Дар Небес/ Потеряться в твоей Бездне...

      После отгремевшего торжества в честь дней рождения Феликса и Джисона последний слегка занемог, чем вызвал беспокойство у всего Дворца. Минги переживал и не находил себе места, а Феликс пытался успокоить и заверить, что ничего страшного не случилось. Благую весть, что его брат наконец-то в положении, принц решил не озвучивать, давая время им самим узнать, но у самого на сердце отлегло. Потому что Феликс прекрасно видел и знал, какую боль приносило отсутствие детей дорогому ему человеку, поэтому тихо, пока в тайне, радовался за близких.  Лекари, зная о долгих попытках пары Сон, тщательно перепроверяли свои выводы, опасаясь ошибиться и обнадежить их понапрасну. Но, когда все сошлись на одном мнении, главный лекарь Чхве с чистой совестью поделился им с Джисоном и Минги. Феликс тоже присутствовал, так как ему сообщили, что брат упал в обморок, и он поспешил к нему. Альфа видел, как счастье медленно, но верно затапливало супругов. Они оба не смогли сдержать слез радости в объятиях друг друга.  - Ты слышал, любимый? У нас получилось… - прошептал Джисон, смотря в глаза мужа.   Принц поцеловал брата в макушку и, слегка сжав плечо Минги в знак радости за них, кивнул лекарям в сторону выхода, предлагая покинуть покои. Он с улыбкой закрыл дверь, оставляя пару наедине с их общей хорошей новостью.

***

- Сонни, поздравляю! - воскликнул Хёнджин, услышав от деверя о беременности. - Это прекрасно! Юноша крепко обнял Джисона, искренне радуясь за друга. Сынмин тоже приобнял и поздравил.  - Это замечательно, - кивнул Сынмин и, чуть подумав, добавил. - Неужели в одно время родим? От его слов Хёнджин подскочил на месте и изумленно, с нотками возмущения посмотрел на брата. - Как?! Почему я не знал?! - тут же выдал претензию младший. - Тебе подробно объяснить, Джини, откуда дети берутся? - шутливо подразнил Сынмин. - Я просто не мог найти подходящий момент. Да и…  - Не хотел меня расстраивать? - догадался Джисон и неодобрительно покачал головой, стоило омеге едва положительно кивнуть. - Ну ты и дурашка, я бы не расстроился, а наоборот, порадовался.  - Так, получается, я отстаю от вас? - тут же надулся Хёнджин, складывая руки на груди.  - Что за чушь, - цокнул Джисон, а Сынмин кивнул в знак поддержки. - Это ведь не соревнование.  - Знаю, но все же. Сейчас Минхо сообщит о ребенке, и вдруг Феликс тоже задумается? - не без ноток беспокойства произнес юноша. - Не накручивай себя, - посоветовал брат. - Правитель ведь тебе ничего не выговаривает и не намекает. Все нормально ведь.  - Я согласен, - произнес Джисон. - Если бы он хотел, то явно бы не давал тебе времени. Успокойся.  - Да, наверное… - не без ноток сомнения в голосе пробормотал Хёнджин, уходя в свои мысли. Старшие только переглянулись в бессилии, прекрасно зная, что им теперь не переубедить младшего.  

