༺═──────────────═༻
Путешествие — это выход из зоны комфорта. Ради перемещения из точки А в Б приходиться отказываться от некоторых привычных вещей. Аристократы — это такие люди, богатство которых позволяет им свести потерю комфорта к минимуму. Но, в отличии от них, Чхве Хан привык не иметь нечего. Ни полностью безопасного места для отдыха, ни вкусной еды и чистой воды, ни времени для крепкого и спокойного сна. Конечно, когда он вышел из леса, благодаря Рок Су, он обрел, а после приумножил потерянное, прибыв в поместье. Но чувство комфорта с ними не пришло. За те года или даже десятилетия борьбы он отвык быть в человеческом обществе. Может потому сон с монстром, с его семьей, с Рок Су в его объятиях дарует спокойнее. Потому он готов был вновь отказаться от человеческих благ, если бы это позволило побыть наедине с змеем. Палатки взяты на двух человек, а значит из-за соседа он каждую ночь не мог обнять Рок Су и выговориться. Каждую ночь он не высыпался, а на утро наслаждался ветерком, созданным членом семьи, утешающим его. В один из дней путешествия терпение корейского дракона кончилось. Сначала ветер проник в карету, прежде чем Кэйл почувствовал тяжесть на плечах. — Что надо? — Ничем, кроме этого тихого вопроса, не было выдано знание аристократа о присутствии дракона. Но он смог привлечь внимание котят, что сразу догадались о пришедшем чешуйчатом. — Чхве Хан не высыпается, когда спит с кем то в одной палатке. Смени караул с 3 человек до 4. — В нашептываемые слова прокрадывалось рычание. Но оно не было угрозой, требующей выполнения. Больше похоже на ребенка, не привыкшего правильно говорить. — Хорошо, но нам надо кое-что обсудить, ты помнишь? — Да угроза и не требовалась. Оба обладателя ликерных глаз видели надобность заботиться о Чхве Хане, который станет героем в будущем. — Конечно, я не могу забыть о таком. — Обоюдного и полного доверия между ними нет. Потому во время первой встречи они согласились с правом молчания. Они могут утаивать некоторую информацию и раскрывать ее, когда посчитают нужным. К примеру, то, что сейчас расскажет корейский дракон, будет связано с происшествием в деревне на территории виконта Тольца. Нужные магические вещи были заказаны заранее, но теперь пришла пора узнать, где они понадобятся.༺═──────────────═༻
— Три дня. — Подсчитал Рок Су, когда они вошли в деревню. — Чёрный Дракон вызовет взрыв маны через три дня. — Теперь они находились на территории виконта, которая располагалась рядом с территорией семьи Хэнитьюз. Несколько лет назад вилла, принадлежащая виконту, была построена в горах, справа от этой деревни. Естественно, хотя она представлялась всем виллой виконта, на самом деле это строение принадлежало маркизу Стану, человеку, ответственному за то, что Чёрный Дракон сошёл с ума. Виконт этой территории был не более чем преданным псом маркиза. — И в горах за этой виллой скрывается пещера с Чёрным Драконом? — Чёрный Дракон вызывает взрыв маны и полностью уничтожает не только пещеру, но и гору. Кэйл посмотрел на маленький пик справа от горы, который он пересёк, и прищёлкнул языком. Венион из семьи маркиза Стана. Кэйл подумал о втором сыне маркиза. Это был сумасшедший псих, который искалечил своего старшего брата, чтобы подняться по лестнице до позиции наследника. Оказывается этот психопат часто посещал виллу, чтобы попытать Чёрного Дракона исключительно ради удовольствия. — Тск. — Ганс взглянул на Кэйла, щёлкнувшего языком, и быстро обратил взор на Чхве Хана, торопливо заговорив. — Молодой Мастер, я возьму Чхве Хан-нима и быстро найду гостиницу. Пожалуйста, подождите. В настоящее время кортеж остановился за пределами входа в