"Чернильница"

Утро понедельника началось с обсуждения новостей. Засев за задней партой на безнадежно тоскливом уроке химии, в которой ни Маринка, ни Артем ничего не смыслили, они чуть не поругались за право первым рассказывать о прошедших выходных. Выиграла все же Маринка. - Крыс это нечто! – шепотом восторгалась Анохина, едва сдерживая себя, чтобы не махать руками. Глаза у нее горели, щеки раскраснелись. Очевидно, она была в полнейшем восхищении. - В каком плане? – усмехнулся Артем, подперев рукой голову. - Короче, - начала Маринка, а если она начинала рассказ с этого слова, то ни о каком «короче» там речи не велось. – В субботу мы все-таки пошли гулять. И реально в парк! Я там сто лет не была, прикинь. А тут свидание и в парк! - Ты же сама туда предложила. - Да я в шутку! А он буквально воспринял, - хохотнула та. – Но это даже мило. В общем, мы покатались на всем! На всех аттракционах, даже самых страшных! И он первый, кто меня не отговаривал, а шел со мной. И он реально кайфовал вместе со мной! Мы даже голоса сорвали, так орали. Зная Маринку, Артем не мог не уважить выдержку Крыса. Эту энергичность не каждый вынесет, не то, что поддержать сможет. Артем несмотря на то, что сам вроде не особо любитель сидеть на месте, все равно уставал от деятельной Анохиной. А Крыс пусть и не выглядел пришибленным на всю голову умудрился быть с ней в одном темпе. Это реально круто. - Еще мы постреляли в тире, он выиграл мне какого-то фиолетового гомункула. Наелись всяких вкусностей, посидели в кафе, покатались на лодке и прыгнули с тарзанки! – взвизгнула Маринка, не сдержавшись. - Задняя парта! – окрикнула их учительница. - Извините, - пискнула Анохина и пригнулась, прячась за спинами одноклассников. Чуть помолчав и дождавшись, когда учительница продолжит урок, Маринка вновь зашептала. - Я так круто никогда время не проводила! Он буквально каждое мое предложение поддерживал. И не просто, чтобы произвести впечатление. Когда человек веселится через силу, это видно. А Крыс был вместе со мной. Тарзанка и лодка вообще его идеи были. Так ведь и влюбиться можно, - мечтательно протянула Анохина, посмотрев куда-то в пространство блаженным взглядом. - Ну и что в этом плохого? – Артем приподнял бровь. - Он старше на семь лет, - как-то печально вздохнула подруга. – Я для него веселая школьница. Возможно, что-то новое в жизни. Что, если я влюблюсь, а для него это окажется просто развлечением? Мы хорошо провели время, это правда, но я бы не хотела влюбляться. Не хочу потом реветь в подушку из-за того, что меня бортанули. - Как-то очень пессимистично для тебя, - подозрительно нахмурился Артем. Такие слова действительно были очень не в духе Анохиной. – У вас там ничего не произошло? Анохина покачала головой. - Нет. Вообще ничего, - и снова ее голос был лишен хоть какой-то радости. - Даже за ручку не подержались? – у Артема глаза округлились. - Если ты о том, ходили ли мы как влюбленная парочка, то нет, не подержались. Это свидание было больше дружеским, что ли. Нет, не пойми неправильно, мне очень понравилось, по-настоящему круто было, мы с Крысом словно на одной волне оказались. Но ничего романтического не было. Он не приставал. Вообще никак. Все те парни, с которыми я встречалась, начинали распускать руки чуть ли не с первой минуты. Меня это бесило, но не удивляло. А Крыс наоборот руки не распускал, и это меня озадачивает. Ему не интересно? Я ему не нравлюсь, как девушка? Может, ему короткие волосы не нравятся? - А может ему просто сперма по башке не бьет, как нашим одногодкам? – усмехнулся Артем, припомнив, что раньше в поле зрения Маринки взрослых парней не было. – Вряд ли он пошел бы с тобой куда-то, если бы ты ему не нравилась. Вы сейчас продолжаете общаться? - Да, - Анохина мелко закивала, как какой-то болванчик. – Переписываемся, созваниваемся, мемчиками обмениваемся. - Ну если мемчиками, то это точно серьезно, - широко улыбнулся Артем. – Вот видишь, он тебя не кидает. Так что не переживай. По крайней мере сейчас. - Да я и не сказать, чтобы сильно