Глава 7. Дрекавак
2 марта 2024 г., 09:35
Начало лета выдалось удивительно свежим. Арсений сидел у озерца на широких качелях, устроенных среди высоких осин. На коленях лежала открытая книга, а сам он рассматривал плавающих у другого берега уток-поганок. Птицы с ярко-рыжей головой, окружённой ореолом чёрного хохолка, степенно покачивались на воде. У одной из них на спине сидело два забавных птенца, которые вертели полосатыми головками. Арсений рассеяно катал в пальцах красную бусину, висящую на конце чёрного атласного ляссе.
— Привет.
Арсений вздрогнул. К нему неслышно подкрался мальчик, которого он видел накануне, подглядывая за новыми соседями. На плече мальчик держал удочку, на поясе висел мешок, видимо со снастями.
— Привет, — Арсений заслонил глаза от солнца, рассматривая мальчика. Тот был немного выше Арсения, с чёрными, чуть волнистыми, волосами, слегка прикрывающими уши.
— Я Ян, а как тебя зовут?
— Арсений.
— Как тут, клюёт?
— Не знаю. Я не умею рыбачить.
На некоторое время они замолчали. Вдалеке закричала сойка. Ян осматривал озеро, всё ещё стоя рядом. Арсений продолжил читать. Внезапно Ян снова заговорил:
— Что читаешь?
— Жюля Верна, — Арсений закрыл книгу и показал обложку Яну.
— «Пятнадцатилетний капитан». Мне тоже пятнадцать. Интересная?
— Очень.
— Дашь почитать?
— Да, бери, — Арсений протянул книгу Яну.
— Но ты же не дочитал.
— Я читал её уже три раза, забирай.
— Спасибо, — Ян взял книгу и признательно кивнул, — Тогда хочешь, я научу тебя рыбачить?
— Хочу!
***
— А твой отец не будет против? — Арсений переминался с ноги на ногу, опасливо поглядывая на запертую дверь. — Давид мне не отец, он мой дядя. Мои родители умерли от кори прошлой зимой. — Мне так жаль, прости. — Ничего, ты же не знал. Пойдём, дядя не будет против, да и вообще, он уехал по делам на весь день. Ян и Арсений прошли в кабинет Давида, и Ян снял с полки толстую старинную книгу. — Дядя говорит, что это кожа какого-то очень злобного колдуна. Я уверен, что он меня дурит, и это самая обычная, телячья. Вот, это руны, о которых я рассказывал…***
Арсений сидел на корточках и шарил рукой в траве, в поисках земляники. Вдруг его руку словно ужалило. — Ай! Ян! Ян! — Арсений взмахнул рукой, прямо между указательным и большим пальцем в ладонь впилась змея. Её тонкое гладкое тело свилось кольцами, блестящие чешуйки загорелись на солнце. Ян в один миг подлетел к Арсению, крепко сдавил маленькую головку по бокам, другой аккуратно придержал руку Арсения. Медленно отняв клыки от ранок, Ян внимательно осмотрел змею. Та извивалась, словно чёрная лента, не в силах вырваться. — Уж, — Ян облегчённо выдохнул и зашвырнул змею далеко в кустарник.***
Ян сложил пальцы в знаке и медленно растаял в воздухе. Арсений протянул руку и наткнулся на незримого Яна. Тот схватил Арсения за руку. Ощущать невидимые пальцы было странно. — Научи меня! — Арсений восхищённо ощупывал невидимую руку. — К сожалению, эти умения передаются только кровным родственникам, — Ян постепенно проявился вновь. — Жаль… Покажи ещё что-нибудь, пожалуйста! Ян довольно улыбнулся и, щёлкнув пальцами, подпалил веточку, после чего сложил пальцами новый знак и огонёк тут же погас.***
— Ты уезжаешь? Куда? — Арсений расстроенно опустил голову. — Я учусь в пансионе, и собираюсь приезжать к дяде только на праздники и каникулы. Ты не успеешь заскучать, как я уже вернусь. Если хочешь, можем писать друг другу письма. — Давай!***
— У меня есть для тебя подарок, — Ян достал что-то из-за пазухи. Он раскрыл ладонь и Арсений увидел небольшой синий камень, на матовой поверхности которого был нанесён коловрат, каждая линия была аккуратной и ровной. — Это агат. Носи его и он обережёт тебя от всяких невзгод. На свете есть нежить, которая может попортить тебе жизнь, — Ян расправил кожаный шнурок и повесил камень Арсению на шею. — Нежить тоже не сказки? — Арсений сжал камень, оказавшийся тёплым на ощупь. — Не сказки. Хоть за столетия большая часть вымерла и действительно стала легендой, но их всё ещё можно встретить. Однажды я поймал патуляка. Отпустил, конечно, они безобидные. Он превратился в лягушку и ускакал.***
