Колесо фортуны.

      Майское утром всегда ощущается по особенному. Лучи солнца, игриво бегающие по лицу и пробирающиеся даже через плотные шторы, заставляют поморщиться и отвернуться от окна, через силу досыпая последние минуты. Через форточку задувает прохладный ветерок, покачивая тюль и наполняя небольшую спальню свежим воздухом. Ким всегда спал с открытым окном, как только на улице начинало теплеть. Просыпаться под пение птиц и детский лепет приятнее, чем под дребезжание ненавистного будильника.       Тэхен потягивается, ногой толкает одеяло куда-то в сторону и спустя пару минут уговоров самого себя всё таки встаёт с кровати. На ватных ногах он добирается до кухни, включая уже потрепанную временем кофемашину, и подвисает на пару минут. Что-то не так. Ощущение, что чего-то не хватает. Дверь закрыл, мусор выкинул вечером, молоко купил - начинает перечислять парнишка в уме. Отвлекается, лишь когда кофемашина даёт знать, что напиток готов. Ким тянется к балкону, хватая по пути свой, пускай и не самый вкусный, капучино и пачку сигарет. Плитка ещё не успела прогреться под солнцем, отчего приходится вечно переступать с ноги на ногу и с большей жадностью вдыхать дым, пытаясь разогреться. Он почти наполовину высовывается в окно, светя голым торсом и рассматривая прохожих: Школьники, что помладше, торопятся к первому уроку, старшие же либо ещё видят сны, либо нашли себе с утра занятия интереснее химии или биологии. Бабушки уже собрались на скамейке, мужчины и женщины, заведя детей за ворота школы, торопятся на метро, стуча по асфальту каблуками офисных туфель.       Киму нравится наблюдать за суетой чужой жизнью, странно иногда осознавать, что у каждого, кто проходит мимо тебя, своя жизнь, история, переживания и радости, что кто-то, живущей через пару кварталов, наверняка точно так же стоит с сигаретой в зубах, высунувшись из оконной рамы, наблюдая за происходящим вокруг.       Он быстро расправляется и с напитком, и с сигаретой, бросая окурок в пепельницу. С утра в квартире слишком тихо, в это время Сокджин уже должен шуршать по полкам или завывать в душе. Ким заглядывает во все комнаты, но никого не находит, в ванной тоже пусто, а на телефоне ни одного пропущенного звонка, ни единого сообщения от Джина. – Ты не звонил вчера... всё хорошо? – На душе становится легче, когда после минутных гудков трубку всё таки поднимают. Тэхен уже успел надумать себе самые неприятные сценарии, бросающие в дрожь. Сокджин ведь всегда приходил. – Тэ, ты не поверишь! К нам прислали какого-то следователя из столицы! Очень серьезный и важный дядька, мы с ним будем заниматься этим делом, наконец-то что-то с мертвой точки сдвинется. Я этого так долго ждал, поверить не могу..меня наконец-то кто-то понимает, меня слушают. Я теперь не пустое место. Давай я вечером зайду, всё расскажу, а то мне бежать надо, будем повторно осматривать места преступлений. – Сокджин спешно застёгивает пуговицы на кремовой льняной рубашке и бросает спешный взгляд на зеркало. На улице греет майское солнышко, да и работа сегодня нелёгкая, лазать по лесам, кустам и проводить долгие часы не ногах лучше в комфортной одежде, а не в деловых брюках и сияющих ботиночках. Сегодня он очень взволнован и полон сил, хочется выставить себя в лучшем свете перед Чон Хосоком, он один из лучших в стране, хотя ещё достаточно молод, но в узких полицейских кругах очень уважаем. И Ким не собирается ударить в грязь лицом. – А.. сегодня. Сегодня, нет, у меня планы. Давай завтра? – Парнишка немного мнется и запинается, всё же не решаясь сказать лучшему другу какие у него планы. Он никогда не любил посвящать других в свои дела, а это дело особенно личное.       