Дар Небес/ Потеряться в твоей Бездне...

Хёнджин уже на пороге пробуждения почувствовал холодное прикосновение к руке.  - Тоджи… - прошептал омега, думая, что это питомец, как всегда, захотел с утра с ним поиграть. Однако даже сквозь сон юноша осознал, что это касание отличается от размера носика щенка. Резко открыв глаза, он увидел прямо перед собой Пушка и, испугавшись, взвизгнул, отпрянув назад, налетая на принца. Если в первый раз ирбис обиделся, то сейчас оскалился.  - Пушок, - раздался хриплый бас позади, и Хёнджин, оглядевшись, понял, что заснул не в своих покоях, а в постели мужа.  Юноша чуть нахмурился, вспоминая, чем же вчера закончились их распитие вина и разговоры, а когда осознал, то покраснел до кончиков волос. Сглотнув, он медленно обернулся на сонного Феликса.  - Хулиган, чего разбудил так рано? - похлопав рядом с собой, прохрипел принц.  Пока ирбис с важным видом обходил кровать, муж налил воды из графина, что стоял на прикроватной тумбочке с его стороны, в бокалы и протянул один омеге. Поблагодарив и выпив воды, Хёнджин поставил бокал на тумбочку со своей стороны. Пушок уже запрыгнул на ноги альфы и подставил мордочку для ласк. Феликс гладил своего питомца двумя руками, периодически опускаясь и целуя в нос. Улыбка невольно коснулась губ Хёнджина от такой милой картины. Принц почесал за ушками Пушка и, встав с постели, накинул халат, не без доли разочарования омеги, который хотел полюбоваться обнаженной спиной альфы подольше. Он вышел из спальни и позвал своего помощника, чтобы тот покормил питомца и прогулялся потом с ним. Вернувшись, Феликс зашел в ванную и, ополоснув руки и лицо, вернулся в кровать. - Будем еще спать? - Можно, - кивнул юноша, зарывшись в одеяло.  Однако сон уже давно ушел. Перед глазами все стояла картина прошедшей ночи. Думая о поцелуях, о том, как принц касался его и ласкал, Хёнджин, прикусив нижнюю губу, стыдливо прикрыл глаза. Хотелось теперь еще больше. Интересно, если бы он позорно не заснул, дошли бы они до конца? Вспоминая о губах мужа, юноше казалось, что те места будто начали печь, позволяя вспомнить, как они ощущались на его теле.  - Хённи?  Омега невольно вздрогнул, полагая, что муж заснул. Он полуобернулся и вопросительно посмотрел на Феликса. - Ты что-то хочешь сказать? Обсудить? - муж положил руку на его талию, слегка поглаживая пальцами бок. - Нет, просто вспомнил о вчерашнем. - Я тебя напугал? - Нет. Просто сейчас неловко. - Почему?  - В смысле почему?! - смущенно и не без нотки возмущения воскликнул Хёнджин. - Как я еще должен реагировать, если никогда ко мне никто так не прикасался?  - Даже поцелуя не было? - Что значит даже? - опешил юноша. - Конечно нет! С кем бы? - недовольно проворчал младший, искренне возмущаясь таким предположениям со стороны Феликса. - Ладно-ладно, я понял. Извини, - успокаивающим тоном произнес альфа, чуть сжимая талию мужа. - Просто я переживал, что ты, может, будешь расстроен.  - С чего бы, я ведь сам захотел. Да и мне понравилось.  - Тогда я спокоен, - кивнул Феликс и прикрыл глаз. Хёнджин обернулся теперь всем телом, ложась боком к мужу. Он смотрел на расслабленное лицо альфы. Его губы сердечком забавно приподнялись из-за подушки, и их хотелось коснуться. Этому порыву омега не сопротивлялся: он протянул чуть руку и провел пальцами по губам, а затем по скулам мужа. Юноша понимал, что у него зарождались чувства к мужу, но почему-то пугливо отгонял эти мысли, не желая заглянуть себе в душу и во всем разобраться. Он решил отложить это на какое-то время, ведь при последних событиях было элементарно не до себя.  - Спасибо… - М? - Феликс открыл глаз и вопросительно посмотрел на него. - Я так и не поблагодарил вас за то, что помогли Сынмину, - объяснил Хёнджин. - Уверен, это было не так просто, как казалось.  - На самом деле, с такими людьми, как твой отец и его, договориться куда проще. Я также сделал это и для своего близкого человека: Минхо заслуживает быть счастливым. - И все же, вы постарались и уладили не только с дядей, но еще и с семьей жениха. Могу я узнать, как это удалось? - Можешь, конечно, но думаю, все же Сынмину об этом не стоит знать, - предупредил Феликс и, перехватив ладошку мужа, снова уложил ее себе на лицо. - Он получил свое повышение, к которому так долго шел, и рекомендации от меня одному из генералов. - Понятно… - хмыкнул юноша, немного осуждая Джеука за то, что так легко отпустил своего жениха. - Но как быстро вы смогли об этом узнать? - омега кончиками пальцев водил по лицу мужа, считая веснушки. - Этим все и должно было закончиться, - ответил Феликс. - Я ведь не слепой и видел, как мой друг влюбился и страдал. Я просто поручил разузнать, чтобы в будущем, если что, Минхо было проще договориться.  - Это сложно? - М? - Всегда думать обо всех, - уточнил омега.  - Я ведь наследный принц, - хмыкнул альфа. - Я несу ответственность за наших людей здесь, хочу, чтобы моим близким и родным было хорошо. Если я могу помочь, то почему бы и нет? Тем более, как регент, я должен думать о многом и просчитывать варианты событий и пути решения. Хёнджин только восхитился. Ему было не особо с кем сравнивать поступки альфы, кроме как близкого окружения. Но он заметил, как Феликс обходителен, щедр и справедлив. Слуг здесь не наказывали телесно, это считалось очень крайней мерой и допускалось при большом проступке. Дома же отец мог велеть отхлестать за то, что чай был подан с опозданием. Он говорил, что это формирует дисциплину. Также омега заметил, что принц всегда уважительно обращается к слугам и вежливо просит о чем-то.  - Кстати, хорошая новость, - открыв глаз, произнес с довольной улыбкой Феликс и ответил на немой вопрос. - Твой Хынги скоро приедет. - Что?! - Хёнджин подскочил на кровати, не веря смотря на мужа. - Правда? - Конечно, разве я хоть раз обманывал?  Радостно закричав, юноша набросился на альфу с объятьями. Феликс только улыбнулся от такой реакции.  - Спасибо… - счастливо выдохнул Хёнджин, чуть приподнявшись над мужем, смотря в его глаз. Он опустил взгляд на губы, чувствуя сладкое предвкушение, и, закрыв глаза, накрыл их своими.  Феликс только улыбнулся в поцелуй и обнял мужа за талию двумя руками. Хёнджин сминал губы и посасывал, пытаясь вспомнить, как и что и именно делал принц ночью. Муж приоткрыл рот, и он, едва вздохнув, скользнул языком. Дрожь прошлась по телу, стоило почувствовать, как язык принца игриво встретил его, а руки альфы заскользили под рубашкой.  Неопытность давала о себе знать, и, заметив, что омега не знает, что дальше делать, Феликс перевернул их и теперь нависал над ним. Картина перед глазами была прекрасной: черные волосы Хёнджина разметались по белоснежным простыням, губы были красные от их поцелуев, а в глазах играл шальной блеск.  Откинув одеяло, принц ласкал взглядом длинные ноги, что были не скрыты, так как рубашка едва ли доходила до середины бедер.  - Хенни… - произнес низким голосом Феликс и посмотрел на мужа. - Ты не против…? - Нет, - торопливо ответил Хёнджин и тут же залился краской. Но ведь они супруги, Дарованные друг другу, так почему хочется закрыть глаза, чтобы не видеть эту довольную ухмылку у принца, что смущала и в то же время заставляла сердце радостно сжиматься.   