- Утахимэ, роди мне ребёнка.

Утахимэ уже мама как две недели. И, если честно, то материнство — это трудно. Она всегда знала, что с детьми нелегко, но чтобы настолько: ночью ты встаёшь несколько раз, чтобы покормить ребёнка, днём постоянно следишь за ним, а помимо этого ещё куча дел. Одна бы она точно не справилась. Но она не одна. С ней рядом её подруга, Шоко. Кстати, о ней. Иори часто вспоминала, как в подростковом возрасте они подружились. В тот период она не стремилась заводить с кем-то близких отношений, но с Шоко это вышло как-то само.

***

Увидев Шоко в компании двух парней, почему-то сердце быстро застучало. Как будто почуяло родственную душу. И девушке захотелось общаться со студенткой, но подойти к ней просто так она боялась, да и ей казалось, что это выглядело бы странно. Она просто не была уверена в том, что шатенка захочет с ней дружить, ведь она водила чудесную дружбу с шестиглазым Годжо Сатору и его лучшим другом, Гето Сугуру — магами особого уровня. Ей казалось, что её способности просто меркнут на их фоне и она не такая интересная, как эти парни, потому что была выходцем из слабого клана. Однако, их свело общее задание, которое назначил им директор Яга. На нём ребятам предстояло изгнать проклятие. Оно было довольно увёртливое, и чтобы его найти, ушло немало времени. В схватке оно ранило Утахимэ достаточно сильно, из-за чего она потеряла сознание. Очнулась шаманка уже в лазарете, а над ней сидела Иэири с обеспокоенным лицом. — Ты очнулась! Как себя чувствуешь? — поинтересовалась она. — М-м… Живот болит… И голова...— негромко ответила Иори. — Тебя сильно ранило проклятие. Ты ударилась головой, есть небольшое сотрясение. Но с тобой всё будет хорошо, я тебя подлатала. Ты потеряла много крови, — новость о сотрясении её не обрадовала от слова совсем, но это было лучше, чем распрощаться с жизнью. — Выходит, я жизнью тебе обязана? — хмыкнула она. — Может, и так. А можем просто ограничиться дружбой, — Иэири улыбнулась. — Сойдёт? — Скажи, почему ты хочешь со мной дружить? — Ты кажешься мне хорошей девчонкой. Думаю, мы с тобой сможем найти общий язык. — Но я же слабая. И этот твой зануда Годжо только и делает, что напоминает мне об этом! — Друзей не по силе выбирают, глупая. Я давненько наблюдаю за тобой, ты всегда рядом. И ты давно меня интересуешь. Всё ждала, когда подойдешь, — она прыснула в кулак, на что щёки Иори сразу же приобрели лёгкий румянец. Утахимэ удивленно посмотрела на неё. Ей никогда раньше не предлагали дружить, да и самой ей не хотелось иметь с кем-то близкие отношения. Шоко стала первым человеком, с которым ей хотелось общаться, а слышать от неё такое было неожиданно, но она очень обрадовалась и сразу же согласилась. — Ты моя первая подруга. — Правда? Что ж, мне лестно это слышать. Ничего, уверена, что я не последняя. Но я буду лучшей, сама в этом убедишься, — Шоко посмеялась и протянула мизинец девушке. Она сжала его в ответ. С тех пор они были неразлучны: шатенка защищала Иори от колких шуток дуэта Годжо и Гето, просила директора отправлять их на задания вместе, лечила её. А когда случилось то самое событие с Сугуру, и Сатору больше погрузился в себя, то его связь с Иэири стала ослабевать. Она частенько задумывалась о причинах произошедшего. И она рисковала долгое время пребывать в одиночестве. Из-за подавленного состояния на фоне смерти близкого друга и отдалением от второго она стала более закрытой. И так бы продолжалось дальше, если бы не Утахимэ, вовремя появившаяся в её жизни, которая слушала её речи, любезно подставляла плечо для слёз и соплей, и ругала за очередную выкуренную пачку сигарет. Она не любила запах табака, даже на дух не переносила и хотела, чтобы студентка бросила эту вредную привычку. И она правда стала отказываться от неё — свела эту зависимость к минимуму. Шоко стала курить по одной сигарете только тогда, когда сильно нервничала. Благодаря Утахимэ, пусть и не до конца, но ей удалось побороть эту тягу, чему подруга, да и сама Шоко были рады. Так и получилось, что они пронесли свою дружбу сквозь года.

***

И вот сейчас Иэири качает люльку с ребёнком и параллельно листает новости в телефоне, пока новоиспеченная мама готовит обед. Как только она узнала, что беременна, то в голове сразу возникла мысль поделиться этим с подругой, но вместе с этим она опасалась, что подвергнет её опасности. Пусть они и переписывались, Иори отправляла ей разные фотографии, но это было не то. Хотелось встретиться, излить ей душу, поделиться переживаниями, поплакать, но было страшно за себя и за неё Всё это время она скрывала своё местонахождение, говоря, что уехала в другой город к родственникам. Врать ей не нравилось никогда, а от того, что она говорит такое самому близкому человеку было вдвойне неприятно. Каждый раз она повторяла себе: «Это ложь во благо. Во благо…» После смерти Годжо в Токио настал переполох. Маленькая тайна шаманки и оставалась бы тайной, если бы её не начали искать в техникуме. В этот же день ей на телефон поступил звонок.

