хай
27 февраля 2024 г., 20:28
Никому не хочется делать вещи, которые приводят тебя в состояние скуки, неприязни и безразличия.
Для Фридо акцентом на скуку было слово «школа», и ему даже казалось, что если их перепутать слогами — ничего не поменяется. Они сольются.
В школе его все считали тупым, и он это знал. Фридо не любил ненавистных учителей, сидение за партой и глупые примеры, а также когда в школу вызывали родителей из-за его неуспеваемости.
Но он просто не мог. Ничего не мог. Только сбегать в парк и плакать. Ну и кататься на скейте.
Вот поэтому, когда появляется двойник, его жизнь кажется нереально классной штукой.
— Что делаешь? Очередной пример? — Фридо хмыкает, замечая как двойник ни на секунду не отрывается от своих учебников и тетрадей. Вернее, эти вещи его, но Фридо любезно одолжил их. Или отдал, неважно.
В руках парня был футбольный мяч, который он периодически вертел в руках — они с ребятами планировали сыграть, хоть дороги уже стали грязными.
— Да, и тебе бы не помешало мозгами пораскинуть. Из-за того, что я делаю всë за тебя, ты отупел совсем.
— А разве ты мне не для этого нужен? Раскидывать мозгами?
— Ну, тогда мне нравится превосходство над тобой, — в голосе двойника Фридо проскальзывает улыбка, но он всё также пялится в учебник и что-то пишет в тетради. Фридо хмурится. Не нравится ему это.
Не займёт ли идеальный Фридо его место?
***
После безбашенной грязной прогулки Фридо приходит весь лохматый и испачканный, но счастливый. В ванной мама, поэтому для гигиены Фридо приходиться пользоваться салфетками и ни в коем случае не выходить из комнаты, ведь есть риск, что мама скоро придёт на кухню и увидит не идеально чистого и прилизанного Фридо, а чупакабру. Смотря на нелепые попытки своей копии вытереть лицо, двойник Фридо с раздражением отбрасывает учебник и тянется к пачке салфеток, чтобы помочь. Он бы не назвал это помощью — ему просто не нравится грязь на лице Фридо. Тот отшатывается от него, как от огня. — Да не дергайся ты, — раздраженно фырчит двойник, пытаясь поймать Фридо. Парень хмурится, но дергаться прекращает. — Осторожнее только. Знаю, что ты меня на дух не переносишь. — Ты меня тоже. Радует, что у них хотя бы ненависть взаимная. Умный Фридо проводит чистой салфеткой по чужой коже, и та моментально становится грязной. Он смотрит на неё не больше секунды, после чего она летит в мусорку, которую он специально поставил рядом с кроватью. — Как можно было так испачкаться? Ты же хотел просто мяч погонять. — Погонять? Ты знаешь такие слова? Я думал, идеальные не используют слова «тупой» и «погонять»? — в голосе Фридо сквозит раздражение, и двойник не может сдержаться, чтобы не стиснуть его щеки. Так парень замолкает — на секунду, но хоть так. Бесит. — Засуну грязную салфетку в рот, если будешь открывать его, — он оставляет мокрый след на чужом лбу, очищая его, и старается как можно лучше привести лицо в порядок — лицо, так похожее на его собственное. Но чем-то сильно отличающиеся. Фридо испуганно вздрагивает, когда в его волосы зарываются, чтобы привести в порядок. Для него это кажется слишком личным. — Не трогай, хочу быть лохматым, — он отталкивает его руку и сползает с кровати, пытаясь усмирить сердцебиение. Такой близкий контакт он не позволяет никому, кроме мамы. И уж точно ни этому напыщенному болвану.***