На другом конце провода раздается сдавленный смешок, Тэ, даже не видя чужого лица, понимает, как ехидно сейчас улыбается Джин, и уже готовится к какому-нибудь глупому подколу. – Тэхен-а, у тебя что, девчонка появилась? А ты своему любимому старшему сказать стесняешься? Ай, ай, ай. – Пускай Сокджин и старше всего на пару месяцев, не упустит шанса подколоть Тэхена, игриво называя того своим младшеньким. Тот, конечно, всегда недовольно вздыхает и отказывается разговаривать ещё несколько минут, вот и на этот раз рассерженно сбрасывает вызов, заставляя Джина заливисто рассмеяться. ***       Густые кроны деревьев укрывают от палящего солнца, создавая тень и прохладу, корни их переплетаются в единую паутину, то поднимаясь над землёй, то зарываясь в самую её глубь, создая холмистый ландшафт, который способен покорить далеко не каждый. Этот лесопарк был излюбленным местом жителей города, вглубь его мало кто заходил, однако опытные туристы любили ходить в кемпинги и не рыбалку. После первого найденного тела лесопарк заметно опустел, родители бояться отпускать детей даже в облагороженную парковую зону, а выходить за пределы асфальтированных дорожек строго запрещают. Всего за пару месяцев любимое место города оказалось залито кровью и слезами. – Сокджин, вы видите это? – Они ползают на четвереньках по этому лесу уже несколько часов, безуспешно пытаясь найти что-то новое не месте преступления, Хосок настаивает, чтобы каждый миллиметр был изучен, если понадобится, то даже под микроскопом, рявкает на тех, кто отлынивает и не слишком внимательно смотрит вокруг, заставляя тех самых ребят закатывать глаза и тихо перешептываться о том, что столичная шишка снова всех строит. Но спустя долгие часы что-то было найдено. Что-то...это определенно было бы что-то, если бы Ким хотя бы понимал куда ему смотреть. Обычная земля, под обычным кустом, разве тут есть что-то интересное?       Заметив растерянный взгляд лейтенанта, Чон аккуратно поднял с земли тонкий, едва заметный лоскуток ткани, складывая его в зип пакет. Наконец-то возможная зацепка, хоть что-то новое, даже если этот лоскут не поможет, они уже продвинулись, сделали небольшой шаг к разгадке. А Ким ещё раз убедился в том, насколько Чон невероятный, непохожий на здешних сотрудников, с невозмутимым лицом тот ещё раз взглянул на зип пакет и приказал отнести его в лабораторию экспертам, пусть доят его как хотят, но скажут хоть что-нибудь. – Смотрите внимательнее, коллега, у вас под ногами может оказаться наша разгадка.       Стыдно, как же стыдно. Пропустить такое очевидное, пропустить, даже когда тебя мордой тыкают в улику. Такого больше не должно повториться, Хосок наверняка в нем разочаровался, а ведь Ким только начал думать, что они хорошая команда. Они находятся в лесу до позднего вечера, ползают по кустам, лезут в овраг, всматриваются в каждую веточку, но больше ничего не находят. Видимо убийца ошибся всего раз. Завтра им предстоит обыскать ещё несколько мест преступлений, и Сокджин не знает, выстоит ли, ведь ноги предательски ноют, после целого дня в положении полусидя. Они с Чоном остаются только вдвоём, курят, молчат, прислушиваясь к шуму леса, вглядываясь в звездное небо сквозь кроны деревьев. Здесь красиво, спокойно, Джин часто гулял в этом лесу, когда был помладше, собирал с отцом грибы, строил шалаши с ребятами. Кто бы мог подумать, что спустя десятилетия этот лес станет его ночными кошмаром. – Вы неплохо справляетесь. Нас ждёт непростая неделя, жду от вас как минимум хороших