***

— Шоко, да? — Утахимэ, ты всё еще у родственников? — Угу. Что-то случилось? — Тебя ищут в техникуме. Причину не говорят, но я мельком видела приказ об изучении всего женского круга общения Сатору. На отдельном листе был приказ найти тебя и доставить в колледж. Ты что-то натворила? — Нет, ничего. Ты же знаешь, что я написала заявление на увольнение ещё весной. — Что ты планируешь делать? Явишься сюда? — Я пока не могу, это затруднительно. — В плане? Иори замолчала. Нельзя было так просто сказать, что она беременна — это было бы потрясением. Было два варианта: соврать или пригласить подругу к себе. — Послушай, приезжай ко мне. Ты должна сама всё увидеть, потому что я не могу так рисковать. — Куда я должна приехать? — В деревню Хаконэ. Там тебя встретит человек, скажешь ему, что ты приехала по моей просьбе. Только сообщи мне, в какой день ты приедешь. — Я приеду сегодня. Но к чему такие сложности? — Ты поймёшь. И через пару часов Шоко была у въезда в деревню. Дорога была недолгой, но переживания успели утомить её, поэтому голова начинала побаливать. — Здравствуйте, — она остановила машину. — Добрый день, — заговорил мужчина, — Вы к кому-то конкретному или отдохнуть? — К Иори Утахимэ, еду по её просьбе. Она должна была Вас предупредить. — Да, верно. Прошу, проезжайте. Всего вам хорошего, — он протянул ей вырванный листочек из блокнота с написанными улицей и номером дома. — Благодарю, до свидания, — в этот же момент машина тронулась с места. «Интересно тут всё устроено. Что это ещё за человек? Хи ́мэ же была в другом городе. Что тут она забыла?» Сегодня было холоднее, чем обычно, поэтому Иэири немного замёрзла и старалась ехать побыстрее. До нужного дома она довольно быстро. У ворот её уже встречала хозяйка, прячущая лицо в шарф, а руки в карманах длинной куртки. — Химэ! — врач закрыла машину и ширкающими шагами пошла к дому, параллельно размахивая ботинками недавно выпавший снег. — Заходи скорее, — она открыла двери и завела шатенку в дом. — Раздевайся, сейчас заварю тебе чай. Замёрзла? — Есть такое, — сняв одежду, она прошла следом за Утахимэ и присела за стол. Иори передвигалась не спеша, даже медленно. Не так, как раньше. Это немного напрягло её. Ещё одним интересным изменением была её одежда: традиционное кимоно было слишком широким. Посмотрев на юбку, она заметила очертания живота. — Утахимэ, ты поправилась? Больно юбка объемной выглядит, — в голове пронеслась мысль, что это далеко не лишний вес. Иори застыла от неожиданного вопроса. Она понимала, что правду нужно было сказать, ведь за этим она её и позвала. Шоко была ей ближе всех, и таить от неё это так долго было нельзя. К тому же, кто-то должен будет принять у неё роды и следить за здоровьем ребёнка. Кто-то, кому можно доверять. Но если Иэири узнает о ребёнке, то может оказаться в опасности — не дай бог на неё откроют охоту, приняв за соучастницу в сокрытии ребёнка сильнейшего. Однако, подруга бы точно не обрадовалась, если бы от неё она скрыла такое важное событие. И шатенка, скорее, готова подставиться под урон, чем быть в безопасности и оставить близкого человека в одиночестве. Утахимэ провела ладонью по ткани, показывая женщине округлый живот. Глаза врача тут же расширились от увиденного зрелища. — Б… Бе… Иори-сан… Э-это что? Ты беременна?! — она вскочила с места и подошла к ней. — Да, — спокойно ответила она, но не могла унять бешенно стучащее от волнения сердце. Шоко присела на корточки, осторожно приложила руки к животу шаманки и провела по нему. Действительно, там внутри ребёнок: чувствовалась проклятая энергия в довольно больших объёмах, что не могло не вызвать у неё напряжения. — Почему ты не рассказала? — такой возбужденной Иэири давно себя не чувствовала. Новость о беременности подруги взбудоражила её крайне сильно. В это даже не верилось. — Это было спешное и немного необдуманное решение. Я не рассказывала, потому что не хотела, чтобы ты была в опасности из-за меня. — Какая ещё опасность, к чему это ты клонишь? — Понимаешь, этот ребёнок, — она указала пальцем на свой живот, — он необычный. Поэтому о нём никто не должен знать. — Что в нём такого особенного, что ты аж в деревню уехала и мне ничего не сказала? — всё ещё сидя на корточках спросила она. — На каком ты вообще месяце, что он такой большой? — На седьмом. — Седьмой… — доктор принялась считать на пальцах рук, — значит, ты забеременела в июне. Но от кого? — Это ребёнок Сатору, — унимать дрожь в голосе было всё сложнее и сложнее, потому что в голове сразу же всплывало знакомое до боли лицо… — Чей-Чей? Как? — Шоко резко выпрямилась и посмотрела в глаза Иори, схватив ту за руки. Казалось бы, куда удивляться ещё больше? Как эти двое могли сойтись и заиметь ребёнка? Это же что-то выходящее из ряда вон. Она помнила, как Годжо и Утахимэ друг друга недолюбливали весь подростковый возраст и во взрослой жизни особо не пересекались. Кто был инициатором такого важного решения? Кому эта идея в голову могла прийти? — Ты, главное, присядь, потому что история долгая.