцой в голосе, но разрешение. И он идёт, ночью, дворами, подворотням, пошёл бы и через весь город, если бы оно того требовалось. Сейчас совсем не страшно, давно не страшно, Сокджину давно не 12, чтобы бежать домой до темноты, лишь бы не попасть под горячую руку хулиганов. Отдельные пьяницы не страшны, они едва на ногах стоят, опасность представляя только для самих себя, малолетние беспризорники прячутся где-то за городом, чтобы патрулирующие не надавали по шее и не забрали в участок за нарушение комендантского часа. А тем, кто всё же решится подойти, достаточно показать погоны или удостоверение, как все вопросы и вымогательство мелочи прекратятся. Ночью спокойнее. Нет привычной суеты, спешки на автобус, скопления людей, чувствуешь, словно весь город в твоей власти. Поздней весной даже в ночи можно услышать щебет птичек, если глаза прикрыть, то совсем не кажется, что время за полночь перевалило. Тебе снова 17, последний месяц учёбы, вы с друзьями сбегаете с последнего урока, жаркое майское солнце своими лучами освещает проезжую часть, младшеклассники побросали свои портфели и убежали на детскую площадку, кто-то качается на качелях, кто-то не горке, девчонки чертят на асфальте классики разноцветными мелками, и всё так хорошо, так правильно. Впереди вся жизнь, скоро закончишь школу, получишь аттестат и станешь милиционером, как всегда мечтал. Удивительно, но мечты и правда сбываются, правда не совсем так, как мы этого хотим. Видимо Джин неправильно просил у вселенной, ведь вместо героя детективного сериала, который каждый день расследует ужасные преступления и ловит негодяев, он стал сотрудником милиции, что каждый день засиживается на работе допоздна, а из негодяев удаётся поймать только мелких дебоширов, ограбивших ларёк, пока ужасные преступления замалчивают от общественности и убирают подальше в картотеку, списывая на несчастный случай или деятельность преступной группировки. Потертая железная дверь вновь распахивается посреди ночи, соседи давно подозревают двух мужчин в чём-то неправомерном, но лейтенанту просто не спится, а лучший друг не может отказать. Эту кудрявую голову Сокджин видит почти каждый день уже на протяжении десяти лет. Ким Тэхён спас его одиночество, как только они оказались в одном классе, новенький был немного хмурый, бойкий, а голос у него сломался раньше всех, ещё в средней школе стал грубоватым, вскоре к нему добавилась и хрипотца, вызванная частым курением. Тэхён умел привлечь внимание, заставить слушать себя и имел какой-то авторитет, пускай большую часть времени ему было это совсем не нужно, он старался держаться обособленно, заводил знакомства и говорил только с теми, кто мог быть полезен, кто имел вес. И совсем непонятно, как и почему он обратил внимание на Джина, тихого мальчишку, который всегда сам у себя на уме, хорошо учился и был гадким утёнком в сравнении с одноклассниками. Тэхён до сих пор понять этого не может, лучшие друзья сваливаются, как снег на голову, наверное, Сокджина ему послала сама вселенная. За долгие годы дружбы он сильно вытянулся, стал шире в плечах, вылечил акне и перестал сутулиться, даже немного возмужал, пускай лицо всё равно оставалось скорее милым и невинным, чем угрожающим, каким зачастую обладают работники правоохранительных органов. В квартире старого знакомого Джин чувствует себя как дома, тут всё давно привычно и знакомо, с годами интерьер не претерпел изменений, разве что новый торшер, да пара симпатичных тарелочек появились. В отличие от него самого, Тэхен далеко не педант, вещи часто разбросаны по квартире, в раковине грязная посуда, а пыль с полок убирают крайне редко, юноша называет это творческим беспорядком, мол, ему не нравится жить, как в операционной палате, когда всё стерильно и разложено по алфавиту, в квартире должен быть небольшой слой пыли для поддержания иммунитета. Молодой следователь кривится каждый раз, но всё равно приходит, всё равно находит какое-то блаженное успокоение в этом месте. Ким уже не спрашивает причину столь позднего прихода, он давно её выучил, его не нужно уговаривать, не нужно оправдываться, пускай с виду он и кажется совсем чёрствым, другу никогда не откажет, совесть не позволит оставить его мучиться и помирать от мыслей в собственной квартире. – Сегодня тоже на работу? Ты отдыхать когда будешь..