Феликс только кивнул и снова поцеловал мужа. Ему нравились губы Хёнджина, они были полными и мягкими, посасывать и покусывать их было в удовольствие. Руками принц уже зашелестел по телу юноши. Омега коротко простонал, стоило мужу чуть сжать бедро. Ему все нравилось. И то, как губы порхали по телу, будто разжигая каждый уголок, огонек которых плавно стекал вниз, скапливаясь и томя в сладостном предвкушении. И как сильные руки проворно ласкали те места, о которых омега и не подозревал как об источниках удовольствия. Возбуждение и сладостное предвкушение, что томились внизу живота, быстро вытеснили смущение и робость юноши. Феликс сполз к ногам мужа и раздвинул, согнув их в коленях. Хёнджина обдало горячим кипятком от такой постыдной глазам картины, но дрожь удовольствия прошлась по нему. Что принц задумал? Альфа прошелся дорожкой поцелуев и легких укусов по внутренней стороне бедра от коленок, а затем стянул нижнее белье, которое уже впитало смазку. У мужа был аккуратный и небольшой член, как и у большинства омег.  - Ф...Фе…Феликс, - еле прошептал омега. - М? - альфа игриво посмотрел на покрасневшего мужа. - Мы…?  - Нет, не сегодня, - покачав головой, ответил Феликс и взял в рот возбужденный член омеги, вызывая смущенный всхлип у него, так как тот не ожидал подобного.  Небо, что этот альфа с ним вытворял? Хёнджин не знал куда себя деть от прошивающих все тело волн удовольствия. Будто ему было мало этого, альфа начал попеременно ласкать яички, промежность и его вход.  Омега шумно втянул воздух и протяженно простонал, стоило пальцу мужа войти в него. Очередной жар прошелся по телу, оставляя сладостное удовольствие после себя. - Ах! - юношу выгнуло, но муж будто бы и не обращал внимания, лаская его член, посасывая и облизывая. Хёнджин закусил нижнюю губу и прикрыл глаза, не в силах справиться с потоком удовольствия, что заструился по всему телу. Наслаждение бурлило и заставляло терять себя в этих новых и сладостных ощущениях. Они клубились и клубились в нем, подчиняя себе и открывая другие стороны своего тела. Жар усилился и щекочущее чувство удовольствия закрутилось с новой силой внизу живота. Достигнув предела, юноша, выгнувшись, кончил, пытаясь судорожно и неосознанно свести колени вместе, но Феликс удерживал их, наблюдая за мужем. Альфе и правда нравилось приносить удовольствие своим партнерам. Тело ощущалось таким легким, и будто все силы разом его покинули. Хёнджин, чуть приоткрыв глаза, восстанавливал дыхание. Но стоило ему прийти в себя, он в диком смущении и не в силах посмотреть на мужа нащупал край одеяло, чтобы накрыться им по голову. Феликс коротко рассмеялся на такое ребячество и лег рядом, обнимая и зовя омегу дразнящим тоном. В ответ только услышал приглушенный бубнеж.  - Ну что такое, Хённи? Не понравилось? - альфа не мог не подразнить мужа, пока тот вел себя так.  - Пфхпэ… бесстыдник… - приглушено донеслось из-под одеяла, так как по очертанию юноша вжался лицом в подушку.  - Да что ты говоришь, - альфа попытался потянуть одеяло на себя, но Хёнджин вцепился в него. - Хм, но твой попец другого мнения, - довольно протянул альфа и коснулся оголенной кожи ягодицы, неприкрытой одеялом. Юноша в ту же секунду подскочил на месте, желая прикрыть «тыл», но попал в объятия мужа. - Все, успокоился? - улыбнулся Феликс, смотря на мужа. Юноша тут же зажмурил глаза не в силах смотреть в ответ. Как принц мог смотреть на него так, когда буквально пару минут делал такие ужасно смущающие вещи? Альфа не без веселья любовался порозовевшими скулами Хёнджина и его отчаянными попытками вернуть одеяло на свое лицо. Феликс склонился еще ближе и поцеловал его в губы, заключая в объятия. Юноша «боролся» за одеяло сущие секунды, но оставил попытки укрыться и обнял мужа за шею, растворяясь в поцелуе. 

