Не оставляй меня одну.

      Под вечер, после работы, Невиллет, совсем позабыв о Фурине, ушел даже не соизволив о ней справиться. Или, он просто удалил её номер из списка звонков. Если он ей будет нужен ㅡ сама позвонит. Странно, но, когда она исчезает из поля его зрения, он тут же перестаёт ей сострадать. Это прямо как слёзы в зале во время разгара спектакля, и легкая безмятежность во время антракта. И всё же она очень хорошая артистка. Так за живое Невиллета ещё никто не трогал. Хотя возможно, она и не играет. Может, ей серьезно нужна помощь. И он обязательно попытается её выручить. Нельзя, чтобы её милое лицо затронула морщинистая рука горя.       Обо всём этом он думал на работе. Сейчас же на душе отлегло, и он спокойно идет к себе в скромный уголок в самом центре огромного скопления интриг, тайн, происков. Его маленький уголок, благо, всем этим обделен. Однако единое, от чего он укрыться не смог ㅡ это от холодных теней одиночества, которые сидят там и когда Невиллет находится вне зоны его пристанища, и когда он ютится в его покрове.       ㅡ Месье! ㅡ позвал её голос сзади. Невиллет остановился. ㅡ Месье, вы что, забыли про меня?       ㅡ Извините, я не знал, где вы находитесь.       ㅡ Я здесь, дорогой месье Невиллет.       Он обернулся. Фурина, вперив руки в бока, стояла в двух метрах от него. Лицо её, точно чистейший фарфор, блестело в лучах уличного фонаря. Не кукла ли это сейчас перед ним? Так думал судья.       Её губы дрогнули, «кукла» заговорила.       ㅡ Устали наверное очень, верно?       ㅡ Конечно нет.       Невиллет приподнял уголки губ, в итоге получилась такая гримаса, словно он чем-то обозлен.       Фурина тихо рассмеялась.       ㅡ Вас можно понять. Боюсь, что мешаю вам. Я пойду, пожалуй.       ㅡ Не мешаете, Фурина.       ㅡ И всё же мне пора.       ㅡ Да-да... А...разве вы не со мной?       ㅡ Я думала, что мне лучше уйти в отель.       ㅡ Нет-нет, не думайте, что станете проблемой для меня, нет. Мы сегодня же и условились об этом, мадемуазель. ㅡ одиночество в больших глазах Фурины тронуло тайные струны его нутра. ㅡ Я и сам не против. Вы нуждаетесь в помощи. Да и я в обществе... ㅡ добавил он едва слышно.       ㅡ Вам одиноко? Бедный. Как я вас понимаю. ㅡ она, набравшись уверенности, поравнялась с ним и постаралась идти в ногу. ㅡ Я вас понимаю. ㅡ повторила она. ㅡ А не хотела бы.       Невиллет улыбнулся её честности.       Путь до дома продолжался недолго. Через пару-тройку минут они вышли на темную, почти безжизненную улицу, ухитрившуюся пролечь посередине между двумя живыми проспектами. Затем, вновь выйдя на проспект, Невиллет повел Фурину в самую тихую и узкую часть некогда широкого и шумного центра города. Там уже, завидев проем между двумя построениями, они завернули и оказались в сомкнутом со всех четырех сторон жилыми домами дворе, а-ля большая серая комната, потолок которой заменяет высокое небо.       ㅡ Вот и моя тюрьма. ㅡ сообщил Невиллет со смешком.       Фурина только улыбнулась.       ㅡ А мне нравится. У вас очень тихо.       ㅡ Поживите тут немного, и вы захотите убежать от сюда как можно скорее. ㅡ с такой же ухмылкой ответил Невиллет, как бы в шутку.       Он забрался по отделанной мраморными плитками лестнице и переступил порог, темная чугунная дверь которого была гостеприимно открыта.       