Дар Небес/ Потеряться в твоей Бездне...

             Хёнджин с улыбкой проводил гостей, и стоило им скрыться за поворотом, то уголки его губ опустились и чуть поджались. Устраивать званые обеды и вести милые разговоры, когда на сердце было неспокойно, не просто и не приносило ни капельки привычного удовольствия. Однако, юноша признался себе, подобные мероприятия неплохо отвлекали от терзавших его мыслей. - Джини, ты чего такой загруженный в последнее время? - осторожно спросил Джисон, чуть дотрагиваясь до плеча. Старший омега тоже был сегодня с ним и, надо отдать ему должное, ловко и умело заполнял паузы и разряжал обстановку, когда он терял суть разговора. - Да так, просто погода, наверное, навевает тоску. - А если честно?  Джисон заглянул ему в глаза, а Хёнджин не знал, с чего можно начать. И стоит ли?       После проведенного вместе цикла Феликс будто закрылся от него. И он не мог предположить, в чем дело. Ведь все было хорошо, даже слишком. Все три дня они познавали друг друга, Хёнджин даже порой слишком забывался от удовольствия, желая получить все и даже больше. Он не хотел отвлекаться на трапезы, лишь просто выпить воды и снова быть с любимым. Феликс буквально уговаривал его и торговался, словно с капризным и непослушным ребенком, обещая все, чтобы тот отвлекся на еду. Все было прекрасно, он это точно помнит и знает, но тогда что случилось? Почему любимый отгородился от него? Сначала он списывал на то, что Феликс весь в делах, так как отсутствовал несколько дней, и поэтому пропадает, и они не проводят время вместе. Но спустя неделю коротких встреч, где они едва перекидывались словами, перенесенных совместных ужинов и обедов, а потом и вовсе прекращенных, Хёнджин заподозрил неладное. Сначала он подумал, что случилось что-то серьезное, но, расспросив всех о новостях, не нашел чего-то, действительно угрожающего Северу.  Причина была не в делах, а в другом. В нем? - Просто скучаю по мужу, он весь в делах, - ответил Хёнджин.  - Ох, Джини, сейчас осень закончится, и будет легче зимой. У него меньше выездов будет, - попытался приободрить Джисон.  - Хорошо, - кивнул омега. - А ты как? Животик когда будет виден? - Хёнджин воспользовался беспроигрышным вариантом по переключению внимания Джисона. - Да уже потихоньку начинает проявляться, - сразу же улыбнулся и отвлекся Джисон. - Пока все хорошо, правда, устал бегать в уборную каждый раз, но это все мелочи. - Мне нравится твой настрой, потому что Сынмин ворчит на бедного Минхо и костерит его.  - Да, приходил я к нему в гости недавно и застал эту картину. Минхо, конечно, на все согласно кивал, но, отвернувшись, не скрывал своей счастливой улыбки, - поделился Джисон. - Ты же не из-за этого так печалишься? Не спрашивал лекарей?  - А, нет, вовсе нет, - тут же отмахнулся Хёнджин. - Пусть лучше вы сначала родите, а я посмотрю. И к лекарям пока не ходил.  Джисон кивнул, но все равно не мог не начать переживать за состояние младшего. После цикла он порхал по Дворцу, словно бабочка в летний день, одаривая каждого улыбкой и добрым словом, но с каждым днем улыбка его стала реже появляться на лице, а грустные вздохи чаще звучать.  Джисон предложил взять сладости, что остались после званого обеда, и навестить Сынмина, дабы обсудить последние новости, на что младший с готовностью согласился. Провести время с братом, переживающим все «прелести» своего положения, звучало очень привлекательно. 

