Время Бессмертных 2: Тёмные Боги

Танатийские горы, середина VI века от Падения Колон… — Зефон… — Каин посмотрел на преклонившего перед ним колено пятого лейтенанта. — Я рад, что вы смогли взять Вэйлхольм. Но сжигать жителей в храмах? Чего ради? Мы могли сделать их рабами, использовать как источник крови. — Они отрицали вашу божественность, Мастер, — послышался ответ. — Они поклоняются Солнцу, столь ненавистному нам. Разве людям не следует усвоить, что в этом мире есть только один настоящий бог? Некоторым я позволил сбежать. Пусть расскажут другим, что их ждёт, если они вздумают отрицать вашу волю. — Ты уже неплохо знаешь людей, — заметил Каин. — Но всё-таки иногда допускаешь ошибки в суждениях, когда предсказываешь их действия. Слухи об этой расправе могут, конечно, заставить трусов сложить оружие. Но другие начнут сопротивляться только усерднее. — Тем лучше. Так будет проще отделить достойных обращения от скота. — Хм… В этом есть смысл. И сделанного уже не исправить. Но всё же будь осмотрительнее в следующий раз. Ты способен на большее, чем настолько грубые демонстрации. — Я учту это, Мастер. — Помнишь, о чём я говорил тебе? Познай своего врага. Познай, как он мыслит и действует. И тогда — ты сможешь выигрывать битвы даже не начиная. Ты достиг немалых высот в этом. Продолжай совершенствоваться. Святилище Кланов, 2503 год от Падения Колонн… «Познай, как он мыслит и действует», — так когда-то давно Каин сказал своему пятому сыну. Познай своего врага, научись предсказывать его действия, пойми, какой логикой он руководствуется — и ты сможешь выиграть. Какой логикой руководствовалась тварь из Бездны? Каин задавался этим вопросом уже несколько часов, но никак не мог найти ответ. Он знал, что ему нужно переговорить с Разиэлем, с Ворадором, но сперва — ему требовалось побыть наедине с собой и со своими мыслями. В целом, каково в данный момент было положение дел? Шестеро лейтенантов, сыновей Каина, что когда-то были полубогами, вернулись к жизни, но их уровень силы сейчас был как в пятнадцать лет. Телам, в которые Каин вселил их души, всё ещё нужно было нагнать их фактический возраст. Тем не менее, они смогли отбить у людей-солнцепоклонников и их союзников Авернус, смогли найти шестерых из восьми новорождённых Хранителей Колонн и почти доделали компас для поиска оставшихся двоих. Обнаружился Ворадор, который сообщил, что жив и кто-то из его потомков. Как к этому относиться, Каин пока не знал. Другие вампиры могли стать как союзниками, так и врагами. И вот в этом была проблема. Вернувшись в прошлое, чтобы по просьбе Ворадора попробовать спасти Уму, Каин обнаружил, что прислужники бога из Бездны забрали её. И если бы только это… Очевидно, они забрали и вернули к жизни Магнуса. И второе виделось Каину куда большей проблемой. Говоря объективно, спустя две тысячи сто лет Ума тоже могла стать опасным противником — Каину не доводилось сражаться с ней в молодости, он не знал ничего о её способностях, и в его памяти она навсегда осталась глупой слабой девчонкой. А вот старый друг — смертельной угрозой. Почему тварь позволила Каину узнать, что Магнус жив? Чего она добивалась этой демонстрацией? Хотела, чтобы Каин, опасаясь скорого наступления своей эволюционной спячки, не стал задерживаться в прошлом? Тварь из Бездны, называвшая себя богом, не могла убить Каина окончательно. Единственное оружие, которое могло бы оборвать его нынешнюю жизнь — Похититель Душ. И меч сейчас был у самого Каина. Но тварь могла найти способ ослабить его или уничтожить его тело. Неизвестно, сколько продлится их война. Существо утверждало, что оно тоже бессмертно, но Каин сомневался в этом. Он знал, что хильдены, древняя раса, когда-то населявшая Носгот, хотели убить тварь, и что именно поэтому когда-то началась война между ними и древней крылатой расой, прародителями нынешних вампиров. Видимо, хильдены знали способ… Но вряд ли после тысяч лет заточения в мире демонов они согласятся сотрудничать, даже если объяснить им ситуацию. Однако скорее всего убить тварь всё же было возможно, иначе зачем ей было стравливать древние расы, до того жившие в мире? Но в целом война Каина, тёмного бога вампиров, и ложного бога из Бездны могла продлиться сотни лет, пока они будут искать способ избавиться друг от друга. Хоть убить Наследника Равновесия было почти невозможно, но его можно было ослабить и закопать где-нибудь заживо. В таком случае Каину оставалось бы рассчитывать только на помощь сыновей или Ворадора. Также Каин теперь знал, что где-то, видимо, существует группа верных твари вампиров, которые умеют поглощать души и таким образом способны кормить её. Но что ему делать с этим знанием? Император сидел на своём троне в основании Колонны Баланса и думал. У него было от восьми до десяти месяцев до спячки, и каждую ночь оставшегося времени следовало использовать с умом. Во-первых, доделать чары для поиска Хранителей. Нужно было увериться, что ни один из них никак не попадёт под влияние твари из Бездны. Каин слишком хорошо знал, чем это закончилось в прошлый раз — почти полным истреблением вампиров. Во-вторых… всё же собрать сторонников. Как можно больше. Только вот как?! Как гарантировать их лояльность, как увериться, что, когда император впадёт в эволюционный сон, они не попытаются отыскать место, что он изберёт своим убежищем, и выпить из него всю силу? Что они не убьют и лейтенантов? Как удостовериться, что среди них не будет агентов той твари?! Каину было катастрофически нужно время — и неожиданно оказалось, что он, бессмертный вампир, этим ресурсом вовсе не обладает. Насколько всё было бы проще, если бы Магнус в своё время не сгинул в Вечной Тюрьме, а остался подле императора! Ему Каин доверял почти так же сильно, как своим сыновьям. Могущественный вампир с чётким кодексом чести стал бы сейчас бесценным союзником. Но тварь из Бездны похитила его — и не приходилось сомневаться, что последние две с лишним тысячи лет методично промывала мозги, настраивая против бывшего сира. По-видимому, когда Магнус даст знать о себе, попытавшись убить либо Каина, либо одного из его сыновей, было только вопросом времени. Возможно, тварь собиралась выждать, пока император уснёт, а уже потом отправить его бывшего друга убивать лейтенантов. Вероятности-вероятности… и никакой возможности хоть примерно понять, чего же тварь добивалась на самом деле. Каин не мог понять, насколько умным было это существо. Возможно, оно