Что такое любовь?

Это утро назвать «добрым» невозможно. «Почему?» — спросите вы, а ответ очевиден: Его душа и тело принадлежат одному из самых жестоких повелителей. Каким может быть его утро? А жизнь (смерть)? С самого утра (а если быть точным, то с шести), его телефон бесконечно вибрировал. Вперемешку с сообщениями от извращенных фанатов были еще агрессивно/«романтические» сообщения от Валентино: — Милый, я придумал великолепный сценарий! Что если подвесить тебя к потолку, как грушу для бокса, и тебя будут ебать 20 парней? Как по мне идея супер! — КАКОГО ХРЕНА ТЫ НЕ ЧИТАЕШЬ МОИ СООБЩЕНИЯ? Я БЛЯТЬ РУКИ ТЕБЕ ОТОРВУ — Прости, дорогой, я немного на нервах от твоего игнора. Так как тебе идея? — ЕСЛИ ТЫ НЕ ОТВЕТИШЬ МНЕ В ТЕЧЕНИИ 1 МИНУТЫ, ТО В ЭТОТ СЦЕНАРИЙ ДОБАВИТЬСЯ ЕЩЕ И КИНЖАЛ, КОТОРЫМ ТЕБЯ, СУКА, БУДУТ ХУЯРИТЬ — Энджел, детка, ты в порядке? Почему молчишь? Папочка переживает И так каждый раз…. Грустно вздохнув, он ответил на сообщения Вала и написал, что будет в студии через 20 минут. Ему уже было глубоко плевать на наказание, он давно к ним привык. Да и какая разница, что с ним будут делать, если он будет под огромной дозой? Да поебать. Он это вытерпит. Не в первой. Наспех собравшись, он нанес макияж и поцеловал спящего Наггетса. Нужно будет попросить кого-нибудь из отеля его покормить. Видимо его хозяин сегодня вернется поздно. Если, конечно, он вообще вернется… Как всегда, в баре был его ворчливый котик, который натирал бокалы до блеска. Создавать видимость работы было его талантом. — Хэй, Хаски… соскучился по мне? — как обычно, в соблазнительной манере, протянул Энджел. На него тут же поднялись хмурые глаза Хаска. — Чего ты так рано? Опять Валу приперло? — спросил Хаск, взяв бутылку, горячо любимого Энджелом, ликера и налил его в стакан. Можно подумать он переживает о нем. Хах, мечтать не вредно, так ведь? — Да как обычно. У него новая идея для сценария со мной в главной роли. Он и минуты не может прожить без своей главной звезды — с натянутой улыбкой ответил Энджел. Черт, с каждым днем все сложнее и сложнее держать маску. Неужели он ломается? Взяв в руки стакан с напитком, паук немного отпил и вздохнул. Как же не хочется уходить. Хочется быть всегда рядом с этим котом. Общаться с ним, доводить его до ручки в попытках полапать, выпивать его любимый напиток и… Просто быть рядом с ним? Странное чувство. Необъяснимое. Похоть? - Нет. Тут что-то другое, но вот, что именно он объяснить не мог. «Да ты просто его хочешь» — говорил Энджел — «Он тебе нравится» — отвечал Энтони. Ну уж нет… — Ну и во сколько вернёшься, Энджи? — его внезапный вопрос вывел из пучины мыслей. Его улыбка дрогнула на секунду, но после он взял себя в руки и потянулся руками к лицу Хаска — Ой, котик обо мне переживает, правда? — промурлыкал он. В ответ Хаск отстранился от назойливых рук паучка и, все с тем же равнодушным видом, посмотрел на него. — Нет, просто принцесса будет переживать и спрашивать с меня. Вот и спросил — эх, это был очевидный ответ, но все же… — Не знаю, Хаски. Как получится, так и приду. — пожав плечами ответил Энджел — о, кстати, у меня к тебе просьба — с улыбкой на лице сказал он. — Надеюсь, не сексуального характера? — Ох, к этому мы позже вернемся, раз тебе так хочется, котик. Но пока нет… Я хочу попросить тебя покормить моего питомца, Наггетса. Я не знаю во сколько вернусь, поэтому вся надежда на тебя, мой сладкий — все-таки на секунду пауку удается провести рукой по щеке Хаска, за что он получает рык в ответ и недовольную мордашку. Черт, он готов заниматься этим вечно! Как же весело его дразнить! — Так уж и быть, я его покормлю. — сквозь зубы и ворчание ответил Хаск. Он взял бутылку виски и за секунду отпил половину. Видимо, Энджел очень сильно его разозлил… Ну а на какие эмоции он мог рассчитывать? — Спасибо, Хаски. Ты лучший, детка — кокетливо сказал паук и резко, допив свое пойло, встал и пошел к выходу из отеля. Работа ждет, он и так задержался…