деревню. — Без разницы. — Мы скоро вернёмся. — Хенитьюз кивнул на заявление Ганса, наблюдая за Чхве Ханом. Зачем Чхве Хану нужно было сражаться с существом, которое вызвало взрыв маны? Всё просто, юноша не мог бросить эту маленькую и тихую деревеньку на произвол судьбы. Деревня Харрис. Со слов удава эта деревенька была похожа на ту, которая в прошлый раз учила Чхве Хана любви и ненависти. Вот почему он сделал шаг, чтобы спасти жителей этой деревеньки, которых даже не знал. Кэйл начал хмуриться, после чего окликнул мастера меча. — Чхве Хан. — ... Да? — Поспеши обратно. — Ах... — С губ Чхве Хана раздался тихий вздох. Этот семнадцатилетний мальчишка, который прожил уже десятки лет, начал невинно улыбаться Кэйлу, кивая в знак согласия. — Да, сэр. Я скоро вернусь. — Кэйл сделал вид, что он раздражён, но Чхве Хан поклонился, прежде чем быстро отправиться в сторону деревни с Гансом. Юноша сосредоточился на мастере меча, стараясь придать лицу равнодушное выражение, но, продолжая наблюдать за ним, вскоре Кэйл нахмурился. Он увидел, как карета быстро направляется в их сторону. — У меня плохое предчувствие. Будто на пути появилось неожиданное препятствие. Кэйл ощутил, что одежда на его плечах была сжата сильне, а хвост удава хлопнул его по груди. Тот тоже почувствовал неладное, и причина этого чувства вскоре была раскрыта. Скреч! Рок Су просто не мог поверить своим глазам. Он увидел старика, который не мог избежать повозки, упав на дорогу. Он также видел, как Чхве Хан мчится к старику, а карета продолжает катиться по дороге, явно не собираясь останавливаться. — Такое клише! — На этой карете красовалась знамя. Красная змея. Это был символ маркиза Стана. Глаза Кэйла сузились. Это могло произойти. И этот инцидент произошёл. Бенг! Чхве Хан бросился спасать старика, и импульс заставил его врезаться в стену здания. Только тогда чёрная карета, принадлежащая маркизу Стану, наконец, остановилась. Вздох. Кэйл не удержался от вздоха. Рука похлопала по чешуйчатому хвосту, прежде чем потянулась открывать дверцу кареты. Похоже, у него не было иного выбора, кроме как пойти разбираться с этим. — Молодой Мастер, Вы направляетесь туда? — Рон подошёл к нему, как только юноша вышел из кареты. — Кто пойдёт, если я этого не сделаю? — Рон и вице-капитан последовали за Кэйлом, который без колебаний направился в сторону места происшествия. Они окружили Кэйла, как будто в противном случае мир рухнет, но юноше было всё равно. Из другого экипажа медленно вышел человек. Венион Стан. Кэйл начал хмуриться, едва увидел его. В файле, который дал ему отец, граф Дерус, о личности Вениона Стана была только одна строка. [Типичный и властный дворянин.] Но Кэйл также мог использовать информацию из своего прошлого и из источника удава, что успел расслабить свою хватку, что бы не выдать себя. Венион - это был типичный злодей. Тем не менее он был настоящей головной болью, если встретить этого типичного злодея, что сильно отличалось от восприятия лишь на слух. Кэйл не мог разгромить кого-то лишь потому, что он сделал что-то плохое, или потому, что ему кто-то не нравился, как это мог сделать Чхве Хан. Месть дело личное, в неё нельзя втягивать не причастных. Придётся действовать из тени, что бы никто не имел и не смог бы заиметь доказательств. Ведь аристократия - это ядовитые гадюки, что отравят твою и жизнь твоей семьи, дай только им повод. К тому времени, когда Кэйл прибыл к месту происшествия, ситуация уже немного обострилась. За эти короткие мгновения Чхве Хан уже так разозлился, что его плечи сильно дрожали. — Как ты смеешь мешать благородному человеку? — Что, чёрт побери, ты несёшь, когда только что причинил