Там Фурина увидела, что подъезд был таким же белым, однако не таким чистым. На то Невиллет сетовал:       ㅡ Здесь страшно грязно. ㅡ он стрельнул глазами в сторону паутины с огромным длинноногим пауком в верхнем углу лестничного пролёта. ㅡ Хорошо было бы почистить немного, одна женщина даже попыталась это сделать. Вот только сию минуту сюда собрались все грязнули города и запачкали пол своими ботинками с грязью.       Фурина слушала собеседника так, точно он говорит нечто сверх важное. В тусклом свете лампочки она выглядела будто затерянная душа, которая держится за своего Спасителя как за волшебную ниточку, не думая ни о чем другом более, кроме как наивных мыслях о том, что Он сможет исправить её жизнь.       На четвертом этаже взгляд Фурины приковала к себе белая матовая дверь на фоне остальных чёрных и тёмных. Невиллет подошел именно к ней и отпер.       ㅡ Ах, я чуяла, что ваша квартира кроется за этой дверью.       Фурина заглянула внутрь и узрела чистую белоснежность квартиры.       ㅡ Надо же, месье, ㅡ приятно удивилась она.       Невиллет отошел, как бы приглашая гостью внутрь.       Внезапно Фурина засмеялась:       ㅡ Я как чёрное пятно в этой ослепительной белизне.       На ней была черная шелковая блузка с синим агатом на жабо, брюки в тон к блузе и маленькие матовые туфли того же оттенка с бантиками из темно-синей ленты, на которых отливали голубизной два камня.       ㅡ Я не против такого пятна, уж поверьте. ㅡ признался Невиллет.       Поскольку наступала ночь, Невиллет спросил у своей гостьи, где ей удобнее будет спать. Фурина и думать не могла о спальне в чужой квартире, отчего осела в зале на диване. Введя её в ведение того, что диван не раскрывается, Невиллет выдал ей чистое белье и подушку.       Едва он успел осведомиться о том, в чем она будет спать, актриса порывисто ответила, что ей ничего не надо, только при условии, что Невиллет не будет заходить в зал. Он согласился и в эскорте приятной истомы усталости удалился в спальню, довольный тем, что завтра ему некуда будет спешить.       Сон хозяина временного пристанища занял десять часов. На утро он чувствовал себя как нельзя лучше прежнего. Глаза не болели так, как в недавнее время. Спина расслабилась. Голова после пробуждения не была обременна тяжелыми мыслями, темными, как дно океана, на которое давит огромная толща воды. Так ещё если учитывать то, что свои сновидения он напрочь позабыл. Было восемь часов.       Раньше он бы не смущался своего вида и стал ходить по квартире в ночной рубашке и помятыми, точно их вытащили из пасти коровы, штанами. Однако зная, что в его жилище сейчас снует кто-то второй, он, превозмогая внезапно охватившую его с утра леность, привел себя в свой обычный вид состоятельного человека, хотя так не хотелось.       Невиллет дошел до дверей зала, которые, между прочим, были открыты. Он заглянул туда: подушка аккуратно лежала поверх филигранно сложенных простыни и тонкого одеяла. Актрисы не было.       Он прошел на кухню. Единственное, что там изменилось ㅡ это вымытая посуда рядом с раковиной. На столе стояла тарелка с совсем свежей едой. Но не священный дух же это всё сделал? Фурина где-то рядом.       Невиллет с аппетитом принялся за завтрак, который пришелся ему по душе. А потом, после трапезы, он учуял резкий запах хлора в прихожей, прямо у двери. Также он понял, что Фурина взаправду куда-то ушла, причем не так давно.       Раз так, то значит ей пора. А вот куда уже Невиллета не касается.       Отсюда выходит, что можно расслабиться...       