Тёмное солнце, взошедшее над Совёнком

      Время завтрака подходило к концу. Несколько ребят, сдав грязную посуду, уже выходили из столовой. Гвиндолин всё так же ничего не ел, изучая своего нового друга.       – Так и что? Ты расскажешь, как отсюда выбраться?       Среда не ответил. Он как будто не слышал Гвиндолина и смотрел куда-то в сторону. Гвиндолин обернулся, решив узнать, на что Среда так отвлекается. У выхода из столовой стояла медсестра и разговаривала о чём-то с Ольгой Дмитриевной.       – Эй, Среда, я с тобой говорю! – сказал, обернувшись снова к Среде, Гвиндолин. Голос он чуть повысил, чтобы собеседник его точно услышал.       Среда отвлёкся от наблюдения за тем, как грудь Виолы покачивается при малейших движениях, и повернулся к Гвиндолину. Чуть помедлив, он сказал:       – Прежде всего ты должен запомнить: это место отпустит тебя только тогда, когда ты этого захочешь меньше всего.       – Не понял. Объясни.       – А что тут непонятного? Всё просто: ты НЕ ДОЛЖЕН думать о выходе отсюда. Ты должен ПРИВЫКНУТЬ к этому месту и ПОЛЮБИТЬ его и его обитателей. А для этого ты должен научиться с ними общаться.       – И как же я должен общаться с этими…с этими людьми? – спросил Гвиндолин с отвращением в голосе.       – Просто достаточно быть вежливым и учтивым. Уметь говорить “спасибо” и “пожалуйста”. Легко же, правда? Давай попробуем. Я начну. Гвиндолин, передай мне соль, пожалуйста.       Гвиндолин посмотрел на Среду. Тот смотрел на него, ожидая реакции. Гвиндолин, скрепя сердце, протянул руку к баночке с белой солью, взял её и положил рядом с рукой Среды, который уже раскрыл ладонь. Забрав соль, Среда улыбнулся ещё шире. Затем сказал:       – Спасибо. А теперь твоя очередь. Давай, попроси меня передать эту же банку.       И он поставил банку рядом с собой. Гвиндолин посмотрел сначала на соль, потом на Среду. Сказал медленно и торжественно, властно указывая пальцем на банку с солью:       – Среда, передай мне эту банку с солью.       Среда не двинулся ни одним своим мускулом. Он продолжал буравить Гвиндолина взглядом, от которого тому стало почему-то неуютно. Затем Гвиндолин сказал уже не так уверенно и властно:       – Среда, передай мне эту банку…пожалуйста.       Среда тут же молча передал банку Гвиндолину и стал снова смотреть на него тем же выжидательным взглядом. Гвиндолин сначала не понял, чего его собеседник ждёт, а потом сказал торопливо:       – Спасибо.       Среда просиял. Он встал со своего стула и махнул рукой, показывая, чтобы Гвиндолин также встал.       – Отлично, молодец! У тебя отлично получается. Пойдём, сегодня нам предстоит сделать многое.       – Издеваешься надо мной? – спросил угрожающе Гвиндолин.       – Ни в коем случае! – воскликнул Среда, наигранно обидевшись. На его возглас отреагировала Ольга Дмитриевна. Она тут же подошла к ним.       – Вот вы где! Семён, Гвиндолин, почему не были на утренней линейке.       В голосе её звучало нечто угрожающее. Среда посмотрел на Гвиндолина взглядом, в котором тот ясно прочитал: “А теперь пришло время научиться извиняться и оправдываться.”. Гвиндолин посмотрел на Ольгу Дмитриевну и сказал, краснея от стыда и унижения:       – Ольга Дмитриевна, извините, пожалуйста, такого больше не повторится. Я просто проспал.       – Ну хорошо. – сказала вожатая и тут же обернулась к Среде. – Семён, а ты, я помню, был на линейке. Почему не разбудил товарища?       “Она называет и его Семёном. Похоже, любой попавший сюда, кроме меня, становится Семёном…” – подумал Гвиндолин, но его размышления прервал Среда:       – Простите, Ольга Дмитриевна, но он так крепко и сладко спал, что я не хотел его будить.       Отвечал он с той же неизменно широкой улыбкой. Ольга Дмитриевна, смерив обоих суровым взглядом, вернулась к разговору с Виолой. Среда обернулся к Гвиндолину:       – Молодец, у тебя получается всё лучше и лучше! Так, раз ОД ни о чём нас не попросила, значит дел пока никаких. Отлично. Пойдём в библиотеку. Попрактикуешься в извинениях.       И Среда направился к выходу из столовой. Гвиндолин, чуть постояв, двинул за ним. Выйдя из столовой, он спросил:       – А почему ты назвал вожатую ОД? А, нет, я понял, не говори. Зачем тогда нам в библиотеку?       – Как я и говорил, попрактикуешься в извинениях. Знатно ты, конечно, вчера Женю ударил.       – Да откуда ты всё знаешь?       – Всему своё время и место. И место это – библиотека. – сказал Среда, отворачиваясь от Гвиндолина. Затем остановился, заметив, что Гвиндолин так и стоит в дверях, и добавил:       – А ещё в библиотеке ты много узнаешь об этом мире. Идём?       И они пошли.