кому-то боль? Кто-то встал у тебя на пути? Это произошло только потому, что ты ехал на своей карете, как сущий маньяк! — Крестьяне должны убираться с дороги, когда видят карету дворянина. Я не виноват, что этот крестьянин был настолько глуп, что просто стоял там, не двигаясь! Чхве Хан спорил с одним из лакеев Вениона Стана, и Ганс, стоявший рядом с Чхве Ханом, нахмурился, когда увидел приближающегося к Кэйла, и поспешно подошёл и прошептал ему на ухо. — Чхве Хан-ним, кажется, очень взволнован. Ганс, казалось, уже понял, что владелец экипажа принадлежит к семье маркиза. Он также, казалось, понял, что человек, стоящий за этим лакеем, был не кто иной, как Венион Стан. Этот нарцисс, вероятно, только и вышел из кареты, потому что увидел символ семьи Хэнитьюз на карете Кэйла. — Довольно. — Венион, человек с красивыми светлыми волосами, нежно обратился к своему лакею. Как только слово сорвалось с языка Вениона, лакей переместился за господина, как будто он и не злился всего мгновение назад. Только Чхве Хан остался стоять, хрипя и пыхтя, утешая испуганного старика. — Тск. — Кэйл щёлкнул языком. Лакей на самом деле не рассердился. Он был довольно далеко от кареты Кэйла, но, как и Венион, он, вероятно, видел Золотую Черепаху на дверце кареты. Вот почему он преувеличивал, будучи излишне громогласным, ругая Чхве Хана, чтобы таким образом заставить Кэйла выйти на сцену. Ганс знал, что делает лакей, и это заставило его нахмуриться, стоя в ожидании прибытия Кэйла. Кэйл Хэнитьюз посмотрел на Вениона и лакея, прежде чем положить руку на спину Чхве Хана. — Ты тоже. — Подул ветер и плечи стали легче. — Но... — Пока у другого они обрели груз, заставивший замолчать. Кэйл знал, почему Чхве Хан рассердился. Он злился на то, что эти люди подвергли чужую жизнь опасности, но не проявили ни малейшего раскаяния, и даже не проявили никаких признаков желания извиниться. Однако жертва, этот несчастный старик, не могла рассердиться. Это было потому, что у него не было никого, кто мог бы его поддержать, как Кэйл у Чхве Хана. — Они могли использовать другую дорогу, но решили не делать этого, даже рискуя навредить кому-то. Как я могу это так оставить? — Чхве Хан. — Кэйл несколько сильнее надавил на спину черноволосого вспыльчивого юноши. — Успокойся. Черные глаза Чхве Хана смотрели прямо на Кэйла. Юноша мог видеть сердитый взгляд черноволосого парня. Нет, если говорить честно, Чхве Хан начал успокаиваться. Вероятно удав постарался. Убедившись, что Чхве Хан успокоился, Кэйл посмотрел на Вениона Стана. Красивые светлые волосы и лёгкая улыбка на губах. Прекрасно скроенная одежда сидела на нём без единой морщинки. Сапоги без единой царапины. Однако то, что привлекло внимание Кэйла, было несколько небольших красных пятен на манжетах белоснежной рубашки Вениона. —Кровь, должно быть, оказалась здесь потому, что он действительно наблюдал за тем, как подвергается пыткам Чёрный Дракон. — Сумасшедший ублюдок. Этот сын маркиза Стана был тем, кто осмелился пойти против такого могущественного существа. — Рад Вас видеть. Вы кто-то из семьи графа Хэнитьюза? — Да. Приятно познакомиться, Молодой Мастер Венион Стан. — Как и ожидалось, другая сторона знала Кэйла. Венион не был тем, кто легко достиг позиции наследника. Проблема была в том, что он был довольно груб. — М-м. — Венион Стан был типом, который мог нежно улыбаться вам, но вы все еще чувствуете отвращение к нему. — У меня не было причин приезжать в эту область, и я лишь слышал истории, что в семье графа есть кто-то, кто обладает свободным духом и не выглядит благородным. — Венион улыбнулся, наблюдая за Кэйлом. Это был очень раздражающий взгляд. Как