было вовсе не таким многомудрым, каким хотело казаться, и вовсе там не было никакого хитрого плана, но недооценить противника всегда опаснее, чем переоценить. Откладывать неизбежное не было смысла. Каин мысленно связался с Ворадором и лейтенантами и попросил, чтобы они собрались в зале для совещаний в Авернусе. Затем сам телепортировался в город. Оказавшись на главной площади города, Каин некоторое время осматривался, краем сознания отмечая, что люди, шедшие по своим делам, начали кланяться, выражая ему своё почтение. Как мало они знали о тех угрозах, что висят над их миром… Твари из Бездны не нужны были ни цивилизация, ни прогресс. Ей нужно было лишь питаться. Ей нужно было, чтобы разумные существа умирали как можно больше и чаще. Её вёл неутолимый голод, и ничего больше. Израненный, наполовину заброшенный город… Твари было не нужно, чтобы он восстанавливался. Её устраивали и дикари, которые будут постоянно плодиться и столь же постоянно резать друг друга. Как давно возникло это существо? Чем было на самом деле? Может, поняв его природу, Каин смог бы его победить. Да только как это сделать? Император вздохнул и прошёл к высокому четырёхэтажному зданию, в котором сейчас квартировали лейтенанты. Он толкнул дверь, а потом под ногами уже почти привычно заскрипел старый паркет. Император прошёл в большой зал, посреди которого на столе по-прежнему была расстелена карта Авернуса. Хотя бой за город закончился, на ней всё ещё были отмечены позиции солнцепоклонников и кровавых ведьм, что до последнего не желали сложить оружие. И лейтенанты, и Ворадор уже ждали его. Каин оглядел собравшихся. Тёмно-зелёная физиономия Ворадора была по обыкновению бесстрастна, лейтенанты же смотрели на своего создателя с лёгким интересом. Каким было выражение лица у него самого, Каин даже не гадал. Предполагал, что не радостным. — Доброй вам ночи, — поздоровался Каин. — Насколько это возможно в нынешней обстановке. Ворадор, ты просил меня вернуться в прошлое и спасти Уму. — Как вижу, ты не преуспел, — заметил старый вампир. — Да. О чём ты уже знаешь, верно? — спросил Каин. — Кажется, мы что-то пропустили, — заметил Разиэль, первый лейтенант. — Да, — Каин повернулся к сыну. — В качестве доказательства моей доброй воли Ворадор попросил меня спасти его обращённую, погибшую в прошлом. Я отправился туда, но не сумел. Слуги твари из Бездны забрали её. — Для чего? — Разиэль чуть нахмурился. Вообще, у первого лейтенанта было одно из самых выразительных лиц, которые Каину когда-либо доводилось видеть. В своё время Разиэль, будучи истерзанным призраком, остался без нижней челюсти, но даже с помощью одних только бровей он вполне мог донести до окружающих своё настроение. Теперь же, когда мимика вернулась к первому лейтенанту в полной мере, очень часто ему даже не нужно было говорить, чтобы окружающие поняли, что он думает по тому или ином поводу. Например, сейчас по чуть опущенным уголкам губ и сдвинутым к переносице бровям с крутым изгибом Каин мог сказать, что Разиэль задумчив и встревожен. — Помнишь, ты рассказывал мне, что любой вампир, пробыв в мире призраков достаточно долго, может научиться питаться душами? — спросил Каин. — Помню, — кивнул Разиэль. — Это значит, что теоретически любой вампир может кормить нашего врага. В первой линии времени у твари не было возможности привязать к себе других вампиров, потому что Ворадор и вся его линия были мертвы… — В смысле? — переспросил старый вампир. Каин вздохнул. Кажется, сейчас ему придётся пересказывать всю историю сначала. Ещё раз… — Скажи, ты знаешь, что такое «временной парадокс»? — спросил он у Ворадора. — Нет. — Ага. В общем… уже довольно долгое время течение истории Носгота было предопределено. Никто не обладал свободной волей и возможностью менять историю. Исключение было лишь одно — если во времени и пространстве встретятся два Похитителя Душ. Должно быть, ты помнишь короля Вильяма Справедливого? — спросил Каин. — Я не запоминаю правителей людей, — ответил Ворадор. — Меня это не интересует. Каин вздохнул. — В общем… был такой, — сказал император. — В изначальном потоке времени, который я помню, он жил себе, жил… дожил до шестидесяти с чем-то лет и решил, что должен завоевать мир. Он утопил север и восток Носгота в крови. Я зачем-то вызвался ему помешать. По рождению я — дворянин из Курхагена, и я приносил клятву вассальной верности королю Виллендорфа… — Хочешь сказать, что, став вампиром, ты продолжал почитать человеческие клятвы? — спросил Ворадор с нескрываемым презрением. — Да! Молодой был, глупый… В общем, я решил, что я должен остановить Вильяма, который сошёл с ума и назвался Немезисом… И тут мне в руки очень удачно попал небольшой Хронопласт. Я перенёсся в прошлое, когда Вильям был ещё совсем юнцом. И решил, что если убью его в том времени, то всё будет хорошо… Но только вот оказалось, что моё перемещение в прошлое подстроил Мёбиус. Он дал Вильяму Похититель Душ. А я принёс из своего времени вторую копию меча. Мы сразились. Я убил Вильяма… и я создал парадокс. Вильям не стал Немезисом. История потекла по другому руслу. Мёбиус, назвав Вильяма святым мучеником, поднял народ против вампиров. И убил всех, кроме меня. — Это я помню, — сказал Ворадор. — И сто лет спустя ты возродил меня, потому что сам не мог создать вампиров. — Но это было не во всех линиях времени, — сказал Каин. — Изначально… человеческие королевства не оправились так быстро от разрушений, учинённых предыдущим Кругом Хранителей. Янос Аудрон никогда не оживал. Хильдены не возвращались. А я не воскрешал тебя. Единственными вампирами в Носготе остались мои потомки, которым я передал своё проклятье. Когда оно стало проявлять себя, когда я понял, что Носгот гибнет, я начал искать решение. Я начал искать правду о Колоннах и вампирах. И в какой-то момент… я понял, что должен убить Разиэля. Каким-то образом именно он после этого получал возможность менять Судьбу. И я сделал это. Я принёс Разиэля в жертву, скинув в Бездну. Безволосые брови старого вампира в изумлении поднялись вверх. — Ты жесток не только к своим врагам, Каин… — У меня не было выбора, — повторил император. — Мои потомки превращались в чудовищ. Разиэль, как самый старший, мог убить их всех и поглотить их души, позволив избавиться от проклятья и переродиться. Более того… как выяснилось, именно Разиэль всё это время был душой Похитителя Душ. Это он, пожертвовав собой, превратил в него Похититель