Право на жизнь

      Антера привезла девушек в небольшой уютный ресторанчик. Его содержала пожилая пара, которая обустроила помещение больше как уютную гостиную у себя дома, нежели ресторан для получения денег. Хозяйка мило улыбалась, провожая троицу в уголок, у одного из каминов.       — У вас потрясающее заведение, — улыбнулась Корделия, любуясь рестораном всю дорогу до столика.       — Спасибо дорогая, — улыбнулась женщина, раскладывая салфетки на столе. — Антера приложила много сил, помогая нам.       -Тетушка, — Антера мягко, но настойчиво попросила женщину не развивать дальше этот разговор.       — Ох, прости, но мне очень приятно, — женщина наткнулась на мягкий взгляд Элазар.       — Мне тоже, и прошу, помни наш разговор, — напомнила Антера, помогая Корделии с курткой.       Оливия же сама сняла куртку, и уже удобно устроилась в кресле. Ей очень нравилось здесь. Было ощущение дома здесь. Картины, фотографии, тихая музыка, живые цветы, мягкие ковры, уютные и удобные кресла, камины в разных частях ресторанчика, были даже кабинки, дающие уединение гостям.       — Конечно, — по-матерински улыбнулась женщина, обнимая Элазар. — Выбирайте все в меню, мы будем рады накормить вас.       — Спасибо, тетушка, — улыбнулась Антера, и вздохнула.       — А вы близки, — заметила Оливия, смотря как Антера отодвинула для ее сестры кресло.       — Да, — кивнула Босс, усаживаясь сама.       Элазар передала сестрам меню, а сама расслабилась. Оливия же не захотела просто так отступать. Корделия же просто осматривалась, наслаждаясь уютным и теплым местечком.       — О чем ты попросила хозяйку замолчать? — положив на стол меню, спросила Оливия.       — О том, о чем я не хочу говорить, — напомнила Антера, смотря на подростка. — Слушай, я просто не хочу говорить об этом.       — Мы договорились о доверии, Элазар, — сказала Оливия, смотря на женщину.        Антера мельком посмотрела на Корделию, которая направила свой взгляд на нее. Она по глазам видела, что ей так же интересно о чем говорила женщина. Элазар задумалась о том, действительно ли стоит ей рассказывать о своем прошлом. Но она поймала себя на мысли что это хорошая возможность узнать сестер поближе, а так же самое главное — Оливию. Начать ей не дала официантка, которая подошла и с милой улыбкой поставила стаканы с водой и соками перед девушками и отошла.       — Давайте так, — Антера наклонилась к столу и положила руки на стол, сжав их в замок, — у меня был план отвезти вас в ресторан, накормить, затем отвезти в парк, и потом под киношку уснуть на диване. Но сейчас если я начну отвечать на ваши вопросы — мы останемся здесь, и вечер закончится не так хорошо, как я планировала.       Корделия посмотрела на Оливию, и Антера не могла понять, о чем вели молчаливый разговор сестры. Но девушки пришли к общему решению, которое высказала Корделия, к удивлению босса.       — Мы все умалчиваем о том, что есть между нами, — Корделия обвела их всех рукой. — Я бы хотела узнать тебя поближе не для того, чтобы начать то, что происходит между нами, нет. Это только между тобой и мной, а не нами тремя. Мы живем в твоем доме, ты заботишься о нас, даришь нам подарки, но мы ничего о тебе не знаем.       — На самом деле, — вмешалась Оливия, мягко сжав руку сестры, — мы знаем о тебе кое-что, но это не повседневные вещи.       — Например? — поинтересовалась Антера.       — Тебе нравится холодное оружие, ты любишь вредную еду, ты скрываешь себя настоящую ото всех, кроме узкого круга лиц, даже в собственном доме, — начала Оливия. — Ты не пьешь зеленый чай, но он у тебя есть, потому что ты уважаешь других. Ты любишь Юну, которая имеет над тобой власть, ты ее уважаешь и боишься. Ты относишься к ней как к члену семьи. Ты любишь спать, читать о маньяках и поисках преступников, ты в отличной форме, но ненавидишь тренировки, а так же обожаешь уют, о, и ненавидишь зиму.       Антера была удивлена. Приятно удивлена. Подросток многое замечала, и она не думала, что та следит и присматривается к ней. Она позволила себе улыбнуться. Открыто, искренне, по-настоящему, так, как не позволяла себе с юности. Она жестом позвала официантку, делая глоток воды.       — Слушаю, — улыбнулась девушка, посматривая на гостей.       — Принеси нам, пожалуйста, легкие закуски вечера, — Антера улыбнулась сестрам, — мои дамы не определились, ваше меню очень аппетитное.       — Это действительно так, — рассмеялась официантка, поглядывая на девушек.       — О, да, я отсюда не встану, если закажу хотя бы пару блюд, — улыбнулась Оливия.       — У вас есть чай? — спросила Корделия, беря меню.       — Конечно, хозяйка сама заваривает чай, она его очень любит, даже проходила курсы чайной церемонии, — похвалила начальницу девушка.       — Отлично, тогда мы будем ждать, — улыбнулась Оливия, отпуская работницу.       Девушка удалилась, и троица продолжила свой разговор.       — Ты наблюдательна, — расслабилась Антера, — мне нравится. Ты понравилась мне сразу, как только я тебя увидела. Это прекрасно. Вот только ты добрая, это дало мне преимущество.       — Дало тебе преимущество? — не поняла Оливия.       — Переулок, — догадалась Корделия, и посмотрела на сестру. — она нас похитила.       — Ты! — зарычала Оливия, вскакивая с кресла.       — У вас все в порядке? — спросила официантка, подходя к их столику с подносом на котором стоял заказ.       — Да, Линда, все хорошо. Спасибо, мы позовем, — улыбнулась сдержанно Антера.       — Ладно, — девушка поставила тарелки на стол, и ушла.       — Олив, сядь, прошу, — Корделия силой усадила сестру в кресло и сплела их пальцы, чтобы успокоить ее.       — Она усыпила нас как собак! — гнев застилал девушке глаза. — Она подвергла тебя опасности! Украла нас.       — Да, чтобы защитить, и вы под защитой, — кивнула Антера, спокойно сидя в кресле. Она посмотрела на тарелку с нарезкой и морепродуктами.       — Мы заперты в гребаном особняке с кучей охраны, — не унималась Оливия, и сестре пришлось сжать ее руку.       — Главное, что Корделия в безопасности, — серьезно ответила Антера, смотря на подростка. — Для старшей сестры всегда важна безопасность младшей. Нет ничего, чтобы не сделала старшая, чтобы младшая была в безопасности. Ты чувствуешь ответственность за Корделию, и нет ничего важнее.       Антера раскрыла ей часть себя, прекрасно понимая ее чувства, мотивацию. Она прекрасно знает ярость, гнев, обиду и боль, что сменялись на юном лице, а так же смирение и понимание. Оливия казалось, после ее слов тут же успокоилась. Помогла и Корделия, которая сжала руку сестры и стала поглаживать ее спину. Она прекрасно знала, как сильно сестра опекает ее, потому что ее так же защищала ее собственная сестра. Но не осознавала, насколько сильно ее малышка оберегает и бережет ее.       — И так, зачем ты нас похитила? — спустя долгих несколько минут спросила Оливия.       — Ваш отец попросил меня о защите, — сказала Антера, внимательно смотря за сестрами. Ей это напомнило их с сестрой, они были так же близки друг с другом. Это приносило ей боль. — Я не могла защитить вас у вас так, как защищаю здесь.       — Что, в чужом городе не властвуешь, да? — дерзила подросток.       — Оливия, — произнесла Корделия, поглаживая сестру по спине.       — Нет, я могу защитить вас где угодно, — мягко возразила босс, делая глоток воды. — Я хотела вывести Клайва из колеи.       — Чтобы он выдал себя, — поняла Оливия, и вспомнила то, что получила от отца о том, как ведет себя Клайв. — У тебя получилось. Он вышел из себя, начал действовать всем на нервы, распускать слухи, докучать нашему отцу.       — Да, он потерял вас, запаниковал, поднял на уши ваших друзей и отца, — объяснила босс, стащив закуску с тарелки. — Он навел панику осознанно, не дурак.       — Он расспрашивал наших друзей и отца, в надежде, что они проболтаются, — поняла ход мыслей Оливия, а Корделия немного расслабилась, но не отпустила руку сестры. — Но у нас был запланирован вечер кино, мы нигде не были, кроме как дома. Об этом знал только папа, и ты выкрала нас на безлюдном участке ночью, без свидетелей.       — Да, глухо, — кивнула Антера, снова стащив с тарелки нарезку. — Чистая работа. Без свидетелей, без начала и конца, он потерял вас.       — И запаниковал, — кивнула Оливия, расслабившись. Она протянула руку к нарезке, и захватила кусочек сыра, отправляя его в рот. — А ты укрыла нас, чтобы ни кто не увидел нас случайно. Твои люди наводнили весь город, у тебя повсюду глаза и уши, но это не помогает.       — Не помогает, — кивнула Антера, и закрыла глаза.       Ей было стыдно за то, что в ее городе бродит убийца, мимо ее людей, мимо мамочек с детьми, братьев, сестер, мужей, бабушек и дедушек. Мимо нее самой. Она гордилась тем, что помогла городу избавиться от зла, коррупции, преступников и наркотиков. Но вот, он здесь, похищает молодых девушек, пытает их, насилует и потрошит. Он ходит по ее улицам, и она привела его сюда. Что ж, пора начать охоту. Прежде всего, ей нужно разобраться с ним, а уж после разобраться с остальным, ее жизнь может подождать.       — Поймай его, — попросила Оливия, расслабившись.       Антера расценила ее молчание как передышку, а вот Корделия подозвала официантку и заказала для них с Олив ужин. Себе она попросила стейк из лосося на гриле с пастой и овощами, а для сестры стейк из говядины с молодым картофелем и харисой. Антера же заказала себе рататуй и рагу с медальонами из телятины.       — Молоко? — удивилась Оливия, увидев, как перед Антерой поставили стакан.       — Да, очень хорошо с мясом и овощами, — ничуть не стесняясь своих вкусов, ответила Босс. Ее колени укрыла салфетка. — А ты просто ешь стейк?       — Люблю мясо, — пожала плечами подросток, расправляя салфетку.       — У нас папа любит мясо, а мама рыбу, — поделилась Корделия, поправляя салфетку на коленях сестры, а потом укрывая свои.       — В детстве я не ела мясо, — призналась Антера, смотря на тарелку. — У нас его не было. В юности, попав в дом Элазар, я ела мясо всегда, на завтрак обед, ужин, перекус. Юна готовила мне мясо в разных видах, разных животных. Традиционных, я имею в виду.       — Папа тоже баловал меня мясом, будто это сделает мир лучше, — усмехнулась Оливия, вспомнив, как Сайлан робко и осторожно налаживал с ней контакт. Он приносил ей бутерброды, каждый раз разные, но в одно и тоже время. Это продолжалось почти три месяца, пока Оливия не спустилась на кухню, не сделала сама им бутерброды, и не пришла к мужчине сама. Сайлан был удивлен настолько, что на мгновение застыл, но быстро пропустил подростка в кабинет, где они просидели до вечера, разговаривая.       — Мясо — еда, от еды становимся человечнее, — сказала Антера, смотря на подростка.       — Если это не человечина, — злая улыбка расползлась по лицу Оливии, и она посмотрела в глаза женщины.       — Острячка, — вздохнула Корделия, покачав головой. Она знала о том, что у сестры иногда выскальзывает цинизм и ужасные шутки. Но вот Антера оценила шутку, рассмеявшись.       — Черт, девочка, — наконец успокоилась босс, делая глоток воды. — Если бы ты подождала, когда я засуну в рот кусок мяса — это была бы лучшая шутка в моей жизни!        — Вот блин! — раздосадовалась девочка, но уголки ее губ дрогнули в подобии улыбки.       — Потрачено, — улыбнулась Корделия, погладив сестру по плечу, чтобы дать ей свою поддержку.       — Но засчитано, — девушка сделала жест пальцем, показывая единицу.       