Весна в деревне

В деревне, в доме деда Костя испытывает странное чувство. Он бывал здесь так редко, что помнит все свои визиты до мелочей. Особенно, первый, после которого родители едва не развелись, но всё-таки продержались в несчастливом браке ещё немного. Мама даже стала относиться к нему чуть добрее. Дальше он зачем-то сам приезжал сюда лет в пятнадцать, чтобы позлить отца, который всегда был против этих поездок. А затем и в девятнадцать, чтобы лично сообщить дедушке о том, что собирается жениться. И вот спустя ещё два года, он почему-то снова принял приглашение деда и согласился провести майские праздники у него в деревне, да познакомить стариков с Виталиной. Кажется, Вита не нравится деду с первого взгляда, хоть тот и молчит, и это не узкользает от Константина. Однако Костя решает не заострять на этом внимание, радуясь, что может, наконец, отдохнуть от университета, работы и суеты города, и уделить время своей семье. Он показывает Виталине местный ландшафт: огород, дорогу до пруда через лес, а так же расхваливает бабушкины блины, тесто для которых та как раз и замешивает. Вита внимательно слушает краткие рассказы мужа о его детстве в деревне, и пытается представить, как маленький Костя бродил по этим окрестностям с мамой и был счастлив. Когда бабушка зовёт молодых домой на чай, Костик успевает шепнуть Виталине на ухо: — Мой дед обожает странные дискуссии на тему настоящего русского мужика и послушных женщин, но не принимай его слова близко к сердцу. Вита грустно кивает, не представляя, как будет справляться с очевидно сексисткими разговорами в русской глухомани, однако за столом дед совершено её игнорирует, общаясь исключительно с Костей. Она молча ест блины и запивает их мятным чаем, рассматривая выцветшие подсолнухи на клеёнке, до тех пор, пока дед вдруг не предлагает Константину после полдника пострелять в лесу за калиткой. — Кость, возьми меня с собой, я тоже хочу, — максимально скромно просит мужа Вита, во-первых, тоже желая подержать пистолет в руках, а во-вторых, не желая оставаться наедине с малознакомой ей бабушкой. Но видимо, под словом пострелять дед имеет ввиду «экзамен на мужика» для внука, поэтому вновь смотрит на Виту своим самым недобрым взглядом, считая, что даме в таких развлечениях не место. Однако Костя легко соглашается, не страдая предрассудками деда о роли женщины в обществе. С внуком тот решает не спорить, кратко сообщая, что выдаст ему пистолет и покажет место, где можно пострелять, а сам займётся другими делами. Виталина выдыхает с видимым облегчением, что не ускользает от внимания деда. Он предлагает Константину выйти из кухни в коридор и демонстративно роется в каком-то шкафу, разыскивая пистолет и пакетик с патронами, которые ему время от времени привозит сосед из города в обмен на домашний яблочный самогон. Костя удивляется абсолютному бардаку в «мужском» ящике деда, за которым тот следит «лучше», чем бабушка, но решает это не комментировать. Понимая, что дед собирается что-то сказать, Константин его перебивает: — Если хочешь сказать что-то про Виталину, то лучше не надо. Дед прислушивается к совету внука и молчит, хмуро вручая ему пистолет. Ему есть, что сказать на происходящее, но отчего-то с Костей ему спорить не хочется. — Не уследишь за женой, отвечать за последствия будешь сам, — едко подкалывает внука дед, куда-то собираясь. Константин не отвечает деду, что давно привык разбираться с последствиями в своей семье, потому что понимает, что тот считает его молодым и глупым, которому до настоящего мужика расти ещё лет двадцать, как и Виталине учиться быть хорошей женой. — Почему Вита тебе так не нравится? — вдруг спрашивает он деда, когда тот уже надевает на себя куртку и обувается. Дед некоторое время молчит, прислушиваясь к себе. Он не собирается изливать душу внуку, хотя искренне не понимает, как