Крови. Ворадор посмотрел на первого лейтенанта словно другими глазами. — То есть, то истерзанное существо с призрачным клинком, что так легко проходило в запечатанные столетиями храмы Древних… — Да, — кивнул Разиэль. — Это был я. Мы на самом деле виделись неоднократно. — Так и что же, выходит, была линия времени, где Каин меня не воскрешал? — вернулся старый вампир к изначальной теме. Он чувствовал, что полный рассказ Каина может быть очень долгим. — Да, — кивнул император. — В этой линии времени единственным вампиром, с которым тварь из Бездны могла связать себя, чтобы кормиться, был Разиэль — полагаю, потомки моих сыновей были попросту недостаточно сильны. Но теперь, когда появились и другие вампиры, тварь, видимо, решила этим воспользоваться. Думаю, она решила связать с собой, самое меньшее, Уму и Магнуса… — Подожди, — сказал Ворадор. — Магнуса? Ты имеешь в виду того вампира, который был твоим защитником во времена войны с орденом Сэрафан? — Да, — кивнул Каин. — Это его я хотел вернуть из прошлого, но не сумел найти. Оказалось, что прислужники твари забрали тело. — Какое тело? Как он погиб? — спросил Ворадор, чувствуя, что безнадёжно отстал от жизни. — Ты же помнишь, в ночь генерального сражения Магнус исчез, — сказал Каин. — Я думал, что он предал нас, но, как оказалось, его заманили в ловушку, а после — заточили в Вечной Тюрьме. Я нашёл его там двести лет спустя, но спасти… тогда я не сумел. Я был слишком слаб. Он — слишком изранен. Я вернулся за ним в прошлое после восстановления Колонн, но не нашёл. И по дурости решил, что он, должно быть, переродился. Но в ходе последнего путешествия в прошлое в логове прислужников твари из Бездны я нашёл металлические скобы, которыми скрепляли раны Магнуса, чтобы они не могли исцелиться. После тварь подтвердила, что он жив. И что я увижу и его, и Уму… в своё время, — сказал Каин. — Вот как. И ты думаешь, что они оба на службе твой твари, — сказал Ворадор. — Да. — Нам надо придумать ей какое-то название, — сказал Разиэль. — А то «эта тварь», «тварь из Бездны», «та тварь»… как-то не очень. — Кальмар-душеед? — предложил Каин. — Чего? — спросил Ворадор. — Она выглядит как переплетение гигантских щупалец с не менее гигантскими глазами кальмара, — сказал Разиэль. — Не очень приятное зрелище. — Ага. И цель этого кальмара-душееда — истребить всех неугодных, — сказал Ворадор. — Да. И уж очень долго он не давал о себе знать… Боюсь, что это не просто так, — сказал Каин. — И что среди твоих ещё живых потомков могут быть его последователи. Но как это выяснить, я не знаю. — И что нам в связи с этим делать? — спросил Турэл, второй лейтенант. Его всегда отличал очень практический склад ума. Турэл редко задавался высокими философскими размышлениями, если они не служили какой-то конкретной цели. — Вынужден признать… я не знаю, — сказал Каин. — Конечно, хорошо было бы мне первым обнаружить Магнуса, Уму или кого-то ещё из служащих кальмару вампиров, но я не представляю, как это сделать. — Не думаешь, что тварь могла вернуть кого-то ещё из твоих старых знакомых? — спросил Ворадор. — Себастьяна, к примеру? — При живом Магнусе? — Каин хмыкнул. — Я не знаю, каким образом тварь сумела бы удержать его от убийства Себастьяна. К тому же, предавший однажды может сделать это вновь. Нет, думаю, если Себастьян не смог каким-то образом ожить сам по себе, больше мы ни о нём, ни о других предателях той эпохи не услышим. — Предположим, ты найдёшь Магнуса, — сказал Ворадор. — Дальше что? — Дальше… буду разговаривать, — сказал Каин. — Мне очень хотелось бы вернуть его на свою сторону. — Вот как? — хмыкнул Ворадор. — Он меня не предавал, — заметил император. — Если сейчас он в самом деле настроен против меня, то лишь потому, что был обманут. — Почему-то, когда речь шла об Уме, её ты просто обвинил в предательстве, не сделав ни попытки найти иное объяснение её поступкам, — заметил Ворадор. Каин вздохнул и закатил глаза. — Я посмотрел бы, что бы ты подумал на моём месте, — сказал он. — Да, я согласен, я неправильно понял её мотивы… потому что я не думал, что она — такая дура! — В каком смысле? — спросил Ворадор. — Она украла у меня Связующий Камень и сказала, что она лично убьёт лорда Сэрафан, — сказал Каин. — Учитывая, что до этого она уже попадала к рыцарям в плен, высказывание было настолько наивным и идиотским, что я решил, что это просто отговорка, а не истинное её намерение. — Ты ведь сам проиграл ему однажды, — заметил Ворадор. — В том и дело! И я был сильнее Умы! Но однажды проиграл. Её это не остановило — она захотела что-то кому-то доказать. Четверо рыцарей едва не искромсали её на куски. — Так вот как она погибла на самом деле… — протянул старый вампир. — В своё время ты сказал, что сам убил её. — Я не дал ей свою кровь и нанёс последний удар, — сказал Каин. — И я бы поступил так же сейчас. Глупость должна быть наказана. Девчонка переоценила свои силы — дважды. Один раз я её спас. Второй, после того, как она во мне усомнилась — нет. Что ты ей наговорил про меня? С чего она решила, что моё правление будет ещё хуже, чем правление лорда Сэрафан? — А, может, мы перестанем выяснять, кто кому что наговорил, и подумаем, что сейчас делать? — спросил Разиэль. — Или просто будем сидеть и ждать, словно никакой угрозы не существует? — Если я правильно понимаю, — включился в разговор Мелкайя, — нам бы очень помогло, если бы мы были сильнее, так? — Да, — сказал Каин. — И я знаю, что способы есть… — Они не сработают, — возразил Зефон. — Если вы о тех методах, к которым прибегал мой клан, то они не применимы к нам. Мы обнаружили, что, если вампира постоянно ранят или отравляют, его развитие ускоряется… но то развитие души. Наши души уже развиты достаточно, наша проблема в слишком слабых телах. Нам помогло бы изучение того, что происходит, когда Потерянные обращают людей, но у нас нет такой возможности. — Если вампира постоянно ранят и отравляют… — пробормотал Каин. — Магнуса подвергали пыткам двести лет… То есть, учитывая, что у нас не такая большая разница в возрасте, сейчас мы с ним можем быть равны. Или даже он может быть чуть посильнее. — У тебя на нём прямо фиксация, — заметил Ворадор. — А у тебя — на Уме, — ответил Каин. — У тебя бы тоже была, знаешь ли, если бы он за тобой по коридорам Вечной Тюрьмы гонялся. У меня есть одна мысль, но я не знаю, поможет ли нам это хоть как-то. Можно попробовать поискать алтари духов. Опять же, я не знаю, смогут