yes, I'm a mamacita

      Чимин просыпается ночью от постанываний на ухо и слишком горячего тела, прижимающегося к нему. Поворачивает голову и наблюдает Тэхёна, который свернулся клубочком, мелко дрожит и что-то бормочет, когда на его лице проявляется боль в чистом виде. Омега тянется губами к мокрому от пота лбу друга, и догадка по поводу состояния Тэхёна пробивает разум Пака. Слипшиеся пряди волос пристали к лицу, прикрывая глаза и переносицу спящего.       — Твою мать, — шепчет Чимин.       Он начинает аккуратно будить Тэхёна, поглаживая того по спине, и сбрасывает с него одеяло, уже успевшее пропитаться потом.       — Тэхён, вставай, солнышко, — чуть громче шепчет на ухо. Со стороны спящего доносится недовольное мычание, и он ещё больше зарывается лицом в подушку, подгибая коленки ближе к груди.       — Чего тебе, Чимин? — бормочет сквозь лёгкий стон.       — Ты как себя чувствуешь?       — С каждой секундой вне сна всё хуже, — от постепенного пробуждения тело Тэхёна начинает ощущать накатывающую течку, — скажи, что это неправда, пожалуйста, — стонет от осознания, что биология тела омеги решила застать его не в то время и уж тем более не в том месте.       — Да, мой хороший, это правда. Поднимайся, в душ тебя отведу, — начинает копошиться Чимин. Он только сейчас заметил, как сладкий запах кофе с лесными орехами бьёт в нос, проникая, кажется, в каждую клеточку его тела.       Чимин аккуратно тянет друга за руку на себя, вырывая из пленительных лап кровати. Проводив Тэхёна в ванную комнату, Чимин принялся менять постельное бельё. Хорошо, что Чонгук ещё в первый день показал им, где лежат наборы белья, и его не придется сейчас будить и привлекать к своим персонам лишнее внимание.       К сожалению, Чонгук и так не спит. Его внутренний альфа сразу же завозился, как почувствовал яркий и такой притягательный аромат дьяволицы. С нефритовым стержнем наперевес он кинулся проверять самочувствие своего омеги. Лежит, смотря в потолок и раздумывая, как он теперь будет проживать эти дни течки Тэхёна. Всё внутри него негодует, требует подняться к омеге и проверить его самочувствие. Впервые за долгое время его природа говорит не пойти и облегчить состояние слабого пола, а позаботиться, узнать, как чувствует себя и не нуждается ли в чём-то Тэхён. Чонгук, конечно, от такой подачи растерян, оттого и лежит, смотря перед собой немигающим взглядом, и не понимает, как ему на это реагировать.       Тэхён вошёл в комнату, держась за низ живота. Всё тело тянет и скручивает от приступообразных болей, которые, кажется, с каждой минутой становятся только интенсивнее.       — Чимин, достань обезболивающее и подавители, пожалуйста, — хриплым голосом просит омега. Он забирается на кровать и кутается в одеяло, прижимая к себе колени и облокачиваясь спиной об стену, — почему она началась раньше, такого не было уже несколько лет, я думал, цикл устаканился, — закрывает лицо ладонями.       — Обезболивающего я тебе дам сколько хочешь, а вот подавителей у меня осталась одна таблетка. Ты с собой не брал?       — Конечно нет, я же не думал, что течка наступит раньше. Да и с чего бы ей так подставлять меня?       — А тебе не приходило в голову, что твоё тело намеренно спровоцировало её? — Чимин аккуратно старается подвести Тэхёна к очевидным вещам.       — Боже, нет! Я сразу отмёл этот вариант развития событий. Исключено, — коротко мотает головой.       — Зря, я бы на твоём месте задумался.       — Но ты не на моём месте, Чимин. Ладно, допустим, ты хочешь сказать что я запал на этого деревенского альфача, сам того не замечая? — лупит глаза Тэхён. Омега думает, что это полнейший бред.       — Тэхён, прекрати вести себя как маленький, ей-богу, — потирает переносицу пальцами, — какая разница, где он родился или живёт? Разве для тебя всегда не было главным правилом, чтобы у человека был богатый внутренний мир? Что ты привязался к этой сраной деревне? — нервы Чимина потихоньку сдают. Нет, ну серьёзно, Чонгук оказался хорошим мужчиной. Да, и у него бывают косяки, но все мы не без греха.       — Он ещё ни разу не отказал нам в помощи, постоянно оставляет свои дела и едет разбираться с твоими. Терпит твой, хочу сказать, тоже не лёгкий характер, — складывает руки на груди, недовольно глядя на друга. Неужели Тэхён совсем не замечает того, что делает Чонгук?       А Ким замечает, но не хочет принимать эти жесты со стороны альфы, свои мысли, которые роем пчёл жужжат в голове о Чонгуке.       — Чимин, перестань. Давай закроем эту тему, — кутается в одеяло ещё больше, неосознанно защищаясь от эмоционального раздевания его души догола. У Тэхёна ощущение, будто он стоит почти нагой перед другом, что решил осмотреть все несовершенства его тела, рассказывая о каждом подробно и громко.       — Нет не закроем, хватит хернёй страдать! Прими хотя бы для себя его движения в твою сторону. Я уже не говорю о принятии своих мыслей, — там тёмный лес, который ты запихиваешь поглубже, не желая хоть немного разобраться, — пристальным взглядом Чимин в упор смотрит на опущенные ресницы друга.       — Давай вспомним, к кому ты бросился за моральной поддержкой при встрече с пауком? А мог бы прибежать ко мне, — омега выжидает хоть какую-нибудь ответную реакцию от Тэхёна.       — Это всё сложно, ясно? Я давно не встречал альфу, который расшевелил бы мою душу в правильном направлении, притом что Чонгук особо и не старается что-то сделать для этого, — Ким цепляется колким взглядом за Чимина. Ему не нравится весь этот разговор. Он и сам не разобрался, что это, к чему и как, а тут друг пытается расковырять мысли в его голове.       — В этом не будет ничего сложного, если ты перестанешь усложнять всё сам.       — Я сам разберусь, что мне делать, а что нет.       — Не разберёшься, — хмыкает Пак.       — Иди в жопу, и без тебя тошно, веришь?       — Верю, — улыбается омега.

𝔪𝔞𝔪𝔞𝔠𝔦𝔱𝔞

      Чонгук уехал из дома раньше, чем обычно. Его непонятно откуда взявшаяся тяга проверить и позаботиться о Тэхёне не давала покоя. Он так и не уснул до утра, ворочаясь в своих мыслях и изредка вдыхая полной грудью завлекающий аромат кофе с орехами. Мысли о том, что его поведение этой ночью кардинально разнится с тем, что было до появления омег в доме, приводили в ступор. «Ну какая тяга?» «Какое проверить Тэхёна?». Вы серьёзно? Это же всё не про него, — думал Чонгук. На самом деле у него хорошо получалось оправдывать своё поведение тем, что этот омега постоянно находится рядом. Даже когда Чонгук уезжает на работу, Тэхён всё равно мастерски дёргает того от дел, заставляя одной лишь просьбой бросить всё и ехать помогать. Принять тот факт, что внутренний альфа Чона мог заприметить Тэхёна, мужчине было легче: «Это нормальная реакция организма здорового альфы на течного омегу» — пытался успокоить себя он.       По возвращении домой мужчина застал отныне непривычную тишину. В доме царил полумрак, и даже подсветка на кухонном гарнитуре не встречала хозяина. Первым делом посетив душ, Чонгук направился ужинать, предвкушая перед этим готовку блюд на всю ораву, что жила в его некогда одиноком гнёздышке.       — О, ты вернулся, — Чонгук дёрнулся от неожиданно появившегося за спиной голоса. Он думал, что дома никого нет, поэтому и надевать футболку счёл ненужным жестом в такую жару, оставшись в одних спортивных штанах.       — Вы приготовили ужин? — держа дверцу холодильника и явно удивляясь наличию еды в доме, спросил альфа. Он уже был готов простоять добрый час около плиты, но судьба решила иначе, явно скрашивая ему вечер.       — Ну как «вы», — улыбнулся Пак. — я один готовил. У Тэхёна началась течка, а оставлять его без еды не хотелось, да и сам голодный был, — пожал плечами, устраиваясь за столом.       — Спасибо.       — Не стоит, не для тебя старались, — по-доброму среагировал омега, — а ты одеться не думаешь? — явно немного теряясь от такой раскрепощённости, интересуется Чимин.       — Я у себя дома, кого мне стесняться? — за спиной послышался лишь многозначительный цык Пака.       В голове Чимина целый день война воюет: вмешаться в дела любовные или подождать до того момента, как двое баранов сами придут к логическому завершению их отношений. Выбор, кажется, очевиден.       — Как он?       — Жить будет, еле уложил его спать. Он стал таким капризным, обижается на каждую мелочь, — морщит нос от улыбки.       Чонгук оставил без ответа монолог омеги, разогрел ужин и сел за стол, ощущая вселенскую усталость сегодняшнего дня. Бессонная ночь в совокупности с тяжёлым рабочим днём буквально ощущаются сейчас на жилистых плечах мужчины. Пока Пак делал себе зелёный чай, со стороны лестницы послышались шарканье и недовольное бурчанье. Сказать, что Чонгук и так задыхался в этом доме от концентрации феромона омеги, значит ничего не сказать, а тут ещё и Тэхён собственной персоной кое-как доковылял до кухни. Запах кофе моментально ударил в нос, а внешний вид омеги вызывал лишь умиление в груди альфы, отбросив усталость на второй план.       Тэхён стоял в дверном проёме в пижаме с мишками, волосы из-за постоянного лежания на кровати свалялись на затылке и смешно топорщились в разные стороны, заспанное лицо говорило о недовольстве хозяина, который ладонью тёр глаза, чтобы побыстрее выйти из состояния дрёмы, одновременно широко зевая. А у Чонгука от этой картины земля из-под ног ушла: этот омега кажется Чонгуку таким милым. Внутри всё начало скручиваться каким-то приятным узлом из чувств, которые описать альфа точно не сможет. Из этой тропы перемешавшихся эмоций Чонгука вырывают выпавшие из его рук палочки, которые со звоном ударились о тарелку.       — Что за междусобойчик устроили? — подозрительно оглядывает то одного, то другого.       — Ты чего выперся? Позвать не мог? — сводит брови к переносице Чимин.       — Я пить захотел, — и выглядел Тэхён в этот момент так умилительно, что Чонгуку захотелось принести ему всю воду из их деревни.       — Поднимайся, я сейчас принесу, — факт нахождения течного Тэхёна рядом с Чонгуком не нравился Паку. Хоть он и понимал, что Чонгук не сделает ничего плохого, но неправильность данной ситуации, кажется, зашкаливала в его голове.       Тэхён тяжело вздохнул, нахмурил брови и поплёлся обратно к лестнице, опять причитая что-то себе под нос. Когда дверь его комнаты закрылась, Чонгук подал голос:       — Давай я принесу ему воды, — с какой-то мнимой надеждой спросил альфа.       — Ага, щаз. Сиди на жопе ровно, я сам отнесу, — хмыкнул Чимин, — что тебе от него нужно в таком состоянии?       — Узнать, как он, — пожимает плечами.       — Чонгук, ты только что его видел. Целенький выбрался к нам, вон, даже в плохом настроении, всё как положено, — Чимин не хотел отпускать альфу к Тэхёну сейчас. Во-первых, не понятно, как отреагирует сам Тэхён, во-вторых, Пак не знает всех потаённых желаний Чонгука. Нет, он не думает, что альфа сделает что-то плохое, но сомнения в связи с состоянием омеги всё-таки имеются.       — Открой окно, я сейчас задохнусь, — перемена в настроении Чонгука появилась так же внезапно, как и закончился ужин в его тарелке. Он со звоном поставил посуду в раковину и, бросив короткое, — не мой, — вышел из кухни.       Чимин так-то и не собирался мыть тарелку за Чонгуком, а вот узнать, что так резко поменяло настроение альфы, всё-таки хотелось. Тяжело вздохнув от непереносимости поведения этих двух баранов, Пак взял стакан и направился к Тэхёну.