ну или просто спать хотя бы? Забей ты на этого Чона, и на дела эти, занимайся тем, что можешь решить, а остальное само склеится, время такое сейчас, сам понимаешь. Легко говорить человеку, что никогда не работал в органах, у которого нет обострённого чувства справедливости и желания помочь всем. Как можно спокойно спать, когда ещё сегодня утром тебе на стол кладут заявление на розыск пропавшей девочки, а её мать бьётся в истерике у кабинета, на коленях умоляя найти её ребёнка. А девочка совсем юная, 14 лет всего, учителя описывают её, как скромную и очень отзывчивую, с плохими компаниями не имела общего, ходила в музыкальную школу, играла на флейте, допоздна не засиживалась и всегда была дома не позже семи вечера. А теперь ищи, где хочешь. Да Джин и рад бы поискать, но дело развивать не дают, мать успокаивают байками о том, что у дочери просто переходный возраст, побегает и вернётся, наверняка где-то у подружек осталась, а может вообще мальчика себе нашла. Такое случается уже не в первый раз, Ким точно помнит, что за последние четыре месяца уже несколько раз слышал о пропаже маленьких девочек, некоторых из них через несколько недель случайные люди находили мёртвыми, чаще всего в лесополосе. Убийства совершены с особой жестокостью, имеется сексуальный мотив, все девочки были сначала изнасилованы, потом убиты, некоторые подверглись издевательствам ещё будучи живыми - кого-то душили, кого-то резали на живую. Остальным повезло больше, если так можно сказать, упырь издевался над ними уже после смерти. Итог один - в городе орудует сексуальный маньяк, который с каждым днём чувствует свою вседозволенность всё больше и больше. – Не могу спать. Девочка ещё одна пропала.. я когда услышал это, у меня какое-то чувство дежавю было.. И я весь день думал об этом, места найти себе не мог, а потом понял, залез в картотеку и понял, что это уже пятая девочка за четыре месяца, которая пропала. Пятая, понимаешь? А знаешь, что было с остальными четырьмя? Нашли в лесополосе, убитые, изнасилованные, у кого вспорото всё от влагалища до рёбер, над кем-то он измывался, душил долго. И я уверен, это всё один человек, ну вот душа мне так подсказывает, понимаешь? Очень эти дела похожи. Не было, не было, а тут раз, девочки пропадают, ну вряд ли ОПГ разбушевались, эти бандиты в основном друг друга истребляют, нет, бывает, насилуют.. но не убивают, и не так зверски. Да и девочки маленькие совсем, 13, 14 лет.. выбрал по силе себе жертву, вот же упырь, а. – Сокджин старается держать себя в руках, он же сотрудник милиции, должен хранить самообладание, холодность ума и не давать волю эмоциям, но к концу своего монолога он повышает тон, хмурит густые чёрные брови и вскакивает с табурета, ударяя кулаком по столу. Видно, что волнуется, злиться, и на ситуацию, и на себя, что делу помочь никак не может, гложет совесть, что он, как и все, сидит сложа руки, а как только пробует вякнуть про эти дела, начальник отмахивается, затыкает, чтобы дальше отдела это не ушло, нет сейчас на это ни времени, ни денег, надо другими делами заниматься. Ким бы с удовольствием вмазал бы ему, чтобы мозги встали на место. Чон хороший человек, хороший начальник и даже следователь, но нет в нём сострадания, нет в нём идейности, он трус, который боится, что сверху узнает, сколько висит на его отделе нераскрытых преступлений, убийств, изнасилований, что