ли духи нам хоть чем-то помочь, но у нас нет других вариантов. Может, они хотя бы смогут отсрочить мою спячку. — Твою что? — спросил Ворадор. — Вампиры моей линии и я сам развиваемся скачкообразно, — сказал Каин. — Периодически мы впадаем в сон, после которого уровень нашей силы возрастает. Я должен впасть в спячку через восемь-десять месяцев. И она продлится больше десяти лет, но сколько точно — непонятно. Как её отсрочить, я не знаю. А, пока я буду спать, я буду уязвим. — Ага… И если мы не найдём решение, останусь я и твои потерявшие силу дети… против врага неизвестной численности и силы. — Именно, — сказал Каин. — В общем, возможно, поэтому тварь из Бездны никак не давала о себе знать все эти годы. Вполне возможно, она выжидает, когда я впаду в эволюционный сон, чтобы начать действовать. Возможно, духи подскажут, как мне избежать спячки. Если нет, то вся надежда на Мелкаю. Возможно, он сможет придумать что-то, его клан занимался изучением души вампиров. — Или на Рахаба… — пробормотал шестой лейтенант. — Что? — спросил Каин. — Я вот сейчас подумал… что, если ответ не в магии Тьмы, а Состояния? — спросил Мелкайя. — Что, если есть чары, которые могут «заморозить» ваше тело так, чтобы спячка не наступила? Если процессы развития души уже почти завершены, и тело уже запустило программу накопления энергии для спячки, быть может, выход — зачаровать его? — Теоретически… это возможно, — пробормотал Рахаб. — Но как это сделать, чтобы не пострадала способность колдовать, например? Как сделать так, чтобы даже процесс питания ничего не нарушил? Это должны быть очень специфические чары… Я не знаю, как подступиться к их составлению. — Но хотя бы это рабочая теория, — сказал Каин. — Духи могли бы поделиться подобным знанием, но только как найти их — тоже неясно. В молодости я находил несколько алтарей, но это было слишком давно — я не помню, где именно. Помню, что в пещерах… и что иногда двери туда открывались, например, только в полночь. Но со всеми землетрясениями, что участились в последние годы… где и как эти алтари искать — открытый вопрос. — Хотел бы я хоть как-то помочь, — вздохнул Ворадор, — но я никогда не интересовался этими алтарями. «Ты хоть чем-то в этой жизни интересовался, кроме женщин и алкоголя?» — хотел спросить Каин, но всё-таки удержался. — То есть, мы пришли к тому же, с чего начали, — резюмировал Разиэль. — Мы понятия не имеем, что нам делать прямо сейчас. — Ответы могут быть в моей старой библиотеке в Термогентском лесу, — сказал Ворадор. — Точнее, могли быть… если бы она не погибла. Каин чуть не застонал. Кажется, ему предстояло опять возвращаться в прошлое. Да сколько можно?! — Есть вероятность, что, если мы вернёмся в нужный год, сможем незаметно снять копии с книг? — спросил император. — Есть, — сказал Ворадор. — Я редко покидал поместье, но мы можем вернуться в эру ордена Сэрафан. В день, когда я отправился мстить за гибель моего Мастера. Но времени у нас будет не очень много. Нужно очень точно понять, что нам искать. — Работы по магии Состояния, любые, — ответил Рахаб. — И по душам. — Я помню, что в Кузнице Воздуха древние заточили три души в камнях неизвестной мне природы, — сказал Разиэль. — Понять бы, как им это удалось… — Многие труды по теоретической магии мне отдали на хранение, — сказал Ворадор. — Но даже я не знаю язык древних вампиров в совершенстве, тем более что для магии они использовали какой-то особый диалект. Хранители… не очень-то хотели делиться священным знанием с обычным кузнецом. — Снобизм Хранителей прошлого снова и снова создаёт проблемы, — пробормотал Каин. — Но это всё ещё лучший вариант, что у нас есть. А есть какая-то книга, с помощью которой можно было бы расшифровать труды Древних? Ворадор вздохнул. — Ты задаёшь такие вопросы… на которые я сам хотел бы знать ответ. Отсечение головы от тела не очень способствует крепкой памяти, знаешь ли. — Ты… столько лет обладал этими книгами, но ты не расшифровал их? — спросил Каин. — Пойми меня правильно… я не видел в этом смысла, — сказал Ворадор. — Что бы мне дало это знание? Один, что ещё я мог сделать? Каин глубоко вздохнул, но звук на выдохе получился похожим на глухое рычание. Один вампир… что он мог? Ну, например, создать новых последователей, обучить их… возродить величие расы вампиров, а не сидеть и пить, наблюдая, как жизнь проходит мимо! Разиэль своего Мастера называл фаталистом? О, до Ворадора Каину было как до вершины Колонн… — Знаешь, что? — сказал Каин. — Мы с тобой отправимся в прошлое. Нам нужно будет очень много бумаги, поэтому мы отправимся в эпоху, когда ещё стоял Меридиан. Накупим бумаги. Отправимся в прошлое. В день, когда ты отправился в крепость сэрафанцев. И скопируем всю твою библиотеку. — Всю?! — переспросил Ворадор. — Ты спятил что ли? — Нет. Вот сейчас я как раз в своём уме. Нам нужны эти знания. Поэтому будем делать. Ты обещал мне любую помощь, если я сделаю всё, чтобы спасти Уму, помнишь? Я сделал. Твоя очередь. — Ну… ладно, — сказал Ворадор. — Хорошо. Попробуем. Каин хотел дать сыновьям какое-нибудь напутствие, но потом вспомнил, что они с Ворадором вернутся в тот же день, откуда ушли. Смысла в этом не было. — Готов идти сейчас? — спросил Каин. — Да. Только где мы с тобой возьмём деньги, чтобы купить бумагу? — Влезем в казну Виллендорфа или даже самого Меридиана, — сказал Каин. — Вот уж что не проблема… Проблема будет, знаешь ли, найти и перенести такое огромное количество бумаги. Ну… — Каин повернулся к сыновьям, — прощаться не буду. Вы нашего отсутствия почти не заметите. — Но разве такое путешествие не нарушит изначальный ход истории? — спросил Разиэль несмело. — Мастер, я помню, ты говорил мне, что течение времени неизменно… — Именно поэтому, если мы сможем попасть в прошлое в нужный день и час, это будет означать, что изначально библиотека Ворадора не должна была погибнуть, — заметил Каин. — Мы просто… исправим то, что было нарушено парадоксами, вот и всё. — Во всей этой истории с путешествиями во времени есть нечто, что никак не даёт мне покоя, — сказал Разиэль. — Откуда тебе вообще стали известны законы Судьбы? Я понимаю, что это как-то связано с Хронопластом, но как именно? — В тех залах осталось несколько старых текстов, написанных древними вампирами, — ответил Каин. — Я не смог полностью расшифровать все, поскольку мои познания в языке Древних сравнительно скромны. — И эти записи тебе очень удобно оставил Мёбиус, чтобы