𝔪𝔞𝔪𝔞𝔠𝔦𝔱𝔞

      Тэхён уже с утра не дал нормально отоспаться Чимину, то ворочаясь, то недовольно бубнил, что у него всё болит, пытаясь отвлечься рисованием. На листе бумаги вырисовывались плавные линии, лёгким движением руки соединяясь, кажется, в какое-то пушистое животное с оттопыренными ушками. Детёныш ламы располагался в центре бумаги с набитым травой ртом, из-за которой виднелись только глазки-бусинки, и смотрел прямо на рисующего его Тэхёна. Мазнув последние штрихи, омега как всегда поставил подпись в нижнем углу рисунка и откинул блокнот на подушку. Чимин, и так толком не спавший, открыл глаза, интересуясь его самочувствием. А какое может быть самочувствие у Тэхёна? Лучше всех, у него организм сбился с цикла, всё тело ноет, а ещё хочется чисто по-омежьи прижаться к мужскому плечу и почувствовать себя слабым в руках сильного альфы. А вот это уже заявление на победу…       Весь день Чимин носился со своим другом: то поесть ему в комнату принесёт, чтобы не расхаживал такой весь вкусно пахнущий по дому и не привлекал больше внимания, то просмотром дорамы его отвлечёт, то опять выслушает красочную историю о том, какой же напыщенный индюк этот Чонгук.       Юнги в дни течки Тэхёна всё больше пропадал на работе. Может, трудовые обстоятельства так удачно сложились, а может, не считал нужным дышать ореховым кофе, которым пропитался уже каждый угол в их доме. В целом, ребята привыкли, что их общение с Мином сводится к минимуму, его процветающий конный бизнес требует много времени и сил, которые Юнги без зазрения совести отдаёт своему делу.       — Чимин~и, — протянул омега, перекатываясь на бок.       — Ммм.       — Я в лес хочу? Пойдём в лес? — сказать, что Чимин чуть не поперхнулся чаем от заявления Тэхёна — значит ничего не сказать. Какой лес? Что он вообще несёт?       — Тэхён, ты поехал уже по тихой грусти? Ты что несёшь? — не сдерживая улыбки, произносит омега.       — Я в лес хочу, — на грани слышимости говорит, сворачиваясь на кровати в позе эмбриона.       — Ты своё состояние видел? Через несколько дней сходим, а сейчас сиди на жопе ровно, пожалуйста. Поспи лучше, — Чимин протянул другу таблетку с стаканом воды, подождал, пока тот выпьет, и вышел из комнаты, прикрывая дверь.       Ким всё утро прожужжал ему про этот лес, у Чимина от этого слова уши в трубочку сворачиваться начали. Пак уже час лежал в полудрёме в гамаке под яблоней, в то время как Чонгук вернулся домой забрать документы для встречи с партнёрами. Проходя комнату омег на втором этаже, он невольно остановился, прислушиваясь к звукам. Тихо было, как в морге. На городских это не похоже, значит, либо в комнате спал один Тэхён, либо его там тоже не было. Внутренний альфа конкретно заскулил, чтобы Чонгук заглянул в комнату и проверил наличие там Кима.       