Тёмное солнце, взошедшее над Совёнком

      Добравшись до площади, Гвиндолин огляделся. Тут он ещё не был. Это странно, учитывая, что это практически самое заметное место в этом лагере. В центре возвышалась статуя какого-то человека. На постаменте была надпись заглавными буквами: “ГЕНДА”.       “Что это за Генда? Король? Бог? Надо будет уточнить у Ольги Дмитриевны. Она должна знать, не зря же занимает пост вожатой.” – подумал Гвиндолин, внимательно разглядывая статую. Да, местные скульпторы ни в какое сравнение не идут со скульпторами Анор-Лондо. Гвиндолин вспомнил великолепные статуи, построенные в честь его отца. А затем с грустью вспомнил, что в его честь статуй не строили. А потом с ещё большей грустью вспомнил, как отец приказал уничтожить все статуи, посвященные первенцу Солнца, старшему брату Гвиндолина. От этих мыслей его отвлёк голос:       – Тебе, что, не спиться?       Он обернулся. На скамейке рядом со статуей сидела Лена. В руках у неё была книга. Что это была за книга, Гвиндолин разобрать не мог.       – Мне не нужен сон. – холодно ответил Гвиндолин.       – Врёшь. Всем людям нужен сон. Без него организм не будет работать в полную силу.       “А я не человек” – хотел было ответить Гвиндолин, но подумал, что это звучит не очень и вслух сказал:       – Я не такой, как все.       Чуть помолчав, Лена ответила:       – Уникальность – это хорошо.       Снова молчание. Спустя минуту Лена сказала:       – А ты ведь так меня и не поблагодарил.       – За что?       – За экскурсию по лагерю и помощь с обходным.       – А разве я должен тебя благодарить?       – Вот как мы разговариваем? Не знаю, как это там, откуда ты приехал, но у нас людей принято благодарить за добро, которое они делают.       Гвиндолину это все надоело. Не хватало ещё, чтобы человек учил его манерам. Он развернулся к Лене спиной и пошел прочь. Но тут он почувствовал что-то необычное. Что-то, что заставило его развернуться, подойти к Лене и сказать, опустив голову и встав на одно колено:       – Извини, если нагрубил. И извини ещё за то, что не поблагодарил. И спасибо.       Слова как будто сами вышли из уст Гвиндолина. Ему даже показалось, что это не он их произносит.Он поднял голову. Лена смотрела на него своими большими зелёными глазами, в которых он прочёл удивление, смешанное с чем-то, что не поддаётся описанию, но явно чем-то положительным.       – Ну… Хорошо. Извиняю. Чего это ты так?       – С…Сам не знаю, что со мной такое. Я, наверное, пойду. До…До завтра.       – До завтра, Гвиндолин.       И он ушел. Каркнул ворон. Гвиндолин обернулся на звук. Из ближайших кустов вылетели два ворона.       “Бред. Ну не может же Велка быть в этом мире.” – подумал Гвиндолин, провожая воронов взглядом. Вороны сели на ветку ближайшего дерева и стали пристально на него смотреть. Желая избежать этого взгляда, Гвиндолин быстро направился в сторону своего домика. Сейчас там должен быть Избранный Немёртвый. Гвиндолин придёт и Избранный всё ему объяснит. Дойдя кое-как до домика, Гвиндолин дёрнул дверную ручку. Не заперто. Он вошёл. Никого не было. Обе кровати были не застелены. Решив, что Избранный Немёртвый тоже решил прогуляться, Гвиндолин лёг на свою кровать. Он прикрыл глаза. И, сам того не желая, он заснул.       Во сне он слышал голос. До жути знакомый голос. Он говорил:       – Мой принц! Мы должны встретиться. Я буду ждать вас завтра утром на площади. Я буду ждать…Ждать…Ждать…       Голос всё отдалялся. Когда он уже стал совсем еле слышим, Гвиндолин понял, кто это. Это был Фрампт Королевский Искатель.