***

      Минхо с нескрываемым весельем смотрел на принца. Тот неожиданно намекнул или даже, можно сказать, напросился к нему в гости после возвращения с совещания. Сынмин был дома у его дяди, помогая по домашним делам в преддверии подготовки к зиме. - И с чего вдруг такая честь? - разлив вино по бокалам, полюбопытствовал альфа.  - Решил, что мы давно не вели разговор как друзья, - отмахнулся Феликс. - Да что ты говоришь, - весело усмехнулся Минхо. - Сдается мне, ты избегаешь Его Светлости. Что-то опять не поделили? Принц только хмыкнул на слова друга. Если бы… После признания в чувствах Хёнджина будто подменили. Если раньше он был немного робок и осторожен в проявлении своего внимания, то сейчас никто и ничто ему не помеха. И хорошо он это показал на его дне рождении, совершенно не стесняясь знаков внимания, которыми одаривал принца. Объятия, ласковые прикосновения, поцелуи украдкой… А как он однажды просто пришел посреди дня в кабинет и накинулся на него? Тогда альфа едва смог дать указания не мешать им и не тревожить, пока Хёнджин уже расшнуровывал его брюки. Да, ему понравилось, как могло иначе, но омега ворвался, словно ураган, и так же быстро ушел после, оставляя немного в смешанных чувствах.  Он был словно лавина… безудержный, всепоглощающий и не терпящий никаких преград перед собой. Джисон так же, как и Минхо, веселился от растерянности брата и советовал просто принять все, что хочет дать его муж. А он так не мог. Ведь на подобное нужно отвечать так же, считал Феликс. Ему вовсе не было сложно так же приобнять или поцеловать Хёнджина, но все упиралось в ответных признаниях. Альфе не хотелось быть тем, кто только получает, а то, что отдавал взамен, казалось таким ничтожным.  - Я бы сказал, наоборот, - все же ответил другу Феликс. - Никогда бы не думал, что буду прятаться от собственного мужа.  - Ну, Наён уехала, он, скорее всего, хочет сразу всем дать понять, чтобы не подходили к тебе, - предположил Ли. - Да и чтобы у тебя не было свободной минуты смотреть по сторонам, - шкодливо улыбнулся Минхо.  - Как будто я раньше то и дело смотрел по сторонам, - проворчал принц.  - Просто не сопротивляйся этому, ведь тебе же все нравится. Пусть идет так, как идет. - Со стороны это кажется неправильным. - Разве его чувства могут быть неправильными? - спокойным тоном задал вопрос Минхо. - Ты ничего с этим поделать не можешь, ведь когда любишь, то всегда так. Тебе ли не знать об этом. - Дело не в том, что я считаю его чувства неправильным, а… Феликс оборвал себя на полуслове и задумался. Все дело в том, что он не мог понять, почему Хёнджин влюбился в него. Конечно, он знал, что чувства возникают внезапно, это не подвластно человеку, но все же…  Он ведь не нравился омеге, тот кривился от его внешности и всячески избегал первое время. Хёнджин ненавидел Север по началу, а еще, и это было, наверное, краеугольным камнем в сомнениях, в сердце омеги был кто-то, ради кого он так бездумно и даже отчаянно решил участвовать в обряде, пойдя против воли семьи. Так почему же он полюбил его? Что изменилось?   Почему-то эти мысли терзали его и сеяли сомнения в его вере в самого себя.  - Не думай много, - посоветовал Минхо, добавляя вина в бокалы. - Это чувства, они нам не подвластны. Возможно, у Его Светлости и были к кому-то другому, однако его сердце выбрало тебя. Все переменчиво в нашем мире. Или ты опасаешься другого?  - Чего?  - Что ты сам влюбишься в него, отпуская Чимина. - Я давно отпустил его, - нахмурился в несогласии Феликс. - Но не чувства потери по нему, - заметил осторожно Минхо. - Я пытаюсь, но, как ты и сказал, чувства нам не подвластны. А еще его интересовало то, каким образом Хёнджин увидел сон о том, что было в том сражение. Последствия их связи предназначенных? Хотя у него было более логическое объяснение… - Ладно, спасибо, что приютил, - улыбнулся Феликс. - Но не буду отнимать твое время.  - Ты всегда желанный гость здесь, ты же знаешь, - кивнул Минхо. Ему необходимо было проверить свою теорию, но для этого нужно было уединиться и остаться наедине с самим собой на несколько часов. Может, ночью удастся? 

