Первая положительная

Вечер крался на цыпочках к сонному, но ещё бурлящему жизнью городу. Багрянец заката, расцвеченный россыпью белоснежных облаков, робко заглядывал в комнату Валеры, окрашивая всё вокруг в причудливые оттенки. Парень, нахмурившись, сидел на продавленном диване, нервно перебирая в пальцах резинку для волос девушки. Из-за стены доносилось навязчивое бормотание радио, звучавшее рефреном весь день. Он бросил взгляд на настольные часы. 19:14. Резко поднявшись, сорвал с себя футболку, оставшись в одних спортивных штанах, и направился в ванную. Открыл кран, умывая лицо. Холодная вода, словно вымыла из него всю усталость и раздражение. Вернувшись в комнату, парень выудил из вороха вещей грязную простынь. Не испытывая ни стыда, ни брезгливости, потащил её обратно в ванную комнату, где принялся яростно намыливать хозяйственным мылом, застирывая пятна. После этой нехитрой процедуры он развесил её на верёвке, натянутой над ванной. Александр, вернувшийся утром с ночной смены, сидел на кухне, словно окаменевший истукан. На столе — строй бутылок, в руке — гранёный стакан. Валера лишь обречённо вздохнул, предчувствуя неизбежное, и вошёл на кухню, чтобы налить себе воды. — О, сынок, — затянул Александр, хватая кусок хлеба. — Баб сюда водишь, а прибраться в доме некому. Посмотри, какой свинарник на кухне развели. — Сам уберёшь, — бросил парень через плечо, заглядывая в холодильник. — Бессовестный ты… — А ты нет? — Александр лишь хмыкнул в ответ, не удостоив сына взглядом. — Говорят, горбатого могила исправит. А тебе и это не поможет. — Пошёл вон из моего дома! — взревел пьяный отец, поднимаясь со стула и опираясь на стол. — Растишь его, растишь, воспитываешь нормального человека, а он такие слова отцу… — А ты ждёшь хороших слов от меня?! — вскипел Валера, надвигаясь на отца. — Их никогда не будет! — Тогда на все четыре стороны отсюда! Неблагодарный! Туркин, не говоря ни слова, направился в свою комнату и торопливо оделся. Уже в коридоре он услышал, как отец прохрипел ему в спину: «И чтобы духу твоего здесь больше не было!». Но парень лишь молча выхватил из тумбочки запасные ключи. Он выскочил из дома и зашагал по тропинке в сторону дома Шпаловой. Мимоходом бросив взгляд на базарную площадь, он увидел, как вдали, рука об руку, шли Ирина Игоревна и его девочка. Валера мгновенно сменил выражение лица на непринуждённо-радостное, натянул улыбку и двинулся им навстречу. — Здравствуйте, Ирина Игоревна, — произнёс он, останавливая Шпаловых. — Ой, здравствуй, Валера. Напугал ты нас, — с улыбкой ответила Ирина Игоревна, бросив взгляд на дочь. Вика молчала, глядя в другую сторону. — Вы на рынок? — спросил он, заметив в руках женщины сумку. — Да, но я, наверное, одна схожу. А вы идите, прогуляйтесь. — Да что вы, пойдёмте вместе. Помогу вам. Погулять ещё успеем, — ответил парень, беря за руку девушку, двигаясь в сторону рынка. — А у вас бокс уже закончился? — поинтересовалась мама. — Просто Никиты уже давно нет. — Да, но он, наверное, с остальными в футбол остался гонять, — выпалил Валера, быстро соображая. — У нас там недалеко хоккейная коробка. Что зимой, что летом собираемся и играем. Ирина Игоревна улыбнулась, внутренне гордясь за сына. Мало того, что секцию посещает, так ещё и в футбол играет. «Может, совсем скоро и спортсменом станет, свяжет свою жизнь со спортом…» — думала она про себя, не подозревая, как далека от истины. Влюбленные и мама отправились на рынок. Валера украдкой поглядывал на девушку, немым вопросом ища ответа в её глазах, но она лишь отвечала, что всё хорошо. Он нутром чувствовал, что сегодняшняя сцена с его отцом оставила глубокий след в