***

      - Так ругаешь бедного Минхо, но разве ты сам не принимал активное участие? - с лукавой улыбкой прощебетал Джисон. - Если бы знал, что меня ждет, я бы подумал несколько раз, - прокряхтел Сынмин, возвращаясь из уборной, куда убежал ранее. - А нет каких-нибудь настоек, чтобы облегчить? - сочувственно произнес Хёнджин, наливая чай брату. - Особо они не помогают, зато от них тоже в уборную бегаю каждые полчаса. Ужас, почему мы должны это переживать, а альфы только радуются новости? - посетовал Сынмин и, сделав глоток чая, удовлетворенно выдохнул. - Зато потом Минхо будет не отходить от ребенка. Да и в принципе вся его родня. Минги с меня уже пылинки сдувает. - Как будто бы Минги и до этого так не делал, - беззлобно усмехнулся Сынмин. - Честное слово, у твоего мужа терпения просто океан. - Он просто меня любит, - пожав плечами, самодовольно ответил Джисон, светясь, словно солнце.  - Хёнджин? - окликнул Сынмин, чуть нахмурив брови. Не заметить отрешенное состояние брата было сложно. Тот будто воды в рот набрал, а глаза выдавали, что мыслями он пребывал не с ними. - А? Что? - встрепенулся младший, растерянно смотря на омег. - Что такое? Еще налить чаю? - Милый, в чем дело?  Хёнджин в досаде свел брови, ругая себя. Ему не хотелось, чтобы близкие переживали о нем в своем положении.  - Да нормально все. - Это не так, - не согласился брат. - Если это из-за отсутствия беременности в первый цикл, то еще рано делать выводы. - Нет же! - досадливо воскликнул юноша. - Это вовсе ни при чем! Я…  - Джини, что тогда? - оба старших не понимали причин подавленного состояния.  - Феликс… Он… Хёнджин прикрыл глаза, чтобы унять эмоции и не дать слезам волю. Он поджал губы, не зная, как все сказать и стоит ли вообще. Ему посоветуют не накручивать себя и просто поговорить с мужем, все прояснить. Как будто он не пытался до этого! Все те попытки провалились, потому что муж покидал Дворец до рассвета и возвращался глубоко за полночь. А накануне его и вовсе стража не пропустила в кабинет, ссылаясь на занятость принца. Хёнджин сглотнул ком обиды, что душил его, и вернулся в свои покои. До поздней ночи он ворочался, то злился на мужа, то снова плакал от бессилия и непонимания.  - Что он сделал? - тут же стал выпытывать Джисон, нахмурившись. - Ничего, просто… неважно, - промокнув салфеткой уголки глаз, отмахнулся омега. - Хёнджин, скажи, что он сделал и чем тебя обидел, и я устрою ему сладкую жизнь… - Нет, давайте просто забудем. Я не знаю, что случилось. Правда. И попрошу не идти к нему за ответами, Джисон. Я не хочу, чтобы он думал, будто я специально жалуюсь тебе. Он прекрасно знает, что я жду ответов от него, и поэтому не буду больше ходить за ним. - Ладно, как скажешь, - не без сомнений в голосе ответил деверь. - Но я тоже тебя попрошу, если что, не опасаться прийти за поддержкой или помощью ко мне, хорошо? - Договорились, - слабо улыбнулся Хёнджин. - Давайте лучше обсудим имена для детей, где наш список?

