Слезы бледной жизни.

Просыпаясь очередным утром, тот смотрит на часы. Неужели именно сегодня он опоздал? Вспоминая, что сегодня воскресенье - парень глубоко и спокойно вздыхает, беря в руки телефон. Правда выходной. Жаль, что сегодня он не увидится с объектом обожания, не услышит его бархатный смех и уже слегка сломавшийся голос. Интересно, а он вообще знает про существование Тома? Риджуэлл выключает смартфон и откидывает голову на изголовье кровати, смотря на белоснежный потолок. Он сглатывает. Неприятно осознавать, что для кого-то ты просто одноклассник. А вдруг он даже не знает имени Томаса? Переводя взгляд на окно, юноша начинает наконец слышать, что капли барабанят по карнизу. А он так хотел выйти на улицу...из-за его проблем со зрением, тот видит мир лишь в черно-белых красках. Так хотелось наконец увидеть его любимого в нормальных цветах, как все люди. Точнее, как их большинство. Отводя взгляд от улицы и смотря на свои руки, он прижимает к своей грудной клетке колени и утыкается в них лицом. Так хочется плакать. О, точно...надо проявить фотографии, которые он сделал в школе. Или он уже это сделал? В голове все резко смешалось. Странное ощущение, словно он в неком трансе. Вздрагивая, британец берет в руки гаджет. Ему кто-то написал и он испугался сообщения. На его огромное удивление, это был он! И почему Том понадобился рогатому? Наконец открывая сообщение, тот видит...неужели это спам? Да нет... или ему пришла белая картинка? Что это за цвета... Видимо, Торд решил поиздеваться над Томом, зная его "особенность". Мальчик расплакался, выключая смартфон и хватая подушку и плача в нее. Паренек слышит снова звук уведомления, но уже не хочет даже смотреть, что там про отвечать? Это правда его задело. Он стал сомневаться в том, что этот Ларссон ему нравится... Риджуэлл встает с кровати, вытирая последние слезы и сопли, идет на кухню, где заботливая матушка приготовила его любимый завтрак. Мальчик садится за стол и начинает есть блинчики. Жаль, что он сегодня не в настроении. Смотря на моющую посуду маму, тот снова вытирает слезы. Ему вдруг стало стыдно. — Мам, я помою посуду, — говорит он, прожевав еду. Женщина оборачивается, смотря на сына, а после кивает, мягко улыбаясь. Вытерев влажные руки о полотенце, та подходит к мальчику, гладя его по жестковатым волосам и целуя в лоб, после уходя в комнату, наконец отдыхать. Риджуэлл доедает свой завтрак, после подходя к раковине и домывая оставшуюся посуду, а после и свою тарелку. Том снова смотрит в окно. Дождь кончился. Может пойти погулять? А с кем идти? Одному? У него совсем нет друзей. Все его то боятся из-за его глаз, то смеются над его врожденными проблемами со зрением. Томас уходит в свою комнату, смотря на телефон и после снова беря его в руки. Вновь сообщение от Торда...неужели снова хочет подшутить? "Ладно, Том, прости. Это просто шутка. Хочешь погулять?" И с чего бы Ларссону гулять с Риджуэллом? Тот хмурится. В этом...точно есть какой-то подвох. Только вот...какой? Все же это его объект обожания, потому тот соглашается. Вдруг они узнают друг друга поближе и наконец смогут...хотя бы дружить! Или это все какая-то ловушка, в которую рогатик сейчас заманивает британца... Том метался от мыслей, что это просто прикол, и что норвежец правда хочет с ним погулять! Все же черноглазый соглашается, спрашивая место. Он всей душой надеялся, что это не очередная шутка, чтобы выставить его полным идиотом и заставить плакать, может даже на камеру. Одеваясь по погоде, тот говорит матушке, что пошел, та желает ему удачи и снова целует в лоб. Томас лучезарно улыбается ей. Выйдя из дома, тот достает телефон, идя по адресу и уже вскоре видя там...Торда с цветами? Да нет! Не может быть. Может, это не он? Или это...галлюцинации? Риджуэлл в ступоре. Он останавливается, после еле-как сходя с места и идя к Ларссону, слегка сжимая лямку взятой с собой сумки от нетерпения, негодования и неловкости. С чего бы ему дарить такому, как Том цветы? Наконец подойдя уже к норвегу, тот старается начать разговор. — Привет, — тихо и слегка дрожащим голосом говорит тот, невидимым взглядом осматривая рогатого. — Здравствуй, Томас. Это тебе, — бархатным и приятным голосом говорит тот, протягивая мальчику цветы. Томас в ступоре. Он переводит взгляд с цветов на лицо одноклассника. — С чего бы тебе дарить мне цветы? Это...какая-то шутка? — после тот начинает говорить тише. — Я надеюсь, что мы одни? — он даже слегка сгибается, начиная осматриваться. Торд удивленно смотрит на него. — Почему это должно быть шуткой? Я знаю, что нравлюсь тебе, — его удивление плавно перетекает в мягкую и добрую улыбку. Видя это выражение лица, Том все же берет в руки цветы, а после вздрагивает. Знает? — В к-каком смысле знаешь? — у паренька явный шок. Неужели он как-то спалился? — Ты постоянно фотографируешь меня. Неужели ты думал, что я не слышу звук от фотоаппарата, когда тот делает фото? Да и ты думал, что я просто так стою в определенных позах и всегда получаются красивые "картинки"? — он явно не желает Томасу зла, в его голосе не слышится даже шутки. Торд правда...добр к Томми. Он вдруг опускает руку на его колючую голову, слегка поглаживая. — Не волнуйся, Том. Возможно, когда-нибудь наши чувства будут взаимны. А пока, мы можем дружить. Риджуэлл готов упасть от этих слов! Да и от его действий...когда мальчика стали гладить по голове, тот чуть-ли не замурчал, словно кот. Он кивнул, слабо, но мягко улыбаясь своему любимому. Вскоре они пошли гулять по парку. Было утро, но почему-то здесь было темно. Может, это из-за деревьев, что закрывали весь свет своими большими, даже величественными кронами? Мальчики держались за руки, а ручка Томаса постоянно потела, за что тот стыдливо извинялся, но Торд отмахивался, иногда даже целуя его "волнующуюся ручонку", на что Риджуэлл ахал и охал, смущаясь, покрываясь густым румянцем. Так они гуляли аж до вечера. Они говорили на всякие разные темы, а Том чаще всего рассказывал про особенности фотографий. Иногда Торд спрашивал про его виденье мира, на что британец, конечно, отвечал, но был очень смущен, да и неловко было... рогатый даже купил мальчику пару брелоков и значков, ибо по пути был маленький ларек, хотя Томас и отнекивался, его заставили выбрать то, что тот хочет себе! Вскоре те разошлись, хотя Ларссон и довел мальчишку до дома, Томас побоялся целовать его, хотя и очень хотелось... Уже дома тот валялся на кровати и пищал от радости!