её душе. — Вы пока выбирайте, а я позвонить схожу, — сказал парень, оставляя женщин одних. Он подошёл к общественному телефону, опустил пару монет и набрал номер Вахита. Долгие гудки прервались, и в трубке раздался голос: — Кто? — с неприкрытой злобой прозвучало на том конце провода. — Я это. — Чё случилось? — уже более спокойным тоном поинтересовался Зималетдинов. — К Вике подскочить сможешь? — Смогу, но только я с Дашкой. Через сколько? — Минут через пятнадцать будьте на месте. Проблема есть. — Понял, договорились. Валера положил трубку и направился обратно к рыночным прилавкам, где его ждали Шпаловы, успевшие прикупить немного овощей. — Теперь куда? — спросил парень у женщины, перехватывая заполненный пакет. — Так… Нам нужно мясо и фрукты… — Значит, за мясом? — Да, за мясом, — ответила женщина с улыбкой. Они двинулись к другому прилавку. Пока мама и парень выбирали мясо, девушка незаметно подошла к фруктовому прилавку, расположенному неподалеку. Её взгляд зацепился за ящик с сочными персиками. — Мам, а можно персики? — спросила она, бережно взяв в руки упругий плод. — Бери, — ответил Туркин, не дожидаясь согласия женщины. — Сейчас мы тут купим, и персики тебе возьмём. Ирина Игоревна лишь улыбнулась, подмечая в парне дочери мужские качества. Она была рада, что Валера оказался хорошим парнем и Вика остановила выбор именно на нём. Девушка тоже улыбнулась и попросила продавца взвесить пару персиков. Туркин, подоспевший к ней, уговорил взять больше. В итоге получился полный пакет спелых фруктов, за которые он, чтобы не спалится о «крышевании» рынка, расплатился. Выйдя за пределы базарной площади, семья направилась в сторону дома, оживлённо болтая. Шпалова уже не казалась такой тихой и замкнутой, беря инициативу на себя во время разговора. Подойдя к дому, они увидели, как на скамейке сидел Вахит, нежно обнимающий Дашу. Михайлова тут же вскочила и бросилась обнимать подругу, попутно здороваясь с Ириной Игоревной и Валерой. — Здравствуйте, меня Вахит зовут, — произнёс Зималетдинов, вставая и любезно здороваясь с матерью Шпаловых. — Здравствуй, меня Ирина Игоревна, — представилась она. — Ребята много хорошего про тебя рассказывали. Да и Петя с Таней тоже. Вахит расплылся в улыбке, услышав, что родители девушки отзываются о нём хорошо. При первой встрече Ирина Игоревна показалась ему доброй и светлой женщиной. Те же светлые волосы, что и у двойняшек. Те же глаза, улыбка, нос. Теперь он понимал, что Шпаловы — просто копии своей матери. — Пойдёмте, я вам чаю хоть всем налью. Ребята переглянулись, не зная, как поступить. Туркин взглядом дал понять Вике, что времени на это нет. Поэтому девушка остановила маму: — Мы в следующий раз заглянем, хорошо, мам? Просто погода очень хорошая, хочется погулять. — Как знаете. Пойдём, Валера, — произнесла женщина и направилась к подъездной двери. Парень опередил её, открыл дверь и пропустил вперёд. Получив указание от Туркина: «Посиди здесь. Я быстро», девушка проводила их взглядом и присела к друзьям. — Вик, не знаешь, чего Турбо меня позвал? — спросил Вахит, обнимая Дашу одной рукой. — Не знаю. Он мне ничего не говорил, — ответила она, поворачиваясь к друзьям. — Как вы после вчерашнего? — Да нормально мы. Сразу после вас ушли… по делам своим, — произнёс парень, делая паузу и многозначительно двигая бровями. — Вахит, — протянула Даша, понимая, о каких делах он говорил. — Не обязательно рассказывать про наши дела. — Так я ничего и не рассказывал. Ты щас сама нас сдала, — ребята рассмеялись, видя, как Михайлова обиженно надулась. — Не дуйся ты. Я все равно ничего не поняла, — успокаивала подругу Шпалова, кладя ладонь ей на