Безрадостное будущее

Марс не может сдержать улыбки, смотря на взволнованную сестру. Кто бы мог подумать, что он будет так скучать по этому. Его маленькая сестра уже такая большая — когда это произошло? — Этот мир на первый взгляд не сильно отличается он нашего, но не так-то все просто. Там светит солнце, светит луна, трава зеленая… местами. И есть там государство… Он начинает рассказывать ей про необычное государство, в котором дома это большие грибы, которые вырезают изнутри. Грибы те высотой с огромные деревья, а деревья такие же, но окутаны лианами и висячими растениями. И носят там люди большие красивые шляпы, что в форме грибных шляп, но украшены кружевами и плетеными веревками, что лианы повторяют. — И правит там король, до того красивый, что каждый житель и каждый гость не переставая говорит ему это, а он лишь благодарит и скромно улыбается в ответ, — Марс смотрит, как сестра старается держать глаза открытыми, но те никак не хотят подчиняться ее воли. Как только Лу заснет, он собирается снова пересесть на стул, чтобы не мешать ей. Ему нужно дождаться отца с братом. Он продолжает, но его прерывает лай собак вдали. — Марс? — Луиза тут же резко открывает глаза, встрепенувшись. — Все в порядке. Это просто собаки. Они всегда лают. Он успокаивающе гладит ее по голове. Возможно, это бы Луизу и успокоило, но, уже спустя пару мгновений, начинают лаять их собаки. Она слышит два голоса, значит, Коум все еще не собирался оставлять Кола одного. Но это все не важно, потому что они там. Тело реагирует быстрее, чем в голову вообще приходит понимание, что она собирается сделать. Лишь секунда, и ее рука уже на ручке двери. Еще секунда, и Марс отдергивает ее и усаживает ка кровать. — Ты что творишь? — шепотом спрашивает он. — Там… — у нее перехватывает дыхание, когда она осознает, что происходит. — Там! Это все там! Ты здесь, и будешь здесь. Не смей даже двинуться с этого места. Я буду с тобой, и с нами все будет в порядке. — Но собаки… — Не о том думаешь. Если тебя не станет, уже ничего не будет важно. Я тоже их люблю и переживаю, но Ты мне важнее. Сиди, а то навлечешь на себя беду. Внутри все переворачивает, и еще, и еще, и даже не думает останавливаться. Сидеть без дела тяжело, голова кружится. Лу встает, и брат тут же хватает ее за руку, она лишь аккуратно убирает ее. Хождение по комнате хоть немного, но успокаивает. Не зная, куда себя деть, она аккуратно отодвигает шторку и выглядывает наружу. Тело немеет. Стая? Лишь два волка, но их размеры до того пугающие, что их псы действительно кажутся малышами. Почему они на их участке? Что им здесь нужно? Каждый из них осматривается и прислушивается, один из них не спеша начинает обходить дом. Стоящий во главе волк, неожиданно поднимает взгляд на окно, из которого выглядывает Луиза. Их взгляды пересекаются, и глаза его кажутся до того странно-человечными, что это пугает. Как и сам факт того, что ее заметили! Задернув шторы, она отшатывается от окна. — Что случилось? — Марс подходит к окну, желая посмотреть, что сестра там такого увидела. — Стой! — шепчет она. — Не открывай! Они там. — Они? — Оборотни. Глаза округляются от шока и страха. Не желая проверять, он берет сестру за руку и тянет за собой — они садятся на кровать, но Марс не отпускает руку сестры. Проходит всего минута, но собаки успокаиваются. И это делает ситуацию еще хуже. — Ушли?! — Луиза сама не уверена, спрашивает она или утверждает — страх не дает ей быть уверенной. — Странно… Аккуратно отодвигая шторку, Марс выглядывает на улицу. Его лицо совершенно спокойно, так что становится ясно, что и следов оборотней там нет. Он облегченно выдыхает и падает на стул. Сердце начинает замедлять свой ритм, и Лу только теперь понимает, что билось оно с такой скоростью, что начинает отдавать болью. Устроившись на кровати, она смотрит на брата, что сидел, закрыв глаза. Его грудь мерно поднималась и опускалась. Спокойствие передалось и ей. Оставалось только ждать брата с отцом, но даже это уже не беспокоило — пришла уверенность, что с ними все в порядке, и скоро те уже будут дома. Прикрыв глаза, Она представила, как завтра, наконец-то, вся семья спокойно позавтракает вместе. Открыв глаза, Лу неожиданно обнаруживает себя не в той позе, что секунду назад, осознание, что уснула, приходит к ней, когда она не обнаруживает брата в комнате. На улице все еще темно, — мысль о том, что она проспала не так долго, успокаивает — дает понять, что она не могла пропустить так много, если уж папа с Коумом вернулись. Вспомнив о них, она решает проверить. Тишина дома колет слух, а неожиданный шорох ночной рубахи о дверной косяк спальни Марса пугает