***

Сколько он провел времени здесь? Пару часов? Дней? Он не знал. Казалось, что эта пытка длилась вечность, учитывая его состояние. И хоть сознание было мутным, благодаря большой дозе (которую, так любезно, ему дал Вал), он все равно чувствовал и реагировал на боль, которую ему наносили. В этот раз его насильники были безжалостнее. Видимо, это все в качестве наказания. За опоздание, за долгий ответ и за то, что он был настолько наивен, что поверил когда-то этому ублюдку, подписав контракт. Его запястья болели от туго завязанных веревок, грудь разрывалась от крика, бедра кровоточили от когтей насильника. «Как же это похотливо» — думал Энджел — «как же это ужасно» — вопил Энтони. Подняв голову, он видит лицо своего сутенёра, его безжалостного повелителя, который был рад результату полученным на экране. Энджел изо всех сил старается выдать свою боль за удовольствие, но блять, как же сложно играть в таком положении. Вал не пошутил. Он действительно его подвесил и добавил в сценарий кинжал. В данной ситуации действовало лишь одно правило: лицо не трогать, на остальное плевать. Очередной демон имел его. Какой это уже был по счету? Неизвестно. Все что знал Энджел, так это то, что он обязательно примет новую дозу, иначе он не выдержит всей этой боли. В отголосках своего сознания он видит лицо Хаска. Вечно хмурый, сердитый, но такой притягательный. Что в нем было такого, что паука так манило? И почему именно сейчас он вспомнил о нем? На сердце стало теплее, и вскоре, на лице Энджела появилась улыбка. Для Валентино это улыбка была наслаждения, а для Энтони-улыбка влюбленности, которую так яро отрицал Энджи. — Стоп, снято! — отдаленно услышал паук. Неужели? Это конец? Сколько сейчас времени? Как там его свинка? Как там Хаск? Тяжело дыша, Энджел пытался прийти в себя. Он понял, что его наконец отпускает приход, и это было ужасное чувство. Сейчас он хотел ничего не чувствовать. С каждой минутой, он все сильнее и сильнее чувствовал боль, осознавая, что с ним сделали. И это пугало. Подняв еле открывающиеся глаза, он увидел темную фигуру с красными глазами и довольной улыбкой. Валентино идет к нему. О нет. Он наклонился к демону и, подхватив его подбородок, прошептал: «хороший мальчик». Повелитель им доволен. Ну и отлично, он сейчас вряд ли в состоянии его удовлетворить. Его тело не пригодно для очередного жесткого траха. Его руки наконец развязали. Не в силах устоять на ногах он рухнул на пол, воя от боли. Сейчас держать маску было невыносимо тяжко, да и слава Люциферу, в помещении он наконец остался один. Он наконец-то может выдохнуть. Все его мысли были о дозе, о пути домой, о его питомце и о… Хаске. Еще никогда путь до гримерки не был таким тяжким. Ноги не слушались, при каждой попытке сделать шаг, тело отдавало невыносимой болью. Голова противно гудела, в ушах он слышал непрекращающийся писк, который еще больше давил на сознание. В какой стороне его гримерка? Куда он вообще идет? Он не видел и не знал. Его целью было просто доползти куда-нибудь, где есть наркота и вода. Больше ничего его не заботило, на данный момент. Ох Черт… Что с его телом? Встав на против зеркала, его лицо исказилось в ужасе. Он не мог осознать, что все это, вытерпело его тело. Он не знал, что с ним творили и вот только сейчас он увидел итог своего «наказания». Его прекрасное тело, которое так яро хотел весь ад, превратилось в кровавое месиво. Да, лицо не трогали, зато как следует отыгрались на его остальных частях тела. Запястья болели от туго связанных веревок, по рукам стекала кровь, от порезов в плечах, пушок на груди смешался с кровью, что стекала изо рта, на ногах была куча ссадин, порезов и укусов. Самые глубокие и болезненные порезы были на левом бедре и на животе. Как славно, что в аду нельзя умереть, правда? О, Сатана. И как теперь все это скрыть? Если это заметит принцесса, то точно пойдет к Валу. За что его точно не погладят по головке и не скажут «умничка, мальчик». Этого нельзя было допустить. Приняв дозу, он начал рыскать по всей гримерке. Где-то точно были бинты. Хотя бы небрежно, но скрыть все это просто необходимо. Его руки дрожали, а в горле был ком. За что все это? Чем он заслужил такое? Это ад, сучка. Здесь никого не жалеют. «К этому уже давно пора привыкнуть» — говорил Энджел — «это ужасно и неправильно» — отвечал Энтони.