Костя смог найти себе жену, которая внешне — копия его родной бабки, про которую Константин, конечно, не знает, а характером даже хлеще. Дед не до конца понимает, как ему относиться к копии своей покойной жены, но смотреть ей в глаза он не хочет, опасаясь, что на старости лет его всё-таки настигнут муки совести. — Закончите, пистолет на место вернёшь, — это единственное, что произносит дед перед тем, как выйти из дома и отправиться в гости к другу чуть дальше по улице, не планируя участвовать в цирке. Замечая, что на улице холодает, Костя просит Виталину переодеться в штаны и кофту, а после переодевается и сам, оставляя пистолет на кровати. Он думает, что дед знает, как обращаться с оружием, и пистолет не лежит заряженным в ящике. А Вита без разговоров подчиняется мужу и надевает на себя любимые узкие джинсы и тёплую кофту, и пока Костя отвлекается на свой телефон, берёт в руку пистолет. Она — умная девочка, и прекрасно знает, что приставлять дуло к виску глупо, особенно для фоток в инсту. Но почему-то не может удержаться и на глазах вдруг ставшего серьёзным мужа успевает сделать пару кадров и даже наложить любимые фильтры, пока Костя не прерывает её, напряжённо говоря: — Первое предупреждение. Второго не будет, сразу выпорю. Виталина тут же просит у Кости прощения, вставляя в свои извинения итальянский мат, но больше не балуется с оружием, стараясь держать его правильно и не тыкать им, куда не надо. Она так и сидит с пистолетом в руке, задумавшись о своём, как вдруг у Константина громко звонит телефон, и Вита, вздрагивая от неожиданности, случайно нажимает на курок, даже не думая, что пистолет выстрелит. Костя едва не глохнет от выстрела в комнате, тоже не предполагая, что такое возможно. Он смотрит на дырку в стене, гадая, не довела ли Виталина до инфаркта бабушку, но та погрязла в своих грядках, не обратив внимание на шум. Видимо, подумала, что ребята уже балуются в лесу за домом. Ему, конечно же, есть о чём поговорить с дедом, но этот разговор может и подождать. Константин приходит в себя, складывая два события в одно — пистолет, который только что выстрелил, был у головы его жены секундой ранее. — Снимай штаны и иди в угол, — Костя удивлён, что у него получается звучать спокойно, когда на самом деле он искренне испугался. — И не дай бог тебя там не будет, когда я вернусь. Виталина словно и сама считает, что это наказание заслуженное, и без пререканий утыкается носом в ближайший свободный угол и уже там стягивает с себя джинсы до колен. Светлые кружевные трусы, которые и так мало, что прикрывают Костя сегодня разрешает ей не снимать. Константин удивляется, что жена послушно исполняет его приказ и даже не плачет перед поркой заранее, как это обычно бывает с Виталиной, и решает не затягивать. Сдерживая всю бурю эмоций внутри, Костя выходит из дома и спускается к ручью у забора, выискивая подходящий для порки прут. В кустах он абсолютно не разбирается, поэтому отрывает первый попавшийся ярко-красный прут кустарника, который по меркам Константина годится для перевоспитания его бедной жены. Прут в меру длинный, упругий и очень тяжёлый. Костя пробует взмахнуть им в воздухе и остаётся довольным результатом, хотя сама перспектива высечь им Виталину его совершенно не радует. И в спальню он возвращается в смешанных чувствах. Вита всё так же смирно коротает время в углу, ковыряя пальчиком ветхие обои, абсолютно смирившись с неизбежным. Константин усаживается на кровать, а после притягивает к себе жену, нежно хватая её за руку. Виталина привычно стоит между его колен, ожидая приговора, и ей удаётся сохранять спокойствие ровно до тех пор, пока она не замечает на кровати прут. Костя видит, что ещё немного, и Вита начнёт привично хныкать и умолять его не наказывать её так. И, конечно, жена тут смотрит Константину в глаза щенячьим