Ничто не истина

Красная жрица — верховная жрица Владыки Света, была духовной опорой и лидером вольных народов юга. Эти народы отвергли темную сторону и избрали путь света, были изгнанными и отверженными обществом и своей землей. Ее долг и обязанность были защищать и направлять этих людей, поддерживая их веру и дух. Встреча с братством в глубинах непроходимых зеленых лесов Лотлориэна, куда Магистр посылал ее с важным поручением, была напряженной и неприятной. Люди с юга редко вызывают доверие среди «северных» народов, особенно те, кто поклоняются Красному Богу. Однако, несмотря на все трудности, Красная жрица смиренно выполняла свою миссию, не вступая в конфликты. Это было не трудно, ведь на ее родине покорность и смирение — то что воспитывают в тебе с пеленок. Ее приход в Лотлориэн не был результатом желания или прихоти, это была вынужденная мера, обусловленная тяжелыми обстоятельствами. Вольные народы, в силу различных причин, уже не имели возможности устоять под натиском зловещих последователей Саурона, чье зло распространялось с каждым днем все больше и больше. Они пришли просить о помощи у эльфов, у тех, кто еще помнил дни, когда мир был светлым, и зло Саурона не омрачало южные земли. Они обратились к тем, кто вспоминал времена мира и гармонии, в надежде, что эти существа помогут им в этой безысходной ситуации. В день, когда братство собиралось покинуть священные земли эльфов, мудрая и величественная Леди Галадриэль, владычица этих земель, одарила каждого из членов братства особыми подарками. Красная жрица стояла среди эльфов, провожавших братство. Она была погружена в свои мысли, ее взгляд был задумчивым и несколько потерянным. Она ожидала большего от встречи с Владычицей, надеялась на конкретную помощь, возможно, даже на воинов, которые поддержат их в борьбе. Однако помощь, которую они получили, была совсем не такой, какую она ожидала. Советы и наставления Белой Леди породили больше вопросов, чем ответов, и южанка почувствовала тяжесть этого неизвестного на своих плечах. Она переваривала каждое слово, каждый совет, пытаясь найти скрытый смысл или указание на то, как ей следует действовать дальше. Но ответы приходили с трудом, и она чувствовала, как ее сомнения и тревоги растут. Южанку из ее мыслей и сомнений вывел пронзительный взгляд Леди Галадриэль. Обычно спокойная и флегматичная жрица вдруг почувствовала себя как пойманный кролик, стоящий перед лисицей. Ей стало стыдно за свои сомнения и колебания в отношении советов, которые дала ей мудрая и величественная Белая Леди. В ее сердце поднялась волна стыда и раскаяния. Она пришла в Лотлориэн искать помощи, искать поддержки, в надежде на то, что судьба ее исстрадавшегося народа найдет отклик в сердцах эльфов. И помощь была ей предоставлена, хоть и не в том виде, в котором она ожидала. Но разве мы в праве выбирать образ помощи?        — Девять пеших будут противостоять Девяти всадникам зла… — процитировала слова, великого Владыки Элронда Белая Леди. Мужчины переглянулись, их взгляды встретились в тихом вопросе. В воздухе висело недосказанное, сложные эмоции, переплетающиеся в сумерках их сознания. Было непонятно, что вызвало у них большее удивление: точная цитата слов Владыки Элронда, произнесенная в начале пути братства, на котором Белой Леди не было, или воспоминания, которые эти слова вызвали. Это были воспоминания о горечи потери, о шоке и отчаянии, которые они испытали при утрате волшебника. Это был момент, который оставил глубокий след в их сердцах, и который, казалось, всегда будет с ними, тяготея над их душами. «Единственный путь к миру на твоих землях, Мизерия, — это сохранение баланса и равновесия», — услышала в своей голове жрица твердый голос Леди Галадриэль. Ее голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась непоколебимая решимость и уверенность. Она смотрела на Мизерию своими проницательными глазами, подчеркивая важность своих слов. «Ты должна присоединиться к ним.» Белая Леди жестом пригласила Мизерию присоединиться к братству. На родине жрицы воздержание от конфликтов и противостояния приказам является общепринятой нормой. В этих местах, где ценится мудрость и спокойствие, каждый конфликт рассматривается как ненужное отвлечение от главной цели. Верования Вольных народов зиждутся на уважении к времени и союзникам — это два основных столба, на которых держится их общество. Любые лишние споры и конфликты воспринимаются как угроза для этих ценных ресурсов, поэтому они стараются избегать их в любой ситуации. Мизерия, с полной уверенностью в своих силах и верой в мудрость Белой Леди, без колебаний сделала решительный шаг вперед. Их снова стало девять, полных решимости и силы, чтобы продолжить свою миссию, защищать свои народы и бороться со злом, которое угрожало их мирам. Присутствие Красной Жрицы в братстве