с группировками в городе проблема, боится потерять своё место под солнцем. Сейчас мужчину волнуют группировки, мелкий бандитизм и криминальные авторитеты, силы на это пущены, а толку ноль, опг давно всё под себя подмяли, с каждым днём их авторитет лишь усиливает, а авторитет милиции в глазах народа угасает, им не верят, не доверяют, не просят о помощи. Тэхён не спорит, понимающе кивает и снимает с плиты кипящий чайник, спорить с Джином насчёт работы бесполезно, мало того, что педант, так ещё и трудоголик с обостренным чувством справедливости, такому только в милиции и работать, в каждый отдел страны бы по такому Сокджину, и сразу бы систему с колен подняли, но увы, на одном идейном товарище далеко не уедешь, особенно, когда он ещё совсем молоденький и не пользуется уважением. До утра разговор о работе они не заводят, Ким заваривает другу зеленый чай с мятой, кормит засохшим печеньем, которое сам бы не рискнул положить себе в рот, а вот товарищ уплетает за милую душу, иногда кажется, что он даже ржавые болты прожует и глазом не поведет. Они болтают до самого рассвета, юный милиционер не стесняясь опустошает холодильник, в котором и без того мышь повесилась. Счастливые часов не замечает, Джин только с ним может отвлечься от своих проблем и тараканов в голове, расслабиться и позволить мозгу превратиться в кашу, заливаясь смехом после очередного анекдота. А у Тэхена проблем словно нет, точнее, он не говорит о них никогда, если друг и рассказывает о чём-то, это значит, что дело дошло до точки кипения. По его лицу невозможно определить, какие эмоции он испытывает, почти всегда оно абсолютно спокойное, как море рано утром, иногда чуть хмурое, густые чёрные брови сведены к переносице, глаза посажены глубоко, тёмные, взгляд выглядит тяжёлым, а брови только добавляют ему жёсткости. Ким всегда был таким, любые невзгоды переносил с лёгкостью, за столько лет дружбы Джин лишь единожды видел его плачущим и всегда хотел быть похожим на друга, желая быть столь же невосприимчивым к бедам. – Могу в душ у тебя сходить? И одежду одолжить.. Завтра верну, честно. Не рассчитывал, что мы засидимся так. – Он часто так говорит, хотя прекрасно знает, что они будут сидеть до самого утра. Но одежду и правда всегда возвращает на следующий день, постиранную, высушенную и поглаженную, Тэхён каждый раз искренне удивляется, как товарищ успевает постирать и высушить одежду быстрее, чем за сутки, но вопросов не задаёт, ценит, что обещание выполняет. – Угу. Возьми в шкафу, что понравится. Полотенца на верхних полках поищи. И тапочки возьми, у меня коврика пока что нет. – Коврика нет уже который месяц, но Ким считает долгом напомнить об этом другу, как и том, где взять чистое полотенце, словно Джин не выучил положение каждой вещи в этой квартире. Удивительно, насколько Сокджин хорошо сложен и пропорционален. Парадоксально, но для сотрудников милиции это редкость, хотя те должны быть физически подготовлены и сильны, видимо только следователи сумели не заплыть жиром из-за постоянного стресса и мозговой деятельности. Он высокий, у него длинные стройные ноги, широкие плечи и крепкая спина, сильный торс и аккуратные руки. Джин одновременно выглядит крепким, но нежным и миловидным юношей. И Ким ещё давно стал ловить себя на мысли, что его товарищ вполне симпатичен, только почему-то с девушками у него не клеится. Они к нему проявляют внимание, зовут погулять и всячески намекают на романтику, а он всё мимо ушей пропускает, Тэхён сомневается, что правда не замечает и не понимает, может настолько занят работой, что времени нет на женщин, а может в чём-то другом дело. Как привык, Джин хватает из гардероба товарища белую футболку. Ему идут самые простые вещи, они, наверное, идут всем, но на нём сидят особенно хорошо и правильно, свободные тёмные джинсы ему тоже к лицу, немного