ты смог вернуться в прошлое, — сказал Разиэль. — Я сомневаюсь, что их можно считать надёжным источником. — Так что же, — протянул император, — хочешь сказать, что мы можем быть уверены лишь в том, что ничего не знаем наверняка? — Именно. Возможно, конечно, Мёбиус и оставил тебе что-то лишнее, поскольку между его смертью и моим возвращением из Бездны прошло больше двух тысяч лет. Он вряд ли мог провидеть настолько далеко во времени. Однако мне кажется, что нам следовало бы перечитать те записи, о которых ты говоришь. Если точнее, Ворадору следовало бы. Вряд ли кто-то из нас знает язык Древних лучше. — Мне льстит твоя оценка, хотя, боюсь, она может быть напрасной, — сказал старый вампир. — Даже у нашего вида знания без постоянного использования стираются. Но я попробую. — И вот ещё что, — сказал Разиэль, — почему, например, Мёбиус, обладая способностью перемещаться во времени, не мог просто взять и переместить несколько копий себя в один и тот же час? Что ему мешало создать таким образом армию из самого себя? — В Хронопласты встроены определённые ограничивающие механизмы, — сказал Каин. — Но это та часть записей, которую я не смог расшифровать точно. Я помню, что для того, чтобы сразить меня в дни юности, Мёбиус призывал воителей из разных эпох, включая мою собственную копию, но это были словно лишь бледные тени. И я до сих пор не понимаю, почему он не использовал против меня свой посох… — Из-за Мортаниуса, — сказал Разиэль. — Хранитель Смерти был самым опасным из всех Девяти, и Мёбиус знал это. И, вероятно, он понимал, что Мортаниус прикончит его, если они сразятся. Только ты мог убить Хранителя Смерти. А он сам не стал бы сражаться с тобой до того, как ты убьёшь Мёбиуса. — Хочешь сказать, что со стороны старого змея тот бой был лишь постановкой? Самоубийством? — спросил Каин. — Да. Помнишь Цитадель Древних? После того, как ты убил его, бог-кальмар тотчас воскресил Мёбиуса, так что возможно он проиграл тебе намеренно, будучи уверенным, что всё равно вернётся к жизни. Вот только… была одна вещь, которую он тогда не предвидел. Что ты сможешь выжить, лишившись сердца. А это уже доказывает, что его прорицательские способности, как и способности его господина, далеки от совершенства. — Теоретическая магия Времени — очень сложная для разработки дисциплина, — неожиданно вступил в разговор Турэл. — Мой клан был способен к ней, и нам приходили в голову все те же идеи, что и тебе, вплоть до создания темпоральных копий различных объектов. Когда твой клан научился создавать порталы в пространстве, мы, разумеется, стали думать о том, чтобы создавать порталы в потоке Времени. Но во-первых, подобные перемещения требуют невероятных энергетических затрат. Во-вторых, математические расчёты оказались очень сложны. — Чисто чтобы ты знал, расчёты для создания сети Искажающих Врат велись то ли в семи, то ли в восьмимерной системе координат, — пробормотал Разиэль. — Однако же Древние создали Хронопласт… — протянул Каин. — Да. И хотел бы я знать, как именно им это удалось, — ответил Турэл. — Возможно, я и мой клан не учли чего-то. Однако можно перебросить во времени одно только сознание, что позволит увидеть события будущего или прошлого. Такой переброс выполнить намного проще, но у него, разумеется, тоже есть свои ограничения. — Значит, причина, по которой Мёбиус не мог создать множество полноценных копий себя, могла крыться в энергетических ограничениях Хронопласта, — заключил Каин. — И, возможно, поэтому призванные им воины были лишь бледными копиями самих себя. Он копировал их образы, но не переносил их полностью. Они, мне кажется, напротив — не обладали собственной волей и разумом. — Именно. Мой клан свернул исследования по этой теме потому, что полноценные путешествия во времени были признаны энергетически нецелесообразными, а все объекты, что нам удавалось призывать, были только тенями самих себя, и быстро разрушались. — Так что, мы попробуем вернуть мою библиотеку или нет? — скрестив руки на груди, прервал увлекательную дискуссию Ворадор. — Попробуем, — ответил Каин. — Будем выяснять, сколько правды в том, что я знаю о путешествиях во времени, опытным путём… — Мастер, могу я взглянуть на этот Хронопласт? — спросил Турэл. — Обязательно, но позже, — ответил Каин. — Надеюсь, что книги получится перенести в будущее… По какой-то причине Хронопласт очень неохотно перемещает объекты вперёд во времени, но я не знаю, относится ли это только к живым существам. — Ну, мы ничего не теряем, если попробуем, — заметил на это старый вампир. — Оставь Похититель, — сказал Разиэль, обращаясь к Каину. — Зачем? — не понял император. — Гибель Круга и моя смерть как человека — та самая точка в истории, когда Похититель Крови стал Похитителем Душ, — сказал Разиэль. — Две копии меча, столкнувшись в пространстве и времени, создают возможность парадокса. Ты сам говорил мне об этом. Вернёшь Похититель в прошлое — и снова рискуешь угодить в одну из ловушек Мёбиуса. Оно нам надо? — Пожалуй… нет. Я сыт переписанной историей по горло, — ответил Каин. — Могу я оставить меч вам? И взять один из ваших? Не хочу телепортироваться в Святилище лишний раз… — Конечно, — сказал Разиэль. — Только, пожалуйста, Турэлу… Во-первых, он у нас самый ответственный, во-вторых, всё-таки двуручники — это не моё. Очень аккуратно Каин перехватил меч за лезвие и протянул своему второму сыну. Тот не менее аккуратно принял оружие. — Когда-то я бы не осмелился в это поверить, — сказал Турэл, несмело улыбнувшись. — Похититель Душ в моих руках… — Я бы не смог поверить, что захочу от него избавиться, — сказал Разиэль на это. — Вообще, всё это обсуждение наводит меня на мысли… Почему я? Почему именно моя душа, связанная с Похитителем, оказалась способна менять ход истории? Почему, скажем, не Турэл? Время — его стихия, не моя. Рэл, пойми правильно, я не желаю тебе пережить всё, что пережил я, но… я просто хочу понять. — Возможно, знания Древних смогут пролить какой-то свет на эти вопросы, — сказал Каин. — Идём. Он подошёл к Ворадору и, положив руки ему на плечи, телепортировал их обоих прочь. Турэл очень аккуратно опустил меч, коснувшись кончиком пола, словно Похититель мог то ли сломаться от неосторожного обращения, то ли проделать дыру в полу простым прикосновением. Некоторое время лейтенанты стояли в зале, не имея понятия, что им теперь делать. В конечном итоге, император и Ворадор могли вернуться буквально через несколько секунд. Но этого не происходило. Разиэль попробовал дозваться до Каина Шёпотом, и через некоторое время сказал братьям: — Мастер и Ворадор вернулись, но они оба очень устали. Что-то там произошло, о чём Каин хочет поговорить, но после того, как отдохнёт и выспится. Так что, полагаю, пока… мы свободны. — Интересно, что же там случилось, — пробормотал Турэл. — Но, полагаю, ничего слишком серьёзного, раз уж разговор можно отложить. Разиэль кивнул. — Пойду с людьми пообщаюсь что ли… Надо вспоминать, как это — быть правителем.