Эта наглость двойника уже в который раз заставляет Фридо вспыхнуть от безумного гнева. Этот… идиот вновь занял его кровать и нежные объятия с мамой. В нём закипает порядочная злость. — Так не пойдет, приятель, — тихо и зло шипит Фридо, выбираясь из-под кровати. Даже в лунном свете он видит усмешку на лице двойника. — И что ты сделаешь, кроме как будешь дёргать меня за руку, чтобы вытащить? А, Фридо? А он прав. В этом и был весь план Фридо. Тогда он… он хитростью вытащит того из кровати! Не оставит ему выбора. Забравшись на кровать, Фридо садится на двойника сверху и победно на него глядит. Его идеальная копия выглядит недоуменно. Лицо Фридо выглядит победно. — Ну теперь я буду сидеть здесь всю ночь, пока ты не слезешь. Двойник растерянно опускает взгляд вниз и замечает, что Фридо в одной футболке. В одной широкой, но еле прикрывающей ляжки, которыми он слегка сжимает его ногу. Взгляд из растерянного деформируется в заинтересованный и поднимается выше, скользя по телу Фридо. Он видит проступающую ключицу из-под футболки и сжимающие одеяло руки, а губы парня слегка-слегка приоткрыты. Фридо явно собирается что-то сказать, или как-то их скривить, но он тут же давится воздухом, когда видит усмешку на губах двойника и чувствует руки, что скользят по его талии. Он пытается отпрянуть, но тело не двигается. В глазах читается испуг, и когда он замечает взгляд идеального Фридо на себе, то ощутимо вздрагивает. — Ну что? Готов сидеть здесь всю ночь, пока я не слезу? Фридо уже жалеет о своих словах. Он бы с удовольствием спрыгнул, но гордость не позволяет. — Д-да, — неуверенно произносит парень. Двойник со смехом откидывается назад, но тут же возвращается, хватая того за воротник футболки и в наглую трогая за ключицу. От этого глаза Фридо расширяются. Он дёргается, чувствуя другую ладонь на голой спине. Его пробивает током. Этот идеальный урод ведёт себя, как насильник. — Ну что, не ожидал такого? Я же полная противоположность тебе: я мерзкий, злой и пошлый, так по твоему? — кажется, в его словах проскальзывает горечь, но Фридо не может сейчас уделить этому внимание. Вместо этого он трясётся, как осиновый лист, не в силах держаться. Руки слабеют, он падает в чужие объятия, ощущая губы на шее, и они настойчиво целуют её, от лёгких прикосновений переходя в укус. Зажатый в чужих руках полностью, парень стонет и всхлипывает, не в силах отодвинуться. Он протискивает ладонь между губами и кожей, но её скидывают, и он упирается рукой в плечо двойника. — П-прекрати. Фридо… — Это ты Фридо. Не я. Ты забыл? Сейчас Фридо на все сто и двести процентов пожалел, что вообще достал своего двойника из того мерзкого зеркала. Своё отражение. Чёртово отражение. Он не любил сквернословить, но сейчас на ум приходило только это. Лучше бы он математику лучше учил, сука. Отвращение подкатывает к горлу, его сейчас стошнит. Заниматься со своим же отражением такими вещами… — Ладно, ладно, — Фридо отшатывается и буквально не падает, выбегая из комнаты в коридор. Двойник сидит на месте, но сейчас он впервые беспокоится о ненавистном ему Фридо, который так и не вернулся в комнату.***
В школе тихо. За всё время учёбы и пребывания в зеркальном мире двойник видит только прилежного Эмиля и пару девчонок, строящих ему глазки после «дай списать». Он бы дал им по лицу, но слишком идеален — не то что Фридо. При воспоминаниях о нём в голове вспыхивает тёплое тело, прижатое к его собственному, и тихий скулëж, прерываемый всхлипами. Наверное, в жизни Фридо и девочку то за руку не держал, раз двойник обнаружил в себе столько похоти. Его губы скривились, ногти цепко сжали несчастную книгу. В интернете писали, что это неприемлемо, но идеальный Фридо был дьявол во плоти. Он не мог сдержаться, чтобы не подчинить его себе и заменить собой, но был не в состоянии воздержаться и становился покорным, стояло Фридо только приоткрыть губы. Его взлохмаченные волосы превращали «мальчишку» в щенка, а двойник терпеть не мог зверей. Интересно, куда же тот исчез прошлой ночью?***