длинноваты, почти до пола достают, но друг убеждает, что так модно. У следователей ношение формы не является обязательным, но Ким всё равно предпочитает что-то более строгое и формальное, так проще концентрироваться, а ещё с утра не нужно долго думать, что надеть. Тэхён же заядлый модник, какое-то время даже вещами барыжил, дефицит дефицитом, а одеваться стильно хочется всем, предпринимательская жилка всегда у него была. Он часто советовал Джину одежду, помогал собирать образы и подсказывал, что и где купил, иногда отдавал свою одежду, которая не подошла по размеру или фасону, не сказать, что ему всё это было нужно, просто радовало, что есть шанс лишний раз провести время с Тэхёном, а так же то, как у него глаза блестят, когда об очередной шмотке рассказывает. – Спасибо. Я побегу, у меня сегодня должен быть покороче рабочий день, если успею, вечером забегу. – Ким смешно натягивает ботинки и накидывает поверх кожаную куртку, уже немного потертую, но всё ещё стильную и презентабельную. Тэхён поднимает руку в знак прощания и тяжело выдыхает, снова испортил режим, а ведь обещал, что в следующий раз точно скажет "нет" и будет сладко спать. Но он не скажет, ни завтра, ни через неделю, попробовал однажды отказать, спал хуже самого следователя, а с утра прибежал с извинениями и слезами на глазах.

***

– Доброе утро, рабочий класс. Есть новости какие-то? Джин на работу всегда приходит в хорошем настроении, ведь если постоянно сидеть в грустной миной, то так и с ума сойти можно. Работа нервная и не самая весёлая, нужно поддерживать своё ментальное состояние, чем лейтенант и занимается, а заодно и коллегам помогает. Но по лицам других сотрудников становится ясно, что сейчас совсем не до шуток, они очень сосредоточены, разбирают документы, смотрят что-то по базам данных, обсуждают. Джину не нравится такая суматоха в офисе, она не сулит ничего хорошего, а эти сосредоточенные, немного поникшие лица он стал видеть слишком часто. – Есть.. нашли девочку пропавшую, вас не было, на место преступления отправили младшего лейтенанта. Криминалистам передали тело и всё, что было найдено. Джин не ждёт пояснений, срывается с места и вылетает из кабинета, не дав сотруднику договорить. Всё это давит, так продолжаться больше не может, который труп за столь недолгое время, а дело не двигается с места, да и нечему там двигаться, если по-честному. Дверь чужого кабинета распахивается, Ким обычно не входит без стука, но сейчас слишком взъелся, чтобы думать о формальностях. Его ждали, лицо старшего по званию даёт это понять, он совсем не встревожен, совсем неторопливо отворачивается от окна, оглядывая взъерошенного лейтенанта и подзывая его рукой. Окурок небрежно кидает в хрустальную пепельницу, заполненную почти доверху и заваливается на кожаный стул на колёсиках. Он выглядит идеально, совсем не похоже на измученных сотрудников милиции. Немного загорелая кожа, ясный взгляд, отсутствие мешков под глазами, чёрные волосы аккуратно уложены и немного блестят под солнечными лучами, пробивающимися сквозь жалюзи. – Я знаю, зачем ты пришёл ко мне. И ты знаешь, каков будет мой ответ. Мы делаем всё, что в наших силах, но сейчас просто.. немного другие приоритеты, ты сам понимаешь, парнишка не глупый. – Сколько это будет продолжаться? Вы себя слышите, вы даёте отчёт своим действиям? Я не позволю больше ни себе, ни кому-либо другому сидеть сложа руки, сейчас же возбуждаем уголовное дело и бросаем все силы на это. – Сокджин пускает длинные пальцы в каштановые волосы, перебирая мягкие пряди, шагает по кабинету туда-сюда и едва-ли не кричит, не в силах больше терпеть ситуацию на рабочем месте. Сотрудники, проходящие мимо, с интересом заглядывает в комнату, чтобы узнать причину словесной перепалки, Чонгук и Сокджин никогда не ладили, не умели работать вместе и с трудом приходили