переживаю, - Анохина легкомысленно пожала плечами. – Людей вокруг слишком много, чтобы из-за каждого знакомства переживать. Не будет Крыса, будет кто-то другой. В конце концов тот самый, предназначенный судьбой, отыщется. Как же у нее порой все легко. Артем так не умел, а потому тихонько восхищался способностью Маринки так относиться к окружающим. Для него каждый впущенный в жизнь человек был тяжелым испытанием. А тут… как перчатки просто. - Ну, - Анохина вдруг расплылась в улыбке и загадочно посмотрела на Артема. – А твои выходные как прошли? Насколько я знаю, ты все-таки сходил к Отче в пятницу. Почему-то вдруг стало неловко. Артем поерзал на стуле, как-то совсем скукоживаясь, и кивнул, чувствуя, как потеплели щеки. - И как это было? – Маринка от любопытства аж засветилась. Едва слышным шепотом, Артем пересказал ей события пятницы: как пришел в салон, как Отче его не выгнал и даже был вполне дружелюбным, как окрестил его Мелким, как показал свои тату и как сам предложил сходить поесть. - Вот видишь, а ты боялся! – радостно отозвалась Анохина. – И куда вы пошли? - Купили по шаурме за углом и сели в парке. - Ты еще скажи, что на ту самую скамейку, где ты за ним следил. - Нет, к счастью, - Артем внутренне содрогнулся. – Прошли вглубь, где людей поменьше. С видом на пруд. - Капец, романтика, - Маринка даже губами причмокнула, смакуя информацию. – Шавуха, парк, пруд. Ммм, красота. Пенсионерская какая-то, правда, но какая уж есть. - Ну мы-то не на свидании были, - фыркнул Артем, почему-то уязвленный ее замечанием. - Ну да, ну да, - согласила Маринка, но как-то очень обидно. – И как ваше общение шло? Я надеюсь, ты не заикался на каждом слове? Вопрос был не с потолка взят. С новыми людьми Артем всегда вел себя скованно, и Маринка это прекрасно знала. - Сначала было неловко, но потом мы разговорились. Мы два часа в парке просидели, и, если бы маман не позвонила с требованиями нести жопу домой, думаю, еще бы сидели. С Отче оказалось намного комфортнее, чем я думал. - А данными вы обменялись? Переписываетесь? – Маринка потрясла в руке свой телефон. Артем смущенно кивнул, покосившись на свой гаджет, лежавший на тетрадке. - Он написал в пятницу вечером, спросил, нормально ли я добрался до дома. - Ооо, - умиленно протянула Маринка, подперев щеку рукой. – Какая милота! - Угу, - Артем почувствовал, как сильнее запылало лицо. - Ты хоть понимаешь, что парни не пишут такое друг другу? Не принято, как бы. Такое парни пишут девушкам, в которых заинтересованы. - Не обнадеживай меня. Может, он просто человек хороший. - Сташевский, ты дурак? – беззлобно поинтересовалась Анохина. – Каким бы хорошим парень ни был, он не станет писать такое другому парню просто так. Ты ж не дите малое, о котором нужно беспокоиться, когда он один домой добирается. Вы продолжили переписываться потом? - Чуть-чуть. Я сказал, что все нормально. А он потом пожелал спокойной ночи. - Теперь я уверена, что твой гей-радар сработал как надо, - уверенно заявила Маринка. – И более того, Отче заинтересовался. - Да с чего ты взяла? – Артем не спешил верить ее словам. – Это могла быть обычная вежливость. - Неа. Либо он считает тебя ребенком, и потому из него прут какие-то заботливые настроения. Либо он в тебе заинтересован. Кстати! – Маринка оживилась, вспомнив что-то важное. – Я потрещала с Крысом на тему того, как им живется вдвоем. И вытянула кое-что об Отче. У него года четыре уже никого не было. По крайней мере, он к себе никого не водил. Крыс сказал, что он полностью сосредоточился на работе после последних, каких-то очень тяжелых отношений, и прям чуть ли не монахом заделался. - Да быть этого не может, - не поверил Артем. Как такой человек как Отче может быть один столько времени? Не урод, общается по работе с таким большим количеством людей. Да Артем в жизни не поверит, что ему ни разу никто не приглянулся. - Я тоже скептически отнеслась. Но Крыс явно не фантазировал. Сказал, что там какой-то лютый трэш творился, и Отче настолько заебался, что от любых попыток с ним