*** 

      Родители должны были уехать на днях, и, к своему стыду, Хёнджин ждал этого с нетерпением. В груди все еще саднили слова отца и то, как он себя повел. За все это время, они едва ли провели вместе время, так как юноша постоянно был занят с Джисоном (в большинстве случаев, вызывался даже сам), а родные посещали достопримечательности.  Но мама все же выловила его для разговора по душам. - Джини, прошу не сердись на отца, - произнесла женщина, стоило слугам накрыть на стол чай и оставить их одних. - Он не со зла. - Не знаю, мама, - хмыкнул Хёнджин. - Он сказал те слова так легко. Он сильно ранил меня. - Джини, ты же знаешь отца. - В том то и дело, что я его не узнаю, - грустно признался омега. - Я вас обоих не узнаю. Вы ведете себя так, будто бы я стал причиной большого позора нашей семьи. - Джини… - беспомощно произнесла Хэсу. - Дядя Тэхи и слова плохого не сказал Сынмину, даже дядя Юнхо себя так не ведет, - все же эмоции взяли вверх, и голос его подвел, последние слова он произнес ломко, а слезы, что быстро собрались в глазах, прочертили свой путь. - Я принес почет и уважение нашему роду, даже несмотря на то, что решил участвовать в обряде без вашего согласия. Но вы ведете себя так, будто мне достался какой-то пьяница, а не достойный мужчина нашего королевства. - Хёнджин… - Вы вообще меня любили? - Ну родной, что за вопросы, конечно, мы тебя любим! - женщина не выдержала, встав со своего места, подошла к сыну и обняла его. Хёнджин разрыдался на ее груди, всхлипывая и выплескивая всю свою обиду и боль. - Тогда почему вы так строги со мной? Мне нужна поддержка от вас, но я лишь получил одни упреки. - Ох, хоречек мой, - тоже всхлипнула женщина. - Я испугалась, я так за тебя испугалась, - прошептала женщина. - Ты ведь такой наивный, еще даже не готовый к браку, а тут твоим мужем становится наследный принц. Где большая власть, Джини, там жестокая борьба и изощренные интриги. А ты так легко и необдуманно ввязался во все это. Я поступила неправильно, но я хотела, чтобы ты чуть собрался и повзрослел. Прости, родной, - прижав еще ближе к себе и поцеловав в макушку, произнесла Хэсу. - Я подумала, если буду строгой и жесткой, то ты быстрее соберешься. Прости меня, родной… Хёнджин всхлипнул и прижался к матери. Слова родительницы облегчили ношу и боль в груди, однако основным источником все еще был любимый отец.  - Просто молю тебя, будь осторожен.  - Мой муж не даст меня в обиду, - уверенно сказал омега.   - Четвертый принц, конечно, серьезная фигура, но он не всесилен, Хёнджин. Ему не стать королем.  - Почему ты так говоришь? Я не желаю вреда другим наследным принцем, но жизнь может повернуться по-разному.  - Такие, как он, правят недолго. Поэтому ему лучше Север не покидать. Он привык к поведению здешних людей, но в столице все гораздо тоньше и изощреннее. Не зря ведь Его Величество сослало его сюда, так далеко от столицы к самым гордым и своенравным людям. Четвертый принц не хочет идти на уступки с министрами и прочими людьми в угоду северян. Это тоже играет роль. У Хёнджина были возражения, но он решил их придержать.  - Король не благоволит ему? - юноша уточнил осторожно.  - Ходят слухи, - начала шепотом Хэсу, - что он специально отправил его на Север после Третьего принца, чтобы как раз генералы и другие военачальники поняли, что ему еще нужно проделать долгий путь до управления. Однако это все слухи. Другие, наоборот, утверждают, что это как раз и помогло закрепиться Четвертому принцу, так еще и выигранное в одиночку сражение против союзников. - В одиночку? - Да, ты разве не знал? - удивилась Хэсу. - Мой муж скромный человек, о его подвигах узнаю от других, - тут же объяснил омега. - Ладно, тогда не буду рассказывать. В любом случае, милый, будь осторожен. Если бы не обряд, то северяне могли обидеться на его брак. Уверена, тут многие хотели породниться с ним. - Это уж точно, - фыркнул с недовольством Хёнджин. - Воздыхателей тут полно. - А ты у меня ревнивый хорочек, - ласково улыбнулась Хэсу. - Джини, не сердись на отца.  - Я не сержусь, я обиделся, - поправил омега, вздохнув.  - Что ему сделать, чтобы ты перестал обижаться? - Быть мне отцом, который был до этого.    Омега ожидал скорого разговора с отцом, но старший брат Пэкхо опередил его. Старший альфа был всегда ласков к братьям и сестре, а самого младшего обожал больше всех.  - Вы перед отъездом с мамой решили уделить мне внимание? - весело произнес Хёнджин, беря брата под локоть. Пэкхо предложил прогуляться по саду и попить чай после. - Да, ведь ты был постоянно занят. Хотя мне больше казалось, что ты избегал нас. - Ммм… не без этого, - честно ответил омега. - Отец сразу же дал понять, что приехал он не сына проведать.  - Джини… - вздохнул Пэкхо. - Отец, конечно, может быть порой суров, но он делает это ради твоего же блага. - Нет, хён, он делает это ради себя и своего дела. На меня ему совершенно все равно. - Родной, отец волнуется за тебя и переживает за вашу ссору, - старший брат старался смягчить углы, зная характер обоих своих родных людей. - Он переживает только за то, что Его Высочество стал свидетелем его неуместного поведения, - фыркнул Хёнджин. - Мой муж явно что-то сказал родителям, раз оба стали такими притихшими.  - У вас все нормально? Как тут все для тебя? Ты толком не писал, - Пэхко решил сменить тему и вернуться к примирению Хёнджина и отца чуть позже.  - Да, все нормально, - кивнул с улыбкой юноша. - Он замечательный человек. Да и Север мне стал нравится, ты только посмотри какие тут горы и просторы! - А кто-то лил горючие слезы после обряда, - подразнил старший брат. - Ну хватит, - протянул протестующе Хёнджин. - Я ведь его не знал. А сейчас, я думаю, он очень хороший. Одно только то, что он помог Сынмину, для меня многое значит. Ты не представляешь, как его тут любят и уважают.  - Это прекрасно, - кивнул альфа. - Сначала, когда он только пришел знакомиться, я подумал, что он немного сух и надменен, однако после изменил мнение. Он сын короля и это чувствуется.  - Да… - Я спокоен, - ласково улыбнулся старший брат. - Вижу, как он о тебе заботится и как ты себя ведешь рядом с ним. - И как?  - Ты беззаботен и весел.  - Звучит как упрек. - Нет, если омега чувствует со своим альфой спокойствие и уверенность, то он как раз-таки позволяет себе расслабиться. 