ее, так что она отдергивается. Поняв, что это, Лу ударяет косяк за то, что он ее напугал, и идет вниз. Теперь ей уже не кажется, что все члены семьи дома, а что Марс просто спустился попить воды, или нечто подобное. Картина, которую она видит в гостиной, выглядит как странная сказка, которую, не умеющий придумывать ничего необычного Коум, рассказывал ей в детстве. На полу у камина сидели все члены ее семьи, укутанные в пледы и распивающие какой-то чай, аромат которого разносится по помещению, но не подсказывает Луизе, с чем он. — Выглядите настолько уютно, что аж тревожно. На ее слова никто не реагирует кроме Коума, который отводит руку, приглашая ее сесть. Его ноги сложены крестом, так что она удобно на них устраивается. Они вернулись домой, они целы. Брат обнимает ее, укутывая, целует в щеку, до того аккуратно, словно с ней от такого может что-то случится, а когда она остается цела, кладет голову ей на плечо. — Теперь мне действительно страшно. Что случилось? Конечно, ей никто не отвечает. Начинает казаться, что у них вечное соревнование «кто дольше будет игнорировать Луизу»! Решая сначала обратиться к самому спокойному в их доме человека, она смотрит на Марса и замечает, что тот в свою очередь смотрит на отца. Чуть отодвигаясь и поворачивая голову, она видит, что Коум делает то же самое. Вернувшись в удобную позу, она ожидает объяснений. — Пап? — Когда мы вернулись, то обнаружили цветок на пороге. Подснежник. Я его выбросил. Кажется, еще есть соревнования «дай самое непонятное или никакое объяснение». — И что? — Мне с самого начала это показалось странным, а когда Марс рассказал, что здесь произошло, то все встало на свои место. Это один из них! Он говорит так, словно Луиза должна бояться его слов, но страха не было. Ведь понятнее всего еще не стало, то ли от того, Лу только проснулась, то ли от того, что отец говорил очень не ясно, а может она просто глупая. Последний вариант полетел в камин. — Один из… кого? Я вообще ничего не понимаю! — Оборотней, — оборотней подсказывает Марс. — Один из оборотней. — Один из оборотней оставил цветок на пороге? Серьезно? Вы сами слышите, что говорите? — Слышим, — Слышим, к большому нашему сожалению. Злость отца удивляет, слабо верится, что он действительно верит сам в то, что говорит. — Пап… — Расскажи уже ей все с самого начала, — Коум не выдерживает. Его голос неожиданно резко раздается у уха Лу. Огонь, по всей видимости, кажется отцу куда более привлекательным, нежели Луиза, которая, на минуточку, его родная дочь, и которой давно не пять. Она все понимает, хоть и не во все верит. — Когда мы вышли из дома, тот мужчина — господин Саес — повел нас к югу, там-то мы и увидели вживую этих тварей. Они… не делали ничего. Вообще. Их было всего трое. Стояли и смотрели на нас. Саес сказал, что пока нас не было, те ходили из стороны в сторону, почти не подходя, — только благодаря этому он и смог увести подальше жену и детей и прийти к нам. Не то суть дела, мы действительно долго стояли и наблюдали, как они будут себя вести, пытались вести диалог, но они хоть и мотали головами, но на контакт не шли. Мы попробовали начать наступать, медленно пошли на них, а они, хоть и сделали несколько шагов назад, начали вести себя агрессивно, так что нам пришлось вернуться в изначальное положение. И все бы ничего, если бы не неожиданный вой. — Руки брата сжимаются вокруг нее сильнее, она и не против, и лишь поудобнее устраивает голову на его плече. — Не тех, за которыми мы наблюдали, нет. Недалеко в лесу были еще. Мы не знаем сколько, но знаешь Ты. Стоило им услышать вой, как они тут же рванули с места и сбежали. Догонять их не было смысла — слишком опасно, — так что, немного подождав, вернулись домой. Тут то и нашелся цветок на пороге, а потом Марс рассказал, что случилось, пока нас не было. Картинка в голове начинает складываться. Все произошедшее действительно до абсурда странно, но имеет логическую цепочку. Остается лишь вопрос «зачем?» — И что теперь? Что мы будем делать? Отец задумывается лишь на секунду. Он знал ответ, скорее не был уверен, как его озвучить, нежели придумывал иной вариант. — Теперь Ты под нашей круглосуточной охраной. Да, и днем и ночью. — Очень кстати добавляет в конце папа, ведь Лу действительно планировала в шутку спросить «неужели и ночью?» — Зачем..? — Затем, — шепчет Коум, уже засыпая, — что этот цветок предназначался тебе. Она думает, что ударить брата за, снова, не понятные речи — лучшая идея в ее жизни. Но решив все же дать ему шанс, она задумывается о том, что он сказал. Несколько оборотней отвлекли внимание брата и отца, пока другие пришли к их дому. Недостающий