Немного помявшись, он аккуратно дёрнул ручку вниз и начал медленно открывать дверь. В помещении из-за задёрнутых штор царил полумрак, и Чонгук не сразу заметил маленький комок на кровати, запутавшийся в одеяле. Он вдохнул манящий аромат омеги, резко ударивший в нос, и по телу разлилось непонятное чувство неги, от такого уже вроде и привычного феромона Тэхёна. Его альфа ликовал при виде омеги, что окольцевал руками и ногами пышное одеяло, зарывшись в него носом. Чонгук оглядел кровать, собираясь двинуться к окну, чтобы открыть его и немного проветрить комнату, как его глаз зацепился за блокнот в ногах Тэхёна. Чон тихо подошёл ближе к кровати и принялся рассматривать рисунок. На него с листа бумаги смотрел милейший детёныш ламы, совсем как те, что разводит Чонгук на своей ферме.       — Так он ещё и рисует, — полушёпотом проговорил альфа, укладывая блокнот на место.       Ретироваться из комнаты и остаться незамеченным у него, конечно же, не получилось. Тэхён заёрзал с одеялом в обнимку и тихо проговорил что-то про лес. Чонгук остановился, так и не дойдя до окна, и на пятках развернулся к источнику звука. На него уже смотрела пара заспанных глаз, которые будто в замедленной съёмке моргали, пытаясь сфокусироваться на объекте перед собой.       — Лес, — опять проговорил Тэхён, но уже более чётко.       — Что «лес»? — изогнул бровь в непонимании.       — Ты пахнешь лесом. Тем самым лесом…       — Для тебя это новость после почти месяца житья вместе? — хмыкнул Чонгук, не в силах скрыть снисходительную улыбку.       — Полежи со мной, — а у Чонгука, кажется, сердце пропустило удар, и не один. Такую просьбу он точно не ожидал услышать от Тэхёна.       — Тэхён, ты наверное перепутал меня с кем-нибудь, я лучше пойду, — быстро разворачиваясь в сторону двери, Чонгук направился к выходу, находясь в замешательстве от просьбы.       — Стой, — Тэхён попытался схватить Чонгука за руку, но получилось лишь слегка царапнуть того за запястье. Альфа остановился и, не поворачиваясь, ждал дальнейших действий омеги, — полежи со мной, — опять заладил Тэхён, выпутываясь из одеяла.       А у Чонгука уже мозги плыли от манящего запаха. Он сдерживал себя, чтобы не налететь на омегу с объятьями и не начать заласкивать его как свою пару. Ему бы уйти отсюда побыстрее, и вообще, скоро начнётся встреча с партнёрами, а он тут слушает просьбы полежать, ещё и от омеги, который всей душой ненавидит его. Всё это сбивает с толку, хоть Чонгук и пытается это поведение Кима свалить на течку.       — Тэхён, я не думаю что это хорошая идея. Тем более мне надо идти.       — Тебе постоянно нужно куда-то идти, — буркнул омега, а у Чонгука брови на лоб поползли от такой претензии. Вот это новости.       — Конечно, я же работаю, — хмыкнул альфа, складывая руки на груди.       — Вместо пустых разговоров мог бы уже давно полежать рядом и уйти, — закатывает глаза Тэхён, упираясь в Чона неумолимым взглядом.       Немного помявшись на месте и рассуждая, насколько, всё-таки, это хорошая идея, Чонгук неуверенно двинулся к кровати. Чудеса, этот омега упрашивал его полежать с ним… С каждым днём всё интереснее. Тэхён сдвинулся ближе к стене, освобождая место, и Чонгук лёг прямо в одежде на кровать. Ким слишком явно вдохнул природный запах Чонгука, уткнувшись лицом в чужое плечо, и насколько это было возможно прижался к нему всем телом. Чон, кажется, перестал дышать. Какие ещё заскоки таятся в этой голове, он уже