***

      Хёнджин вздохнул с облегчением, стоило экипажу гостей скрыться за поворотом. Юноша, конечно, отругал себя, но лучше бы в следующую встречу им всем соскучиться по друг другу. Несмотря на то, что отец попытался извиниться и они с мамой изменили свое поведение, все равно Хёнджину казалось это все неискренним, а вызванным лишь страхом перед властью и силой его мужа. Кстати, о нём… Омега был не в силах не думать о том, что произошло между ними, и теперь все чаще его мысли сводились к одному: когда же будет близость? С одной стороны, ему уже не было страшно и даже неловко, но с другой - все же это было совершенно новый уровень их отношений с принцем. Хёнджин видел, что Феликс заботится о нем, думает о его благополучии, но, когда он оставался один на один с собой перед сном, кое-что ему не давало покоя. Что чувствует к нему принц? Сам он признался в себе, что муж ему симпатичен и он его привлекает. Теперь хотелось ответных чувств. Но как узнать? Альфа со всеми учтив и вежлив, а еще у него до сих пор есть наложница, и эта мысль отравляла и лишала покоя.  - Ты чего такой смурной? - поинтересовался Джисон, присаживаясь рядом. С ним был и Сынмин, который смотрел на братишку чуть встревоженно. Они нашли его у пруда в беседке.  - Джини, что-то случилось? - Нет, - отмахнулся юноша. - Просто наслаждаюсь тишиной. - Понимаю, - кивнул Сон. - Эти дни были очень шумными и суетливыми. - Простите, - извинился Сынмин, понимая, что из-за него в гости приехали столько людей.  - Да брось, все хорошо, - успокоил Джисон. - Я вот хотел кое-что спросить, - нахмурив брови, начал Хёнджин. Он осмотрелся и, не увидев никого лишнего рядом, задал вопрос. - Это слишком больно? - Э? - О? - Вы поняли, о чем я, - чуть прищурив глаза, произнес юноша. - Ну? - Оу, ну как бы… - неловко прокашлявшись, растерянно пролепетал Сынмин. - Мы не лучший пример, так как оба познали близость во время цикла, - ответил Джисон. - Но это не должно быть больно, милый. У моего брата достаточно опыта, чтобы уделить внимание важным моментам. Тут главное - доверие.  - А что мне делать? Он, что ли, все должен? - юноша вспомнил, что еще ни разу сам не коснулся принца. Не принес ему ответного удовольствия. - В первый раз лучше предоставь все ему, - посоветовал Джисон. - Ты сам потом поймешь, что делать. Не торопись. - У него есть наложница, Джисон, я не хочу, чтобы он был со мной из-за чувства долга. Старшие переглянулись и сочувственно посмотрели на юношу. Конечно, они его понимали, ни Джисон, ни Сынмин не хотели бы даже допускать мысли о том, что кто-то еще в праве быть у их мужей. - Хёнджин, тебе лучше сосредоточиться на самом Феликсе и ваших отношениях и не думать пока о ней, - произнес осторожно Джисон.  - Ты поступил бы также? - не без грусти усмехнулся омега. - Я бы поступил очень опрометчиво и разнес бы все, но у нас разные мужья, милый. Феликс - наследный принц, и Наён была до тебя. Он не сможет просто так ее отпустить, все же у них тоже своего рода есть отношения.  - Я знаю это и понимаю, но от этого легче не становится, - с досадой сказал юноша, сведя брови. - Мой совет тебе: не делай ничего против нее. Если Феликс потеряет к ней интерес или решит, что лучше твой покой, чем ее наличие в его жизни, то он сам все сделает.  - Понятно… - Займи все его свободное время, - предложил Сынмин. - Ты умеешь и любишь играть на коягыме и комунго, неплохо поешь и танцуешь.  - Предлагаешь развлекать его?  - выгнув бровь, чуть нахмурился Хёнджин. Отчего-то эта идея ему казалось уничижительной.  - Открыть для него свои другие стороны? - поправил старший брат. - Что в этом плохого? - Ничего, но кажется, будто бы… ладно, не важно, - отмахнулся Хёнджин.