***

      Хынги не мог перестать волноваться за Хёнджина. Тот ел через раз, так же, как и его муж, погряз в делах настолько, что приходил уставший и ложился сразу же спать. Перестал рисовать, и для Хынги это был очень тревожный знак. Вот и накануне юноша пришел поздно вечером, засидевшись за подсчетами на праздник Нового года и в общем запасов на зиму, ополоснулся и, не поужинав, лег спать. - Ты почему не разбудил меня? - произнес Хёнджин, выходя из спальни. - Хотел, чтобы ты отдохнул. - Вот как… - Пока умывайся, а я попрошу накрыть завтрак. - Спасибо, родной.       Омега умылся, накинув халат поверх пижамы, вышел в гостиную и застыл на месте, увидев Феликса.  Тот даже не обернулся на него, а он точно должен был услышать его судорожный вздох, продолжая стоять у окна и смотреть вдаль. Словно пасмурное утро было таким уж завораживающим. Муж был в верхней одежде, скорее всего, собирался выезжать. Но зачем он зашел? - Доброе утро, - произнес Хёнджин. - Доброе, - принц обернулся, и холод, что был в его взгляде, будто пронзал иглами.  - Вы удивили меня своим визитом. Я уже стал забывать, как выглядит мой муж, - омега был обижен и не собирался этого скрывать.  - Я уезжаю на две недели к границам, могу задержаться. - Что? - не веря, Хёнджин посмотрел на принца и взволнованно затараторил. - Как? Что-то случилось? Какая-то опасность?  Обида тут же ушла на задний план. Неужели он уедет, и между ними останется эта недоговоренность и напряжение? Холод? Нет! Омега решил, что добьется ответа на свой вопрос.  - Кое-что произошло в одном из городков у подножья гор, попросили моего присутствия. А также хочу сразу же проехать и по другим соседним городкам.  - Почему сейчас? В такую погоду!  - Так получилось, письмо с просьбой от моего человека пришло пару дней назад. Минхо остается тут. - И ты говоришь мне об этом сейчас, после того, как игнорировал несколько недель?!  - Мне не стоило предупреждать об отъезде?  - Феликс, почему? - Что именно?  - Почему… - Хёнджин подошел ближе к мужу. - Почему ты закрылся от меня? Что случилось? Ведь все было хорошо. Скажи мне. Твое игнорирование сводит с ума! Я не знаю, в чем виноват, подскажи, прошу! Что я сделал не так? - Хёнджин, давай обсудим это позже, когда я приеду, хорошо? - Значит, что-то действительно произошло? Что? - Хёнджин, у меня нет времени это сейчас обсуждать, меня ждут люди. Но мы поговорим потом, хорошо? - Нет, не хорошо! Предлагаешь мне мучиться еще так долго? Ты специально? Это твое наказание? Так скажи мне за что хотя бы! Я ведь извожусь от незнания и непонимания! Феликс поморщился от крика мужа и пристально на него посмотрел, словно вел внутреннюю борьбу. - Прошу, скажи мне, любимый, что случилось? Почему ты так наказываешь меня… - прошептал Хёнджин. Он подошел вплотную к альфе и, дотронувшись до его руки, заглянул в глаз. Тот напряженно смотрел в его, будто тоже ища ответы на свои вопросы. - Любимый, скажи, в чем дело… - Тогда… - Феликс сглотнул, будто слова давались ему с трудом. - Когда у тебя был цикл… Ты произнес имя… - Имя? - непонимающе произнес Хёнджин. Какое имя он мог произнести? Догадка прошила его стрелой, заставляя замереть и едва дышать в неверии, а тело мелко задрожать. - Да, - тихо продолжил принц. - Тогда я и узнал, с кем ты так хотел связаться в день обряда. Ты назвал его имя, Хёнджин. - Я не мог… Нет…- юноша едва дошел и сел на ближайшее кресло, так как ноги отказывались его держать. - Ты сладостно выдохнул имя Тэхёна, и все сложилось в моей голове. - Нет… я не… зачем мне произносить его имя? - качая в отрицании головой, шептал омега. - Я не мог, Феликс, я не мог… да я даже не думал о нем… - Прости за мое молчание, мне нужно было это как-то перенести. Береги себя и присмотри за Джисоном, хорошо?  - Нет, ты не можешь уйти так, Феликс!  - Обсудим это потом, не переживай, - альфа кивнул ему и стремительно покинул его покои.  Хёнджин, накрыв ладонью губы, рухнул на пол, зарыдав. Нет! Этого не может быть! Зачем? Почему он произнес имя Тэхёна? Это не укладывалось в его голове. Но больше всего его уколол взгляд Феликса. Он не был злым, не был строгим или разгневанным, он был… полон разочарования.  - Что случилось? - взволнованным голосом спросил Хынги, войдя в гостиную. Хёнджин, будто опомнившись, резко подскочил на ноги и выбежал из своих покоев, на ходу теряя тапочки, но он не обращал внимания на холод, что ласкал голые ступни. Главное — успеть догнать Феликса. Они не могут расстаться на такой ноте. Нет! Слуги и стража растерянно кланялись, не понимая, что произошло.  - Феликс!  Принц и его люди уже оседлали лошадей и готовы были выдвигаться. Мужчины удивленно обернулись и непонимающе переглянулись. Не часто можно было увидеть подобную картину. Альфа сказал что-то Чанбину, и тот, кивнув, повел людей. Принц сошел с лошади и стремительно подошел к мужу. - Хёнджин, босиком стоять на каменном полу — отвратительная идея, ты заболеешь. - Феликс подхватил омегу под коленки и спину, направился в его покои. - Не уезжай вот так… - только и смог прошептать сквозь слезы юноша. Хёнджин прижимался к шее мужа, желая вдохнуть запах, который всегда его успокаивал. Он не знал, что сказать ему и как оправдаться за такое ужасное недоразумение. Принц попросил Хынги оставить их и не пускать никого.  Альфа бережно уложил мужа на постель, но Хёнджин не дал ему отстраниться, вцепившись в его рукав.   - Не уезжай вот так, Феликс… пожалуйста. - Хёнджин, не плачь так, - вымученно выдохнул принц, присаживаясь на кровать. - Извини, но мне действительно нужно уехать. Не переживай, мы обязательно поговорим после моего возвращения. - Нет… - Хёнджин привстал на коленки и крепко обнял его. - За это время ты сможешь окончательно от меня отвернуться, я уже вижу, как между нами зарождается бездна… Я не смогу без тебя, Феликс. - Хёнджин, я обещаю, ничего не будет. - Альфа пытался заверить младшего, но видел, что тот думает иначе. - Я… ты вовсе ни при чем, это просто из-за наших взаимоотношений с Тэхёном.  - Я не думал о нем, я клянусь тебе. Я не знаю, почему так случилось. Прошу, поверь мне, Феликс. Я действительно тебя люблю. - Я верю тебе, - произнес принц, а Хёнджин по его взгляду, по напряженной позе считал иначе, и это разбивало ему сердце.  - Нет… ты не веришь мне, - очередные слезы пробежали по лицу омеги. - Я не отпущу тебя, ты не уедешь вот так… - Мне нужно отправляться, Хёнджин. - Я поеду с тобой!  - Нет, - слабо улыбнулся Феликс, с грустью смотря на мужа. - Ты останешься во Дворце и будешь ждать меня. - Чтобы дождаться незнакомца? Ты вернешься с ненавистью ко мне… - Что за глупости… Хёнджин, я не виню тебя, ты должен это понять. И не сбегаю, мне действительно нужно уехать. Мы обязательно поговорим, но позже.  - Обещай мне, что… - М?  - Что ни на кого не посмотришь там! Ни к кому не прикоснешься и не приведешь… - Я все же по делам выезжаю, Хёнджин, о чем ты?  - Обещай, иначе поеду за тобой! - Обещаю, - улыбнулся Феликс, стирая мокрые дорожки с лица Предназначенного. - Я люблю тебя, Феликс. Принц ничего не сказал, только едва чмокнул в лоб и вышел из покоев. Хёнджин свернулся на постели и дал волю слезам. Почему он всегда все портит? Как теперь вернуть все, что было до этого проклятого цикла? 

