ꊐꂅꉢꂅꃃꁲꋪ ꀊꏿꃃꌦꅐꂪꁲ

      Я лежала в кровати, думая о том, что прошло уже две недели как мы узнали, что пришла поставка. Клуб закрыт, Майки категорически запретил посещать его, пока Харучьë не поправится, к слову, он до сих пор в коме, тяжёлое состояние сменилось на стабильное, но врачи никаких прогнозов не дают, его пару раз пытались вывести из комы, но безуспешно, дышать он самостоятельно не может. Ран единожды приезжал в клуб, где едва не получил пулю в лоб от Майки. Хайтани говорили мне, что Харучьë для Манджиро единственный близкий человек, хотя мне раньше казалось, что он просто его правая рука и не больше. С одной стороны, я понимаю его, он потерял всю семью и возможно именно в этот момент теряет своего единственного друга. У Рана ещё день рождения на днях, и мы придумали план, как вытащить немного тех наркотиков для экспертизы. В его день рождения, мы поедем в клуб отпраздновать это событие и взломаем кабинет, где хранятся наркотики, как сказал Хайтани младший они хранятся в отдельном помещении вместе с оружием. За день до встречи с папой он неожиданно её отменил, сказал, что произошло, кое-что серьёзное и поэтому он прилетает сегодня утром и ждёт у себя дома. Я проснулась раньше обычного, странное состояние, тревоги какой-то? Не понятно. Ран потянулся и обхватил мою талию, уткнувшись носом под грудью. — Доброе утречко, котик. — Доброе, соня. — С каких пор ты стала раней пташкой? — Не знаю, тревожно как-то. — Да, мне тоже, — приподнялся на локтях Хайтани и навис надо мной. Наши глаза изучали друг друга, хотя они давно выучили нас досконально.— Ты как-будто изменилась. — Я? В плане? — Лицо немного округлилось. — Пф-ф. Вот спасибо. — Это в хорошем плане, и сиськи налились прям, — схватил меня за грудь Ран и стал сжимать. — Ай, больно! — Чшш… — Что ты хочешь от меня? — То, что и всегда, малыш, — прижался к моим губам он, раздвигая их просунул язык, обвивая им мой. Ран обхватил запястья и закинул за голову. Его губы спустились по шее ниже оставляя влажную дорожку, язык прошёлся по возбуждённым соскам, а зубы зацепили пирсинг, Хайтани перебирал его во рту, звеня по зубам, посасывая, прикусывая и оттягивая на себя. Я стала дышать чаще, Ран давно понял, что грудь, шея и уши — моя эрогенная зона. Снова поднявшись к шее, он лизал её, кусал и принялся обводить языком ушную раковину. Мне хотелось пищать, от распирающего внизу возбуждения, которое сладко щëкотало. Его рука спустилась и отодвинула бедро, а вместе с ним и край белья. Средний палец прошёлся от входа до чувствительной точки и на ней же остановился, собрав достаточное количество смазки. Я томно вздыхала в губы Рана и просунула руку к его паху, сквозь ткань трусов, я чувствовала, как наливается член и от каждого моего сжатия отзывается. Хайтани запустил два пальца внутрь меня, медленно двигая и разводя их в стороны. Вытащив, он раздвинул пальцы, демонстрируя растянувшуюся на них смазку, а потом засунул себе в рот. — Самая сладкая, это ты котик, — повалился на меня Ран в жадном и жарком поцелуе, толкаясь своим стояком в меня. — Дразнишь меня, чëрт? — ухмыльнулась я, покусывая его нижнюю губу. — Почему бы и нет? Ещё раз плотно прижавшись к промежности, с моих губ сошёл тяжёлый вздох. — Я откушу твой член, если он сейчас же не окажется во мне. — Как заманчиво, — улыбнулся Хайтани, пройдясь языком по оскрым клыкам. Но он сделал то, о чём попросила и в миг, мы с Раном стали едины. Он отпустил мои руки и, вытянувшись, расставил свои побокам головы, его глаза сверкали, а на губах растягивалась улыбка, когда вновь и вновь входил в меня. Я обвила талию Хайтани, чтобы увеличить уровень проникновения. Он склонился ниже, вдавливая моë тело в кровать, Ран болезнено кусал шею, мочку уха и контур лица. Наши губы снова соединились в похотливом поцелуе, и Хайтани резко вышел из меня. — Ты что делаешь? — Иди ко мне, малышка, — перевернул меня на себя Ран и усадил на своё лицо. Язык прошёлся между складок, затем вернулся обратно и проник внутрь. — Бля-ять. Зачем ты так делаешь? Его руки лежали на моей талии, а потом одна из них стала нагибать вниз. Я послушно опустилась и взяла в рот его член. Его руки переместились на мой зад, сжимая, он бешено толкался языком во влагалище, тем временем я плотно прижималась к основанию опуская голову. Я выводила круги по головке, сережкой