сблизиться шарахался как от чумы. Но от тебя очевидно не шарахается, если первым написал. - Ага, или просто видит во мне ребенка, - кисло заметил Артем, задумавшись над полученной информацией. Отче вел себя очень спокойно. Настолько, что действительно казался познавшим дзен монахом. Сперва Артем решил, что он просто сам по себе такой умиротворенный. Но сейчас ему показалось, что его невозмутимость могла быть как-то связана с теми тяжелыми отношениями. В конце концов, очень странно, что человек четыре года один. Что там могло такое происходить, что Отче на столько времени отказался от любых новых отношений? Или, возможно, с теми не все еще окончено? - О чем грузишься? – Маринка заметила, что Артем окунулся в размышления. - О том, есть ли у меня вообще шанс, - хмуро отозвался он. Ведь если Отче все еще не отпустил события четырехлетней давности, то вряд ли станет начинать что-то новое. - Ну, блин, я, конечно, не Отче, за него говорить не могу, но, Тем, даже я расценивала бы его поведение как интерес. Не придумывай себе ничего лишнего. Работай с фактами. Пока он не сказал тебе твердое «нет», ты не должен отступать. Конечно, если тебе самому нужен парень с таким прошлым. Черт его знает, какие там тараканы у него в голове поселились после того трэшака. Артем кивнул. В целом он был согласен с Маринкой. Однако теперь не мог не думать о прошлом Отче, о котором знал такие крохи. И то от третьего лица. Было бы здорово, если бы очкарик однажды сам все рассказал. Только вот чтобы понимать, что это вряд ли произойдет скоро, не нужно быть семи пядей во лбу.

~~~

После школы Артем поехал домой. Маринка улетучилась к своим репетиторам, а идти к Отче было бы слишком навязчиво. К тому же он наверняка работает. Конечно, ему можно было бы написать и спросить, но Артем решил не форсировать события. Они виделись в пятницу. Возможно, к концу недели будет уместным снова к нему заскочить. Вызывать каких-то подозрений не хотелось. Поднявшись на лифте на девятый этаж, Артем уже на площадке услышал громкий голос отца, доносившийся из их квартиры. Сташевский Владимир Сергеевич о чем-то сильно, даже агрессивно возмущался. О чем именно разобрать не получалось, закрытые двери и стены скрадывали четкость слов. Преисполнившись любопытства, Артем вошел в квартиру. - Гребанные пидорасы! – гремел глава семейства прямо в коридоре. – Совсем стыд потеряли! Где это видано, Света, чтобы два мужика… тьфу! Извращенцы чертовы! У Артема все внутри обмерло. Он истуканом замер на пороге, огромными глазами уставившись на отца. Это был невысокий, коренастый мужчина сорока лет. Довольно красивый в юности, сейчас он испортил себя не самым здоровым образом жизни: пивко после работы, жирная пища и маленькая активность помогли ему обзавестись неприглядным животом и в целом лишним весом, то ли генетика, то ли что, лишили некогда густую шевелюру большей части волос, оставив проплешину на макушке. Владимир Сергеевич был типичным среднестатистическим представителем рабочей касты населения. И как многие представители этой касты в гневе был громким и пугающе грозным. - Артем! – сердито гаркнул он, завидев вошедшего сына. – Вот разве это нормально?! Мысли заметались в голове вспугнутой стаей птиц. Хаотично и неудержимо. Первое, что Артем попытался сделать, это судорожно вспомнить, где и как мог спалиться перед отцом, яро ненавидящим все, что связано с однополой любовью. По какой-то дурацкой иронии судьбы самый жуткий гомофоб, которого Артем только видел, жил с ним под одной крышей. И даже представить страшно, что отец с ним сделает, если узнает, что его сын предпочитает парней, а не девушек. Следующее, о чем он задумался, это почему он все еще жив и здоров, а не избит до полусмерти. Если бы отец уличил его, то не стал бы просто орать. Значит, все-таки его гнев вызван не Артемом. - А что случилось? – осторожно осведомился он, пока не спеша закрывать за собой дверь, чтобы в случае чего можно было удрать. - Твой папа наткнулся в подъезде на двух целующихся мальчишек, - из кухни выглянула