***

Самое странное, что даже в таком состоянии он вспомнил дорогу до дома. Скрыть побои удалось, но все же спрятать бинты под короткой юбкой не получилось. К сожалению, другую одежду ему не выделяли, пришлось идти в том, что есть. Самая главная цель сейчас - это пройти незаметно и тихо в свою комнату. Благо сейчас время позднее и все наверняка спят, так что особо стараться не придется. Тихонько приоткрыв дверь, он сделал шаг в отель. Как он и думал. Здесь темно и спокойно. Значит, все-таки все спят, и никто его не побеспоко… — ТВОЮ Ж МАТЬ, НАКОНЕЦ-ТО ТЫ ПРИШЕЛ. ГДЕ ТЕБЯ НОСИЛО? Какой же ты наивный сукин сын… — О, привет, Хаски. Ты чего не спишь? — попытка соблазнительно это протянуть удалась с трудом, но все же. И пусть внутренне он буквально орал от такой засады. Блять, этот кошак вообще спит? — Я ждал тебя. Принцесса весь день и всю ночь ездила у меня по ушам с вопросами. — недовольно пробурчал он. Ох, ну, конечно. Чарли всегда расспрашивала за него. Это дико раздражало Энджела. Как она не могла понять, что выбора у него нет? Что решать не ему во сколько и в каком состоянии ему возвращаться сюда? — Прости, котик. Я немного задержался — с улыбкой ответил он — я устал и пойду к себе. Спасибо, что так переживал за меня — Энджел попытался сделать шаг, но ничего не вышло. Силы в этот же миг покинули его тело, и он рухнул на пол. — Да что с тобой, паучок? — раздражено спросил бармен, подходя к нему. В этот же момент, Энджел почувствовал, как по его ноге что-то течет. О нет… Глубокая рана открылась и начала кровоточить. Вот теперь это скрыть вряд ли удастся. Хаск подошел раздражено к пауку и вдруг осекся. Его глаза широко открылись и, с ужасом на мордашке, он резко кинулся к Энджелу. — Какого хуя? Что с тобой? — в этом голосе Энджел услышал беспокойство? Или ему показалось? Не успев отреагировать, а уж тем более ответить, Энджел потерял сознание. Этот вечер должен был закончится иначе. Он бы спокойно отработал свою смену, после он бы пришел в отель, провел время с очаровательным барменом, доводя его до кипения от злости, а после пошел к себе и к своему горячо любимому питомцу, но нет… все решило повернутся иначе. Как же это злит. С трудом открыв глаза, Энджел понял, что находится в своей комнате «Как я тут оказался?» — обеспокоено думал он. Неужели ему этот день просто приснился? Просто очередной кошмар и ничего такого. Мысль о том, что это было во сне тут же улетучилась, когда он почувствовал дикую боль по всему телу. Ах да, это точно кошмар, но увы, не во сне, а наяву. — Очнулся, наконец? — Энджел рефлекторно повернул голову на звук Черт, здесь все это время был Хаск? — Да. А что ты тут делаешь? — Я принес твою избитую тушку к тебе в комнату и забинтовал как следует твои раны — как ни в чем не бывало ответил бармен. Что он сделал?! Он позаботился о нем? Это точно сон… — Не ожидал от тебя такого, котик…- с мягкой улыбкой произнес паук — я думал ты просто оставишь меня так. Зачем так напрягаться из-за меня? — черт, почему его губы это произнесли раньше, чем он подумал о том, что говорит? В этот же миг он пожалел о своем вопросе. — Ты хочешь сказать, что я должен был тебя кинуть там, избитого и в крови? Ты с ума сошел или что, паучок? — ворчливый бармен сел на край кровати рядом с ним — а что я потом бы сказал принцессе, не подумал? — блин, а ведь точно. Этот ответ был очевиден, но как обычно, наивный Энтони поверил в чудо. Пф, как же глупо. — Ну да. Прости за это…- еле слышимо сказал он, сконфузившись. Ему было неудобно перед Хаском. Он не должен был видеть его в таком состоянии. Как же он жалок. Он не хочет, чтобы именно Хаск видел его таким. Он так тщательно отрабатывал свой образ, а тут бац, и за секунду все это превратилось в прах. Нет больше смысла играть в эти игры. Он сломан. Любимая игрушка Вала сломалась, наконец… Уши