пирсинга игралась с уздечкой. — Так хорошо, господин Хайтани? — Продолжай, сучка. Ран обжигал прерывистым дыханием мою промежность и с новой силой вылизывал складки. Я глубже и глубже опускалась до самого паха, пока слëзы не брызнули из глаз, Хайтани добавил пальцы, плотно вдавливая в меня и не забывая ласкать клитор. Я чувствовала, что вот-вот закончу, тогда и член Рана стал напрягаться во рту. Он оторвался от ласк, продолжая быстро двигать пальцами. — Давай любимая, ускорься. Я уже тоже почти всё. И я увеличила скорость движений. Мои губы плотнее сжались на основании, а щëки всасывались в вакууме. Я скулила, когда тепло стало нарастать внизу, Хайтани не переставал двигал пальцами и я вскрикнула, заглатывая неимоверное количество оргазма своего мужчины. Тепло стало растекаться, но Ран всё ещё волнообразно играл внутри, вытащив их, он гладил между складок, пока я высасывала всё без остатка. — Я люблю тебя, Ран, — упала на его бедро, целуя и поглаживая мягкие волосы на них. — Я тебя тоже, детка, — поцеловал одну из моих ягодиц он и шлëпнул. Перевернувшись, я устроилась у него на груди. Он целовал мои губы, глаза и лоб, нежно поглаживая кончиками пальцев плечо. — Ты помнишь, что сегодня мы с моим отцом встречаемся? — Да, я помню. — Волнуешься? — Да нет. — Оно и видно. Ладно, я в душ, — легко чмокнув Рана в губы, я ушла в ванную комнату. Залезая в душевую кабину, я почувствовала, как низ живота тянет, наверное месячные должны придти, нужно найти запас прокладок, что тогда купил Хайтани. Приведя себя в порядок, я зашла в комнату, где лежал Ран тыкаясь в телефоне, а другой рукой он поглаживал Тайë. Мой кот очень привык к Рану и с радостью принимает его почëсывания. Я надела нижнее бельё и шёлковый халат, что заказала около трёх недель назад, как и кучу другой одежды. Хайтани, отрываясь от телефона, переключил на меня взгляд, похотливо рассматривая. — Я пока не готов, но если сильно хочешь, то могу. — Обойдешься. Я завтракать. Ты со мной? — Скоро подойду. Я пошла на кухню, Каяо оставила нам завтрак, а сама, судя по всему, ушла, оставляя записку на столе с едой: «Доброе утро, детки! Я ушла в магазин, скоро буду. Целую.» Никогда не думала, что у чужих вроде бы людей, буду чувствовать себя как дома. Налив кофе, я села и принялась есть, неуспев проглотить кусок рыбы, у меня стал поступать рвотный рефлекс. Я запила его кофе и снова попыталась поесть, но рвотные позывы стали уже ярко выраженные, зажав рукой рот, я побежала в туалет. Из меня вышло всё что было, до желудочного сока, горло стало драть, а рвотный рефлекс не прекращался, мне казалось, что я оставляю в унитазе все свои кишки. Живот снова стал ныть, и осознание пришло само собой, я побежала за телефоном в комнату. Рана не оказалось, а в ванной комнате слышался плеск воды. Быстро зайдя в календарь, я поняла, что месячные должны были начаться ещё неделю назад. — Блять! Быстро переодевшись в джинсы и широкую футболку, я направилась на выход из комнаты, где столкнулась с мокрым Раном в одном полотенце на талии. — Ты куда, котик? — Я? Ам… Да так, прогуляться. — Прогуляться? Сейчас? — Да, Сенджу попросила встретиться. Сегодня ж суббота, она вот дома. — Не оправдывайся. Иди. — Не будешь скучать? — Буду, но так же сильно буду ждать тебя дома. Быстро поцеловав его — выбежала из комнаты, а потом из квартиры. Спускаясь в лифте, я судорожно вбивала симптомы беременности. Сузив глаза вчитывалась в каждую строчку: «Первые признаки беременности: гестоз и гиперосмия, тошнота, тянущая боль внизу живота, чувствительность молочных желез, перепады настроения, сонливость, повышенная утомляемость, повышение базальной температуры». Я пощупала свой лоб ладонью. Хм, да вроде нормальная. Выйдя из лифта, я направилась в первую ближайшую аптеку. Колокольчик на двери зазвенел и в окошке появился фармацевт. — Добрый день, госпожа. Чем могу помочь. — Здравствуйте. Тест на беременность пожалуйста. — Вам какой? — Я не разбираюсь, дайте пожалуйста самый точный, сумма не важна. — Одну минуту. Волнение поднялось от низа до самых ушей. — Возьмите пожалуйста. 