***

      Хёнджин, заприметив мужа со спины, торопливо засеменил за ним, пытаясь подкрасться бесшумно. Но, как и всегда, ему не удалось: в самый последний момент принц обернулся и обхватил его талию, обнимая и прижимая к себе. - Опять все подкрадываешься?  - Когда-нибудь у меня это получится! - лучезарно улыбнувшись, заверил омега, обнимая мужа за шею и играясь с его волосами. - Зачем это тебе?  - Хочу застать тебя врасплох. - Поверь, тебе и так это удается.  Хёнджин, оглядевшись по сторонам и не заметив никого рядом, взял мужа за руку и повел в ближайшую комнату, которой была  библиотека. Феликс с весельем и предвкушением следил за мужем, который осматривал комнату на предмет лишних пар глаз или ушей. Не найдя никого, он повернул замок и закрыл их. - Что ты это задумал, проказник? - протянул Феликс, смотря на мужа. - Ты ведь у нас такой умный и проницательный, догадайся, - кокетливо произнес Хёнджин и повел мужа к дальним диванчикам. Он усадил Феликса и, перекинув ногу через его бедра, сел на него.  - Все еще не понял? - обнимая за шею, томно прошептал юноша в его губы. - Я уже опасаюсь попадать в поле твоего зрения, Хённи, тебе от меня только одно нужно? - дразняще в ответ прошептал альфа, опуская руки с талии на ягодицы мужа.  - Нет, но мне мало тебя, - произнес омега, порхая поцелуями по лицу принца. - Всегда такой занятой, всегда нужен всем. А на меня, твоего драгоценного мужа, времени нет. - Это не так, - возразил принц, стягивая одежду омеги. - Трапезы, где ты сидишь на моих коленях и кормишь меня сам. Купания, где моешь мои волосы и целуешь спину. Вечера, когда танцуешь для меня или рисуешь меня... А жаркие наши ночи?  К концу речи на юноше осталось только белье, и Феликс находил картину восседающего на нём красивого омеги крайне возбуждающей.  - И все равно мне мало, - Хёнджин принялся стягивать рубашку мужа. - Хочу все… Хочу быть единственным у тебя здесь, - юноша ласково провел по виску, - и здесь, - накрыл ладошкой грудь альфы.  - Я тоже, милый, - улыбнулся Феликс и притянул мужа к себе для поцелуя.  И альфа не лукавил. Он действительно захотел, чтобы его сердце приняло Предназначенного. Такого своенравного, капризного, порой безрассудного и тщеславного, но очень милого и наивного. А еще невероятное красивого… Принц задавался вопросам, как Хёнджина еще с детства не засватали, а в юношестве не украли, на что омега поведал, что сначала дед долгое время был против, чтобы его сватали, а потом отец был просто немного алчным и ждал все более выгодного предложения.  - Какой же ты красивый, Хённи, - выдохнул Феликс, смотря на восседающего юношу. У того были распущены волосы, которые водопадом спадали на плечи и грудь. Фарфоровая белая кожа, которая была нежнее шелка, так и манила к себе, и принц не отказал себе в удовольствии припасть губами к ней. Хёнджин улыбнулся и прикрыл глаза, еле слышно простонал, прикусывая указательный палец. Каждая близость с любимым накрывала с головой. Ему нравилось все, даже если потом, наедине, при воспоминаниях он краснел и смущался, поражаясь себе и своей смелости, а может, даже распущенности, что вырывалась и захватывала его. Но, когда они были вместе, ему казалось, что в нем что-то открывается, и удерживать тот порыв, что возникал, было крайне сложно. Но это будет потом, сейчас важен только этот момент, когда ближе они уже не могут быть.

***

      Феликс с легким любопытством посмотрел на мужа, вошедшего в его покои. Альфа только вышел из ванной и решил перечитать некоторые отчеты по подготовке к зиме и шахтам. - Добрый вечер, - тепло улыбнувшись мужу, произнес Хёнджин. Омега, оставив поцелуй на скуле мужа, направился к софе. Принц жестом намекнул на вино, и юноша, дав согласие, присел на софу. Судя по одеянию, омега пришел с ночевкой. «Какой смелый», - хмыкнул про себя альфа, ведь по правилам в покоях принца никто не остается без его разрешения.  