Дальше девушки продолжили ужин в легкой беседе обо всем, и только после основных блюд вернулись к разговору. Корделия заметила, как сестра ковыряет остатки пирога, который бы съела за обе щеки, ведь он был со сливками и клубникой. Малышка была на удивление спокойной, и подозрительно задумчивой. Это пугало. Раньше Оливия так и делала, все оставляла себе и в себе, была молчалива, задумчива, в одиночестве.       — У тебя много вопросов, — произнесла Антера, закончив со своим кусочком торта. — У меня есть ответы.       — Элазар, это твоя фамилия? — спросила Оливия, оторвав взгляд от тарелки.       — Нет, — покачала головой босс. — Я приняла фамилию Элазар в день посвящения, входа в семью.       — Во сколько лет? — следующий вопрос не заставил себя ждать.       — Официально — восемнадцать, — ответила Антера, которая, внутренне готовилась к любому вопросу.       — Не официально?       Следующий вопрос заставил Элазар сглотнуть. Они обе что-то подозревали, прощупывали друг друга, пытаясь узнать. Тера облизнула губы, и кончик ее языка скрылся за зубами. Она медленно моргнула, давая себе маленькую передышку. Она видела, как терпеливо ждала ее ответа Оливия. Корделия же нервничала, босс понимала, что подросток выжидает, как кобра следит за жертвой. Глаза Оливии внимательно следили за собеседницей, пытаясь уловить мельчайшее изменение. Вот только Антера любила покер, и лицо игрока у нее было отличное. Босс не дрогнула внешне, хотя внутри у нее поселилось мерзкое чувство нервозности.       — В шестнадцать, — женщина сглотнула, вспомни ночь в участке. Посвящение в семью, проверка. До этого дня она работала на Элазара на улицах, зарабатывала авторитет и уважение.       — Ты местная, — сказала Оливия, мельком глянув на сестру. — Как и я, но не Корделия. Мы похожи больше, чем обе хотим признавать. Корделия, милая, не полюбуешься рыбками, пожалуйста?       — Олив, — мягко произнесла девушка, сжимая руку сестры. Она уже понимала, что дальше разговор пройдет без нее. Корделия не хотела, чтобы сестра сорвалась, а ведь так и будет когда она уйдет.       — Дель, пожалуйста, — нажала подросток на сестру, смотря на ее лицо.       — Обещай держать себя в руках, — попросила Корделия, ласково положив руку на щеку. Ее пальцы ласкали ее кожу, и она улыбнулась, когда подросток потерлась щекой о руку, прикрыв глаза.       — Я постараюсь, родная, — тихо прошептала Оливия, оставляя поцелуй на ладони сестры.       — Хорошо, малышка, — сдалась Корделия, оставляя поцелуй на лбу сестры. Корделия поднялась, и ее взгляд стал серьезным, даже опасным. — Если ты выведешь Оливию из себя — я не стану ей мешать, а помогу. Чтобы между нами ни было — сестра для меня важнее.       Удивление отразилось на лице Антеры, и Оливия насладилась этим. Усмешка украсила ее губы, а тело расслабилось в мягком кресле. Корделия пару раз показывала эту тайную сторону себя. Тигрица, которая защищает свое потомство в ней вышла на охоту, и Оливия наслаждалась аурой опасности, исходящей от сестры, она становилась сексуальной и опасной.       — Корделия разносторонняя девушка, — призналась Оливия, когда ее сестра села за столик у аквариума. — Она может быть и зайчиком, на которого охотишься ты, и тигрицей, которая добывает пищу, и властной доминанткой и робкой, невинной малышкой. Мы же с тобой одинаковые.       — Хищники, мы не скрываемся, — кивнула Антера, соглашаясь с девушкой.       — Нет, — покачала головой подросток в несогласии. — Мы чудовища, что живут в каждом из нас. У нас хватило ума постоянно подкармливать их, слиться в симбиоз дабы использовать их силу, жажду крови. Мы с тобой испили ее. Мы хищники. Настоящие хищники, те, что убивают ради еды, а не удовольствия.       — Во сколько? — спросила Антера, внимательно смотря на подростка. Она прекрасно понимала девушку, и ей было больно от того, что ее малышка, что боялась темноты и бугимена под кроватью, говорит о крови и насилии. Она старалась ее уберечь, но не сделала ничего, только бросила ее. Это ее вина, что ее малышка стала такой.       — Одиннадцать, — произнесла Оливия, переведя взгляд на сестру. — Приют — не самое приятное место. Я была новенькой, свежая кровь, меня задирали, пытались гнобить, избивали, но мне было плевать, я давала сдачи. Но вот когда один из ребят полез на милую, застенчивую и тихую девочку, тогда я не выдержала. Я увидела в ней себя, и сделала то, что сделала.       — И что ты сделала? — спросила Антера, пытаясь держать себя в руках. Ей было больно. Она не спасла ее, а бросила в аду. Одну.       — Бросила в него коробку сока, — чуть улыбнулась подросток, вспоминая свою первую настоящую драку. — Он был чертовски удивлен, когда я опрокинула его на спину, и стала избивать его. Он конечно же ответил мне, и я оказалась на полу, пока он бил меня ногами. Он быстро прекратил, когда понял, что переборщил, но вот уйти я ему не дала. Я схватила какой-то поднос и обрушила ему на голову. Он от неожиданности пошатнулся, и я рассекла ему бровь подносом. Затем я снова опрокинула его, и уже била в лицо. Мне нравилось видеть кровь на его лице, ужас в глазах, страх, потрясение и отчаяние. Наверное, я выглядела как псих с его кровью на лице и кулаках. Меня оттащили от него двое надзирателей. Я два месяца пробыла в изоляции. А ты?       — Я была на год старше тебя, это был бой на смерть, я была готова умереть, если потребуется, — призналась и Антера, делая глоток чая. Ей очень хотелось виски, но ей еще вести девочек домой. — Их было четверо, и один из них был огромный ублюдок. Первому я воткнула нож в горло, он захлебнулся собственной кровью у моих ног. Других я забросала чем попало, а после, все как в тумане до сих пор. Я помню последнего. Едва не сдохла там. Это был огромный тупой амбал, который сломал мне кучу костей, у меня было сотрясение мозга, сломаны ребра, все тело было сплошной синяк, лицо …Я едва могла разлепить глаза. Он сломал мне руку и ногу, челюсть пришлось клеить, воткнул в бедро нож… Я забила его до смерти гаечным ключом, перед этим опрокинув на его голову сковороду. Ненавижу больницы.       — Долго ты там была? — поинтересовалась Оливия, делая последний глоток чая. — В больнице.       — Почти полгода, — кивнула Антера, покусывая губу. — Реабилитация была долгой.       — Тебе или несказанно повезло или врач, что помогал тебе — Ангел, — Оливия расслабилась в кресле, она была приятно удивлена, что Антера доверилась ей. Они говорили друг другу правду.       — Да, эта женщина просто великолепна в медицине и садизме, — усмехнулась босс, вспоминая как ее лечащий доктор « пытала ее». — Но благодаря ей я бегаю без проблем сотни миль, живу без таблеток и боли, плаваю и не задыхаюсь. Мои кости хорошо и быстро, а главное правильно срослись, мое бедро, мышцы почти в идеальном состоянии.        — Ты уверенна, что у нее не было крыльев за спиной? — поинтересовалась Оливия, покручивая кружку в руке.       — Я уверенна, что видела рога под пышной копной и хвост, — засмеялась Антера.       — Горячая штучка, а? — смеясь спросила Оливия.       — Черт, иногда, мне казалось, что из ее задницы исходил дым! — смеялась босс. Ей было хорошо, они смеялись, шутили, были откровенны друг с другом. Как раньше. Антера будто окунулась в прошлое, чувствуя себя собой.       — Что ж, я зайду к тебе, когда сестра уснет, — Оливия посмотрела на сестру, и, поймав ее взгляд, поманила ласковым жестом пальцев. — Нам нужно многое обсудить наедине, за бокалом.       — Буду ждать, только сегодня у меня встреча с Юной, — предупредила босс, смотря на то, как Корделия мягкой и плавной походкой возвращается к ним.       Корделия ласково положила руки на плечи сестры и стала их массировать. Оливия положила свои руки поверх рук сестры, и сжала их. Антера наслаждалась их близостью, вспоминая сестру. Девушка перед ней была ее сестрой много лет назад, и она сделала ее такой. Хладнокровной, внимательной, осторожной, осмотрительной. Она всегда начеку, готова к атаке, готова нападать. Это было хорошо, но она будто солдат, что вернулся с войны, она такая же… Антера хотела, чтобы сестра была счастлива, здорова, чтобы у нее была достойная жизнь, новая семья, увлечения, мальчик или девочка, малышка была слишком мала до них в прошлом. Она думала, что подарила ей право на более достойную жизнь, счастливую, с семьей, но сбросила ее в собственный ад, как и себя.       Элазар резко встала, кресло, на котором она сидела, со скрежетом отодвинулось, а она резкими шагами бросилась прочь. Ее сердце билось в ушах, но заглушить поток мыслей, мчащихся со скоростью света, оно не могло. Страх заглушила паника, которая накрыла женщину с головой. Она мчалась сквозь столики, работников, сметая на своем пути все, пока не наткнулась на стену. Она буквально врезалась в камень. Ее грудь ходила ходуном, в надежде на глоток воздуха, но в легкие он не поступал. Ее горло сдавило, и женщина осела на корточки, хватаясь за горло. Тело казалось каменным, оно отказывалось подчиняться разуму, и организм начал борьбу за жизнь. Антера с трудом вспомнила то, что говорила ей Юна, а так же ее друг, который был учеником монахов. Она осела на колени, отпустив руку с горла, позволив ей упасть вдоль тела. Ей потребовалось больше получаса, чтобы справиться с паникой, которая за секунду охватила ее тело и разум. На смену ей пришел гнев. Дыхательные техники, медитация совсем не помогали, и она не придумала ничего лучше, чем встать на ноги, и направить свой гнев на стену.       — Эй, эй!       Оливия резко захватила руки женщины, стараясь удержать ее, но Элазар была сильнее, опытнее. Между ними завязалась драка, в которой Оливия хотела обнять женщину, просто дать ей успокоиться. Но босс желала избавиться от гнева, но понимала, что не сможет этого сделать, ведь гнев был направлен на нее саму. Он исчезнет только с ее смертью, но она не готова убить себя, не может, потому что у нее есть незаконченное дело.       — Хватит! — Оливия с силой толкнула женщину в стену, и едва успела увернуться от ее кулака, летящего ей в лицо. — Остановись!       — Убирайся! — выкрикнула Элазар, снова нанося удар.       — Угомонись! — Оливия снова увернулась, и толкнула женщину в стену. — Она волнуется за тебя!       Антера замерла. Эти слова ей говорила Юна, когда она слетела с катушек после больницы. Стены дома Элазар давили, отсутствие сестры давило еще больше, рождая гнев на себя и окружающих. Она стала изводить себя тренировками, ее руки не заживали, она часто засыпала на полу на матах, вся потная, но спокойная, и спала мирно пару часов, пока кошмары не заставляли ее повторять все по кругу.       Босс подняла руки, показывая, что сдается, а после осела на асфальт.       — Что ты делаешь? — тихо спросила Антера, не предпринимая никаких попыток остановить руки подростка, которые шарили по ее карманам.       — Ищу бумажник, ты сбежала не заплатив, — закатила глаза Оливия. Но выудила из кармана телефон. Она нашла контакт « Сакура» и нажала на вызов. — На, говори.       — Что? — босс выглядела потерянной, слабой.       — Тера? Тера, где ты? — взволнованный голос раздался из трубки, и босс ответила.       — На асфальте, — женщина прочистила горло. — Я …       Она взглянула на Оливию, которая все же нашла ее бумажник, и потрясла им. Подросток не была глупой, поэтому пару раз ударила бумажником по ладони, и показала себе за спину. Антера рассеяно кивнула, и показала на запястье, как бы говоря, что придет через время. Майлетер кивнула, и медленно пошла в ресторанчик. Ее сестра там одна, и это ей не нравилось. Но не нравилось ей еще больше то, что она увидела в ресторанчике, поворачивая к столику, за которым они расположились.       