700 йен. Я поднесла телефон к терминалу и оплатила покупку. — Спасибо. — Всего доброго. Хорошего дня! Я засунула коробку с текстом в карман, не зная куда мне идти дальше. Выхода не было, и пришлось набрать номер Сенджу. Спустя долгие гудки она всё же ответила. — Намико, привет. Что-то случилось? — Пока не знаю. Ты дома? — Да, но через час хотела навести Хару в больнице. — Я заеду сейчас. — Хорошо. Жду. Я не стала заморачиваться со звонком Коджи, чтобы он меня подвëз, а просто запрыгнула в первый попутный автобус. Обойдя толпу людей, я сжалась возле окна, смотря на проезжающие улицы. Выйдя, я почувствовала снова тошноту и быстрым шагом направилась к дому Акаши. Поднявшись на её этаж, быстро скучала в дверь. — Ты чего тарабанишь? Я молча, придерживая рукой рот, забежала не разуваясь в туалет. Из меня снова вышел желудочный сок, еды там как таковой не было. Умывшись водой, я достала тест и стала читать инструкцию. Наконец-то сделав всё по указанию этой бумажки, я опустила крышку унитаза и села на него, дожидаясь результата. Стук в дверь. — Намико? Всё нормально? — Да, всё хорошо, — ждала когда результат появился в маленьком окошке. — Или нет, — поняла, что результат положительный.— Твою мать! Я закрыла колпачок на тесте и сунула в карман. Выйдя из уборной, Сенджу вопросительно смотрела на меня. — Что-то случилось? — Да. Она вскинула брови. — Пока не могу сказать, нужно убедиться. Мне пора. — Всмысле пора? Ты только пришла. — Прости, Сенджу. Объясню всё потом. Я как быстро пришла, так же быстро вышла из её квартиры.       Потеряв счёт времени от этой информации, я безудержно шла по улице, пытаясь усвоить то, о чём сейчас узнала. Почему же меня это удивляет? Мы ведь никогда не предохранялись, и можно сказать осознанно шли к этому. Но честно? Во мне тешилась надежда, что беременность не произойдёт. Взяв себя в руки, я набрала номер ближайшей клиники и записалась на приём к врачу. Через полчаса я зашла в медицинское учреждение и подошла к стойке администратора. — Здравствуйте. Я записывалась к врачу на 14:36. — Здравствуйте. Имя и Фамилия? — Намико Масуда. — Проходите по коридору налево, врач вас позовёт. — Спасибо. Я прошла в длинный коридор и села рядом с кабинетом. У меня был мандраж по всему телу, страх и неизвестность. Дверь открылась и выглянула женщина лет сорока. — Здравствуйте. Госпожа Масуда? — Здравствуйте. Да. — Проходите пожалуйста. Я прошла в кабинет и села напротив врача. — Слушаю вас. — У меня задержка и тест положительный. Врач встала и стала надевать перчатки. — Пожалуйста, ложитесь на кресло, мне нужно вас осмотреть. За всю жизнь, я была у гинеколога раза три. Два раза я подхватила какую-то хуйню от неизвестных мне партнёров, после расставания с Хаджиме и мой уход во все тяжкие, и один раз меня жутко продуло той зимой на катке, на который мы ходили вместе с Сенджу. Я разделась и легла на кресло. Врач долго осматривала меня руками и давила неприятно на живот. — Матка увеличена на 6-7 недель. — Что это значит? — Вероятность вашей беременности. Будьте добры пошлите со мной на аппарат УЗИ. Врач скрылась за дверью, что находилась в кабинете. Я встала, оделась и пошла за ней. — Пожалуйста ложитесь. На кушетке была одноразовая пеленка и я легла на неё. Врач приспустила мои джинсы и налила гель на низ живота. Надавив датчиком, она скользила по животу, одновременно нажимая круглую кнопку на клавиатуре и смотря в монитор аппарата. Передо мной был тоже экран и я увидела… — Поздравляю. Беременность 8-9 недель. Смотрите какой милый эмбриончик. На дисплее я видела своего ребёнка, хоть он и не был на него совсем похож, но очертания явно давали понять, что это будущий младенец, а не червяк. — Хотите послушать его сердцебиение? — А оно уже стучит? — Конечно. И я услышала этот звук: «----тук-тук----тук-тук----тук-тук----» Моё сердце стало биться чаще, дыхание спëрло, а слëзы потекли ручьём. Он живой. Мой ребёнок. Наш ребёнок. — А пол можно узнать? — По УЗИ ещё рано, но вы можете сдать кровь на пол ребёнка, если хотите. Врач распечатала на аппарате фотографию и отдала мне. Я смотрела на чёрное полотно, где виднелся светлый силуэт нашего с Раном ребёнка. Мне подали салфетки и я протёрла живот. Зайдя снова в основной кабинет, врач села за стол и стала что-то писать. — Извините, мне нужно у вас узнать. — Слушаю, — не отрываясь, писала что-то на листочке женщина. — Я два года употребляла наркотики, это может как-то сказаться на развитии ребёнка? Врач оторвала взгляд от писанины и строго взглянула на меня. — Может. Вы хотите прервать беременность? — Я…