Хёнджин, поджав ноги под себя и взяв подушку, устроился поудобнее. Пушок уже прикрыл глаза и сопел в углу, уставший после насыщенного дня следования за своим неуемным хозяином. Так как осень была в разгаре, то дел, необходимых выполнить до зимы, было очень много. Юноше нравилось слушать принца. О его рутинных делах, что были важными для всего Севера. О людях, с которыми работал или которых встречал. О воспоминаниях из детства. Порой он даже сладко засыпал, ведь прикрывал глаза, чтобы все представить, и незаметно для себя засыпал под мерный голос любимого мужчины. В первый раз ему было очень стыдно и совестно, так как считал, что он проявил неуважение к любимому, но принц заверил, что все нормально и он не обижается.  Нежность и грусть затапливали сердце каждый раз, когда он находил мужа заснувшим крепким сном, даже не успевшим дойти до кровати. Это было пару раз, но все равно заставляло чувствовать досаду, что любимый погряз в делах настолько, что не мог спокойно уделить время сну и отдыху, засыпая на полу в странной позе. Юноша тогда подумал, что тот, скорее всего, решил потискать Пушка да так и заснул. И видя теперь, какой на самом деле четвертый принц человек, подмечая все его достоинства, Хёнджин не мог нарадоваться своей судьбе. Его просто однажды накрыло счастьем и облегчением от осознания, что его Предназначенным стал именно Феликс и никто другой. Он завидовал всем, кто знал мужа дольше него, и сетовал, что сам так поздно разглядел его. - Ты что-то хотел обсудить? - задал вопрос Феликс, присаживаясь рядом.  Омега поморгал, ведь он отвлекся на любование принцем. Особенно, когда полы его халата были не завязаны и давали обозрение на все прекрасное. Его телом юноша мог любоваться все время. Мышцы так красиво образовывали рельефы, к которым всегда хотелось прикоснуться.  - Ах, так вот, да… - растерянно произнес Хёнджин, вспоминая о своей идее. - Джисон рассказывал, что есть праздник весной, когда провожают зиму и встречают новую пору.  - Да, есть, Марди Гра*. - Так вот, мне пришла идея: что, если устроить фестиваль и пригласить туда наших соседей по ту сторону гор? Так сказать, для укрепления дружбы? Ведь для праздника все равно готовят выступления, что у нас, что у них.  Феликс задумался. Идея действительно была хорошей, но было несколько нюансов. С одной стороны, захотят ли соседи приехать, ведь негласно они все равно держат обиду за то, как жестоко расправились с теми, кто пошел войной. С другой - налаживать мир нужно. - Мне нравится, но как можно заманить их к нам?  - Ты имеешь в виду мотивацию? - И это тоже, - подтвердил альфа. - Им нужны будут гарантии, что с их людьми ничего не случится.  - Разве Намджун и торговцы не приезжают сюда постоянно? Он может быть против? Я думал, вы хорошо ладите. - Мы с Намджуном и остальными ладим, потому что не делим ничего. Он хороший лидер, и поэтому, пока от нас нет угрозы, он тоже ничего не предпринимает.  - Логично. - Ты можешь для начала обсудить это с местной знатью, Джисон подскажет, с кем именно. Изложи все и скажи, что я не против, а даже за. Если многие тебя поддержат, то потом напишешь Намджуну.  - Сам?! - Да, а что тут такого? Твой статус позволяет это. - Ладно, может, тогда и к Новому году им гостиницы отправим? - осторожно предложил омега. - Что ты это деятельность развернул по отношению к ним? - лукаво поглядывая на юношу, не без озорства произнес принц. - Я просто не хочу, чтобы между нами были напряженные отношения. Молодое поколение будет знать, что мы не такие ужасные.  - Это хорошая инициатива, милый, правда. А еще это было практически одно из немногих направлений, которые не затронули ни Чимин, ни Наён. Хёнджину совершенно не хотелось, чтобы его сравнивали с ними, тем более когда он только начинал все. - А еще я думаю… Феликс слушал мужа и с нежностью смотрел на него. Он был бесспорно красив, но когда был чем-то увлечен, то будто светился и переливался светом, словно речная гладь в солнечный день. Альфе нравилось, что юноша начал делать шаги как муж Наследного принца и Правителя Севера. У него, конечно, было мало опыта, однако страсть к новому делу и желание стать ключевой фигурой играли на пользу. Теперь он спокойно слушал все наставления от Джисона и советовался с ним. Размышляет уже о проектах на весну и лето. Начал сближение со знатью, устраивая обеды и ужины, а также совместные мероприятия по общественной жизни. - Идея отправить на учебу хорошая, но, может, лучше и дешевле будет пригласить учителей сюда? - предложил Феликс. - Богатые дома сами могут отправить своих чад и в случае чего нести ответственность за их поступки там, а дети менее состоятельных могут легко податься всяким увлечениям без должного присмотра.  - И то верно… - Как дела у твоей семьи? - неожиданно для Хёнджина спросил принц. Омега уже сидел на его коленях и массировал его голову.  - Вроде хорошо, - чуть нахмурившись, ответил юноша, вспоминая последние новости из дома. - Мама недавно прислала письмо, и вроде ничего не было, а что? - Просто спросил, - пожав плечами, ответил Феликс. Он наслаждался массажем, закрыв глаз. - Твой отец вроде собирался расширять торговлю. - Ему все мало, - вздохнул Хёнджин. - Он торговец, - усмехнулся альфа. - Это в их природе — искать что-то другое и новое. А сам не хочешь их навестить? - Разве до года я не должен не переступать порог отчего дома? - хмыкнул омега. - Хённи, ты будешь во Дворце, в наших покоях. - Да? - Конечно. Так что? - Пока особо нет желания туда ехать, может, весной? И дорога лучше, и теплее, - спокойно ответил юноша и поспешил добавить, будто спохватившись. - Но, если ты соберешься туда, я с тобой. - Понятно, - коротко рассмеялся Феликс. - Можно кое-что попросить? - осторожно произнес омега. - Конечно, - едва кивнул Феликс. - Покажи мне свой шрам… Хёнджин давно хотел об этом попросить, но каждый раз одергивал себя, находя дюжину причин, чтобы не делать этого. Однако каждый раз, цепляясь взглядом за повязку, ему хотелось ее снять. И вот сейчас не выдержал, так как она постоянно попадала под пальцы. Глаз альфы распахнулся в удивлении. Просьбы была немного странной. Зачем?  - Там нет ничего красивого, испугаешься только, - предостерег альфа. - Ты носишь повязку, потому что стыдишься его?  - Нет, все же это отпечаток Силы и духов. Но я ее ношу по нескольким причинам, и одна из них - эстетическая. Люди непроизвольно смотрят на шрам, если нет повязки.  - Я все равно тебя люблю, но хочу увидеть. - Капризное дите, - беззлобно проворчал Феликс. - Снимай и смотри, но потом не говори, что я не предупреждал.  Принц прикрыл глаз, а получивший добро юноша аккуратно развязал концы и снял повязку. Хёнджин недоуменно смотрел на продолжение тонкого шрама со лба, который был еще тоньше на глазнице. И все? А где сморщенная кожа, зажившая в грубый рубец?  - Что такое? - спросил Феликс, увидев озадаченное лицо мужа. Он предполагал, что увидит смесь из сожалений и грусти, может, даже легкого ужаса.  - Просто я думал, будет страшный шрам, - честно ответил Хёнджин и объяснил. - Когда я еще был маленьким, то часто гостил в доме дедушки. Так вот, у него был садовник с одним глазом, который наводил на нас, детей, ужас. Наши нянечки еще пугали им. У этого бедолаги был ужасный шрам, стянувший кожу вокруг глаза в какой-то страшный комок. Мы его все боялись, а твой жути не наводит. Гладенько так… - Милый, думаю, все дело в том, при каких обстоятельствах мы лишились глаза, - заметил альфа. - Больно было? - не без грусти, спросил Хёнджин. - Я не помню, просто очнулся и уже без одного глаза. После тоже не было боли.  - А тебе можно рассказать, как все случилось? Как получил оружие? Какое оно? - Давай оставим это на другой вечер, - натянуто улыбнувшись, произнес принц, и омега подумал, что мужу неприятно вспоминать об этом. - Конечно, извини, - возвращая повязку, согласился Хёнджин и поцеловал альфу. - Тем более мы можем заняться более интересным занятием, - играя бровями, предложил Феликс. - Согласен! - тут же воскликнул Хёнджин и счастливо засмеялся, стоило альфе подхватить его и понести в спальню. 

