Часть 5
6 апреля 2024 г., 07:56
— Совсем ничего? — Чонгук смотрел через большое окно в стене на больничную палату, где в углу сидел восьмилетний пацан, прижимающий колени к груди. Неприятное ощущение дежавю заворочалось в груди, поднимая воспоминания, словно ил со дна мутной реки.
— Даже не кивает, — штатный психолог протянула папку с записями о состоянии ребёнка.
— Он мог видеть убийцу, — он повернулся к женщине, отгораживаясь от того, что уже настойчиво пробиралось в сознание. Должен же быть способ достать информацию?
— Мне жаль, но на него можете не рассчитывать, — поняв, что детективы не собираются читать её заключение, она закрыла папку.
— Блядство, — выругался Чон и, развернувшись, направился к лифтам.
— Извините. Спасибо, — Чимин виновато улыбнулся и поспешил за напарником.
— Годы идут, а эти шарлатаны так нихрена ничего и не могут, — бубнил он, уперевшись о капот и подкурив. Чонгук всегда очень скептически относился к мозгоправам, но вот тех, кто пытался залезть в мозги к детям, ненавидел каждой клеткой своей сущности. И тот факт, что именно от них сейчас зависело состояние мальчика, злило до скручивающих спазмов в животе.
— Она опытный доктор. Если она…
— Даже не начинай, — повернулся он к Паку. — Ладно, поехали к Минхо. Будем надеяться, что собранных улик достаточно, чтобы найти ублюдка.
Если Чонгуку и прежде не давал покоя треклятый разбитый столик, то после ознакомления с отчётом криминалиста он был уверен, что произошедшее в доме далеко от их теории с разгневанным клиентом.
Найденный в осколках стекла поролон, характер нанесения ран и тот факт, что первый удар в живот Ли Сонми получила, лёжа на кровати, напрочь перечёркивал всю их логическую цепочку событий.
— На теле жертв нет следов борьбы или ушибов, кроме тех, что были вызваны падением тела после ранения, — Минхо указывал на небольшие ссадины на теле.
— Выходит, убийца напал на них в спальне?
— Я склонен предположить, что супруги проснулись, когда неизвестный вошёл к ним в комнату. Мужчина среагировал первым и, вскочив, получил удар в грудь, затем в живот. В этот момент, очевидно, проснулась жена, и убийца тут же нанес ранение ей. Судя по размеру и характеру нанесения ударов, убийца бил их поочерёдно с разных сторон.
— Тогда кто впустил его в дом? — Чимин перевёл взгляд с фотографий на Чонгука.
— Дохён, — озвучил он то, что поселилось в его мыслях, прежде чем он увидел отчёт, но не имело фактического подтверждения. До этого момента.
— Вероятно, — кивнул Минхо. — Мы не обнаружили посторонних отпечатков пальцев в доме, кроме членов семьи, включая дядю. Единственное, что привлекает внимание, — криминалист указал на фотографию примятой травы, — в этом месте какое-то время явно кто-то стоял.
— Какая эта часть дома? — Чонгук приблизил изображение.
— Одно из окон гостиной и…
— Комната мальчишки на втором этаже, — воспроизведя в памяти схему дома, он тут же взял фотографию нужного окна.
— Значит, Дохён увидел его в окно и затем впустил, — напарник забрал у него из рук снимок.
— Кому ребёнок открыл дверь среди ночи, а затем с ужасом вырывался, увидев снова? — держа показания того, о ком говорил, Чонгук положил их перед коллегами.
***
Дождь хлестал по лобовому стеклу, и мутная пелена застилала все впереди. Чонгук тихо матерился под нос, выпуская дым в небольшую щелку открытого окна. У природы нет плохой погоды? Да пиздец. Вот уже час они сидели в машине напротив дома подозреваемого, ожидая звонка от Чану. Была бы воля Чонгука, он бы просто задержал этого Ли Дону и уже в участке добился признания, но ведь они живут в цивилизованной стране, где у убийцы или насильника столько же прав, сколько и у добропорядочной бабушки, торгующей ромашками. Поэтому он и сидит послушно в машине, наблюдая за окнами дома и ожидая, что алиби этого мудака не подтвердится, и прокурор выпишет разрешение на обыск и арест. Поступая в полицию, Чонгук думал, что его работа будет заключаться исключительно в поимке преступников, героических погонях и разгадывании тонких детективных загадок. Однако реальность была другая. Ожидая волнующих приключений на улицах города, юный полицейский обнаружил, что проводит большую часть работы, заполняя различные бумажные формы и отчеты. Чонгук ощущал, как его амбиции постепенно тонут в монотонной рутине. Каждый день он приходил в офис, готовый столкнуться с криминалом и противостоять злу, но в итоге проводил часы, и иногда даже дни, сидя перед пыльным окном и погруженным в работу с бумагами. Быть частью правоохранительной системы, заботиться о безопасности граждан казалось волнующим и захватывающим. Он мечтал о том, чтобы наращивать силы и сражаться с темной стороной жизни, идя к своей главной