***

Телепортация завершилась, и старый вампир, отойдя от императора, осмотрелся. Помещение и правда поражало. Схема планетарной системы Носгота под потолком, три яруса с арками у стен, многочисленные рычаги, с помощью которых устанавливалась нужная дата, всюду различные руны… — Ты бывал здесь раньше? — спросил Каин. — Никогда, — ответил Ворадор. — Ничего. Путешествовать во времени — это совсем не страшно. Настройка много времени не заняла, и вскоре в одной из арок на втором ярусе возникла чернота портала, где, казалось, пролетали мимо звёзды. — Это безопасно? — спросил Ворадор. — Абсолютно. Быстрее. Портал закроется скоро. Каин запрыгнул на второй ярус и шагнул в черноту. Ворадор поколебался, но затем всё же шагнул следом за ним. Ничего особенного не произошло. Он вышел в том же самом зале, если не считать другого положения планет. Ворадор посмотрел на портал, закрывшийся за его спиной. — Как это работает? — пробормотал он. — Хотя бы примерно. — Насколько я понял из описаний, этот зал Хронопласта создаёт что-то вроде тоннелей в пространстве-времени, но, как мы уже обсуждали, на это нужна уйма энергии, — сказал Каин. — Я надеюсь, что наш план правда получится осуществить, потому что в какой-то момент механизм, чисто теоретически, может остаться без энергии на неопределённый срок. — В таком случае нам лучше взять ровно столько бумаги, сколько мы сможем унести, — сказал Ворадор. — Иначе будет риск, что мы застрянем в том или ином времени. Как я понимаю, ты не знаешь, как подзарядить эту машину. — К ней можно приладить энергетический аккумулятор эпохи Древних, — сказал Каин. — Но, кажется, мои товарищи по Кругу сожгли их все задолго до меня. В своё время я смог найти лишь один… и я его уже израсходовал. — Понятно. Теперь в Виллендорф или в Меридиан? — спросил Ворадор. — В Виллендорф. Я точно знаю, где там находится городская казна. Охранял в человеческой жизни… Чтобы добраться до города, им пришлось телепортироваться несколько раз. И, когда они оказались на берегу Озера Спокойствия, произошло нечто совершенно непредвиденное. Ворадора отсекло от Каина зеленоватым барьером, внутри которого возникло несколько серокожих тощих существ высотой в два человеческих роста. Их руки напоминали вилки, и меж длинными пальцами проскакивали разряды электричества. Старый вампир увернулся от первой атаки и обнажил меч, оценивая противников. Каин узнал в них демонов и беспомощно огляделся. Каким образом?! Рядом не было никого — абсолютно ни души. Ни зловещих знаков, ни культистов-демонопоклонников. Обычная полянка на озёрном берегу. И вдруг — демоны?! Каин попробовал пробить зелёную завесу мечом. Будь это Похититель Душ, скорее всего, он смог бы уничтожить барьер, но его нынешнее оружие, пусть и найденное в оружейной Тенебриса, не было даже сопоставимо могущественным. Тем не менее, ближайший демон обернулся к Каину и издал какой-то трещащий звук. Было сложно понять по физиономии этой твари, что она чувствует, но Хранителю показалось, что демон… удивлён? Ворадор, следовало отдать ему должное, отрубил руку первой твари и вполне успешно закрылся с помощью телекинеза от удара второй. Каин попробовал ударить по барьеру чистой магической энергией, но особенного толка это не возымело — его просто отшвырнуло прочь. Чьих это было рук дело? Вариантов было всего два… Появление демонов наводило на мысли о хильденах, но Каин помнил, что и бог-кальмар был способен призывать существ с другого плана, по-видимому, создавая бреши в барьере между мирами. Считая одного противника уже практически обезвреженным, Ворадор дорого поплатился за это — демон всё-таки смог ударить его оставшейся рукой, посылая мощный электрический разряд через всё тело. Старый вампир невольно выронил меч и отскочил к краю импровизированной арены. «Сделай что-нибудь!» — прозвучал его голос в голове Каина. Император попробовал телепортироваться внутрь, но это не помогло — та часть пространства, где Ворадор сражался с демонами, была словно отсечена от привычного им мира. Кажется, в арсенале разиэлимов были заклинания, вызывающие пространственные искажения… Оставалось лишь вспомнить формулу. Каин не был уверен, что именно произойдёт. Он попытался искривить пространство с одной стороны щита. Зелёная завеса пошла рябью, на миг реальность как-то странно перекосило, но Каин толком не успел сообразить, что происходит. Прозвучал глухой взрыв, и в пространстве возникла дыра. Оттуда высунулась огромная тёмная голова с рогами. Каин, подскочив к демону, вонзил меч ему в нижнюю челюсть, под язык, а затем телекинезом толкнул тварь обратно. Такие разрывы в пространстве не должны были жить очень долго, если только через них никто не лезет, постоянно расширяя. Удар электрического демона прилетел ему прямо по голове. Каин почувствовал головокружение и тошноту и сделал шаг вперёд, чуть сам не улетев в разрыв в пространстве. Чья-то рука бесцеремонно схватила его за плащ и оттащила в сторону. Ворадор закрыл их обоих от следующего удара демона, а затем подорвал тварь изнутри, вскипятив ей кровь. Тело демона превратилось в неприглядную красно-синюю массу, по бокам от которой остались лежать удивительно целые конечности и голова. Дыра в пространстве схлопнулась, и они остались вдвоём. — Ты был как-то неосторожен, — заметил Ворадор. — В высшей степени… — пробормотал Каин, потирая затылок. — Впрочем, я видел, тебе тоже досталось… — Что это было? — спросил старший вампир. — По-видимому… наш приятель увидел наше появление в этом времени. Или же… только твоё, — сказал Каин. — Только моё? — переспросил Ворадор. — Только ты оказался в ловушке, — ответил Хранитель. — Меня они как будто вообще не ожидали увидеть. Интересно… Разиэль очистил меня от проклятья, но что именно он сделал? Я помню, что он рассеял призрачный Похититель Душ, исцеляя моё тело и душу… и мы предполагали, что частицы Похитителя Душ сейчас находятся в