результатов. Я подвезу? – Чон, как настоящий джентльмен, открывает дверь машины, приглашая юношу на пассажирское сидение. Машина у него люксовая, дорогая, в ней пахнет кожей, табаком и черным кофе. Этот запах, кажется, идеально подходит обладателю машины, что-то строгое и невозмутимое. Сам Хосок как сталь. Крепкий, стойкий, с такой лёгкостью переживает невзгоды, берёт инициативу, дисциплинированный лидер, всё, что нужно настоящему следователю. В его черных волосах уже появляются первые седые пряди, которые Чон так старательно скрывает в своей аккуратной укладке, такие же черные глаза всегда легко прищурены, смотрят в самую суть, вглубь вещей, людей, они словно знают всё, но молчат, заставляя тебя раскаяться под пристальным взором. На уголках глаз и между бровей начинают приглядываться морщинки, что обычно не свойственно людям с неподвижной мимикой, как у Чона, острые скулы дополняют лицо, как последняя детальнее пазла, завершающая картину. Сокджин ловит себя на мысли, что если бы он был девушкой, точно сходил бы с Хосоком на свидание, а может и несколько, понимает абсурдность и отвлекается он лишь услышав рёв мотора. – Знаете, Чон Хосок, я тут вспомнил, что с друзьями убитых никто не разговаривал, нам стоило бы, дети обычно всегда замечают больше взрослых, особенно в своих друзьях, наверняка они смогут рассказать что-нибудь важное. Я бы мог заняться этим. – Да..да, это очень важно, с детьми надо поговорить. Мы займёмся этим завтра утром, я тоже хочу поговорить с ними. Будьте готовы встать пораньше, я заеду за вами в половину девятого утра. Сокджин кивает, отворачивая голову к окну, он так вымотался за день, что готов уснуть даже стоя, лишь бы поскорее отдохнуть, хотя бы немного. ***       В комнате повисло напряжение, она заполнена табачным дымом и тишиной, заставляющей в ушах неприятно звенеть. Мужчина делает несколько шагов, отходя от большого окна, вид из которого прекрасен - тихий ночной город, уличные фонари, редкие загулявшиеся прохожие, темный густой лес вдали, едва виднеющиеся мерцающие звёзды, в этой квартире наверняка живёт эстет, ценитель прекрасного. Только вот Тэхену сейчас совсем не до красоты родного города, он ёжится под чужим взглядом, глядит вниз, рассматривая белый нос своих кроссовок и старается найти причину своего нахождения здесь. – Ты уже слышал, кто приехал? Что ему блять надо. – Мужчина рычит, поджигая очередную сигарету и ударяя ногой ножку стола, заставляя всё, что стоит на нем, качнуться и зазвенеть. Он запускает руку в зачесаные назад волосы и исподлобья смотрит на Кима, ожидая какого-нибудь ответа, хоть чего-нибудь внятного, заместо обычного покачивания головой и промямленного "я не знаю". Он сейчас не в лучшем положении, Чонгук со своими псами давно на него зуб точит, пускай пока он даже не приблизился к своей цели, играть в кошки мышки с этим ушлым полицейским всё равно неприятно, а теперь ещё и столичный следователь объявился, он то в отличие от местных выложится на полную, лишь бы не потерять место, за которое работяги здешних отделов готовы самым близким глотку перегрызть. – Просто так ты с этим ментом водишься? Пусть узнает с какого хуя Чон объявился. – Мужчина делает многозначительную паузу, выкидывая густые черные брови. – Они серийника ищут. Не тебя. – Ким старается выровнять голос, но всё ещё стыдливо прячет взгляд после каждого упрека от брата. Тот всегда был единственным авторитетом и значимой фигурой в жизни, и Тэхен готов в лепешку разбиться, лишь бы похвалу заслужить. Он теребит рукава новой курточки и шаркает кроссовками по полу, едва ли пытаясь посмотреть на