Окаянный

После происшествия в Пентаграмм-сити и постройки нового отеля для Чарли, отец хотел покинуть свою дочь и вернуться обратно к себе, дабы насоздавать еще сотню резиновых уточек в одиночестве. Однако та его быстро остановила, сказав, что очень желает, чтобы отец остался вместе с ней помогать продвижению и защите отеля. Она подметила, что через столько трудностей, которые они прошли вместе, они обязательно должны сблизиться и видеться чаще. Люцифер хотел использовать свою любимую фразу, что он вечно занят, однако дочь была права — с их отношениями нужно что-то делать. И поэтому он остался. Но неловкость по отношению к дочери по-прежнему существовала, и ему оставалось только работать над этим. В тот день ангел заметил что-то странное, будто чего-то в компании Чарли и ее друзей не хватает. И тогда он вспомнил про Аластора, который таинственно исчез из отеля, хотя, как знает ангел, он обещал наблюдать за отелем и защищать его, как зеницу ока. Тот, кто так соревновался за роль отца для Чарли, вдруг исчезает, оставляя победу за Люцифером — вот так просто? Интерес ангела подпитывался с каждым днем отсутствия знаменитого Радио-демона. Конечно, он узнал причину пропажи сразу на следующий день из разговора своей дочери с Вегги, и, вроде бы, демон скоро должен вернуться обратно, ведь, казалось, он достаточно могущественен, чтобы залатать свои раны самому. Но он не возвращался второй день, третий… Люцифер начал сомневаться в силе оверлорда, о которой так говорила беспокойная дочь, которая в очередной раз не могла дозвониться ему. Он также начал сомневаться в том, что демон еще смог выжить после удара Адама, ведь, как говорила дочь, он был достаточно мощным. Она могла преувеличивать, но в душе ангела начала зарождаться тревога за своего соперника. Было еще другое чувство, помимо других негативных, — чувство благодарности. Люцифер не доверял Аластору, как человеку, от слова совсем, но в день истребления он показал себя совсем с другой стороны — рискнул жизнью ради своих друзей. У ангела появилось даже некое чувство уважения и сочувствия к человеку, который довольно раздражает его. Но Люцифер продолжал ждать, изредка интересуясь у дочери, смогла ли она дозвониться Радио-демону в этот раз. Он мог бы сам прийти проведать демона, если бы знал, где находится его пристанище, и если бы ему не было так стыдно за те недопонимания, которые возникли между ними. С этого дня ангел знал главную слабость Аластора — тот очень дорожит своим достоинством и репутацией, и пойдет на большие риски, дабы публика не увидела его слабым. Но она увидела его слабым, и Люцифер почти понимал, чего это стоит для демона. В этот вечер ангел старался не задевать больную тему, и лишь молча залечил рану на груди гостя. Ранение такого типа излечить полностью за одну ночь нельзя было, поэтому Радио-демону придется некоторое время восстанавливаться, и желательно в постели, не нагружая себя. — Готово, — сказал ангел, убрав ладонь с чужой груди, и поднял взгляд на Аластора. — Оставайся в отеле, тебе нужно восстановиться. Скоро ты будешь в норме. Через несколько дней я проверю твою рану. Демон раскрыл глаза и посмотрел на Люцифера, будто бы понимая, к чему он клонит. Ангел задел тревожащую тему, но было ясно, что он не собирался оскорбить Аластора, за что тот был благодарен ему. Но все же было мало причин доверять лорду, несмотря на его первый шаг. Глаза демона сузились, лицо по прежнему сохраняло на себе улыбку, не оголяя клыкастые зубы. — Хорошо, — коротко отрезал демон, в это же время заметив, что обычный голос с радио-шумовкой вернулся к нему. Уши навострились от небольшого удивления и радости, а после вернулись в прежнее положение, взгляд опустился на свою грудь. На месте пореза осталась лишь красноватая полоса, поверх которой виднелись золотистые светящиеся ниточки, уходящие в кожу. Демон переживал, что свечение может быть видно через одежду, но это точно будет лучше, чем то, что Аластор, возможно, так и умер бы, не обратившись за помощью. — Спасибо, — после долгих размышлений, продолжил демон, поднимая взгляд обратно на ангела. Торопливо подняв свои вещи, стал постепенно одеваться. — Конечно, без проблем, — ответил Люцифер. Ему достаточно было одного слова благодарности от демона, ведь они теперь, одинаково помогли друг другу и выручили в трудной ситуации. На лице ангела проскользнула светлая, еле заметная улыбка. — Чтож, возвращайся в свою комнату. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — кивнул Аластор, застегивая последнюю пуговицу на пиджаке. Встав с кровати, он направился к двери, и тенью проскользнул сквозь нее, дабы не создавать лишнего шума и не привлекать внимания до самого утра. Сейчас он желал лишь отоспаться за эту ночь, с чувством облегчения в груди, в которой больше нет постоянной режущей боли. Проскользнув в свою комнату, в которой не замечалось изменений с его последнего визита, сел на свою кровать. Постельное белье и мягкое одеяло, на котором сидел демон, были холодными, дав знать, что никто, кроме самого Аластора, более не посещал этот номер. Другая часть помещения, выходящая прямиком в лес, приносила в него легкую прохладу, поэтому демон по ночам вызывал стену, ограждающую эти две части комнаты друг от друга. Это можно было легко сделать, нажав на рычажок на стене около выхода в лес. Стена выдвигалась бесшумно и не сотрясала пол. Аластор мог бы не делать этот рычаг, однако каждую ночь и утро приходилось бы тратить силы, чтобы воссоздать и уничтожить стену, чего демону не хотелось делать, когда он устал. Сейчас стена была на месте. Аластор почувствовал накатившую за неделю усталость, как только осознал, что сейчас находится в безопасности и у него есть, как минимум, место для сна, а не маленький диван, на котором он еле мог расположиться. Быстро раздевшись до рубахи и нижнего белья, заполз под одеяло и почти сразу погрузился в сон. В полудреме его посещали мысли о Люцифере, а именно в голове возникал образ милосердного ангела и той улыбки, которую Ал успел увидеть лишь на секунду. Утром демон проснулся с болью в голове, на удивление, не в груди. Но чувствовал себя, не смотря на это, вполне отдохнувшим и отоспавшимся. Он лежал в кровати еще некоторое время, разглядывая незамысловатые, но красивые винтажные узоры на обоях, успокаивающего глаза, алого цвета. Измученный сломанный пополам посох стоял, прислонившись к стене. На месте раскола он был замотан обычной изолентой, и вскоре следовало бы заняться его ремонтом. Аластор не мог отнести его в мастерскую, ибо кто знает, не взбрендится ли кому-то доломать его полностью. В общем-то, такую вещь нельзя было отдавать в чужие руки, как тот же пиджак, который демон время от времени относит в ателье. Из размышлений Радио-демона вырвал стук в дверь. Он сел на край кровати, протягивая руку к стопке своих вещей, и стал одеваться. — Минуту, — громким голосом оповестил демон, уже одевшийся в свой повседневный костюм. Встав с кровати, он подошел к двери. Рука легла на дверную ручку и слегка потянула вниз, после чего дверь открылась, и на пороге показался Люцифер. Едва Ал успел что-то сказать, как ангела в проеме выместила другая фигура повыше. То была Чарли, с улыбкой на лице и слезами на глазах проскакивая в чужую комнату. Демон отошел на шага два, пропуская девушку внутрь. — Аластор! Отец уже рассказал мне, что ты вернулся, — в своем стиле, принцесса ада накинулась на оверлорда с объятиями, слезно произнося слова. — Весь отель скучал по тебе! — Привет, Чарли, — в ступоре Радио-демон поднял руку в воздухе, а на лице появился улыбчивый оскал. Вторжение в личное пространство демона оказалось внезапным и неприятным, как было и оставалось всегда, поэтому он выскользнул из чужих рук и улыбнулся шире прежнего, глядя на девушку. Та была с растрепанными волосами, еле проснувшаяся и продравшая глаза, в пижаме. Аластор недоуменно перевел взгляд на лорда, все так же стоящего в дверном проеме, а на его лице была та светлая улыбка, которую демон видел сегодня ночью. Взглядом он требовал от Люцифера каких-то слов, не взирая на то, как, по какой-то причине, приятно было видеть ангела таким улыбчивым по отношению к себе. Лорд рассмеялся, переводя взгляд на свою дочь, и решил прояснить ситуацию: — В общем, да, Чарли спрашивала про шум на первом этаже сегодня ночью, так что я рассказал ей все, как было. — Нам всем нужно срочно собраться и отметить это событие! Точно, нужно придумать какую-нибудь игру! Так будет веселее, — затараторила принцесса, почти подскакивая на месте от счастья и тряся кулачками перед собой. Тут сзади подошел Люцифер, кладя руку на ее плечо и утихомиривая ее. Радио-демон склонил голову набок, наблюдая за картиной. — Чарли, доченька, — начал он. — Понимаю, тебе это важно, но Аластору нужен отдых, как минимум неделю. Нужен постельный режим. — Ох, точно… — расстроенные глаза метнулись от отца обратно к Радио-демону. — Конечно, Аластор, можешь отдыхать. Я скажу новость остальным, они тебя проведают. Мы не будем сильно отвлекать, честно! — Спасибо за заботу, — ответил демон, провожая взглядом уходящую из комнаты Чарли, закрывающую за собой дверь. Люцифер же остался здесь. Демон с интересом ожидал последующих действий.