кусочек для всей этой картинки неожиданно находится в том, что оборотни ушли после того, как один из них увидел ее — убедился. — Вы же не думаете что… — Что Ты понравилась кому-то из оборотней? Именно так мы и думаем. — Ну… С другой стороны, Я как раз хотела себе кого-нибудь найти. — Луиза! — тут же проносится крик сразу трех голосов по комнате. — А почему нет? — Я не отдам свою дочь в лапы монстра! — лицо папы выражает настолько искреннее не верее в то, что сказала дочь, что ей даже становится немного стыдно. — В буквальном смысле, — добавляет Марс и отпивает из кружки, — они нападали на людей. — А еще они наполовину животные. Ты такой жизни не перенесешь. Слишком привередливая. Получив локтем в грудь, Коум вскрикивает, но следом все они начинают смеяться. — Прекратите! — все, кроме отца. Переглянувшись, Марс, как самый старший, решает взять на себя попытку успокоить отца. — Пап, мы понимаем, что Ты переживаешь. Мы тоже. Но с Лу все будет в порядке. Мы ее защитим. — А что если вся стая придет? Вы думаете, мы с ними справился? Не забывайте, насколько они сильны. Они смогли ранить Кола. — Они все еще наполовину люди. И с ними можно говорить по-человечески. — Они могут отказать. Перепалка, что все больше и больше походила на ругань, явно надоела среднему брату, так как он отдает кружку Марсу и поднимается с пола, не забыв прихватить с собой Лу. — Прекратите уже оба. Спать пора. Доброй ночи! Не дожидаясь ответа, он несет сестру к ней в спальню. — Хей, подожди! Я хочу обсудить этой! — попытка вывернуться из рук Коума — и при этом упасть на пол — не увенчалась успехом. — Нет, не хочешь. Занеся сестру, он аккуратно усаживает ее на кровать, но она не сидит на ней и секунду, подскакивая. — Прекрати вести себя так, словно мне девять! Это касается меня и моей жизни, и Я считаю, что нам нужно это обсудить! Голос становится все громче и громче, что не говорит ни о чем хорошем. Это было непринято. Да, они могли ругаться между собой, но темы чаще всего были не столь серьезными, и уж точно они не никогда не переходили на крики друг на друга. — Нам не нужно ни о чем говорить. Мы будем тебя защищать и все. Я буду тебя защищать. — Ты не можешь защищать меня от всего и всю жизнь. Я должна научиться, сама это делать. — Я постоянно учу тебя этому! Это правда. Отчасти. Коум действительно почти всю жизнь учил ее защищаться, но лишь в битве. Показывал ей разнообразное оружие, учил с ним обращаться, и если раньше это действительно казалось очень интересно, то сейчас пыл поубавился. Лу уже не хочется вечных сражений — она поняла это еще года три назад. Теперь хочется научиться жить. Ведь битвы происходят не только на поле боя. — Почему Ты не даешь мне свободу? — Потому что тогда мне придется принять, что Ты выросла, а Я не готов! Плечи Луизы опускаются. И она сама тоже. Сев на кровать и сделав глубокий вдох и выход, она поднимает на него взгляд. — Придется. Я ведь не могу вечно оставаться маленькой. — Но Я хочу этого! — почти плачет Коум. По комнате раздается глухой стук, словно что-то тяжелое упало на пол. Если бы не неприятное ощущение в коленах, то Коум бы решил, что это упало его сердце. Кажется, оно все еще бьется где-то в груди. — Нет. — Что? Ты в порядке? — рука на его щеке столь неожиданная, что он дергается. — Коум, Ты чего? — Скажи, что Ты можешь оставаться всегда маленькой. Ответа он не слышит, но и головы не поднимает. Знает. — Так не бывает, да? — Нет, прости… Почему так не бывает? Ему бы так этого хотелось. Он ведь только, сам еще маленький, водил ее за собой по рынку, крепка держа крохотную ручку, которая так и норовила выскользнуть и посмотреть что-то. Теперь эта рука, уже взрослой красивой девушки, лежит на его щеке и поглаживает, в попытке успокоить. Неожиданное осознание, насколько она взрослая, и воспоминание о всех последних взаимодействиях заставляют его смутится. Он не должен себя так с ней вести. Это неприлично. Она взрослая девушка. Да и ей должно быть… некомфортно. — Лу, прости, что так себя вел и веду! Коум смотрит на сестру и замечает, как она улыбается и медленно моргает. — Все в порядке. — Мне кажется, мы ведем себя иногда так, словно Ты все еще маленькая. Луиза хихикает и кивает. Именно так они себя и ведут. Всегда. — Но мы оба уже взрослые и такое взаимодействия могут выглядеть странно со стороны. — Я поняла, о чем Ты. И согласна с этим. Я тоже думала… такие… мысли. — Давай-ка обратно спать. Это была тяжелая ночь для нас всех. Доброй ночи! — Хороших снов! Закрывая за собой дверь, Коум видит, как Лу просто падает головой на подушку, так и оставив ноги на полу. Остается надеется, что во сне она ляжет удобнее.