***

      Минхо вопросительно посмотрел на Правителя, который резко замер, стоило им переступить территорию Дворца. Они только вернулись из другого города, отсутствуя несколько дней.  Принц прикрыл глаз, глубоко вздохнул и медленно выдохнул.  - Феликс?  - Минхо, - чуть напряженно произнес альфа, и советнику показалось, будто принц сдерживался из последних сил. - Дворец и дела ближайшие дни на тебе. Не проводить никаких важных собраний и встреч. Пушок на вас. И пусть нас не беспокоят.  - Нас? - растерянно переспросил Минхо. - Нас с Хёнджином, - улыбнулся принц, и Ли тут же понял, в чем было дело. - Ясно, понял и принял, - кивнул с лукавой улыбкой альфа.       Феликс шел стремительным шагом в свои покои, где находился Хёнджин, у которого наступил наконец-то долгожданный цикл. - Ликс, - прохныкал юноша, стоило увидеть мужа. Он лежал в его кровати и обложился его одеждой, а сам прижимал к лицу его рубашку.  - Я здесь, Хённи. Твой альфа пришел, - произнес Феликс, присаживаясь рядом с Хёнджином. Юноша облегченно выдохнул и слабо улыбнулся. Он взял руку альфы и прижал к своей щеке.  - Я так ждал тебя… - Когда началось?  - Вчера вечером. Извини, что пришел в твои покои без тебя, но тут твой запах, и сразу стало легче. - Не говори глупости, какие могут быть извинения? Дай мне пять минут, милый, я ополоснусь и буду твоим. - Нет, не уходи… - жалобно протянул Хёнджин. - Хенни, мне нужно ополоснуться, - улыбнулся Феликс. - Не смогу к тебе прикоснуться иначе. Пять минут… - Ладно… - разрешил Хёнджин, с неохотой отпуская руку мужа. Принц быстро направился в ванную, на ходу снимая одежду. В голове не было ни одной мысли, кроме той, что в его кровати лежит его омега, дожидаясь его, и нуждается в нем. По телу прошел жар от мимолетной фантазии, что будет в ближайшие дни. Альфа покачал головой, отчитывая себя за столь ребячливые мысли. Он в первую очередь должен думать о Хёнджине. Почувствовав приближение, Феликс не успел обернуться, как его обняли со спины. - Я не выдержал, ты долго, - промурлыкал на ухо юноша.  - Прости… Альфа обернулся и, посмотрев пару секунд в глаза с поволокой, притянул его ближе к себе, накрыл губы своими, сразу же вовлекая в жаркий и пылкий поцелуй. Хёнджин высоко и трогательно простонал, пытаясь прижать альфу еще ближе к себе. Наконец-то эти губы, что дарили столько наслаждения, можно поцеловать, а не только вспоминать их вкус. - Кто там был? - отрываясь от губ мужа, ревниво произнес юноша, вспоминая о поездке принца. - Были симпатичные омеги?  - Не знаю, может, и были, но зачем мне симпатичные омеги, когда у меня самый красивый из всех?  Феликс сказал это очень низким голосом, отчего Хёнджин с наслаждением прикрыл глаза, смакуя каждое слово.  - Ты мой, Феликс, только мой, слышишь? - обхватывая лицо мужа ладонями, жарко и исступленно прошептал Хёнджин.  Одна только мысль, что у любимого могут появиться новые наложницы или наложники, приводила в отчаяние и вызывала пожар в груди. Он уже заведомо ненавидел всех, кто хотел бы приблизиться к Феликсу. Омега прекрасно замечал и видел, как на его Предназначенного смотрели другие, как они восхищались им и желали его. Но Хёнджин поклялся себе, что никого не подпустит ближе и не допустит, чтобы все эти желающие приблизились к его принцу.  - Знаю, - спокойно и довольно произнес Феликс, накрывая своими ладонями кисти мужа. - Я твой, а ты мой, наши нити были переплетены Духами, милый. Альфа подхватил юношу и направился в спальню. Он не будет сдерживаться и возьмет все то, что его омега так ему предлагает.  Запах омеги дурманил не хуже вина, и хотелось зацеловать и вкусить каждый сантиметр кожи юноши. Губы Хёнджина, пухлые и мягкие, были красными, словно алая заря, и альфа впился в них жарким поцелуем, вызывая протяженный стон в ответ.  У Хёнджина кружилась голова от эмоций. Запах любимого словно закутал в свой кокон, успокаивая внутреннего омегу и даря спокойствие — он теперь не один, о нем позаботится его альфа и все будет хорошо. Феликс прошелся поцелуями от шеи до груди и обхватил губами трогательный сосок, отчего мужа выгнуло и комнату украсил звонкий стон. Альфа только улыбнулся и, обласкав второй сосок, спустился поцелуями-укусами вниз, к изнывающему члену и текущей обильной смазкой попке.  - Феликс! - вскрикнул юноша, когда муж накрыл губами его член, а пальцы вошли в него.  Жар волнами и всполохами проходился по телу, даря наслаждение. Принц был словно искусный музыкант, а он - инструментом в его руках. Тот прекрасно знал, куда надавить и где коснуться, чтобы он зашелся звонкими стонами и даже криками. - Любимый, войди уже в меня, - капризно захныкал Хёнджин, не получая главного. Да, ему все нравилось, но в низу живота буквально все пульсировало от желания и требовало только альфу.  - Такой нетерпеливый, такой требовательный, - жарко выдохнул альфа в губы Предназначенного.  Феликс не мог налюбоваться таким отчаянным, но невероятно трогательным видом мужа. Румянец на белой коже, искусанные и красные губы, волосы, что разметались на подушке, но самым главным были глаза. Они были словно бездонные омуты, на дне которых полыхал пожар. Они затягивали и не отпускали. За такой взгляд убивали и подносили мир к ногам. За такой взгляд и возвращались живыми со сражений, считал принц.       Альфа перехватил руки мужа, что блуждали по его спине, царапая и сжимая, и прижал их к кровати своими. Хёнджин хотел было возразить, но муж втянул его в поцелуй и следом вошел в него. По спальне раздался довольный стон омеги. Наконец-то… Он прикрыл глаза и полностью отдался воле мужа.  Феликс старался сдерживать своего внутреннего альфу, который уже готов был начать терзать омегу. Все это будет потом, но сейчас, в самом начале, надо разнежить и заласкать, чтобы доверились и полностью открылись. Первая близость во время цикла - это совершенно другое. Устанавливается невидимая связь их внутренних «я», и Феликсу вовсе не хотелось, чтобы Хёнджин хоть о чем-либо жалел. Поэтому он не скупился на поцелуи, шептал нежности на ушко стонущего и, наверное, не слышавшего его мужа и размерно двигал бедрами, стараясь не входить глубоко. Да, он бессовестно дразнил омегу и растягивал свое удовольствие, наслаждаясь такой красивой картиной.  - Феликс… Альфа улыбнулся и, закинув длинные ноги себе на плечи, ускорил движения. Хёнджин перешел на звонкие стоны под таким натиском. Жар, гуляющий по телу, будто не мог найти выход и оттого метался по нему, сводя с ума.  - Давай, милый, обрадуй своего альфу, - хрипло попросил Феликс, и омега, не выдержав, бурно кончил.  Юноша тяжело дышал, стараясь выровнять дыхание. Он улыбнулся, почувствовав губы принца на своих ногах. Хёнджин приоткрыл глаза и посмотрел на него. Феликс успокаивающе целовал внутреннюю часть ног, чуть выше коленок.  - Как чувствуешь себя?  - Хорошо. - Воды?  - Нет, иди ко мне… Феликс подался вперед, и Хёнджин крепко обнял его. - Я сильно скучал… - юноша потерся щекой о грудь мужа. - Я тоже, милый. Не хватало наших вечеров, твоих поцелуев, улыбки… - произнес принц, перебирая волосы омеги.  Но цикл не собирался отступать, и, получив желаемое, внутри только сильнее разжегся огонь, что так долго пытались развести.  Почувствовав новый виток прилива желания, Хёнджин с улыбкой на губах уложил мужа на спину и, перекинув ногу, устроился на его бедрах. Руки Феликса тут же устроились на его ногах. Юноша, поблуждав взглядом по прессу альфы и по его груди, обласкав каждый сантиметр кожи, склонился, чтобы зацеловать все, о чем так скучал со вчерашнего дня. Цикл застал врасплох, начавшись неожиданно, и Хёнджин чуть ли не скулил от желания. Ему так был нужен его альфа, который знал, как доставить ему удовольствие. Приласкав себя и не почувствовав облегчения, он расплакался от горькой досады, что любимый выехал в другой город именно сейчас! Хынги добыл рубашку мужа, но все равно этого было мало, и поэтому юноша пошел в его покои. - Я хочу, чтобы у нас был ребенок, - выдохнул Хёнджин, насаживаясь на член мужа. - Хочу, Феликс…       Принц изумленно замер, в неверии смотря на мужа. Что? Но Предназначенный уже прикрыл глаза и стал двигаться на нем. Что же, раз его омега хочет, то кто он такой, чтобы противиться ему?