вызывало неудовольствие среди мужчин. Никто не скрывал своего раздражения, но вслух высказался только Гимли, гном. Он заявил, что женщина на корабле — это к беде, исходя из морского суеверия, и добавил, что лодка равнозначна кораблю, особенно если эта женщина — южанка. Эльф же, более сдержанный, только буркнул penfaer. Гимли не говорил на синдарине, но ему понравился тон, с которым это было сказано, и он быстро закивал в знак согласия. Южанка была глубоко погружена в свои мысли, обдумывая слова Леди Лориэна. Она стояла в тишине, ее взгляд был сконцентрирован на горизонте, как будто ища ответы в таинственных тенях леса. Слова мужчин, казалось, не доходили до нее, исчезая в воздухе как легкий ветер. Но, даже если бы она их услышала, их слова не смогли бы задеть ее. Такое поведение было ей знакомо, ведь она знала какие легенды ходят о ее вольных среди других народов. Да и честно сказать, эти легенды были пугающе правдивыми. Она знала о трудностях, которые ее ждут, о недоверии и предвзятости, которую ей придется преодолеть. Она знала о боязни и недоумении, которые ее присутствие может вызвать у ее новых соратников. Но все это не имело значения. Ведь у нее была миссия, у нее была цель, и она была готова столкнуться с любыми трудностями ради своего народа. Ситуацию удалось разрядить благодаря одному происшествию. Двое светлых полуросликов начали громкий, но дружественный спор. Он был настолько бурным, что Мизерия не могла не обратить на него внимание. Мизерия лишь покачала головой и даже не обернулась. «Какие же вы громкие, северяне» — подумала она и мысленно улыбнулась вспоминая тишину родных земель. Хоббиты так увлеклись доказательством своей правоты, что не заметили, как лодка начала качаться. Перекрестные взгляды, размахивание руками и внезапные движения не предвещали ничего хорошего. Внезапно лодка накренилась так сильно, что хоббиты чуть не упали в воду. В этот момент, один из мужчин братства успел подхватить обоих хоббитов за воротники их плащей, оттянув их обратно в лодку. Однако, в этом спасательном маневре, мужчина потерял равновесие и, не сумев удержаться, сам оказался за бортом. Все это произошло так быстро, что остальные члены братства едва успели сообразить, что происходит. В момент, когда он забирался обратно в лодку, его лицо было омрачено сердитым выражением. Он бросил на перепуганных полуросликов гневный взгляд, который ясно выражал его раздражение. После того как он наконец смог занять прежнее место, он обратился к своим попутчикам, и его голос звучал строго и непреклонно:       — Почему вы не можете сидеть спокойно? Посмотрите, как ведет себя … Южная Леди. Возьмите с нее пример! Увидев, как лица хоббитов потемнели от страха и смущения, он добродушно потрепал их по волосам, будто говоря, что все в порядке и нет причин для беспокойства. Этот дружелюбный жест вызвал облегчение, и хоббиты затеяли спор о том, какой метод сушки промокшей одежды будет наиболее эффективным. Мужчина вздохнул от неспособности усмирить полуросликов. В конце концов, он уже был совершенно мокрым — если бы он упал в реку еще раз, стал бы он еще мокрее? Воин перевел взгляд на сидевшую в соседней лодке южанку. Ее спокойное и уверенное поведение вызывало уважение. Боромир решил, что пришло время познакомиться.       — Нам предстоит трудный и долгий путь, а мы до сих пор не представлены, — сказал он, обращаясь к жрице. Его голос был уверенным и решительным, и в его словах чувствовалась искренность. — Я Боромир, сын Денетора. Девушка медленно повернулась и встретилась взглядом с сыном Денетора. Ее взгляд был спокойным и твердым, и она кивнула в знак уважения.       -Мизерия, — представилась она, и ее голос звучал мягко, но уверенно. Так началось их знакомство — со спора и недоверия. Однако, несмотря на все возникшие трудности, они смогли найти общий язык и вместе бороться против общего врага. Боромир был поражен узнав, что на юге существует армия, которая не подчиняется Саурону, и выразил свое недовольство тем, что они позволяют оркам проникать в его город.       — Мы не позволяем, мы делаем все, что в наших силах. Гондор давно бы пал, если бы не наша помощь. Многие из моих братьев пали, сражаясь за Осгилиат, — ответила Мизерия. На что Боромир с насмешкой заметил:       — Удивительно! Вы первый человек с юга, которого я вижу. На это жрица улыбнулась и сказала:       -Благодарю вас. Это большая похвала. Скрывайся у всех на виду… Боромира явно не устроил ответ девушки, в добавок последнее время в душе его то и дело вскипала необъяснимая ярость:       -Не думайте, что я хвалил вас или кого-то из южан. Мне просто удивительно, что никого из вас не видно там, где идет настоящая битва. Где мой народ гибнет! Просто признайте, пока мы здесь воевали вы прятались в югах и мизинцем не пошевельнули! — Его слова были острыми, и в его голосе чувствовалась раздраженность. Однако, Мизерия оставалась невозмутимой перед его словами. Она встретила его гневный взгляд с обычным спокойствием, ее лицо не выдавало никаких эмоций.       -Мы все здесь сражаемся своими собственными способами, Лорд Боромир. Вы можете не видеть всех нас на поле битвы, но это не значит, что мы не вносим свой вклад. Спокойствие Мизерии, ее уверенность в себе, вызывали у него еще больший гнев. Он был озадачен ее отношением к ситуации, которая, по его мнению, требовала большего тревожного внимания. Он подошел к ней почти вплотную, ему хотелось буквально разорвать эту девушку.        — Вносите вклад?! Мой народ проливает кровь, а вы лишь проводите свои глупые обряды, стоит Саурону победить вы побежите за своим новым хозяином, или я не прав? Лицо Мизерии не поменялось, ее состояние выдавала лишь вздувшаяся вена на шее.        — Вы ничего не знаете о юге, — тихо сказала она и отошла на шаг назад. Мужчина хотел было подойти обратно, но девушка выставила руку вперед, отгородив безопасную дистанцию.       — Держите себя в руках, милорд! И вспомните, кто вам враг, а кто друг! — сказала девушка. Боромир лишь сжал кулаки.       — Я помню, не сомневайтесь. — они так и остались бы стоять, испепеляя друг друга взглядом. Когда напряжение между Боромиром и Красной жрицей достигло пика, на помощь пришли полурослики. Несмотря на их невысокий рост, они смогли внести в ситуацию необходимую легкость. Их непринужденное поведение и естественная дружелюбность помогли смягчить обстановку. Они начали шутить и рассказывать истории из своего родного Шира, создавая вокруг атмосферу уюта и домашнего тепла. Их позитивное отношение и жизнерадостность оказались заразительными, и даже самые серьезные члены братства не смогли устоять против их оптимизма. Они напомнили всем, что даже в сложных обстоятельствах можно найти причины для радости. Этот момент стал поворотным в отношениях между братством и жрицей, помогая им найти общий язык и взаимопонимание. Однако, для Боромира и Мизерии это был не последний разговор на таком близком расстоянии… Однажды, после тяжелой битвы, Мизерия стояла перед оставшимися членами братства. Ее взгляд скользил по их уставшим лицам, пропитанным горечью скорби и тяжелым страхом за товарищей. Она чувствовала боль в своем сердце, страх за свой народ, который был на грани исчезновения. Однако, где-то в глубине ее души, все еще теплился тонкий лучик надежды.       — Значит, всё было напрасно. Братство распалось, — эти слова казались словами не эльфа, а голосом её внутреннего разума — суровым, южным голосом. Этот голос представлял собой холодный, рациональный анализ ситуации, который не оставлял места для надежды или иллюзий. Но тут вмешался Следопыт, поддерживая её сердце, говоря то, о чем она боялась даже думать. Его слова были как бальзам на её раненую душу:       — Оно не распадётся, пока мы верны друг другу. Мы не позволим, чтобы Мерри и Пиппина замучили до смерти, пока у нас ещё есть силы. Оставьте всё, что можно. Пойдём налегке. Он окинул взглядом друзей, его глаза отражали прочность и упорство, которые были так нужны им всем в этот момент. Затем его взгляд задержался на жрице, она стояла немного в стороне, в её глазах он увидел отражение той же решимости, которую она всегда проявляла.       — Ваш путь еще не закончен, — сказала она, и ее голос звучал твердо и уверенно. — Я должна исполнить свой долг. Она выбрала сердце. С этими словами, братство снова двинулось вперёд, готовясь к новым испытаниям и битвам. Хотя они были разрозненными, дух их был един. Каждый из них был готов жертвовать всем ради своего народа и мира. Их объединяла общая цель — противостоять злу и защищать своих народов. В этом они были непобедимы. Война против Саурона достигла своего пика, силы добра смело встретились с его мрачными армиями на поле битвы. Битва была тяжелой, но воля к победе и справедливости над злом была сильнее. В конце концов, Саурон был побежден, и его мрак был изгнан из земель Средиземья. Вольные народы наконец вздохнули с облегчением. Их усилия не были напрасными. Тяжёлая ноша войны была снята с их плеч, и они могли вновь обрести мир и спокойствие. Многие из них начали возвращаться на юг, обратно к своим домам и семьям. Сыновья встречали своих отцов на порогах их домов, их глаза сияли от радости и облегчения. Сестры обнимали своих братьев, радуясь их возвращению и благодаря богов за их безопасность. Семьи были снова воссоединены, и их дома наполнились радостью и теплотой. Воздух свежести и возобновления окутал земли Средиземья. После долгих лет битв и страданий, наконец, наступило время мира и восстановления. Это было время для обновления и восстановления, время для отдыха и благодарности. Так закончилась эпоха тьмы, и новая эпоха света и мира началась.