Хаска дернулись. Посмотрев в сторону паука, он не поверил тому, что увидел Энджел плачет? — Хей, ну ты чего? Болит? Я сделал тебе укол болеутоляющего, но если этого мало, то… могу дать таблеток — его голос дрогнул? Ну конечно, не каждый день можно увидеть, как знаменитая порно звезда плачет как ребенок. Казалось бы, о нем просто немного позаботились, а он уже рыдает в три ручья от этого. Как же я жалок. — Нет… все нормально. Правда… просто - голос Энджела дрожал — я так устал… - почти шепотом произнес паук. Ему было стыдно это признавать. — Тебе нужно поговорить с барменом? В этот миг на душе стало теплее. И правда, почему бы наконец не выговориться ему? Что если рассказать обо всем, что так терзает его? Чего бояться? Он отвернется от тебя, дорогой. Единственный кому ты можешь доверять только твой папочка, сладкий. Ох блять. И правда. Вдруг он не примет его? Что если он будет глумиться над ним за его же ошибку? От этих мыслей паук дрогнул. Но это же Хаск… это же котик который всегда говорил, что готов выслушать его нытье. Он не бросит Энджела. Он не бросит Энтони. — Пожалуй… если ты не против, конечно. — с долей смущения ответил Энджел. — Тогда жди. Я сейчас приду. Эндж уставился на Хаска, наблюдая как он выходит из его комнаты. Он что, передумал? Зачем он вышел? Может, он зря согласился? Спустя какое-то время, дверь его комнаты снова открылась. В его обитель зашел Хаск, держа пару бутылок и пару стаканов. Бар в комнате Энджела? Ох черт, как же это здорово. — Ты сейчас явно не в том состоянии чтобы спуститься к бару — подтверждая мысли Энджела, сказал Хаск. Он снова сел рядом с ним и, откупорив бутылку, налил содержимое по стаканам и один протянул Энджелу — Спасибо, котик… - взяв стакан в руки ответил паук.

***

— И блять, прикинь… он мало того, что неимоверно глуп, так еще и считает с огромным трудом. Я вообще не могу понять, как он высчитывает прибыль — смеясь говорил Энджел. Сколько часов они так просидели, он не знал. Да и было как-то плевать, впервые за столь долгое время ему было так спокойно и легко. — И ты работаешь на такого придурка? Кошмар — с усмешкой отвечал бармен О Люцифер… Как же приятно видеть, что Хаску приятна компания Энтони. Он был готов отдать все за его улыбку. Впервые на его памяти он видит его таким. От этого к нему тянуло еще больше. — И как тогда ты вообще согласился подписать контракт с ним? - вопрос которого он так боялся. Теперь Хаск точно решит, что Энджел конченный дурак и вся идиллия, что так грела сердце паука, рухнет. — Ну… Как бы сказать… - слова вообще никак не хотели связываться. Неужели он и правда сейчас скажет горькую правду? Он выставит себя таким идиотом. — Я был глупым и наивным, когда попал в ад. Я с огромным трудом пережил первую чистку. Тогда я понял, что если ты хочешь выжить, то нужно идти на любые риски. - Он вздохнул. — тогда я и встретил Валентино. Он говорил такие сладкие речи, обещал защиту. он сразу приметил мою сексуальную внешность и предложил работу. — Так ты согласился ради защиты? — И да, и нет… — «Пожалуйста, не разочаровывайся во мне» — я влюбился в него… В комнате повисла тяжелая тишина. Видимо, все-таки Хаск решил, что он и правда глупый… — Ты в него влюблен?.. — с удивлением в голосе спросил Хаск. — Черт, нет. Сейчас точно нет, но когда-то давно — да. Это глупо, я знаю. — закатив глаза ответил Энтони. — И все же… ты продал душу за защиту этому жестокому мудаку… — словно собирая пазл произнес бармен. С его губ эта мысль звучит еще наивнее. — Да-да, я продал душу психопату, знаю. Я сам виноват в том, что так страдаю. Если ты будешь глумиться сейчас надо мной, то я пойму. — на самом деле Энтони вообще не хотелось, чтобы так оно и было. Он понадеялся, что сейчас Хаск поймет как эта тема задевает Энджела и переведет её на что-нибудь менее печальное. И все