мать, Сташевская Светлана Игоревна, звучавшая в отличии от отца вполне спокойно и миролюбиво. – Сам понимаешь, что случилось. - А, понял. Они хоть живы? – расслабившись, Артем закрыл за собой дверь, и скинул обувь. - Живы, - выплюнул Владимир Сергеевич с откровенной досадой. – Быстро бегают! Но скажи мне, разве это нормально?! Мужик должен бабу тискать по углам! Так природой устроено! - Вовочка, так природой устроен ты, - мягко возразила мать, оставаясь на кухне. – А есть другие люди, с другими взглядами. Вот как тебя не заставишь влюбиться в мужчину, так и их не заставишь влюбиться в женщину. - Их лечить нужно! – продолжал бушевать отец. – Это больные люди! - Врачи говорят, что они здоровые, - Артем скинул на пол рюкзак и шагнул на кухню. - Да что они понимают?! Толерасты долбанные! Мир сходит с ума! Скоро с животными трахаться за норму примут! – отец притащился следом за Артемом. – А ты когда уже какую девку домой приведешь? Семнадцать лет, а кроме Маринки твоей мы в глаза никого не видели. Ты хоть тискал уже кого, а? Колись, давай! - Вова, отстань от ребенка! – тут же пришла на выручку мама, замахнувшись на отца полотенцем. Маленькая, кругленькая, в цветастом халате, она казалась бесконечно уютной и доброй. Порой Артем задавался вопросом, как его родители вообще сошлись. Грубый, упрямый батя и она, олицетворение света божьего на земле. Хотя, наверно, только такая как она и могла выдержать кого-то вроде Сташевского старшего. - Чо отстань, чо отстань? – гнев отца постепенно утихал и на его место заползало веселье. Правда такое же грубое, как и он сам. – Я в его годы уже столько девок пощупал, а он что? - А он не такой дурень, как ты! – забавно хмурила брови мама. – Рано еще девок заводить. Школу надо кончить, в университет поступить, отучиться! Или хочешь, чтоб он водителем как ты всю жизнь просидел в фурах этих?! Вот отучится, пойдет работать на хорошее место, тогда будет о девушках думать. А то еще обрюхатит дурочку какую и жизнь под скос! Не слушай его, Артем. Не надо нам пока невест. - Да я и не планировал, - пока родители кричали, Артем помыл руки и накидал себе еды в тарелку. Эти перепалки были уже привычны для него. То и дело мать или отец поднимали тему его отсутствующих отношений, что-то задвигали про девушек и нежелательные беременности, про то, что Артему нужно отучиться сперва и так далее, и так далее. А он раз за разом отвечал, что они могут быть спокойны. И хотя бы этим их радовал. Хотя бы пока что. Потому что он точно знал, что придет день и они узнают о его ориентации. Это скорее всего будет день, когда от него отрекутся. Морально к такому подготовиться наверно невозможно, и все же, уже заранее понимая, чем грозит каминг-аут, было как-то легче все спланировать и в итоге принять последствия. - Вот хороший мальчик, - мать чмокнула Артема в щеку и отпустила в комнату. Есть на кухне у них в семье не было принято. Каждый тащил еду или к компьютеру, или к телевизору. Говорят, что совместный прием пищи способствует сближению в семье. Очевидно, никто из Сташевских не считал, что им это необходимо. Закрыв за собой дверь комнаты, Артем включил компьютер и опустился в кресло, вытащив из кармана телефон. Открыв мессенджер, он пролистал диалоги вниз, где нашел переписку с Лагунцовым Виталиком. Открыв ее, он перечитал последние сообщения, датированные числами начала августа. Артему необходимо было успокоиться. Войдя в квартиру и застав орущего отца, он на мгновение решил, что Виталик нарушил их договоренность. К счастью, это оказалось не так. Виталик: «Если ты не сделаешь, как я сказал, я все расскажу твоему бате. Этот псих от тебя живого места не оставит. Так что думай, решай». Артем: «Если ты хоть слово ему скажешь, я раскрою твой маленький секрет кому надо. Посмотрим, на ком живого места не останется. Так что отвали от меня. Забудь, что я существую, иначе я потащу тебя за собой». Виталик: «Ты ахуел? Совсем страх потерял? Я тебя угондошу, если ты пасть свою разявишь!». Артем: «Я буду молчать, если ты обо мне забудешь. Все