моих сыновьях. Но что… если они получили их от меня? Разиэль, исцеляя меня, связал уже мою душу с духом меча. И из-за этого… тварь не вполне может видеть мои перемещения во времени. Как бы проверить?.. — Что будем делать сейчас? — спросил Ворадор. Он не всё понял из бормотаний Каина, но главное, вроде, уловил. — Если тварь видит меня, выходит, я не смогу помочь тебе с библиотекой. — А в одиночку мне никак не успеть… — протянул Каин. — Если бы только была возможность погрузить твою библиотеку в стазис или как-то отрезать её от основного потока времени, чтобы мы могли спокойно снять копии книг… — Давай пока вернёмся в наше время и попробуем разобраться, какие материалы остались в залах Хронопласта, — сказал Ворадор. — Может, там мы найдём подсказку, как нам… или, точнее, тебе сделать то, о чём ты говоришь. — Думаешь, Мёбиус мог быть настолько любезен, что не уничтожил записи о высшей магии Времени? — спросил Каин. — Разиэль скорее всего был прав: старый змей оставил мне ровно те фрагменты знаний, которые были необходимы, чтобы попасть в прошлое. И, возможно, он оставил ровно то, что я не мог интерпретировать правильно. — Для чего ему нужно было отправлять тебя в прошлое? — спросил Ворадор. — Скорее всего, нужен был не я, — ответил Каин. — А Разиэль. Без его души Похититель Крови никогда не мог стать Похитителем Душ. Значит, Мёбиус не мог создавать парадоксы и переписывать историю так, как было ему нужно. Всё упирается в существование Похитителя… — Почему именно Разиэль? — пробормотал Ворадор. — Хотел бы я знать… Понятно, почему мне нужно было скинуть его в Бездну, чтобы спасти остальных своих детей — Разиэль был самым старшим, только он мог поглотить души всех остальных. Но почему Похититель Крови, меч, который вообще изначально, как я понимаю, не был зачарован на то, чтобы поглощать чьи-либо души, вдруг поглотил Разиэля, изменив свою природу? Почему для этого не годился ни один другой вампир? Было ли дело в своего рода самосбывающемся пророчестве? — Имеешь в виду ситуации, когда человек или вампир предполагают о том, что что-то произойдёт, и сами в итоге способствуют этому? — спросил Ворадор. — Да, — сказал Каин. — Хотя не совсем в том смысле. Дух меча связался с Разиэлем-призраком, потому что в прошлом душа Разиэля была в мече, и они, можно сказать, привыкли друг к другу. Пока Разиэль носил с собой призрачный меч, это подготовило его душу к тому, чтобы связаться с Похитителем Крови, и таким образом круг замкнулся сам на себя. — То есть, никакой особенной причины, почему именно он, не было, — сказал Ворадор. — Просто так сложилось, что петля причин и следствий замкнулась именно на нём. Из-за того, что он был твоим первенцем и оказался в Бездне. Но, если бы ты сбросил туда кого-то другого, то ничего бы не изменилось. — Да, возможно, — сказал Каин. — Но это только теория. Если это так, то Разиэлю в самом деле просто не повезло оказаться старшим, а в целом… ну, я не могу сказать, что в его душе нет совсем ничего особенного — он всё-таки довольно могущественный вампир. Но можно предположить, что на его месте действительно мог быть кто-то другой. Знать бы, как меч был зачарован изначально. Ворадор пожал плечами. — Как я уже говорил твоему сыну, я не знаю, какие чары были наложены на меч. Я только выковал его, но это была лишь ничтожная часть работы. Мастер никогда не относился ко мне со снисхождением… но из-за моих собственных обид на Древних я был менее прилежным учеником, чем он заслуживал. К тому же… ты знаешь, как я отношусь к людям. А Янос считал их просто… детьми. Несмышлёными и потому — теми, с кого нельзя требовать спрос за их действия. За всю кровь, что они пролили. И за все отнятые ими жизни существ, что были намного выше них. Если быть честным… иногда мне казалось, что Янос почти предаёт нас, его потомков. — Могу себе представить… — пробормотал Каин. — Когда я слышал, что врагов надо прощать, то непременно первой моей мыслью было, что я сделаю это не раньше, чем похороню их. Так что же… пока вернёмся? — Давай. Мне кажется, нам нужно серьёзнее подготовиться к этому путешествию. Каин вздохнул. Ещё одно абсолютно бессмысленное путешествие во времени. Хотя вряд ли можно было считать так, не кривя душой — он всё-таки узнал кое-что довольно важное. Если тварь теперь просто не могла его видеть, или могла, но нечётко, то неудивительно, что ей пришлось затопить город посреди Озера Мёртвых, когда Каин пришёл туда. И, быть может, она вовсе не специально показала ему скобы, что когда-то скрепляли раны Магнуса. Но, если они с Ворадором были правы, это означало, что Разиэль действительно не столь уж уникальный. Это значило, что теоретически тварь могла найти или создать другое существо, подобное ему. Существо, которое будет способно менять историю. И сможет убить Каина. Как знать, насколько далеко продвинулся кальмар из Бездны? — Посмотришь хотя бы мельком записи, о которых я говорил? — спросил Каин. — Можем сделать это хотя бы даже сейчас, не возвращаясь в наше время. — И можно поесть здесь, — сказал Ворадор. — Сейчас примерно шестисотый год от гибели Яноса, так? — Да, примерно, — ответил Каин, снова обратив внимание, насколько по-разному они считают даты. Для Ворадора точкой отсчёта была смерть его Мастера, для Каина — Падение Колонн. — Ты прав, тут проще найти пищу, чем в нашем времени. После быстрого перекуса парочкой горожан Виллендорфа вампиры вернулись в залы Хронопласта. Каин опасался, что они снова встретятся с демонами, но, к счастью, ничего подобного не произошло. Ему в голову на секунду пришла дикая мысль проверить, на месте ли голова Ворадора, или же его молодое «я» уже воскресило старого вампира. Второй совершенно неуместной мыслью было разыскать Магнуса и вырвать его из потока времени, предотвратив всё, что произошло с ним в Вечной Тюрьме. Но Каин знал — Хронопласт просто не пропустит существо из этого времени так далеко в будущее. Вообще-то ему следовало подумать об этом, когда он по просьбе Ворадора пытался спасти Уму, но в конце концов Каин всегда мог просто привести её в чувство и оставить на попечение её Мастера — сделка считалась бы выполненной. Если бы это произошло так… вероятно, сейчас у него было бы два сильных союзника, которым он мог бы хоть немного верить. Он провёл Ворадора в один из боковых залов, что скрывался за неприметной дверью недалеко от входа, ведущего к главному механизму. Это была библиотека, где, судя по пустым