***

      Джисон и Сынмин с беспокойством зашли в спальню Хёнджина. Тот зашторил окна и не вставал с постели, обнимая Тоджи. После отъезда принца Хынги поднял тревогу и побежал к Джисону с Сынмином за помощью. Старший распахнул немного шторы, чтобы хоть короткий свет проник в комнату.  - Джини, ты что это удумал тут мрак разводить? - ласково произнес Джисон, присаживаясь на кровать. - Так легче… - тихо ответил омега.  - Родной, ты как? Что произошло? - взволнованным голосом спросил брат, присаживаясь с другой стороны. - Хынги чуть ли не плачет. Сказал только, что у тебя был разговор с Правителем. - Я… все испортил, Сынмин, - ломко и вымученно ответил Хёнджин. - Он больше не захочет меня видеть… - Небо, Джини, ну ты чего? - изумился деверь. - Я его сильно обидел, Джисон. - Каким образом?  - Не могу сказать, но это ужасно… Старшие в растерянности переглянулись, едва понимая, что случилось. Джисон знал своего брата и был уверен, что Феликс не мог обидеться настолько, чтобы довести мужа до подобного.  - Джини, что он тебе сказал?  - Ничего, сказал, что поговорим потом, но я знаю точно, что не будет никакого потом! Он понял, что я не подхожу ему, и найдет кого-нибудь другого в свои любовники!  - Джини, ты…  Сынмин оборвал себя на полуслове. Он хотел пожурить братишку за излишнюю драматичность, но осекся. Сейчас ему это совершенно ни к чему — с самобичеванием он и сам отлично справляется. - Джини, все будет хорошо, - Сынмин подался вперед и приобнял страдальца. - Его Высочество не поступит так, ты же знаешь это. Давай ты действительно дождешься его, и там уже поговорите. Ты извинишься, раз считаешь, что обидел, и объяснишься.  - Я согласен с Сынмином, Джини. Феликс не поступит так. Давайте выпьем чаю с изумительным грушевым пирогом. Отказы не принимаются, нам с Сынмином надо побаловать детишек.  - Давай братишка, выше нос, - Сынмин взял омегу за руки и потянул на себя, вынуждая того присесть.  Хёнджин только слабо улыбнулся и, кивнув, встал с кровати, чтобы пойти умыться. Стоило ему скрыться за дверью, старшие переглянулись, безмолвно понимая, что между супругами произошел первый серьезный разлад. 

***

- Да, вы правы, Ваша светлость, думаю, это будет отличным вариантом.  - Благодарю, господин Мин, - произнес Хёнджин заведующему по складу с продуктами. Мужчина забрал все бумаги и, поклонившись, оставил омегу одного. Они обсуждали итоги общей добычи для помощи тем, у кого нет главы семьи или у кого много детей.  Губы тронула легкая и грустная улыбка, когда взгляд упал на свой рисунок с принцем. Воспоминаниями его перенесло в ту неделю большой охоты, где любимый в который раз поразил его.       Когда Феликс прибыл на Север в качестве регента, он возобновил старую традицию большой охоты осенью. Раньше северяне заранее готовились к зиме, и у них был общий улов, который делил глава. Потом, со временем, когда количество жителей увеличилось, постепенно эта традиция уходила, так как за запасы на зиму своей семьи отвечал глава сам. Конечно, жителям, у которых были сложности, помогали: каждый великий дом брал под крыло такие семьи, но все же не всегда достаточно выделялось мяса. Возобновление традиции поддержали все главы домов и многие жители.  На попечении омег было ведение учета и раздача. Хёнджин попросил омег также поделиться крупами и заготовками. Юноша радовался, что они быстро все собрали и слаженно раздали людям. Слышать искреннюю благодарности от людей было приятно и вызывало гордость, воодушевляло и прибавляло сил.  Но его любимый… Как же он был прекрасен там, на поляне, где все альфы собирались на охоту. Весь в черном, подтянутая фигура и белые волосы, что были собраны, чтобы не мешать.  