боится подумать. Некогда колючий, самовлюблённый Тэхён сейчас жмётся к нему, и… Он… Что, он, блять, делает?! Он обнюхивает запаховую железу Чонгука?! Находясь в своих мыслях, Чон не успел заметить, как Тэхён едва ли не вылизывает его чувствительное место на шее. Осознание пришло не сразу, как и действия со стороны альфы. Всё его тело обдало табуном мурашек от такого интимного жеста, а внутренний альфа, удовлетворённо урча, притаился внутри и, как покорный пёс, был готов выполнить все желания омеги.       Чонгук дёрнулся, как от разряда током, моментально свалившись с кровати на пол, и, резко сев на задницу, лупил во все глаза на Тэхёна.       — Ты что дёргаешься? — искренне не понимая поведение альфы, Ким начал хмуриться.       — А ты что делаешь?! — на грани истерического выкрика.       — Хм, я думал тебе не понадобится объяснять таких простых вещей… — приставляя указательный палец к подбородку, — я обнюхи…       — Да знаю я, блять, что именно ты делал, — прервал того Чонгук, — зачем ты это делал?!       — Мне захотелось понюхать лес, а ты так вкусно им пахнешь, — невозмутимо, пожимая плечами проговорил Тэхён. Он начал копошиться на кровати, кажется, желая подняться.       — Тэхён, что ты делаешь? — уже на грани испуга спрашивает Чонгук, продолжая сидеть на заднице посередине комнаты.       — Я? Хочу тебя, — и так невозмутимо, блять, выдает эту информацию, что у Чонгука сейчас все процессы в головном мозге дадут сбой.       — Тэхён, сиди на месте, — выставляет руку перед омегой, — мы не будем заниматься тем, что ты мог там себе надумать, — а Тэхён уже выпутал ноги из одеяла и уверенно начал двигаться по направлению к своим желаниям.       Чонгук подскочил на ноги и попятился спиной к входной двери, которую ещё и додумался закрыть, как вошёл в комнату.       — Тэхён, блять, не подходи! — уже с истерикой в голосе почти умоляет альфа. Он просто растерялся, просто не ожидал подобного поведения от этого парня.       — Чонгук, ты ведёшь себя как маленький, — хмыкнул Ким, а Чонгук уже ударился лопатками о дверь, сопровождая это тихим «блять».       Омега подошёл к мужчине вплотную, ещё сильнее вжимая Чона в деревянную поверхность. Из-под полуприкрытых век Кима было отчётливо видно желание, с которым тот скользил взглядом по телу альфы. Остановившись взглядом на губах Чонгука, омега начал приближаться к чуть покрасневшему уху Чона, опаляя его горячим выдохом. Кажется, именно в этот момент у альфы подкосились ноги, и сбилось дыхание уже в сотый раз, что он находится в этой комнате. По телу побежали мурашки, концентрируясь на спине и разливаясь на крепкие плечи, что сейчас были напряжены под чёрной рубашкой. Почувствовав горячую ладонь на своём паху, он медленно перевёл взгляд вниз, задерживая в себе тяжёлый выдох с нотками наслаждения, и наблюдая, как омега ласкает его член через ткань брюк.       — Ким… — только и смог выдавить из себя Чонгук.       — Шшш, — затыкая альфу, тихо прошипел Тэхён, подхватывая зубами мочку уха.       Сдавленный стон вырвался из груди Чонгука, оповещая об одном из чувствительных мест на теле хозяина, на что Тэхён слегка отстранился улыбаясь.       — Хороший мальчик, — почти в губы прошептал омега, будто боясь спугнуть такого уязвимого сейчас Чонгука, ведя ладонью от привставшего члена вверх по торсу.       Пальцы Тэхёна отчётливо ощущали каждую мышцу на своём пути. Тело Чонгука было в прекрасной форме, что ещё больше распаляло и так возбуждённого омегу. А Чонгук уже начал мелко подрагивать: то ли от действий Тэхёна, то ли от напряжения во всём теле, которое не отпускало всё то время, пока Ким нагло прижимал его к двери.       — На кровати удобнее ведь будет? — подрагивающими пальцами Чонгук аккуратно поддел подбородок Тэхёна, — бегом, — кивая головой за спину Кима.       Омега хмыкнул в губы Чону и отстранился от его такого желанного сейчас тела, оставляя между ними свободное пространство. Альфа, хватая надежду на спасение, вмиг развернулся спиной к растерявшемуся Тэхёну и, открыв дверь, выскользнул из комнаты, сверкая пятками.              — Ну серьёзно?! — только и успел выкрикнуть Чону вдогонку.       А Чонгук, конкретно охреневая от всей этой ситуации, забрал папку с тумбочки в коридоре и вылетел из дома, будто его здесь и не было. Просидев пару минут в машине и переводя дыхание, он завёл машину и, набирая номер Юнги, выехал за пределы участка.       — Ты прикинь, Тэхён сейчас…       — Чонгук, я вообще-то занят, — прервал его Мин.       — Нет, Юнги, послушай, — конечно, кто бы думал о делах Юнги, — Тэхён сейчас пытался залезть на меня, — в трубке телефона Чон услышал кашель вперемешку с тихим матом.       — В смысле «пытался залезть на тебя»?       — В прямом, Мин, не тупи. Он только что сам чуть не залез на меня и за малым не занялся со мной сексом! — Юнги залился диким смехом.       — Хватит ржать! У него будто тормоза сорвало. Ты сам можешь представить эту картину?       — А ты, видимо, растерялся, как в свой первый раз, и сбежал, да?       — В свой первый раз я не терялся, вообще-то, — не понятно для кого была сказана эта информация, ведь Юнги всё равно пропустил её мимо ушей, — и ты представь потом Тэхёна, когда у него пройдёт течка. Он волком на меня будет смотреть, если не прибьёт сразу. Я не собираюсь пользоваться им в таком положении.       — То есть, в принципе, ты и не против с ним… кхм, да?       — Брат, ты будто слушаешь меня между делом. Причём здесь вообще это?       — Так и есть, я сейчас занят другим делом, а мне приходится слушать, как на тебя, бедного, вешался течный Тэхён, желая хорошо провести время, — он не удержался от очередного смешка.       — Никакого сочувствия с твоей стороны, — выдвинул заключение Чон.       — Если у тебя всё, то мне придётся оставить тебя одного с твоей проблемой. Я, напомню ещё раз, занят.       — Вот я на тебя посмотрю, когда к тебе полезет с такими же желаниями Чимин, — недовольство Чонгука сопровождается очередным смешком со стороны Юнги.       Закончив разговор, альфа еще раз тяжело вздохнул, и решил что подобная ситуация была вполне логичной со стороны Тэхёна. Физиология штука такая, ей бывает не подвластен ни один человек. Но шоковое состояние Чонгука от осознания всей ситуации никуда не ушло.