Какой-то молодой мужчина, вальяжно сидел на месте Антеры и что-то рассказывал, жестикулируя рукой с бокалом, заставляя янтарную жидкость плескаться. Корделия сдержанно улыбалась, сидя напротив него. Ее поза была закрытой, она часто смотрела по сторонам, и отдергивала руку, когда мужчина несколько раз пытался накрыть ее руку своей. Когда парень не получил желаемого контакта, он допил свой напиток, и пересел в ее кресло, чтобы быть ближе к Корделии.       — И вот, он выходит из ресторана, смотрит на меня будто он президент, и говорит, — парень обаятельно улыбался, положив руку на спинку кресла девушки.       — Эй, ты, кусок дерьма, — Оливия вышла из себя мгновенно. Она не остыла со стычки с Антерой, а сейчас, когда за ее сестрой бегает больной ублюдок, какой-то парень клеится к ней. — Отвали от моей сестры.       — Мы просто беседуем, крошка, — улыбнулся парень, смотря на девушку.       — Я тебе не крошка, — Оливия прорычала каждое слово, опасно нависая над парнем. — Убирайся с моего места, козел.       — Здесь есть второе кресло, — отмахнулся парень, обращая свое внимание к Корделии. — На чем мы остановились?       — На том, что ты тащишь свою задницу с моего кресла и от моей сестры, гребаный ты тупица!       Оливия без труда взяла парня за шкирку, и грубо толкнула в сторону выхода. Корделия вскочила, чтобы остановить сестру, но парень разозлился. Какая-то соплячка оттащила его за шкирку как пушинку, да еще и мешается под ногами со своим комплексом сестры. Он слегка перебрал с виски, но это не помешает ему поставить ее на место.       — Катись к черту, малявка! — парень толкнул девушку. — Не думай, что я не ударю тебя, потому что ты девчонка.       — Трус и пьяница, — отвращение на лице Оливии стало еще более явным. — Убирайся.       Оливия обняла сестру, и поспешила к столику, от которого они отошли. Но парень разозлился, когда увидел, как девушки уходят. Он бросил бокал, который держал в руке, в их сторону, но из-за алкоголя попал в стену.       — Оливия! — закричала Корделия, когда сестра резко закрыла ее собой, заставив сесть на корточки.       Оливия телом почувствовала предмет, и среагировала на рефлексах. Она заставила сестру сесть на корточки, накрывая ее голову рукой и закрывая собой.       — Ах, ты мерзкая свинья, — опасно прошептала Оливия, поднимаясь и разворачиваясь, чтобы застыть.       Антера стояла позади парня, и крепко держала его занесенную для удара руку.       — Не в мою смену, парень, — произнесла она.       Парень пытался вырвать руку, но нахмурился, когда ничего не вышло. Он развернулся, и был удивлен, что с такой силой его руку держит девушка. Босс знала, что от таких парней куча проблем, поэтому во избежание драки, Элазар резко развернула парня к себе спиной, и взяла его шею в захват. Она смотрела в лицо Оливии без эмоций на своем, лишая паря воздуха. Корделия же с замиранием сердца смотрела на Вэйн, как она просто душит парня.       Парень же хватался за горло, за руки, что держали его не давая дышать. Он покраснел, чувствуя себя беспомощно. Хватка на его шее была стальной, а тело за спиной — каменным.       — Не убивай его! — попросила Корделия, пытаясь приблизиться к подруге. Оливия же крепко обняла ее, прижав к себе.       Парень перестал трепыхаться, его глаза закатились, и он потерял сознание. Антера дышала глубоко, ровно. Она спокойно отпустила парня на пол, но удержала его руку, и за нее потащила его тело из ресторана. Все на ее пути расступались, будто она была камнем, разрезающим воду. Босс была непреклонна в своем решении показать, что так нельзя себя вести в ресторане и с девушками.       Хозяйка, прикрыв рукой рот, смотрела на все это. Но ей было сложно понять такое поведение, но женщина была благодарна Антере за то, что она вмешалась. Ей стоило раньше выйти в зал, осмотреться, но сегодня много посетителей, кухня работает в поте лица, им не хватало рук и глаз. Все знали, что с Антерой шутки плохи, особенно, когда ты причиняешь вред ее друзьям или жителям, тебе будет очень плохо, если она будет не в настроении.        Антера вернулась спокойной, с легким запахом сигарет. Она попросила принести ей стейк и бокал колы. Сестры же просто попросили чай. Босс ела медленно, будто пыталась взять себя под контроль, все молчали за столом. Оливия наблюдала за ней и узнавала себя в ранние годы. Они так похожи, даже спустя столько лет порознь.       — И так, — Антера постаралась улыбнуться, но вышло не очень, поэтому она сжала губы в линию, — чем займемся?       — Предлагаю поехать домой, посмотреть кино, выгнать тебя из твоей комнаты и лечь спать, — предложила Оливия, похрустывая печеньем.       — Вообще-то, ты, верно, заметила, это моя комната, — сказала Антера, смотря на девушку.       — Вообще-то, — вступила в беседу Корделия, а девушки обратили на нее внимание, — вы обе наказаны за свое поведение. Одна убежала, вторая за ней сбежала, из-за вас ко мне подсела эта глупая бочка одеколона. Он гудел мне про себя любимого добрых полчаса. Вы обе виноваты. И вы обе решаете все насилием.       Антера хотела высказаться, как ее остановил властный жест рукой.       — И даже не пытайся оправдаться, Антера, — отрезала девушка, смотря на босса. — Показать свое недовольство, а так же превосходство и доминирующую позицию можно и другими способами, менее агрессивными.       — Интересно как? — поинтересовалась Антера, наблюдая за девушкой. Ей нравилось, как Корделия мягко подавила их, но не задавила. Она была твердой и властной, но выражала это мягко.       — Подойти, обнять, поцеловать, — начала перечислять Корделия, делая глоток чая.       — Это да, но подошла первой я, — сказала Оливия, улыбаясь, — я не стану так делать с сестрой.       — Не станешь меня обнимать? — спросила Корделия, обидевшись. — Тогда ты точно спишь сегодня одна. Я занимаю прекрасную комнату.       — Прекрасную комнату? — улыбнулась Антера. Ей нравится, что ее комната пришлась сестрам по душе.       — Да, мою комнату на эту ночь, — кокетливо улыбнулась Корделия, вставая. — А может и не на одну. Я вами не довольна.       Последние слова Майлетер произнесла наклонившись над столом, почти в губы Элазар. Их взгляды пересеклись, когда Элазар оторвалась от декольте. Усмешка на губах Корделии стала сексуальной, она поймала ее, и обе знали это.       — Ты была очень плохой, — прошептала сексуально Корделия, и выпрямилась, чтобы покинуть их столик.       Элазар даже не скрывала свой взгляд. Желание взыграло в ее крови, пока она любовалась упругими ягодицами, которые сексуально покачивались при ходьбе. Как же ей хотелось сжать эти полушария снова, прижать за них девушку к себе и заставить стонать под собой.       — Эй, остынь, — Оливия хлопнула босса по руке, — это моя сестра. Пока у нас есть время, — девушка посмотрела в сторону, где скрылась сестра, — если она для тебя игра — я ее заканчиваю. Если нет — ухаживай за моей сестрой как за Королевой, черт возьми. Она не кусок мяса, каждая из девушек. Ты же умеешь ухаживать, Элазар?       Антера вздохнула, повернув голову к подростку. Она внимательно посмотрела на нее, и улыбнулась.       — Я умею ухаживать, и приношу свои извинения за свое поведение, но твоя сестра чертовски сексуальна, — произнесла Антера. — Отрицать не буду, она возбуждает меня. Корделия прекрасна не только телом, но и душой. А так же она потрясающая тигрица.       — Да, это так, — кивнула Оливия, соглашаясь.       Подросток встала из-за стола и, взяв их с сестрой куртки, направилась ее искать. Нужно было что-то делать, все только множится, копится, а Антера ненавидела это. Кучу дел, которые сделаны наполовину. Делай или не делай. Если уж взялся — доделай. И Антера сегодня начнет заканчивать дела. Женщина полезла в карман, но не нашла там бумажник. Она стала хлопать себя по карманам, но бумажник будто пропал.       — Это ищите? — с улыбкой спросила хозяйка, протягивая женщине ее бумажник. — Он почти пуст, потому что юная леди раздавала всем официанткам чаевые. Но она оплатила твоей кредиткой счет.       — Хоть что-то, — усмехнулась босс, с благодарностью забирая свой бумажник. — У девочек сегодня тяжелый день, так что надеюсь, хватило всем.       — Да, она обошла каждую, — улыбнулась хозяйка. — Держитесь этой молодой девушки, Антера. Она особенная.       — Да, она особенная, — улыбнулась босс, найдя сестер в зале. — Могу я заказать у тебя завтрак на дом на завтра?       — Для молодой леди? — поняла женщина, и записала в свой блокнот. — В котором часу?       — К десяти, — улыбнулась босс, обняв женщину на прощание. — Все было великолепно, а еда потрясающей, спасибо.       — Заглядывай к нам с девочками, они очень милые, — улыбнулась женщина, выпуская молодую женщину из рук. — До скорой встречи.       — До скорой встречи, тетушка, — попрощалась босс, быстро направляясь к девушкам.       — Я думала, ты приклеилась к хозяйке ресторана, — усмехнулась Оливия, обнимая сестру.       — Нет, я приросла к одной красотке в твоих руках, — усмехнулась босс в ответ, обнимая Корделию с другой стороны.       — Так-так, я сказала, вы наказаны, — Корделия мягко выпуталась из загребущих рук.       — Да, ты сказала, что мы спим без тебя, — открывая для сестры дверь, согласилась Оливия. — Но про обнимашки ты ничего не сказала.       — Я с ней согласна, — высказалась Антера, открывая дверь машины для сестер.       — Тогда я еду сзади одна, — выдвинула условие девушка, садясь в машину. — А вы обе спереди. И никто из вас не будет меня обнимать и спать со мной.       — Черт, это ты ее разозлила, — пробурчала Оливия, хлопнув дверью машины. Она пристегнулась, и сложила руки на груди. Главное, чтобы ей не снились кошмары, пока она наказана.       — Нет, ты, — возразила Антера, заняв место водителя.       Она завела мотор, и направила машину домой. В этот раз ни кто не говорил, а салон заполнила тихая, приятная музыка. Они так же молча покинули машину и направились по комнатам.       Антера вошла в свою комнату, и обвела ее взглядом. Ни капли индивидуальности. Это была гостевая комната, которую она держала для себя, ночевала здесь иногда. Чаще всего она была в своем убежище, которое сейчас принадлежало красотке, укравшей ее сердце. Она пошла в душ, чтобы собраться с мыслями, это всегда помогало.       Когда босс была готова, то девочки уже ждали ее перед огромной плазмой в гостиной. Корделия была очень милой и уютной в коротких шортах и растянутой футболке, на ее ногах были гольфы с рисунком котят. Оливия не сильно отстала от сестры, только выбрала вместо футболки легкую толстовку. Странное сочетание шорт и толстовки, — подумала Антера, занимая место на диване. Малышка позаботилась о напитках, а Юна о закусках.       — Давайте посмотрим Холодное сердце! — предложила малышка с энтузиазмом.       — Спасибо, Юна, — улыбнулась босс, когда девушка поставила на стол тарелку с тако. — Присоединяйся, дорогая.       — Нет, спасибо, я должна отвезти сестру к…доктору, — замялась девушка, поглядывая на Элазар.       — У нее доктор завтра, — Антера встала, и направилась на улицу.       — Доктор? — поинтересовалась Корделия, волнуясь. — Что-то случилось?       — Просто ушиблась, но спасибо, — быстро сказала Юна, и поспешила за Антерой.       — Что-то не чисто, — сказала Оливия, проводив девушку взглядом. — Они что-то от нас скрывают.       — Это нас не касается, Олив, пока что, — сказала Корделия, сжав колено сестры. — Давай посмотрим мультик, и начнем отдыхать.       — Давай, — улыбнулась подросток, положив голову сестре на плечо.       — Олив, — предупредила Корделия.       — Что? — усмехнулась художница. — Ты сказала не обнимать и не спать с тобой. Про облокачиваться не было ни слова.       — Бяка, — улыбнулась Корделия, и нажала на кнопку запуска мультика.       Тем временем Антера как фурия ворвалась в домик. Раздвижная дверь едва не вылетела, с такой силой ее раскрыли. Она нашла Юсу в ее комнате, с веревкой в руках.       — Антера, — девушка вздрогнула, и тут же спрятала веревку под подушку. — Я жду сестру…мы…       — Доктор? — сжав скулы, женщина старалась держать себя в руках. — Ты солгала сестре про доктора?       — Я не солгала, — пробормотала девушка, смотря на свои руки.       — Мы ездили не к доктору, — вздохнула Антера, заходя в комнату. — Да, она тебе помогла, она подавляющая, доминирующая, и властная. Ты просто поддалась ее влиянию, но я не дам тебе это продолжить. Я уважаю твои вкусы, но я не могу позволить тебе навредить себе. Зачем ты сказала сестре, чтобы она отвела тебя к доктору?       Юса молчала. Она знала, что должна что-то ответить, но все ее мысли занимала женщина, которая ей помогла. Она была другой. Не как Рик. Они познакомились в клубе, ему понравилась ее подвеска на шее, и они разговорились. Он угостил ее коктейлем, расспрашивал, будто был новичком. Юса была глупой, рассказывая ему все, что знала о своем хобби. Когда она поняла что попала в передрягу, было слишком поздно. Он захватил ее разум, тело, истязал и подавлял, держал во власти и страхе. Он был агрессивным доминантом, всегда наказывая за любую провинность. То, что у нее на спине — часть его учения.       — Отвечай, — надавила Антера, поднимая подбородок девушки, заставляя ее посмотреть на себя. — В глаза смотри.       — Я не лгала, — прошептала тихо девушка. Она так и не стала смотреть женщине в глаза.       Юса была влюблена в Антеру с тех пор, как увидела ее с сестрой. Они приехали вместе, и провели около двух месяцев в Японии. За все это время босс показала себя доброй, заботливой, нежной, внимательной, а так же властной, доминирующей, но не агрессивной к близким. Она излучала ауру уверенности, власти, но это было приятным чувством безопасности. Сейчас она так же была заботлива, внимательна, но агрессивна. Она старалась это удержать, спрятать, чтобы не напугать ее.       — Что ты сказала сестре, милая? — тихо спросила Антера, ласково беря девушку за руки.       — Она сказала, что ты возила ее в публичный дом, где ей помогла женщина, — тихо сказала Юна, войдя в комнату сестры. — Она рассказала мне правду. Танака-сан все решил с тем парнем, который обидел мою сестру. Тера, если эта женщина сможет помочь Юсе, пожалуйста, попроси ее помочь. У тебя много друзей, если ей нужны деньги — я заплачу. Спина Юсы выглядит лучше за одну ночь, чем за неделю в больнице.       — Куда вы едете сейчас? — поглаживая руки девушки, спросила Антера. Она смотрела на подругу.       — В больницу, — сказала Юна, садясь рядом с сестрой. — Хочу узнать, как все это вылечить, насколько моя малышка пострадала. Ты же понимаешь это.       — Понимаю, поэтому я отвезла Юсу к подруге, которая знает о твоих вкусах, — босс мягко сжала руку девушки. — Я позвоню доктору, и она осмотрит ее.       — Твоя подруга, она сможет осмотреть ее снова? — спросила Юса, накрыв их руки своими.       — Да, я могу ей позвонить, и попросить ее помочь еще пару раз, — кивнула Антера, вспомнив, что хозяйка попросила привезти девушку еще раз.        Хейлен была опытной женщиной, никогда не обижала своих девочек, и не давала это делать другим. Она была властной, контролировала свое заведение и охраняла в нем девочек. Власть этой женщины в городе была почти такой же, как у Элазара, только она заручилась поддержкой самых властных в городе: Эстебана и Антеры Элазар. Они помогали ей поддерживать порядок и защищать девочек. Она и сама пару раз была в ее заведении, в руках опытной женщины, которая просто с ней беседовала, помогая разобраться в себе, и в том, чего ее тело желало.       — Вам стоит сначала поехать к ней, — высказалась босс, сжимая руки девушек. — Она ждет вас сегодня, бери крошку, а так же пару ребят, не гуляйте одни. В городе не спокойно, но я это решаю.       — Хорошо, как нам попасть к ней? — спросила Юна, сжимая нежно руки сестры.       — Выйдете из машины, скажете парню на входе что вы от меня. Он узнает Юсу, и пропустит. Потом поднимитесь на самый верх, постучи в дверь, которой там не должно быть, и жди, — дала инструкции босс, сжимая нежно руки девушек.       — Хорошо, как мне обращаться к ней? — спросила на последок Юна, видя, как Антера уходит.       — Она сама скажет, — обернулась босс. — И прошу, не смотри на нее долго, веди себя как обычно, не выдавай себя за кого-то другого. И уж точно не смотри на другую девушку, которая будет там. И умоляю, дорогая, не пытайся сделать что-то сама.       — Я не подведу, — обещала Юна, и помогла сестре подняться. Они быстро собрались, и сев в машину поехали на встречу в сопровождении.       Антера же вернулась в гостиную, села рядом с сестрами, и стала ждать. Она пыталась сосредоточиться на мультике, но не могла, пока Юна не отправила ей смс о том, что они добрались и уже внутри. Она расслабилась, понимая, что там они в безопасности. Позже, она позвонит Таски, и они поговорят.       