к единому решению, но до криков и радикальных мер ещё не доходило. – Джин, я понимаю твоё негодование. Все сотрудники пока заняты, а один ты ра- Чон пытается снизить градус, кормит подчинённого завтраками, стараясь сменить гнев на милость, ибо кажется, что ещё немного и Сокджин придушит его прямо здесь, не задумавшись ни на секунду, он никогда не терял самообладания на работе, а сейчас его психоз выглядит слишком пугающе и удручающе. Но закончить мужчине не дают. – А он не один. Следователь по особо важным, Чон Хосок, очень приятно с вами познакомиться. Сверху говорить начали, что у вас какие-то проблемы, дела серьёзные висят, сотрудников не хватает. Вы подопечного не ущемляйте в полномочиях, с этого момента делом управляю я, это приказ сверху и обсуждению он не подлежит. Пройдёмте, товарищ лейтенант, нам есть, что обсудить. – Он, наверное, самый настоящий ангел, а может и сам господь, что пришёл покарать Чона за все его грехи, которые ему придётся замаливать перед Сокджином, ведь теперь у него нет власти и выбора, на какое дело бросать все силы. Да, смотреть на его перекошенное от удивления выражение лица было тем ещё удовольствием, Джин никогда не имел садистских наклонностей, но осознание и вид того, насколько начальнику неприятно, заставлял порхать бабочек в животе. Хосок и правда чем-то напоминает ангела, у него светлая аура, но чёрные как смоль глаза, такие же чёрные волосы и острые черты лица. Выраженные скуловые кости, что заставляли лицо выглядеть ещё худее, выглядел он строго, внушающе доверие и вызывая крайнее уважение даже у тех, кто видел и говорил с ним впервые, немного измученно, под глазами были синяки, которые попытались безуспешно скрыть, хотя улыбался следователь во все 32. Джин впервые за эти месяцы почувствовал чью-то поддержку, он теперь не один и дело наконец-то сдвинется с места. Они сидели вдвоём до темноты, оставшись в отделе в полном одиночестве, обоим не давала покоя ситуация, причём положение дел было крайне удручающе. Отпечатков пальцев, каких-то вещей, биологического материала убийцы не было, некоторые тела были настолько изуродованы, что даже при огромном желании получить биологический материал было бы невозможно. Значит он знал, как это работает, знал, как заметать улики и не оставлять следов, хитрый, а что самое страшное, отдающий отчёт своим действиям, он явно планировал и готовился, думал не один раз, убийца вменяем и очень изворотлив. Зацепок мало, остаётся только гадать и ждать последующих новостей. Чон выражает желание самостоятельно осмотреть трупы и ещё раз съездить на все места, где они были найдены, мало ли, кто и как их осматривал, с таким-то подходом. – Пугает, что это может быть наш бывший.. или нынешний коллега, видимо знает, как берут улики и ведётся следствие. Не волнуйтесь, урода обязательно поймаем, завтра поедем на место преступления, а сейчас нам обоим нужен отдых. Вы своим ходом? Разрешите, подвезу вас? – Крепкая мужская рука ложится на Сокджиново плечо, немного потрепав его. Хосок привык выстраивать доверительные, даже немного неформальные отношения с коллегами по работе, вот и сейчас хочет расслабить своего товарища по несчастью. Ким лишь отреченно кивает и закуривает прямо в помещении, день сегодня нервный, кислорода в крови слишком много, сигарету держит большим и указательным пальцем, курение уже почти не приносит удовольствия и успокоение, скорее вошло в привычку, наверное, во всём мире не найти не курящего милиционера. – Хорошие сигареты курите, товарищ лейтенант. – С усмешкой подмечает Чон, достав из кармана такую же пачку. До дома Сокджина они доезжают в тишине, без лишней болтовни, лейтенант думает лишь о том, как поскорее ляжет спать, а Хосок, видя чужие стеклянные глаза, не решается заводить светскую беседу. Впервые за несколько недель Тэхён не получил ночного звонка.