цели. Конечно, когда спустя восемь лет гастролирования по различным отделам его, наконец, перевели в отдел по особо тяжким, работа стала более увлекательной, но не избавила полностью от придирчивой формальности и безликих бумажек, ожидающих его в конце каждого рабочего дня. Телефон на панели завибрировал, и прежде чем Чимин успел открыть присланный файл, Чонгук затушил окурок и, протянув руку, достал кобуру с заднего сидения. Напарник кивнул и, отложив гаджет, продел руки сквозь кожаные лямки, фиксируя обязательный атрибут на груди. Быстрым шагом они приблизились к дому подозреваемого. Обильные капли дождя беспощадно пропитывали футболку, и мокрая ткань неприятно липла к телу. Он внимательно осмотрел окна дома. Занавески были плотно задернуты, не позволяя даже мимолётно взглянуть внутрь. Подав знак Чимину, он убрал пистолет за спину и постучал. — Господин Ли Дону, — ударяя костяшками по дереву, он повернул голову, заметив боковым зрением промелькнувший свет между занавесками. Стоило услышать щелчок замка, Чонгук дёрнул дверь на себя, позволяя напарнику выйти из-за стены и, направляя оружие на мужчину, сделать шаг внутрь. — Господин Ли Дону, вы арестованы по подозрению в убийстве, — произнёс Чимин, хватая подозреваемого, который, только увидев их, рванул вглубь дома. — Что?.. Я их не убивал! — возмущался мужчина, пытаясь вырваться из захвата. — Мы это обязательно выясним, — спокойно произнёс Чонгук, доставая наручники. — Вы не имеете права! Что этот мальчишка вам сказал?! Я его и пальцем не трогал! На этих словах детективы переглянулись. Что ж, в одном они правы: отношения дяди и племянника явно вызывают подозрения. Через несколько минут группа криминалистов вошла в дом, приступая к поиску улик, подтверждающих вину подозреваемого. Чонгук же, передав Ли Дону в руки инспекторов, направился прямиком в спальню. К сожалению, как показывает практика, при подобных заявлениях родственников их деяния по отношению к несовершеннолетним имеют непосредственный след именно в этой части дома. — Ублюдок, — прошипел он, смотря на детское нижнее бельё в одном из ящиков комода.***
Тэхён остановил видео на ноутбуке и, заведя руки за спину, потянул затёкшие мышцы. Поднявшись с дивана, захватил пустой бокал из-под вина и, бросив взгляд на окно, направился на кухню. Стрелки часов уже не двояко намекали на необходимость идти спать, только вот бодрствующий мозг никак не собирался отключаться. Мысли плыли с потоком дождевых капель, что барабанили по стеклу. Наполнив бокал прохладным напитком, он уже почти вернулся к просмотру лекции американского профессора по вопросу психомоторных расстройств у детей, когда в дверь постучали. А вечер перестаёт быть томным. Тёмные глаза смотрели в упор из-под влажной чёлки, с которой тягучая капля намеревалась скользнуть на лицо мужчины. Прилипшая мокрая футболка обрисовывала рельеф грудных мышц, вынуждая бороться с желанием пройтись по ней пальцами. Тэхён отступил, позволяя незваному гостю войти внутрь. Несмотря на то, что говорить — это наименьшее, что он хотел бы сейчас делать, внутри что-то приятно ёкнуло, увидев этого парня. Странная реакция, если учесть предпочтение эмпата не пересекаться с партнёрами на одну ночь. Но даже если первородное любопытство, возникшее тогда в баре, прошло, Тэхён вынужден признать: его продолжает притягивать этот объект. Парень молча вошёл и, сняв ботинки направился в комнату. Он пришёл не для разговора? Закрыв дверь, Ким прошёл следом и, обойдя стоящего у дивана брюнета, достал из тумбочки чистое полотенце. Тот продолжал создавать тишину и лишь наблюдал за его действиями, периодически кусая губы. Он что, ждёт первых шагов от Тэхёна? Зря. Протягивая сухую чистую футболку и полотенце, он решил всё же иметь какое-то представление о визите незнакомца и когда тот вытянул руку, коснулся холодной ладони. Усталость и желание уединения перетекали под кожей от источника к эмпату. Ощущение бушующей где-то в глубине чужой души бури отрезвило подобно ледяным каплям, что, попав в кровь Тэхёна, устремились к самому сердцу. Одёрнув руку, он непроизвольно отступил. Для незнакомца произошедшее было не более чем лёгким касанием пальцев, и, получив сухую одежду, тот развернулся, направляясь в ванную. Некоторые люди как океан. Такие же бушующие и холодные. У этих людей такая Марианская впадина внутри, что солнечный свет просто не способен проникнуть туда. В таких людях Тэхён никогда не ощущал любовь хоть к кому-нибудь, но именно они притягивали его своей глубиной, пробуждали желание нырнуть, узнать, что таится под тихой гладью воды, которую видят большинство. Ведь если нырнуть достаточно глубоко, то ты или обнаружишь затонувшие сокровища, или утонешь.