просто». Виталик: «И схуяли мне тебе верить?!» Артем: «Из нас двоих только я не оказался чмом. Мне проблемы не нужны. Просто отъебись от меня уже». Виталик: «Хорошо. Но имей ввиду, если что-то всплывет, тебе пиздец». Артем: «Из-за меня не всплывет. За других не ручаюсь. Если тебя кто-то другой спалит, я здесь не при чем». Виталик: «Я все сказал». Это было последнее сообщение от Лагунцова. И больше они с того раза не виделись и не разговаривали. В тот момент Артем чувствовал себя использованным, измазанным в дерьме легковерным придурком. Винил себя за то, что ослепленный влюбленностью, не рассмотрел в Лагунцове ублюдка, с которым не стоило связываться. Но откуда он мог знать, что обаятельный, дерзкий парень, проявивший к нему первое в его жизни романтическое внимание, окажется полным мудаком? Ведь все начиналось так хорошо. Тяжело вздохнув, Артем вышел из мессенджера и бросил телефон на стол. Прошлое должно оставаться прошлым. Оно принесло опыт и этого вполне достаточно. Больше таких ошибок он повторять не намерен. И в первую очередь не будет вестись на харизматичных, сладкоречивых чуваков, в которых почует хоть намек на гниль. К тому же теперь его интересует только Отче. А он отличается от Лагунцова, как небо от земли. Включив какую-то киношку, Артем приступил к еде. И чуть не подавился, когда телефон вдруг тренькнул, сигнализируя о новом сообщении. Скосив глаза на экран, Артем аж жевать перестал. В уведомлении значилось «Отче». Едва не опрокинув тарелку, Артем схватил телефон и открыл сообщение, жадно пробежавшись по тексту взглядом. Внутри тут же все обмерло, а через мгновение вспыхнуло огнем. Отче: «Привет, Мелкий. Какие планы на вечер пятницы?». Артем, абсолютно не веря в то, что видит, несколько раз перечитал сообщение. Потом вышел из мессенджера и зашел снова, проверяя не привиделось ли ему. Не привиделось. Сообщение было на месте. А рядом с именем контакта значилось «в сети». Значит, нужно ответить, чтобы Отче не решил, что его игнорят. Дрожащими пальцами, Артем набрал ответ. Артем: «Привет. Да никаких. А что такое?». Отче тут же начал печатать ответ. У Артема сердце в груди колотилось так сильно, что он биение в ушах услышал. Не шевелясь, он ждал новое сообщение, будто оно решало нечто очень важное в его жизни. Отче: «Нас с Крысом друзья на свой концерт пригласили. Дали по плюсу каждому. Он твою подружку позвал, а она вынесла ему мозг про то, что тебя тоже надо взять с собой. Мне плюс все равно некому давать, так что можешь им воспользоваться. Если хочешь». Артем едва не заорал от радости, когда смысл текста до него все-таки дошел. Вскочив с места, он заметался по комнате, не в силах сдержать широкую улыбку, от которой аж щеки заболели. Будь Маринка здесь, он бы ее наверно задушил в объятиях от переполнявших эмоций. Нужно будет обязательно ей что-нибудь купить вкусное в благодарность. Справившись с первым наплывом чувств, Артем обрушился обратно на стул и тут же напечатал ответ. Артем: «Конечно, хочу! Спасибо!». Отче: «Круто) Не придется быть третьим колесом. Тогда до пятницы». Артем: «До пятницы)». Закрыв диалог с Отче, Артем тут же написал Анохиной. Артем: «Я хз за что жизнь мне послала тебя, наверно, я страну спас в прошлой жизни, но я пиздец как рад, что ты у меня есть». Маринка тут же вошла в сеть и начала печатать ответ. Маринка: «Он тебя позвал, да?)))». Артем: «Да, только что написал)». Маринка: «Будешь должен)». Артем: «Ясен хрен! Спасибо!» Маринка прислала стикер с поцелуем и на этом Артем отложил телефон в сторону. Улыбка никак не сползала с его лица. Только подумать… Он пойдет на концерт с Отче. Это определенно что-то невероятное. Осталось теперь дотерпеть до пятницы и не свихнуться. А это та еще задачка, с учетом того, что сейчас обед понедельника. Ну ничего. Время пролетит быстро, если его забить чем-нибудь приятным. Быстро доев и пролистав учебники, Артем переоделся в удобные спортивные вещи и, прихватив скейт, вышел из дома. Катание на площадке определенно то, что поможет ему скоротать ожидание.