𝔪𝔞𝔪𝔞𝔠𝔦𝔱𝔞

      Окончание дня прошло спокойно, в целом, как и последующие дни течки Тэхёна. Он так и не выбирался из комнаты, когда кто-то из альф находился дома. Лишь к концу течки, когда разум начал светлеть, а тяга к лесу — сходить на нет, он начал осознавать, что вообще вытворил.       — Чимин, это пиздец, — зарывшись длинными пальцами в волосы, простонал Тэхён.       — Спокойно, все взрослые люди, все всё понимают, — пытался сгладить углы омега, хотя сам внутри находился в шоке от того, как действовал его друг сообща со своими желаниями, и почему он узнал обо всём только сейчас.       — Нет, я не выйду туда. По-любому об этом ещё и Юнги знает, стыд то какой. Сам же говорил, что не посмотрю даже на этого деревенщину, и что в итоге? — конкретно взвыл Ким.       — А ты до сих пор его хочешь оседлать?       — Чимин! Друг называется, ты вот ни чуть не помогаешь, — поднял глаза, полные вселенской боли и разочарования.       — Тэхён, хватит хернёй страдать, приводи себя в порядок и пойдём ужинать, — вся эта ситуация, и поведение друга вызывали в Чимине только смех. Но он, как настоящий друг, пытался не смеяться открыто в лицо Тэхёну.       — Я никуда отсюда не выйду, — сложил руки на груди.       — Я тебе опять таскать еду в комнату не собираюсь, — сдерживая свои эмоции, спокойно проговорил Чимин.       В ответ Пак услышал лишь обречённый стон и вышел из комнаты. Все уже забыли этот интересный момент между Чонгуком и Тэхёном. Ну, почти. Лишь сам Чон, бывало, вспоминал перед сном неожиданные поползновения омеги к нему, с каждым разом реагируя всё больше с улыбкой на лице, нежели ужасом непонимания.       Через пятнадцать минут на кухне показался Ким. Нацепив безразличие на лицо, он сел напротив Чонгука и принялся за еду. Все присутствующие оглядели его, сохраняя тишину, и лишь Юнги первым подал голос:       — Как ты себя чувствуешь? Нам с Чимином стоит придержать Чонгука, чтобы он не убежал от тебя в этот раз?       — Очень смешно, Юнги, — цыкнул Тэхён, — а почему ты так уверен, что держать нужно Чонгука? Может, выбор падёт на кого-то другого в этот раз?       — Понял-понял, просто шутка, — поднял руки в примирительном жесте.       На Чонгука Тэхён не взглянул ни разу за ужин, да и тому это было не особо нужно, хоть и надежда на какой-то разговор и разъяснение ситуации всё-таки была. Тэхён не то чтобы планировал отмалчиваться, но и за столом говорить об этой ситуации тоже не хотелось. Ещё и напутствия Чимина о том, что извиниться всё-таки следовало, не давали покоя. Поэтому после ужина, когда все разбрелись по комнатам, Тэхён постучался к Чонгуку.       — Да, — с нотками удивления откликнулся альфа. Юнги всегда влетал к нему без стука, соответственно, варианта было два: это либо Тэхён, либо Чимин.       Медленно открыв дверь, Тэхён показал свою голову в проходе. На заправленной кровати лежал Чонгук в одних спортивках. Либо уходящая течка ещё давала о себе знать, либо же сам Чонгук своим естеством вызвал смущение у омеги: он ведь ни разу не видел альфу без одежды, а его подкачанное тело так и притягивало к себе внимание. Пройдя пару шагов в комнату, попутно прикрывая дверь, омега вперился взглядом в два чёрных омута Чонгука.       — Мне уже стоит начать волноваться за своё достоинство?       — Чонгук, ты бываешь серьёзным? Я извиниться пришёл.       — А я сейчас серьёзен как никогда, — расплывается в улыбке, а Тэхён лишь тяжело вздыхает, потирая переносицу.       — В общем, извини, сам понимаешь, гормоны, феромоны, вот и понесло…       — Нормально всё, не парься.       — А что ты вообще делал в комнате у течного омеги? А? — сложил руки на груди и с искренним непониманием уставился на Чонгука. Осознание того, что Чонгук находился в комнате омег, ещё и в такой уязвимый для Тэхёна момент, пришло недавно, при этом не давая вразумительных ответов в голове.       — Проверить тебя хотел, о чём потом и пожалел, — хмыкнул, отворачиваясь к окну.       — Волновался за меня? Как это мило, — расплылся в ехидной ухмылке, — ты бы лучше боялся своих желаний, Чон.