Отложив постельное белье на диване в другое место, Невиллет лег на сине-зеленый бархат в обществе книги. Чтение для него было терапией. Не будь то простая или сложная книга, она его расслабляла и помогала позабыть о плотском мире, перенося в мирок забвения. Книги штабелями лежали у него на столе. Помимо художественной литературы там были и официальные с юридическими. Но даже такие не делали его отдых менее приятным.       Вдруг он услышал, что в квартиру кто-то вошёл.       В дверях зала показалась Фурина.       ㅡ Вы проснулись? ㅡ спросила она.       ㅡ Доброе утро, да. Я думал, что ты ушла.       Фурина вздрогнула, замешкалась на несколько секунд, а потом смущенно продолжила:       ㅡ Тогда бы я с вами обязательно попрощалась. А так то я была здесь.       Невиллет вопросительно вскинул брови.       ㅡ Вы жаловались на подъезд... Я решила вымыть его.       ㅡ Это того не стоило. ㅡ покачал головой Невиллет.       ㅡ А мне кажется наоборот. Смотрите. ㅡ она скрылась за дверью.       Невиллет пошел за ней следом.       Фурина стояла на кафеле подъезда в своих туфлях, только они были в несколько обезображенном состоянии. Выйдя к ней, он проследил за её взглядом и узрел на стене лист бумаги с аккуратно выведенными на нём буквами:«Дорогие жители и гости! Не нарушайте чистоту подъезда. Не будьте свиньями». Затем Невиллет оглядел весь этаж и подметил про себя, что тут можно спокойно ходить и без обуви.       ㅡ Ты умница. ㅡ улыбнулся он. ㅡ И ты вообще ела что-нибудь?       Фурина снова замялась.       ㅡ Мне тоже можно?       ㅡ Безусловно, не морить же себя голодом. Зачем задавать этот вопрос?       ㅡ Нет, я ела. ㅡ Фурина помотала головой и её белые локоны раскидались по прямым плечам       ㅡ Мне тоже можно обращаться к вам на ты?       ㅡ Если честно, мне кажется, что, после того как вы переночевали у меня в квартире, нет смысла более церемониться.       Глаза Фурины с радостью блеснули в известняковом свете. Казалось, что для неё это было неким достижением.       После обеда Фурина заявила, что идет в свой театр.       ㅡ Я думаю пока оставить это дело. ㅡ говорила она. ㅡ После недавнего мне не очень хорошо.       ㅡ Правильно. Сначала надо восстановиться, так ведь? Не то станет ещё хуже.       ㅡ Да. Тем более я как-то боюсь...       ㅡ Почему ты не обращаешься в полицию? Нельзя боятся угроз, с каждым днем всё хуже и  хуже. Таких сволочей лучше не боятся, Фурина.       ㅡ Нет! Ты не знаешь! Не суди раз не знаешь! ㅡ она взорвалась, стоило только поднять эту злосчастную тему.       ㅡ Я хочу знать, я думаю, что...       ㅡ Месье! Я не хочу кричать на вас, но я бы на вашем месте всё поняла и приняла, без лишних вопросов.       Невиллет смиренно кивнул и выпроводил разгоряченную Фурину из дома.       Спустя несколько часов она вернулась.       ㅡ Каковы твои планы? ㅡ спросил у неё Невиллет.        Фурина улыбнулась как ни в чем не бывало.       ㅡ Мне сейчас будет лучше всего оставаться дома. Иногда гулять в людных местах. Там я чувствую себя в безопасности. Знаете, порой в гримерке перед спектаклем я чувствую себя тревожно. Совсем одна.       Невиллет слушал ее и согласно кивал.       ㅡ Да, верно. Вы всё это время будете жить у меня, верно?       ㅡ Если вы не против. Я не хочу доставлять вам лишних неудобств... Хвалить себя ㅡ это не очень красиво, но я скажу вам, что я чистоплотна и особого места в квартире не занимаю...       ㅡ Как дюймовочка хочешь жить? Нет, я тебя понимаю, и я знаю, что тебе сложно... Лучше живи как у себя дома. Так и мне будет спокойно.       ㅡ Правда? Ох, спасибо огромное! ㅡ лицо Фурины словно разом очистилось от всего негатива. На светлых щеках даже проступил добрый румянец. ...