Через пару часов Юна заглянула в гостиную, и просто кивнула. Она отказалась присоединиться, и покинула дом, возвращаясь к сестре. Сестры Майлетер же тихо сопели друг другу в макушки ближе к полуночи. Антера тихо потрепала Оливию по плечу, и взяла Корделию на руки.       — Жду в кабинете, если ты хочешь, — тихо прошептала Антера. Она понесла прижавшуюся к ней спящую Корделию в свою комнату.       Оливия смачно потянулась, затем поднялась и зевнула. Она начала собирать вещи и убираться. Когда с этим было покончено, девушка направилась наверх, к сестре.       — Я думала, тебе нужны ответы, — призналась Антера, видя входящую в комнату Оливию.       — Поговорим здесь, — садясь на постель, рядом с сестрой попросила Оливия. — Сестра крепко спит, пока я рядом. Чувство безопасности.       — Хорошо, — кивнула босс, садясь в кресло напротив.       — Куда ты ездила? — тихо спросила Оливия, поглаживая спину сестры.       — В ваш город, — так же тихо ответила босс. Она включила в розетку диодную ленту теплого света, освещая комнату наполовину. — Там мы пасли дом Клайва, мой человек упустил его, но в его доме мы нашли мумии.       — Сколько? Как давно и где?       — Пятнадцать тел. Двенадцать из них старые, три свежие, — продолжила делиться информацией босс. — Те пятнадцать блондинки, я полагаю, остальные брюнетки.        — Как Корделия, — выдохнула Оливия, поглаживая спину сестры. — Ты думаешь, что другие блондинки, почему?       — Они старые, почерк не тот, — вздохнула босс, облизнув губы. — Я и Ленс думаем, что у парня был учитель, и место его жительства как раз было убежищем учителя. Он научил Клайва всему. Планировке, слежке, похищению, пыткам, убийству и как прятать тела. Нет доказательств того, что они блондинки, но фото, что мы нашли на стене — говорят о том, что все жертвы блондинки. Я думаю, это их мы нашли в стене.       — В стене? — удивилась подросток, потирая лоб. — Черт… Он маньяк садист, да?       — Да, я думаю, он садист, и натаскал ученика, но что-то случилось, и он изменился, — женщина поджала губы. — Думаю, он не получил от жертв того, чего хотел и сменил почерк. Отошел от блондинок.       — И перешел на брюнеток, — подросток сглотнула, ее рука замерла на спине сестры. — Сколько брюнеток было найдено в доме?       — Три, — тихо сказала Антера, смотря на спящую Корделию. — Новые жертвы — брюнетки. Примерно нашего с ней возраста.       — Ты уверенна, что этот ублюдок с улицы и тот придурок, что прятал в доме трупы — один парень?       — Не уверена, но желудок подсказывает мне, что это Клайв, — призналась босс, подпирая рукой щеку. — И он меня не подводил.       — Желудок? — усмехнулась подросток, пытаясь разрядить обстановку. — Он у тебя урчит как касатка, когда голоден.       — Это точно, — не стала отрицать босс. — Это Клайв, и я хочу его найти.       — Тот парень в подвале, он знает что-то? — спросила Оливия, возобновляя движения руки на спине сестры.       — Возможно, — пожала плечами Антера. — Этот парень неудачник, за плечами которого упущенное повышение, проблемы с девушками, и отказы от них. Он нашел способ получать свое, подпитывая свое эго и значимость, показывая власть над девушками силой. Он накачивал их наркотиками и алкоголем.       — Он насиловал их? — стараясь скрыть злость, спросила Оливия. — Это он убивает их и бросает в мусорные баки?       — Нет, он делает только хуже, — сглотнула Антера. — Он оставляет их в живых, являясь в кошмарах и ощущениях.       — Ублюдок! — вскочила с постели Оливия, и направилась из комнаты, но ее резко обняли, и прижали к себе.       — Тихо, Корделия спит, — напомнила босс, крепко держа подростка в руках. — Я пущу тебя к Клайву, когда найду его. Но этого ты не тронешь.       — С чего бы мне слушать тебя? — пытаясь вырваться, сказала Оливия. — Я доберусь до обоих.       — Не доберешься, — Антера силой усадила подростка в кресло, и наклонилась к ней так близко, что она едва не касалась ее носа своим. — Я предлагаю тебе сделку. Успокойся, и получишь полчаса с Клайвом, когда я найду его.       — Ты с ума сошла? — сонный, хриплый голос заставил двух баранов отпрыгнуть друг от друга. — Что ты предлагаешь моей сестре, Антера?       — То, чего она желает — правосудие, — не стала отпираться босс, садясь в кресло. — Дело в твоей безопасности, не в нас и наших желаниях.       — Но правосудие, как вы его называете, как раз таки и затрагивает ваши интересы и жажду крови, — девушка села на постели, укрывая свои ноги. — Вы обе прикрываетесь моей безопасностью, но просто жаждете крови, и готовы игнорировать меня, мои желания и все остальное, чтобы получить то, чего хотите. Мне не нужна защита, которая станет средством достижения цели. Мне не нужна защита, когда вы обе жаждете насилия.       — Насилия? — не выдержала Оливия, вскакивая с кресла. — Он один из тех ублюдков, которые не знают что такое нет! Парень в подвале может быть связан с Клайвом! Он опаивает девушек, насилует их, оставляет умирать на улицах! Конечно, я хочу убить его! Разбить ему лицо! Переломать все кости! За других девушек.       — Ты не такая как он, — Корделия встала, и обняла сестру. — Тебе не нужно насилие, чтобы защитить этих девушек.       — Да, — тихо согласилась Оливия, обнимая сестру, — я не такая как он, я хуже. Я охочусь на таких как он, и устраняю их. Я не он, я охочусь на чудовищ, сильных и способных дать отпор.       — Так мы сдерживаем себя, — добавила Антера, вставая с кресла, в которое села несколько минут назад. — Мы защищаем тебя, как сторожевые собаки. Ты не учишь собак убивать, кусать, ты учишь их защищать. И они убивают защищая. Мне жаль, что Оливия стала такой же, как я… Я не хотела…       Антера покинула девушек, и закрылась в своем кабинете. Воспоминания захлестнули ее. Даже бокал виски не помог подавить их.