Ждать пришлось довольно долго. И хоть в этот раз Фридо пришёл довольно чистым, но вид его был злым и недовольным. Не выспался — дошло до двойника, и оно хмыкнуло. Они оба даже не могут привести себя в порядок, так как не видят своего отражения. Умный Фридо усмехнулся. Если Фридо его отражение — то оно очень лохматое и милое. Будь он кем-нибудь другим, точно бы себе врезал за такие мысли. — Ну и где ты шлялся? Фридо молчит и просто проходит мимо, снимает куртку, вешая, и падает на кровать. Игнорирует. Двойник едва сдерживает смех. Что, серьёзно? Уснул? Не любит он терять времени зря. В один момент идеальный Фридо оказывается рядом с Фридо обычным — но таким притягательным, что руки сами собой лезут к нему под одежду. Тот сразу вздрагивает, просыпаясь от долгожданного сна. Его сонные глаза устремляются на двойника и он вздрагивает, просыпаясь окончательно. — Т… Ты опять?.. — Где ты был, Фридо? Где ты был всю ночь? — плевать, что в его голосе слышится забота, и что он злой как чёрт, а ему должно быть безразлично — плевать! Он просто должен знать… Каковы на вкус его губы? Что его привлекает? Этот несносный характер? Бунтарское поведение? Взлохмаченные волосы? — Гулял. — Ты теперь будешь каждую ночь сбегать? — Пока ты не прекратишь приставать. Половое созревание, блин… — Стоп, стоп, стоп, Фридо, — смеётся отражение. — Ты откуда таких слов набрался? — Откуда надо, — он зевает и прикрывает рот рукой. — Не твоё чертово дело. — И давно ты стал сквернословить? — вновь усмехается двойник. — Ладно, спи. Но… с чего ты решил, что я буду приставать к тебе только ночью? От расширенных глаз Фридо ему хочется смеяться. Проведя рукой по волосам парня, идеальный Фридо наклоняется и легонько целует его в щеку, чувствуя сладковатый запах шампуня. Кажется, молоко. — Вкусно пахнешь, — оторвавшись, видит то же шокированное лицо. Глупый.***
Абсурдность ситуации для двойника, кажется, зашкаливает, когда к нему не пристают полдня с претензиями на право побыть сегодня любимчиком мамы, а ночью не лезут, чтобы отвоевать кровать. Но когда Фридо сидит у стола в этой своей долбанной футболке, он не знает, что его злит больше — глупость парнишки или собственное умоисступление. Контролировать самого себя отражение не может. Не выходит. Грëбаный учебник по истории летит к чертям — если, конечно, у Фридо под кроватью есть ад. В любом случае, пацану будет что почитать на ночь, раз он отдал право двойнику слушать тупые рассказы его матери. — Фридо, — зовёт двойник, смотря на того внимательным взглядом. Ноль внимания. Это начинает раздражать. — Блять, посмотри на меня. От нецензурного слова на него сразу же оборачиваются. Фридо выглядит потрясенным. — Что? С тобой можно как-то по другому? Я из-за тебя рассудок и самообладание теряю, а ты опять в этой футболке. Фридо еле находит слова. — Да что в ней не так? Ты как те дяденьки-извращенцы из газет, обвиняют девочек в ношении коротких юбок! Ненормальный… — А, вот значит как ты обо мне думаешь, — опять эта тупая усмешка. Она совсем не нравится Фридо. — Тогда я еë вообще сниму. — Ч-что? Что ты говоришь такое?! — Фридо закричал и быстро вскочил со стула. Тот грохнулся на пол, но парень его не заметил. Его путь был направлен к двери, но двойник успел её загородить, и поэтому Фридо побежал в другую сторону. Игра в кошки-мышки? А ему нравится! Отражение побежало в противоположную сторону, путая свою жертву и не давай выбежать за дверь. Пару кругов, и умный Фридо уже повалил свою копию на кровать, заставляя его прижаться к ней лицом. Фридо глухо что-то промычал, поэтому ему пришлось слезть с него. Вернее, он подхватил своего «хозяина», посадив на кровать, в которую парень упёрся коленями, и сел сзади, прижимаясь к нему грудью. Руки обвили талию, подбородок двойник положил на чужое плечо. В этой позе было довольно удобно и так… смущающе. Он и не думал, что может такое испытывать. Фридо слышал шумное дыхание своего двойника. Он не мог даже пошевелиться от страха… или это потому, что его так сильно держали? — Я говорю… что сниму её. И я. Её. Сниму. — короткий поцелуй в шею и перед глазами паренька всë плывëт. Он все еще молчит, но когда идеальный Фридо прижимается к ней не только губами, но и языком, Фридо не может сдержать стон. Он опускает голову вниз и весь сжимается, чувствуя озноб. Он