Арсений сидел склонившись над тетрадью, старательно записывая за гувернёром диктант на французском. Внезапно по его лицу запрыгал солнечный зайчик. Арсений зажмурился и посмотрел в сторону окна. Там был Ян, выглядывающий из-за края, в его руках блеснул небольшой нож. Ян беззвучно посмеялся и помахал рукой. Арсений улыбнулся в ответ и тоже помахал. — Arseniy, ne vous laissez pas distraire! — гувернёр пощёлкал пальцами, и Арсений снова уткнулся в тетрадь, чуть не поставив кляксу.***
— Нянюшка умерла… Она была уже старенькая, но… — Арсений почувствовал, как в уголках глаз начала собираться предательская влага. Няня уже не работала у них, а просто доживала свой век под их кровом. Они очень любили её, ведь она успела вынянчить даже дедушку Арсения. — Поплачь, тебе станет легче, — Ян обнял Арсения и тот, не сдержавшись, дал волю чувствам. Уткнувшись Яну в плечо, Арсений расплакался. Ян погладил его по подрагивающей спине, — Когда умерли родители, я тоже плакал…***
— Я кое-что привёз тебе из города. Ян протянул Арсению резную шкатулку, она была не больше книги. На крышке были вырезаны солнце и полумесяц. Арсений открыл шкатулку и увидел какой-то механизм. Заиграла дрожащая тихая мелодия. — Это Бах! — Арсений зачарованно смотрел на то, как металлические усики перескакивают по крутящемуся валику, извлекая настоящую музыку. — Нравится? — Очень! Спасибо! — Арсений закрыл шкатулку и крепко обнял Яна, — Она замечательная…***
На пасхальные праздники Ян приехал из пансиона на несколько дней раньше. И долго уговаривал Арсения поехать с ним вдвоём на ярмарку в город. — Я не могу взять и просто поехать, отец не даст мне коляску в личное распоряжение, — Арсений сидел расстроенный на скамье в своём дворе, Ян стоял напротив. — Мы можем поехать верхом. Если что, возьмёшь мою лошадь, а я дядину. — Я не умею ездить верхом… — Поедем на одной лошади, сядешь спереди. Со мной не упадешь, а поеду я неторопливо. Арсений ещё некоторое время колебался, но всё-таки согласился. Ян действительно оказался хорошим наездником, и лошадь вёл аккуратно, и Арсения держал крепко.***
Арсений с сомнением посмотрел с каменистого обрыва. — Мне кажется, тут слишком высоко. — Всего четыре моих роста. — Я лучше просто поплаваю. Ян кивнул и Арсений спустился вниз к реке. Пока Арсений стаскивал рубашку, сверху вытянутой свечкой спрыгнул Ян и с тихим всплеском ушёл под воду. У Арсения захватило дух. Наконец, голова Яна показалась над водой. Арсений медленно вошёл в тёплую, как парное молоко, воду, и поплыл в сторону Яна. Тот снова нырнул с головой. Вдруг он схватил Арсения за талию и резко вынырнул, окатив того водой. Арсений, отплёвываясь и фыркая, засмеялся и забил руками, в отместку орошая Яна брызгами.***
— Я сочинил её для тебя, — Арсений зажал скрипку подбородком и заиграл тихую мелодию, неуловимо переходящую в чарующие переливы, напоминающие о Шахерезаде и Тысяче и одной ночи. Ян сидел под старой ивой. Он согнул одну ногу в колене и откинул голову на шершавый ствол, слушая, прикрыв глаза. Ветер играл его волосами, крохотные лучики солнца пробивались сквозь листву и бегали по его лицу… Воспоминание стало размытым, и сквозь него Антон услышал тихий детский плач. Он резко открыл глаза и сел. В комнате было темно, только из-под закрытой двери просачивался жёлтый свет. Из пустого угла комнаты действительно снова раздалось жалобное хныканье. Антон остолбенел и уставился туда. Тут же дверь распахнулась. Вошёл Ян и с тихим шелестом вынул саблю из ножен. Остриё было направлено в пол, Ян прислушался. Незримый ребёнок снова заплакал, только теперь прямо за спиной Антона. Антон подскочил как ужаленный и спрятался за Яна, вцепившись в его предплечье: — Что за чертовщина?! — Дрекавак. Неведомое существо разразилось детским смехом.