старшего. – Сейчас на это все силы бросят. – Сначала они, потом я, ты же знаешь. Найдут, как приплести, ты же знаешь, они за погоны свои сами убивать готовы. Мне нужно, чтобы ноги этого столичного петуха на моей территории не было. Пускай блять расследуют че хотят, но пусть только попробует в мою сторону рыпаться. Я по другому разговаривать буду. И с дружком твоим тоже. – Старший лишь выдавливает злостную ухмылку, жестом давая понять Тэхену, что тот может идти, убедившись, что он запомнил и осознал всё сказанное. Тэхен неплохой мальчик, даже хороший, толковый, следует за разумом, а не эмоциями, Намджун бы сказал, что он стал бы ему отличным помощником, вот только излишнее сочувствие и дружба с тем, кого старший должен на хую прокручивать, очень Тэхена портит. Он так печется о своем дружке следаке. Хотя отрицать нельзя, Намджун понимает, что этот друг их главная сила, и их главная опасность. У обоих парней язык подвешен, Сокджин болтает лишнего по работе, Тэхен несколько раз почти выдал, что его старший брат такие незаконные финты проворачивает, что даже в Сеуле лишь руками на его выходки разводят. – Весь отдел говно жрать заставлю, пусть только попробуют.. – Уже куда-то в пустоту говорит мужчина, нервно постукивая ногой по полу.

***

8:06

– Мы понимаем, что ситуация очень тяжёлая для вас, для нас она тоже непростая..да, дети маленькие, но нам бы очень хотелось с ними поговорить. – Мужчина складывает ладони, как-то жалобно смотря в глаза директрисе, быстрым шагом следуя за ней по школьным коридорам. – Вы очень поможете следствию. Пожалуйста. – Хосок приподнимает уголки губ, и женщина, хоть и со вздохом, скорее обречённым, чем недовольным, кивает, соглашаясь допустить двух следователей к детям. – Только говорите с ними.. нежно, аккуратно, они тяжело переживает ситуацию в городе и..смерти своих друзей тем более. – Говорит женщина, стараясь скрыть дрожащий голос и слезящиеся глаза. – Ждите здесь, я приведу детей.       Она удаляется в длинном коридоре, стуча каблуками по паркету и звеня небольшой связкой ключей. Следователи молча переглядываются, Ким неловко поджимает губы, осматриваясь по сторонам, как давно он не был в стенах родной школы. Кто бы мог подумать, что его заставит вернуться сюда именно эта ситуация, был бы Тэ рядом..сколько бы всего они вспомнили. Сколько плафонов было разбито, сколько уроков прогулено, сколько слез пролито. Удивительно место, сколько ненависти и любви хранят эти белесые стены, Сокджин, хоть и ненавидел большую часть своей школьной жизни, с удовольствием бы ещё раз вернулся в выпускной класс, за одну парту к Тэхену. Снова сбегал бы с уроков, первый раз покурил бы за школой, первый раз напился, волновался из-за поступления в академию, сбежал от родителей. Многое произошло в выпускном классе. Из мыслей его вытаскивает старший следователь, легко дёргая за плечо и взглядом указывая на двух девочек. Обе они выглядят на класс шестой, не старше. – Вот..они знали Пак Суён и Ким Джихё, погибших девочек. Учились в одной параллели. Общайтесь. – Тихо шепчет Чону на ухо женщина и смешно удаляется, не желая мешать мужчинам. – Привет. Как дела у вас? – Хосок улыбается во все 32 и наклоняется к девочкам, чтобы быть с ними примерно одного роста. Те кажутся немного напуганными, не каждый день к ним приходят общаться полицейские, но увидев весёлый настрой Чона как-то расслабляются, начинают болтать с ним об учебе и каких-то детских мелочах, вроде новых заколок для волос или брелка на рюкзак. – Какие вы молодцы. Учитесь хорошо, это очень важно. Но мы с моим товарищем пришли сюда, чтобы кое о чем у вас спросить. Отвечайте нам только честно, это очень важно. Вы ведь общались с Пак Суён и Ким Джихё, так? Не замечали ли вы что-нибудь странное? Может у девочек был взрослый друг?       