видел, как делается это в фильмах для взрослых, вернее, как люди целуются или держаться за руки, но об этом он точно не знал. Это пугало и это нравилось ему! — М-мне страшно. — Я знаю, — тихо прошептал тот ему на ухо. Язык прошёлся по нему, поднимая уровень с зелёного на красный. Фридо почувствовал, как его всего заливает краской. — Не… — Что? — двойник стянул с него футболку, покрывая поцелуями спину, по которой прошлись мурашки. Рука скользнула по груди, сжала сосок, заставляя парня застонать. — Не… не… Не слушая его лепет, двойник продолжал тискать и гладить копию, раздвигая его ноги. Тут у Фридо и прорвался голос. — Не суй туда ничего! — А? — идеальный Фридо удивленно отпрянул от него, затуманенные от власти и удовольствия глаза стали проясняться. — Куда? — Т-туда… — А, — он усмехнулся. — Туда… Не беспокойся. Я только палец. Сто голосов закричали в несчастной голове парня, и он почувствовал, как слабеет. Мокрый палец оказался внутри него, он задергался и скривился от боли. Он был таким скользким… выходил с таким хлюпающим звуком. Но затем двойник добавил ещё один палец. — Ты сказал только один! — А ты что, мне поверил? Усмешку с губ невозможно было смыть. Даже мылом. Зато слëзы могли. — Эй, тише… не плачь, — развернув его к себе, двойник стал вытирать его слезы руками. Руками, которыми он только что… Фридо зарделся сильней и отвёл взгляд. Он неловко сжал плечи двойника пальцами и стал думать. В голове пронеслось, что действия его идеальной копии хоть и неправильные, но довольно приятные. Особенно поцелуи. Посмотрев на него, он потянулся и негромко сказал: — Поцелуй… поцелуй меня. У отражения что-то внутри ощутимо ëкнуло, и он глупо замер, не в силах пошевелиться. Впервые он почувствовал себя тупым. Тупым, мать твою! — Ф-Фридо… Фридо! — опомнившись, он стиснул плечи парня и прижался к его рту губами. Мягкие. Так и хотелось их растерзать. А его податливость… Двойник зарылся пятерней в любимые волосы и углубил поцелуй. Пальцы сжали ласковые пряди, язык проник глубоко в глотку, вылизывая ротовую полость, и от этого у Фридо закружилась голова. Настолько, что он потерял сознание. — Слабенький мальчик, — двойник ласково укрыл его одеялом, когда Фридо скатился с него, словно масло. Тихое сопение наполнило комнату. Двойник усмехнулся.***
— Ну что, рассказать тебе сегодня рассказ, Фридо? — мама с улыбкой зашла в комнату, видя как сын вновь читает учебник. Он совсем изменился, и она не знала, в лучшую ли сторону. Просто он стал каким-то холодным, отстраненным… — Не, сегодня я не хочу. Слишком устал в школе. Да и мне уже шестнадцать, мам, какие рассказы? — двойник улыбнулся женщине, в мыслях подмечая, как он ненавидит эти тупые истории. Зато безумно любит лежащего под кроватью Фридо. И хочет, чтобы он поскорее из-под неё вылез. — Хм…– лицо женщины стало удивленным. Первый раз, чтобы Фридо отказался. — Ты повзрослел… Ну ладно. Доброй ночи, — она поцеловала его в лоб и ушла к себе, не слышала, как «Фридо» тихо стал звать самого себя. — Ну, малыш, — когда Фридо забрался к нему под одеяло, заговорил двойник. На его губах красовалась улыбка. — Чем сегодня займемся? — Сказку мне расскажи. — Э-эй! — скривился. — Я надеялся на что-то более интересное. Например…– он провёл пальцами по шее, но его руку откинули. Двойник надулся и скрестил руки на груди, отворачиваясь к потолку. — Заставляешь меня рассказывать эти тупые байки. — Ты оставил меня сегодня без рассказа! Так что давай, расплачивайся, не-Фридо. — Это ты не-Фридо, а я ещё какой Фридо! Ладно, так уж и быть, расскажу. Но потом мы…– руки защекотали живот парнишки, и он тихо засмеялся, извиваясь под руками клона. — Ладно? — Ладно, ладно! Только прекрати! Аха-ха! Хватит! — То-то же. Ладно… Жил как-то один чёрт… Двойник приобнял Фридо за плечи и стал рассказывать ему сказку, от которой Фридо хотелось больше спать, а не смеяться. Ну и не только.