плечо. Туркин вышел из подъезда с четырьмя персиками в руках. Он подошёл к ребятам и раздал им фрукты. Все принялись наслаждаться спелыми плодами. — Чего позвал-то? — спросил Зималетдинов, откусывая ещё один кусок персика. Валера молчал пару секунд, раздумывая, стоит ли рассказывать о своей проблеме в присутствии девушек. Он не хотел сейчас, особенно при Вике, это обсуждать. — Пойдём отойдём, — сказал он Вахиту и отошёл от подъезда, попутно выбрасывая косточку в урну. — Пару минут посидите. Девушки проводили парней взглядом. Валера достал из кармана пачку сигарет и увидел, что осталось всего две. Одну он вставил в рот, а другую отдал другу. Пошарив по карманам, Туркин не нашёл спичек. Зималетдинов любезно достал зажигалку и прикурил себе и другу. — Ну так чё, чего случилось-то? — не унимался Зима, выдыхая дым. — Меня такими интригами Дашка кормит, так ещё и ты. — Есть у тебя родственники или знакомые, которые квартиры сдают? — А с отцом чё? — Да нихера. Выгнал он меня, — раздраженно сказал парень, выкуривая сигарету одной затяжкой. — Щас ничего не могу сказать… — протянул Зима, перебирая варианты в голове. — Вечером у отца поспрашиваю, договорились? — Договорились, — ответил Туркин, пожимая руку другу. — Пошли до магазина дойдём. Сиги купить надо. Совершив покупку, парни направились обратно, неся в руках по рожку сливочного мороженого и пачку сигарет. Подходя к подъезду, они, как истинные джентльмены, вручили им сладость. — Ну что, мы гулять идём? — спросила Даша, доедая мороженое. — Домой пойдём, — серьёзно ответил Вахит. — Но я не хочу домой. Я гулять хочу, — протянула она, заглядывая ему в глаза. Парень лишь рассмеялся от её щенячьего взгляда. — Хорошо, погуляем, — ответил он, получив в ответ лучезарную улыбку. — А чё у вас, кстати, утром случилось? Зималетдинов задал вопрос, вспомнив заплаканное лицо девушки. Шпалова сразу же изменилась в лице и замолчала. В её голове снова всплыли слова отца парня. Туркин тоже опустил глаза, не желая вдаваться в подробности. — А что было? Что случилось, Вик? — затормошила Михайлова подругу, пытаясь выведать правду. — Тебя Валера обидел? — Нет. Ничего не произошло, всё в порядке, — успокаивала подругу Шпалова, пытаясь смахнуть предательские слёзы. — Ты же врешь. — Не вру. — Вика… Но девушка не ответила, отводя взгляд в сторону. Валере не нравились докучающие вопросы. Оставить без ответа разговор нельзя, но и давать им интригу для размышления тоже. И парень решил перенять всё внимания на себя, сказав: — Отец мой — мразь, обидел её. — Как? — спросила Даша, взглянув на него. — Высказался не так. — Не так? — Сказал, что… — он медлил, подбирая более мягкое определение отцовскому высказыванию. — Девушка лёгкого поведения. Вот и всё. Даша изумлённо округлила глаза. В голове девушки образовывались несказанные вопросы: «Почему? Как он посмел так сказать? Отец… и такие слова? Как вообще могло такое прийти ему в голову?». Вахит молчал, зная нрав отца друга и его характер. «Ну да, Вика же не первая кто у него дома побывала…» — промелькнуло в голове. Валера порывисто шагнул к девушке, намереваясь успокоить, не замечая стоявшую фигуру на тротуаре. — Кто чё сказал? — рявкнул Никита, невольно став свидетелем обрывка чужого разговора. — Никто ничего не сказал. Послышалось, — говорит Вахит, пытаясь сгладить назревающий конфликт, заступаясь за друга. — Послышалось, значит? — надвигается на Туркина парень. — Вот так ты её защищаешь, да?! — Никит, успокойся, — затараторила Вика, видя, как побелели костяшки пальцев на сжатых кулаках брата. Турбо выпрямился, встречаясь взглядом со Шпалой. В глазах младшего плескалась неприкрытая