Хёнджин гордился, что столько важных мужчин желают попасть в одну группу с Правителем. Заливался восхищением, слушая рассказы о предыдущей охоте, где принц завалил крупного лося.  А потом, когда вернулся с этой охоты, уставший, но довольный, и с озорной улыбкой попросил награду у Хёнджина за свои старания, омега, несмотря на остальных людей, притянул к себе мужа и поцеловал под улюлюкание и смешки зашедшей в одобрении толпы.       Хёнджин смахнул пробежавшую слезу. Неужели теперь все это утеряно? Неужели он больше не увидит от Феликса нежного взгляда и не услышит ласковое «Хенни»? Дни без принца и при всей неопределенности, что он себе надумал, тянулись медленно. Ночи без сна, когда он вспоминал, как разделял ложе с любимым, тоже не помогали сократить время.  Только дела, которые он должен был выполнить, ведь сам все задумал еще давно, отвлекали от волнений и давали чуточку вздохнуть.  Джисон с Сынмином, переживая за него, практически не оставляли его одного, всегда приглашая на обед или прогулку. Вот и сейчас Бомсу уже в который раз напомнил, что его ждут к ужину близкие люди.  Юноша кивнул и, бросив еще один взгляд на портрет мужа, вышел из своего кабинета.  - Извините, что задержался, - произнес Хёнджин, заходя в комнату.  Им накрыли только троим, так как Минхо и Минги были заняты делами в отсутствие Правителя.  - Не переживай, мы тоже только подошли, - улыбнулся Джисон. - Наконец-то пришли к соглашению со служителями храмов. Не думал, что религиозные люди будут такими упертыми и требовательными.  - Это точно, - кивнул Сынмин. - Я в какой-то момент подумал, что ты сейчас его ударишь, - коротко рассмеялся омега, вспоминая выражение лица Джисона, сдерживающегося из последних сил. Они обсуждали вовлечение служителей храмов в общественную жизнь, а точнее, просили помощи в выделении людей на общественные работы, но временный настоятель считал иначе.  - Честное слово, этот пришел без году неделя, а уже выбесил всех. Поскорее бы вернулся прежний, господин Пак мудрый человек и знает, как вести диалог, - фыркнул Сон.  - Феликс не писал, когда они вернутся? - спросил Хёнджин, с надеждой смотря на старших. - Прости, но нет. Минхо только обронил, что он собирается, судя по всему, задержаться, так как прислал еще заданий ему.  - Понятно, - понуро ответил юноша. Старшие омеги начали вести непринужденную беседу, стараясь всеми силами отвлечь Хёнджина, чему он был безмерно благодарен. Слушая их рассказы и последние сплетни, на душе становилось чуть легче и менее пасмурно.  Несмотря на то что он опасался того, чем может закончиться их разговор с Феликсом, омега все равно ждал мужа и очень сильно по нему скучал и тосковал. За последнее время он так привык к их общению, привык разделять с ним все новости и мысли, слушать его в ответ, что сейчас эта пустота казалась бескрайней. Что ему делать, если вдруг Феликс отвернется от него? Словом, может, и не скажет, но вот своим отсутствием ударит сильно.  А еще все это время он не мог найти достойную причину того, почему же язык его подвел и произнес имя другого. Действительно, «язык мой - враг мой», горько усмехнулся Хёнджин. У него была лишь одна догадка, которая могла немного логически все прояснить, но ему было стыдно признаться в ней не то что мужу, но и себе.       В комнату торопливо прошел слуга, привлекая к себе внимание, и, поклонившись, произнес: - Его Высочество с гостем прибыли во дворец. - Феликс? - растерянно произнес Хёнджин, не понимая, зачем об этом говорить. - Нет, Его Высочество Тэхен, - как только парнишка договорил, в комнату вошел третий принц с широкой улыбкой, а позади него стоял ДжэУк. - Добрый вечер! - поздоровался принц. « О Небо…», - пронеслось у омег при виде нежданных гостей.