***

      Слова старших кружили назойливыми мухами в голове. Перед глазами был образ наложницы, ее стройный, тонкий стан и очаровательная улыбка. Она была бесспорно красивой. Хёнджин, чуть нахмурив брови в недовольстве, что у него такая на его взгляд громоздкая фигура, смотрел на себя в отражении зеркала. Раньше ему никогда не казалось, что у него такие широкие плечи для омеги или широкая талия. Закусив губу, он решительно выбрал наряд с корсетом. Сегодня был праздник духа воды, и все собирались на реке Ориноко, которая была самой широкой, и из-за этого на ней проходили соревнования на каяках. Там обязательно будет вся знать, а еще Наён.  - Затягивай туже, Бомсу. - Ваша светлость, но… - растеряно пролепетал слуга. - Вам ведь будет разве удобно? Вы же ни поесть нормально не сможете, ни дышать.  - Не хочу я есть, так что затягивай еще. Вздохнув, юноша еще чуть-чуть затянул корсет, внутренне надеясь, что все обойдется и господин знает, что делает. Феликс окинул его внимательным взглядом и поинтересовался, все ли в порядке с ним. Хёнджин торопливо ответил положительно и просто предвкушает праздник. Принц только кивнул, но попросил сразу же сказать, если захочет покинуть праздник или почувствует себя плохо. - Почему мне должно быть плохо? Все хорошо. - Ладно…

***

      Праздник и правда был очень интересным. Наблюдать, как разом столько маленьких лодок начали путь, было увлекательно. Минхо и Минги участвовали, и поэтому на берегу их горячо поддерживали Сынмин и Джисон. Феликс общался с людьми то там, то тут, а Пушок ворчал, но не отходил от своего человека.  Хёнджин мечтал о возвращении во дворец, чтобы наконец-то снять наряд и вдохнуть полной грудью. Однако, заметив Наён, только упрямо отмахнулся и расправил плечи. Омега мило пообщался с некоторыми другими омегами и девушками, прежде чем снова подошел к брату и деверю в надежде подышать немного освежающим воздухом у реки.  - Джини, ты чего такой бледный? Приболел или разволновался? - задал вопрос Сынмин, внимательно смотря на братишку.  - Нет, все нормально. - Точно все хорошо? Кто-то обидел? - Нет, все прекрасно! Где ваши мужья?  - Да вот скоро должны вернуться, по времени они уже давно должны вернуться.  - Вот давайте их и встретим! - чересчур бодрым тоном предложил Хёнджин и подошел ближе к ограждению на пирсе. В этой части у реки был крутой берег, и глубина было удобной для спуска. Юноша пытался незаметно делать глубокие вдохи, чтобы близкие люди не заподозрили его. Он решил сосредоточиться на гребцах, вылавливая из десятков незнакомых лиц те, что были альфами Джисона и Сынмина. Почувствовав головокружение, Хёнджин вцепился в ограждение. Мир стал сужаться мгновенной мошкарой перед глазами. Омега в непонимании проморгал, пытаясь прийти в себя, но не заметил, как потерял сознание и рухнул в воду. Он слишком сильно прижался к ограждению и качнувшись вперед, просто упал вниз. Но вскрик брата и Джисона он не услышал.  Феликс прыгнул в воду тут же, быстро доплывая до мужа, которого начало уносить течение. Перехватив удобнее все еще бессознательное тело, принц с помощью Пушка, который тоже поспешил на помощь, доплыл до пирса, где омегу тут же подхватили другие и вытащили.   - Хёнджин? - Сынмин тут же склонился над братишкой и в ужасе вздохнул, так как ему показалось, что тот не дышал. Феликс выхватил из ножен на голени нож и вспорол сначала верхнюю накидку, а потом и сам корсет. Легкие, почувствовав свободу, будто расправились, и юноша закашлял водой. Альфа перевернул его на бок, давая откашляться и прийти в себя. - Все хорошо, Хённи, я рядом, - внимательно смотря в лицо мужа, произнес принц. Глубоко задышав, омега всхлипнул и расплакался от понимания того, что случилось. Феликс прижал его к себе, шепча успокаивающие слова и поглаживая спину. Джисон накинул на зятя свою накидку и попросил всех расходиться. Хёнджин вцепился в мужа и дышал его запахом. Он не знал его, каждый раз забывая и даже стесняясь спросить, что за древесный запах у его мужа. Но он как никогда успокаивал его и приносил с собой покой.  Феликс решил покинуть празднование и вернуться во дворец с мужем. Альфа заметил, каким поникшим тот был.  - Сильно испугался?  - Не сильно, я даже не понял, как потерял сознание. - И откуда у тебя такая любовь к тугим корсетам? - беззлобно усмехнулся принц, вспоминая свадебный наряд мужа. - Просто хотелось быть красивым. - Ты и так красивый, Хёнджин. - Ну стройным? - Кто тебе сказал, что ты не стройный? Ты же худой, как тростинка. - И вовсе не такой худой, - пробурчал юноша. - Я не хотел портить праздник. - Ты ничего не испортил. - Но вы же покинули его. - Ничего страшного не будет. Со мной или без меня, люди отпразднуют его. - А я хотел посмотреть на фейерверки, - с сожалением произнес омега.   - Ты можешь переодеться, и мы вернемся к реке. Время еще есть. Как себя чувствуешь? - Неловко будет вернуться обратно. - Переоденься, и мы посмотрим на фейерверки с другого места.  Хёнджин слабо улыбнулся мужу и обнял его крепче, снова вдыхая его запах.  - Я давно хотел спросить, но мне было немного стыдно. Что за запах у вас? Я раньше никогда не слышал его. - Ммм… Он редкий, и не все его могут узнать. Это смесь на самом деле, у первых альф две ноты. Самый главный это уд, а второй, менее заметный, это мате.  - Мне жаль, но я не знаю этих запахов, - удрученно произнес Хёнджин, чем вызвал короткий смех мужа. - Не страшно, Хённи, даже мои родители не знали. Они пригласили нескольких травников и парфюмеров, чтобы те сказали, чем же их ребенок пахнет.  - Понятно. Мне нравится он… Сразу так спокойно и тепло. - Да?  - Угу - Мне твой тоже нравится. - Пфф… травяной? - с сомнением произнес Хёнджин. По его собственному мнению, запах - единственное, над чем не постаралась природа. Смесь запаха различных трав и цветов ему не нравилась, но за долгие годы привык. Он хотел бы иметь больше утонченный и изысканный. Роза, лотос, шафран - столько было прекрасных запахов, но ему достался какой-то полевой букет. - Да, - кивнул Феликс. - Ощущение, будто в бескрайнем поле после дождя, простор которого приносит спокойствие и удовлетворение. Свободу… - Тогда я рад.              Хёнджин переоделся в более удобную одежду, по просьбе мужа, нормально пообедал, и они отправились обратно.Не доезжая километра, они свернули с дороги и добрались до склона, который возвышался над берегом, где проходило празднование. На поляне уже разожглись костры и играла музыка. Люди танцевали, пели и играли, выпивая брагу.   Феликс отпустил коня и сел на гладкий большой камень. Пушок тоже решил погулять и отбежал на расстояние. Принц потянул омегу на себя, и Хёнджин с улыбкой сел рядом, облокачиваясь спиной на грудь мужа. Альфа обнял его поперек груди, накинув легкий плащ на них, чтобы комары не покусали и чтобы юноша не замерз, так как вечером, после заката, у реки было прохладно.  - Звезды тут такие красивые, - прошептал Хёнджин, завороженно смотря на небо.  Феликс кивнул и стал рассказывать, какие легенды и истории были на Севере у звезд.  Например, о созвездии Ориона, являющимся одним из самых значимых на Севере. Орион — охотник, поэтому в небе его сопровождают Большой Пес и Малый Пес. Рядом с Орионом находится Заяц. По одной из легенд, Орион — сын бога морей, могучий гигант, охотник, который убивал всех зверей без исключения. За это богиня, покровительствующая животным, и наказала страстного охотника, наслав на него Скорпиона. На небе эти созвездия как бы играют в прятки: как только появляется Скорпион, Орион скрывается за горизонтом в противоположной части неба. Хёнджин внимательно слушал, следя за указательным пальцем мужа, который показывал на созвездия. Ему безумно нравился голос мужа. Особенно, когда тот что-то рассказывал размеренно, никуда не спеша.  Феликс сообщил, что скоро запустят фейерверки и они чуть подобрались. Тысяча ярких огней украсила небо над поляной, радуя и приводя в восторг. Омега не смог скрыть восхищение от подобной захватывающий дух картины. Эмоции лились через край, и юноша обернулся к мужу, чтобы поцеловать. В груди будто взорвался такой же фейерверк, всполохами разнося удовольствие. Открыв глаза, Хёнджин, посмотрев на мужа, выдохнул: - Сегодня. Я хочу, чтобы близость была сегодня… - прошептал он в губы удивленного Феликса и снова накрыл губы поцелуем.