агрессия. Никита всегда напоминал парню его самого в юности — тот же несгибаемый стержень, та же упёртость защищать своих. — Защищаю, — отрезал парень спокойным голосом, не слыша мольбы Шпаловой и её робких попыток разнять их. — Но ты не забывай, с кем стоишь и как базаришь. — Кто обидел? — процедил Никита, сверля сестру взглядом, требуя правды. — А ты с меня спроси. Или зассал? — Валера бросал вызов. — Угомонитесь оба, — Вахит перехватил Никиту, с силой сжимая его плечи. — Не зассал, — огрызнулся Никита, вырываясь из хватки. И тут же кулак Шпалова летит в лицо оппонента. Вахит попытался оттащить разъярённого Никиту, но Валера, перехватив инициативу, отбросил младшего в сторону. Парень, не теряя ни секунды, снова бросился в атаку, осыпая ударами в нос и челюсть. Вика, захлёбываясь слезами, отчаянно пыталась оттащить своего парня от брата, умоляя их остановиться. Даша пыталась помочь подруге, в итоге безуспешно. Вахит, выждав момент, наконец, сумел оттащить брыкающегося и матерящегося Шпалова подальше от Туркина. — Чтобы я тебя рядом с ней больше не видел! — прорычал Никита, вырываясь из рук Вахита. Молодой лишь усмехнулся сквозь боль, прижимая ладонь к пылающему от ударов лицу. Даша, подхватив Вику, крепко обняла её. Девушка уткнулась ей в плечо, давая волю захлестнувшим эмоциям. Боль разрывала её на части — два самых близких человека в жизни столкнулись в драке из-за недоразумения, которое никто не попытался разрешить мирно. Туркин осторожно высвободил свою девушку из женских объятий, прижимая к себе. Он бережно уложил руку ей на голову, поглаживая и успокаивая. — Руки от неё убрал! — прорычал парнишка, отчаянно пытаясь вырваться из хватки. — У тебя, блять, не спрашивал! — огрызнулся в ответ Валера. — Да успокойтесь же вы! — всхлипнула девушка. — К чему сейчас этот цирк?! Зачем вы делаете мне больно?! Вы ведёте себя как два маленьких ребёнка! Вы ни в чём не разобрались, а уже кидаетесь друг на друга! Вика шагнула к брату, увидев, как из его разбитого носа сочится алая кровь. — Валер, посмотри, что ты наделал, — она попыталась вытереть кровь рукавом своей кофты, но Никита отвернулся. — Уйди! Иди с Турбо своим возись, а не со мной! — А хули ты на неё кричишь?! Ещё раз пизды дать надо?! — вскипел Валера, угрожающе надвигаясь на ребят. — Да хватит! — оттолкнула девушка парня от брата. — Идите вы оба куда подальше! Развернувшись, Шпалова быстрым шагом направилась прочь от дома. Даша, переглянувшись с Вахитом и получив от него понимающий кивок, означавший, что ей стоит пойти за подругой, бросилась вслед. Зималетдинов, наконец, отпустил супера, в последний момент перехватив Туркина, собиравшегося броситься за девушками. — Посиди. Дай ей отойти, — уговаривал Вахит, пытаясь усадить друга. — Устроили тут цирк. Два идиота. Парни не реагировали на сказанные слова. Валера, опустив голову на сложенные на коленях руки, нервно перебирал пальцами волосы. Никита, вытирая кровь из-под носа, двинулся в сторону подъезда, бросив напоследок: «Ещё поговорим». Уже ночью, когда Шпалова была в целости и сохранности доставлена домой, Турбо решился остаться ночевать в каморке подвала. Он долго ворочался на скрипучем и неудобном диване, прокручивая в голове события прошедшего дня. День и вправду выдался насыщенным. Он думал о том, как строить свою жизнь дальше? Какое отношение будет к нему в группировке после того, как Кащей и Адидас не оценили его «заботу»? Думал и о том, как дальше сложится его жизнь с Викой, и сложится ли вообще? После сегодняшнего девушка явно будет относиться к нему не так, как раньше. В этих тягостных раздумьях парень и не заметил, как провалился в беспокойный сон.