Услышав два имени, девочки становятся заметно грустнее. Видимо, они были довольны близкими подругами. – Девочки всегда гуляли в лесу, а нас с собой не брали. Говорили, что мы ещё маленькие, хотя мы тоже учимся в 6 классе! – Совсем расстроено говорила одна из девочек, едва сдерживая слезы. – Да! Они всегда ходили далеко в лес после школы, хотя родители нам запрещали. А ещё у Суён там был свой тайник с сокровищами, но она нам не показывала его. – Поддакивала вторая девочка, скрестив руки. – Тайник в лесу...Ким, вы слышали? – Хосок поднимает голову, многозначительно кивая младшему следователю. – Это всё, что вы помните? Расскажите ещё что-нибудь, всё, что помните про девочек.       Мужчины долго беседовали с девочками, записав все их показания в тетрадь. Ситуация яснее не становилась, но теперь у них есть хоть что-то, что можно было бы обсудить. Впереди ещё много работы, много мест, которые надо осмотреть, много детей и родителей, которых надо опросить. Хосок снова задерживается в отделе до поздней ночи, что-то читает, пишет, пишет, перебирает старые дела, словом, места найти себе не может. На Кима, конечно, немного обижается, когда тот уходит раньше него, но предъявить ничего не может, они оба итак перерабатывают, пашут на износ.       А Ким так устал, впервые за долгие годы он снова почувствовал каково это - быть следователем. А это тяжело, это тебе не бумажки в отделе перебирать, а ползать по лесу на четвереньках и трупы видеть чаще, чем мать родную. Хочется не подвести Хосока, себя, дело своей жизни, но голова идёт кругом, а дельного решения всё нет и нет. – Ты спишь? – А тебя это когда-нибудь останавливало? – Поднимая трубку, хрипло отвечает Тэхен. – Приходи.       Сегодня у Тэ особый повод увидеть друга. Теперь на плечах лежит ещё больший груз ответственности, нужно узнать больше, чем обычно, в подробностях, а потом всё доложить. Разве это правильно - доносить на друга? А подставлять родного брата правильно?       Всё это одинаково неправильно, но Ким в ловушке, связан по рукам и родственными связями, и дружбой. Джин с Намджуном уже не раз взаимодействовали, но всегда через связующего, Тэхен - единственное рукопожатие, связывающее этих двух. Намджун не любил делить территорию, ни с другими бандитами, ни с ментами. А с "этим" приходилось мириться, по крайней мере, пока молодой следователь не точил на него зуб, сам мужчина тоже не проявлял к нему интереса. – Ещё дольше мог идти? Я чуть второй раз не уснул, пока тебя дождался. – Тэхен снова бурчит, заваливаясь в еще теплую постель и накидывая на себя пуховое одеяло. – Подвинься. – Ким толкает друга в бок, ложась рядом на мятые простыни и вздыхая от усталости, развивающейся по телу. – Я у тебя посплю сегодня, ладно? – Куда в уличном?! Я только чистое постелил, слезай. Джин, ты слышишь? Алло, блять, я с кем разговариваю?       Но Джин не слышал, развалившись на кровати, прижав своим телом одеяло и половину чужой подушки, парень уснул за считанные секунды, ни толчки в бок, даже ногами и острыми тэхеновыми локтями, ни крики не могли заставить его повернуться, а уж тем более внятно ответить. Парень лишь сопел и мычал, от усталости пуская слюну на подушку, заставляя Тэхена грустно вздохнуть. Он прикладывает лоб к чужому виску, кусая щёки изнутри, сдерживая подступающие щёки и ком в горле, вынуждающий тяжело вбирать носом воздух и почти скулить. – Что мне теперь делать, хён...