взглядом, смаргивая навернувшиеся слёзы. — Вита, нет, — спокойно, но строго отрезает Костя. — Никаких истерик. Ты понимаешь, что я сегодня чуть не остался вдовцом? Именно потому что муж не кричит, спокойно донося до Виталины серьёзность происходящего, она справляется со своими эмоциями, кивая Константину в ответ. — Я очень испугался, — признаётся Костя, теперь общаясь с Витой мягко. Прогулка и не самый лёгкий девайс для порки несколько остудили его пыл, но не поколебали его решимость. Он спешит объяснить жене, в чём именно она провинилась, — ты не виновата в том, что пистолет выстрелил. Дед не проверил, мне нужно было проверить. Тебя я накажу за то, что ты, зная о рисках, решила по-детски поиграть с оружием. — Но ведь ты сам сказал, что на первый раз простишь… — бормочет Виталина, думая, что Константин об этом просто забыл. — Это было до того, как он выстрелил, — серьёзно произносит Костя. — Дома. И в твоих руках. Вита грустно опускает голову, уже догадавшись, что от прута ей не отвертеться. Костя видит, что разговор подходит к своему логическому завершению, и встаёт с постели, следом поднимая прут. Виталина с минуту мнётся у кровати, не решаясь улечься. — Всего десять раз, — ободряюще говорит жене Константин, правильно думая, что его Вита уже нафантизоровала себе какое-то запредельное число. — Быстрее начнём — быстрее закончим. С этим поспорить трудно, поэтому Вита решается и устраивается на кровати, запрещая себе себя жалеть. А вот Косте не жалеть её трудно. На всякий случай, он прислушивается к происходящему в доме, лишний раз убеждаясь, не вернулась ли бабушка, и, понимая, что тянет время, решает всё-таки начать. Две минуты порки, когда Константин хладнокровно отсчитывает десять параллельных, ровных полос на попе своей жены, тянутся и для него, и для Виты вечностью. Виталина пронзительно верещит и плачет с первого же стежка, несколько раз пытаясь прикрыть поротое место руками. Под конец порки, она просто громко рыдает, не замечая, что всё закончилось. Костя смотрит, как противно набухают и становятся ярко-красными полосы, и понимает, что десяти достаточно. Он не видит, что жена впадает в истерику, достойно перенеся порку, но не её последствия. Когда Константин пытается успокаивающе погладить Виту по спине, она вырывается из его рук и, злясь, резко натягивает на себя штаны, узкими джинсами делая себе только хуже. — Да лучше бы он и правда мне в голову выстрелил! — всхлипывая, причитает Виталина. От её слов Косте становится не по себе, и вдруг он вспоминает про пистолет, матерясь про себя за то, что сурово высечь свою беззащитную жену догадался, а подать ей положительный пример — нет. Константин находит пистолет на кровати рядом с Витой и забирает его с собой. Возвращая его на место, он понимает, что до стрелялок из пистолетиков не дорос ещё и сам. Как и до того, чтобы кого-то воспитывать. Когда Костя выходит на крыльцо, собираясь выкинуть чёртов прут, то встречается с бабушкой. — Что ж ты натворил-то с бедной девочкой? — восклицает бабушка, заставляя Константина усомниться в правильности своего решения. — Да за что ты так её? — Бабушка… — начинает Костя. Ему отчаянно хочется, чтобы его выслушали. Однако бабушка отмахивается от внука, не собираясь выслушивать его оправдания. — Сходи-ка к деду в сарай, он хотел с тобой побеседовать, — расстроенно просит Константина она. — А я, внук, не хочу с тобой разговаривать. Костя понимает, что заслужил подобное обращение от бабули, но оно всё равно заставляет его ощутить лёгкую грусть на сердце. Только сейчас он замечает у бабушки на руках любвиобильного соседского рыжего кота, которого та вероятно несёт в комнату к Виталине для моральной поддержки. Бабушка хмуро смотрит вслед уходящему внуку и словно не верит, что насилие в семье её мужа передаётся по крови по мужской линии, и избежать его невозможно.