будто он пытался что-то начать. — Я слышал, что Молодой Мастер Басен Хэнитьюз принимал участие во всех собраниях дворян в прошлые годы. — Зачем спрашивать о том, что тебе и так известно? — Кэйл не был частым участником в подобных разговорах, но он умел внушать людям то, что желал. Вот почему он ярко улыбнулся и почтительно ответил. — Да, я и есть то самое ничтожество. Крак. В тот момент, когда слова сорвались с губ Кэйла, лакей Вениона вздрогнул. — Возможно, один из самых жалких представителей данного вида. — Уголки губ Вениона начали подрагивать. Выражение его лица, казалось, говорило, что он никогда раньше не видел такого сумасшедшего, как Кэйл. Маркиз Стан был тем, кто обладал достаточной силой, чтобы возглавить фракцию, но Венион не мог позволить себе поступать так, как ему бы хотелось, с другими представителями знати, пока он официально не был объявлен будущим наследником маркиза. Дворяне обычно официально объявляли своего наследника ещё когда потомки были детьми, чтобы обеспечить защиту выбранному ребёнку, а также чтобы наследник начал строить свою сеть с ранних лет. Тем не менее маркиз Стан этого до сих пор не сделал. — Есть ещё трое детей. — У Вениона было две младшие сестры и один младший брат. Маркизу нравилось наблюдать за противостоянием между братьями и сёстрами. Вениону поручили приручить Черного Дракона, чтобы при удаче избавиться от конкуренции со своими братьями и сёстрами. Маркиз считал, что конкуренция между его детьми - это захватывающий вид спорта. Естественно, результатом этого "соревнования" стал искалеченный старший сын. Это была совершенно сумасшедшая семья. — Наша семья Хэнитьюз в сравнении с этой - просто отличная. — Вы очень интересный человек. — Венион просто небрежно ответил на заявление Кэйла. Богатый граф жил на окраине северо-востока королевства, не будучи частью какой-либо фракции. Кто попытается наладить отношения с этой семьёй? Во всяком случае, люди были просто слишком жадными, желая лишь подмять эту богатую землю под себя. Тем не менее Вениону не понравился Кэйл, как человек. Старшый сын - ничтожество и довольно умный младший сын. Зная о взаимоотношениях Кэйла и Басена, он подумал о своём старшем брате, глядя на Кэйла. Однако Венион продолжал действовать, как и подобает представителю благородного семейства, и передал разрешение этого инцидента в руки Кэйла. — Неожиданное препятствие заставило меня тратить время, но я думаю, что это даже пошло на пользу, так как я познакомился с Молодым Мастером Кэйлом. — Неожиданное препятствие. Венион имел в виду старика. Он был разочарован тем фактом, что его время было потрачено впустую из-за этого старика, и хотел закончить событие на счастливой ноте. — Но, похоже, Вам нужно научить своего подчинённого чётко различать людей, которые имеют право путешествовать по этой дороге на этой земле, а также людей, которые имеют право заставлять их останавливаться. Как известный неофициальный преемник маркиза, это было самое лучшее, что он мог сделать для ничтожества из графского семейства. Его тон говорил о том, что, хотя они оба были Молодыми Мастерами, их статусы совершенно различались. Конечно, Кэйл тихо слушал, но он не был тем, кто обращал внимание на рычание собаки. Венион закончил говорить то, что должен был сказать, и посмотрел на человека, который чувствовал себя в этой группе неудобнее всех. Плоп. Старик опустился на колени на землю, едва только Венион посмотрел в его сторону, и склонил голову. — М-мои извинения. Руки старика, который так низко кланялся, что его голова могла коснуться земли, дрожали. Руки Чхве Хана тряслись, когда он наблюдал за стариком, приносящим извинения.