полкам, когда-то было намного больше свитков и книг. Сейчас же осталось всего несколько штук. Как и говорил Разиэль — лишь то, что Мёбиус счёл должным показать Каину. Куда делось всё остальное? Неужели было потеряно безвозвратно? Библиотека была не особенно большой. В подземном зале помещалась всего пара каменных столов, у каждого из которых стояло по четыре кресла. Полки были выдолблены прямо в стенах, а на потолке был закреплён светящийся кристалл. Каин подошёл к одной из полок, где сиротливо лежал том в кожаном переплёте. Он почти не пострадал от времени, и фиолетовая краска стала, быть может, лишь на тон или два бледнее, чем была. На обложке были выгравированы стилизованные песочные часы, такие же, как те, что украшали Колонну Времени. — Посмотри это, — попросил Каин, протягивая Ворадору том. — Отсюда я узнал основные сведения о путешествиях во времени. Может, ты сумеешь понять больше меня. Приняв у него книгу, старший вампир сел в одно из кресел и раскрыл её. Он нахмурился, вчитываясь в заглавие. Каин смотрел на него с тревогой — неужели даже Ворадор не сможет расшифровать текст? — Этот диалект… — пробормотал Ворадор. — Не удивительно, если ты чего-то не понял. Мне нужно время. Каин кивнул и привалился плечом к одной из пустых полок, скрестив руки на груди и оглядывая помещение. Можно было попробовать пойти в коридор, ведущий к главному залу, где были проблески Времени, посмотреть, что они покажут императору сейчас. Но, пусть это и было, возможно, совершенно неразумно, у Каина просто не было настроения снова вглядываться в видения разных эпох и гадать об их значении и связи. — Ох уж эти метафоры… — пробормотал Ворадор. — Но хоть что-то получается понять? — спросил Каин. — Как тебе сказать? В принципе, сравнение истории и Времени с рекой не новое, и автор пишет, что история в равной степени изменчива и постоянна. — Изменчива? — спросил Каин, который, видимо, не понял часть текста. Он подошёл к Ворадору и заглянул через плечо. — История неизменна, — зачитал Ворадор, показывая когтем на соответствующее место в тексте. — И лишь глупец может надеяться перенаправить её поток. Он скорее утонет, уничтоженный силой самого Времени. Но вместе с тем нет ничего более изменчивого, чем цепочки событий, что ведут к одному и тому же исходу. — Я не смог понять последнюю фразу целиком, — пробормотал Каин. — Но как это понимать — изменчивость цепочек событий? — В целом… если я ничего не перепутал, имеется в виду не то, что история абсолютно неизменна, — сказал Ворадор, — а что любое воздействие на неё, вплоть до самого факта, что кто-то пытается изучать её поток, изменяет её таким образом, что предначертанное в любом случае совершается. Поэтому в конечном итоге предсказание становится практически бесполезным. Каин нахмурился, пытаясь понять, насколько важной является эта не понятая им ранее деталь. Получалось, что точные события всё-таки могут различаться — и, похоже, даже без участия парадокса. Но в конечном итоге не менялось ничего. — Автор утверждает, что существует множество вариантов истории, — сказал Ворадор ещё через некоторое время. — И что они могут в определённых пределах накладываться друг на друга и перекрываться. Провидцы могут быть обмануты, когда они видят предсказание не своей линии истории. — Получается, Древние сами пытались переписывать историю, что не удивительно, — пробормотал Каин. — Но у них ничего не выходило. Есть ещё одна, более короткая работа, посвящённая конкретно парадоксам истории. Посмотришь её? Меня беспокоит вопрос, может ли наш противник продолжить манипулировать историей, если я больше не буду возвращать Похититель Душ в прошлое. Ведь если Древние знали о самой возможности парадокса… выходит, что-то уже вызывало его раньше. Они вряд ли могли увидеть и изучить те парадоксы, которые произошли в наши времена. Как я понимаю, те изменения цепочек причин и следствий, о которых говорится в этой работе, парадоксами всё-таки не являются… Хотя мне сложно сказать, что они такое, если не парадокс. — Разные реальности? — пожал плечами Ворадор. — Ты ведь сам сказал, что Хронопласт создаёт прореху и во времени, и в пространстве. — Да, поскольку иначе ты бы перенёсся совсем в другую часть мира, — сказал Каин. — Планета крутится, знаешь ли… — Здесь течение истории сравнивается со многими потоками, которые текут в одном направлении, — сказал Ворадор. — И, сколько ни перемешайся между ними, итог один. Да, где-то может быть теплее, где-то может быть больше света, но в целом… — Такие прыжки ничего не изменят. Но парадоксы… способны изменить направление течения всего потока. По крайней мере, на некотором его протяжении, — сказал Каин. — Создавая их снова и снова, можно в конечном итоге увести реку с её изначального русла. — Нужно изучить текст внимательнее, — сказал Ворадор. — В том времени, откуда мы прибыли, все эти книги целы? — Да. Хотя, пожалуй, я всё же куплю бумагу в этом времени… попытаюсь запихать её в Хронопласт и снять копии с них. На всякий случай. Меня не оставляет какое-то нехорошее предчувствие… и я молюсь, чтобы оно не оказалось чем-то серьёзным. — Я подожду тебя тут и пока почитаю, — сказал Ворадор. Всё же Каин влез в казну Виллендорфа. Ему даже никто не смог помешать — никто просто не заметил его присутствия. Всё же хорошо быть старым могущественным вампиром, у которого в этом времени просто нет тех, кто равен по силе. Переправить бумагу им всё-таки удалось, хотя портал пустил их в своё время как будто с неохотой — у Каина было ощущение, что он идёт через густой клей. Пока они копировали книги, с Каином связался Разиэль, но император уверил его, что ничего серьёзного не случилось. Что ж, наверное, произошедшее было вполне ожидаемо — нужно в действительности сперва лучше подготовиться к новому путешествию во времени, лучше понять законы истории. Тогда будет возможность что-то спасти или изменить. — Куда ты направишься? — спросил Каин, когда они закончили копировать книги. Времени ушло не так уж много, но уже неплохо было бы поспать с учётом их путешествия через эпохи. — Есть предложения? — спросил Ворадор. — М-м… — Каин задумался. По правде говоря, хоть это и было некрасиво, он не был готов пускать Ворадора в покои в Святилище. Что свои, что своих сыновей. — Я думаю, в Авернусе нашлось бы для тебя место… — У меня неплохое убежище в Штальберге, — ответил Ворадор. — Пожалуй, я посплю там. — Хорошо. Свяжись со мной, когда отдохнёшь.