же, как приятно было в этом признаться. Этот бармен был первым, кому он за столько лет (не считая Черри, конечно) открылся. В комнате снова повисла тишина. Это напрягало Энджела. Неужели Хаск и правда в нем разочаровался? В эту же секунду комнату заполнил смех. — Ты что, смеешься надо мной, кошара? Я тебе тут душу изливаю, а ты ржешь! — с обидой произнес паук, скрестив обе пары рук. — Нет, не над тобой… - с усмешкой ответил бармен. Повернув голову в сторону Энтони, паук увидел в его глазах блеск, и это настораживало. — Тогда, что тебя так рассмешило? — выгнув бровь спросил Энджел. — Оказывается мы с тобой в одной лодке, приятель. — Все с той же усмешкой, Хаск сделал глоток своего пойла. — В смысле в одной лодке?.. - широко раскрыв глаза, спросил паук. Неужели Хаск тоже когда-то так оплошал? — В прямом, паучок. Только у меня дело не в защите там или любви. Когда-то и я был повелителем, знаешь? — он снова припал губами к бутылке. Энджел не мог поверить своим ушам. Хаск был… Повелителем? Этот ворчливый кот-пьянчуга имел такую власть? Не может быть… — Да ты шутишь! — Энджел не смог сдержать усмешки. Он и правда подумал, что котик, может, таким образом хотел просто поднять настроение пауку шуткой. Но нет. — Я серьезно. Я был повелителем и владел душами. Но в один прекрасный день я все просрал. Иметь такую силу, власть и при этом быть картежником… Сочетание так себе, честно говоря — Хаск тоже не сдержал усмешки. Так он и правда не шутит? О Черт. — Так, и кому твоя душа принадлежит? — Аластору. Я хотел сохранить свои силы, поэтому и пошел на такой риск. — Погоди, так твоя душа принадлежит этому клубничному сутенёру? Чума-а-а… - захихикав спросил Энджел. Это многое объясняет. Вот почему, против его воли, он работает здесь. — Да, так что ты и я… мы оба лохи, приятель — ох, эта улыбка. Энджел навсегда запечатлеет в своей памяти. Будет хранить глубоко внутри себя и возвращаться к этому воспоминанию, когда ему будет хреново. А хреново ему довольно часто… Как же приятно осознавать, что ты не один. Неожиданно, но у этих двоих есть столько общего. Это грело сердце паучка. — Ты был повелителем, продал душу Радио-демону, работаешь против своей воли барменом и к тому же… Так умело делаешь перевязки… — он провел руками по бинтам, что так умело обвязывали его болезненное тело — Какие еще секреты ты хранишь о себе, котик? — улыбка не сходила с лица Энтони. Наконец-то он мог искренне улыбаться и не играть порно звезду. — У меня их много, паучок, но не все сразу — и снова эта улыбка, из-за которой сердце паука пропускает удар. Что же творит с ним этот кошара… Какое-то время они общаются ни о чем. Каждый делиться своими воспоминаниями, болью и историями, которые были больной темой, но они оба говорили об этом как о шутке. Бутылки алкоголя давно опустели, но им было плевать. И без этого на душе теплее. Не важно сколько сейчас времени, где они и о чем говорят. Главное, что они рядом друг с другом, обнажая свои души (и плевать что они ими не владели). Это интимнее любого фильма в котором снимался Энджел. — Ладно, Энджел. Я рад что ты цел и все еще можешь смеяться, но время позднее, пора спать. Твоим ранам нужно зажить. — Да, конечно. — было грустно признавать этот факт, но да, уже было довольно поздно. Как же хотелось, чтобы это длилось как можно дольше… — Завтра я к тебе зайду проверить твои раны и в случае чего я сделаю перевя… Его нагло перебили поцелуем. Губы Энтони резко накрыли его губы в невинном и мягком поцелуе Отстранившись, Энджел посмотрел Хаску в глаза, которые были как две тарелки. Они оба были смущены и что паук, что кот… Никто этого не ожидал… Даже если сейчас на него наорут, все равно это того стоило. — Это благодарность за твою помощь. — полушепотом сказал Энджел. Это тоже будет воспоминанием, которое он будет хранить в своей сердце.