Давай напишем совместную песню...

Звон будильника противно ударил по перепонкам. Бледная, тощая, но слегка подкачанная рука, вырубила его. Из под чёрного одеяла раздался протяжный стон, который принадлежал парню двадцати одного года по имени Ларри Джонсон. Он жил в мотеле, оплачивал проживание своей харизмой и искусством красноречия, которым он пользовался не всегда в лучших целях... Также несчастный промышлял воровством, потому что с университета его отчислили за одно происшествие, которое он не желает вспоминать во что бы то ни стало. Длинные, каштановые волосы растрепались и стояли дыбом под действием дешевого лака для волос после вчерашнего посещения концерта в ночном подпольном клубе. Там выступала одна прекрасная дама, которую он почти смог, что называется, закадрить, но оказалось, что у неё был парень, который врезал нашей восходящей звезде подпольных заведений, Ларри. Он не интересовался ничем, кроме двух вещей: наркотики и его любимая музыкальная группа под названием "Addison Apartments". Ларри, как и многие фанаты группы, безумно сох по её солисту. Не сказать, что в романтическом ключе, но был влюблён в харизму этого молодого, заводного парня, его внешность и образ, который сам себе и выстроил в собственных глазах. И вот, долго копив на билет в первых рядах, он уже потихоньку собирался на сегодняшний концерт любимой группы. Встав напротив заляпанного неизвестно чем зеркала в старой ванной, которая больше походила на хрущёвку в России, которых он так насмотрелся по телеку, Джонсон улыбнулся своему же образу того же самого русского алкаша и пригладил каштановые, длинные и запутанные волосы, которые снова встали словно укладка Михаила Горшенёва - ёжиком. —М-да. Такой шевелюрой никого наповал не уделать. Нужно действовать радикально. — Ответил Ларри сам себе и достал лак для волос, кондиционер, пенку, а сам включил воду и принялся мыть голову под краном.

***

—Кто самый красивый? Я самый красивый! — Проговорил Ларри сам себе, когда крутился у огромного ростового зеркала в прихожей, разглаживая складки одежды по телу. Он надел чёрную косуху, белую футболку и чёрные джинсы, местами потёртые, но носить можно. Набрызгавшись дешёвым одеколоном с рынка (буквально), он вышел из квартиры. В подъезде зловонно царил запах канализации. Хотя, чего уж там говорить? Учитывая состояние этого самого подъезда, ему был этот "аромат" весьма характерен. Закрыв дверь, Ларри поспешил выйти прочь и вдохнул чистый воздух полной грудью. Он жил в весьма неблагоприятном районе, который славился обилием наркоманов, алкашей и бомжей. Ларри каждый раз, глядя на них, вспоминал, что если бы не его мать, то он был бы на их же месте. Воспоминания о Лизе Джонсон, покойной матери Ларри, заставляли слёзы застывать на глазах у парня. Ресницы смахивали их, но каждый раз новые капли скатывались по щекам. "Она была поистине великой женщиной." - думал Ларри, пока шёл к месту, где должен был проходить концерт. Он помнил наставление её перед смертью: "Найди себе того, кто сможет заменить меня, мою заботу, которую я не успела тебе дать в полной мере.". Но Ларри пока не нужны были отношения, что уж говорить о свадьбе, семье, детях... Он не был готов к такому, ему не до этого. Ларри хотел бы сначала пожить для себя, а как надоест, займётся привычной для каждого рутиной; продолжением рода Джонсонов. Мысли витали плотной тучей над головой Ларри, но вот, он уже подошел к месту, где должен проходить концерт. Начав шарить по карманам, Ларри кое-как вытащил ссятые билеты и протянул охране. Ступив за порог здания, его жизнь изменилась на "до" и "после". Вокруг множество людей, одетых в брендовый мерч группы "Addison Apartments", здание было оформлено в панк-стиле, запах элитного алкоголя и дорогих закусок возбуждал аппетит и интерес Ларри к этому месту. С улыбкой и восхищением на лице, Джонсон прошел к бару и сел за стойку. —Текила Санрайз, пожалуйста. — Произнёс Ларри и подпер голову рукой. Бармен подкатил ему заказ и отвернулся. Ларри взялся за стакан, подняв его. Опрокинув голову, чтобы выпить, он уже открыл рот, как тут.. —Ты не имеешь право со мной так поступать! Фишер, только подумай, что будет в СМИ! Наша репутация просто падет в крах! — Послышался обозлённый женский голос вдали. —Кэмпбелл, я просто уже не могу терпеть твоё присутствие. Мы не созданы друг для друга, твоя натура ужасно влияет на меня. — Лениво отозвался парень. Судя по всему, голоса принадлежали Эшли Кэмпбелл и Салли Фишеру - участникам группы "Addison Apartments". Они спорили о чем-то и Ларри всё прекрасно слышал. Воспользовавшись моментом, он притворился, будто занят своими делами, взяв в руки мобильник, а сам навострил уши: —...Ты не ценишь меня, как девушку! Никогда не ценил! — Надрывалась Эшли. —Да, может и так, может даже использовал. Какое дело тебе до того, что я чувствую, если наши "отношения" ограничивались и ограничиваются сексом? — Серьезно спросил парень, казалось, он старается разрушить ту моральную защиту Эшли, которую та тщательно пыталась выстроить. И у него это получилось. —Но Салли!! — Голос девушки срывался на крик, — После всего, что было между нами... ты вот так, перед самым масштабным концертом... хочешь всё закончить?! — Спросила Эшли, почти плача. Салли выдохнул, не проронив ни слова. Уйдя прочь, он лишь кинул мимолётный взгляд прикрытых голубых глаз сквозь маску на Ларри, который чуть не упал со стула от неожиданности. "Этот взгляд...", думал Ларри, потирая ушибленное место на своей голове. И что его так встревожило в этих глазах? Усталость? Понимание, что он спалился? Поднимаясь с пола, Ларри тряхнул головой, поправил длинные каштановые волосы, разгладил складки на одежде и, взяв бокал, пошел разгуливать по зданию. Как в таком культурном на вид, казалось, помещении, выступает группа, яро восхваляющая сатанизм, сектантов и плотские утехи. Но как администрация допустила это - остается загадкой. —Нил, послушай же! Это не то, что ты подумал! — Послышался обеспокоенный голос. Тодд, растрепанный и обеспокоенный, бежал за разгневанным Нилом, который напрочь отказывался разговаривать со своим бойфрендом. Они постарались скрыться за партьерой. —Да что за чертовщина сегодня происходит... — Спросил Ларри сам себя, бурча под свой длиннющий нос. Отхлебнув от бокала шампанского, он продолжил наблюдать со стороны над этим шоу. —Нил! Нил, постой же! — Тодд взял парня за предплечье и тот остановился. Но, прошипев, отдернул руку. —Тодд, — Нил выдохнул, стараясь умерить свой пыл дабы не привлечь внимания общества, — Я видел, как ты обнимал ту девушку в белой футболке. —Она просто взяла автограф! А с фанатами нужно быть дружелюбным! Нил... — Тодд взял Нила за руку и с мольбой взглянул в его глаза, — Я люблю только тебя и ни на кого не променяю. Разве ты думаешь, что мне интересны девушки? Глупенький... — Чуть улыбнувшись, он погладил Нила по щеке и нежно поцеловал в щёку. Ларри поперхнулся и отвернулся, дабы вытереть со своих губ выплеснувшееся шампанское. "То есть Барабанщик Нил и техник Тодд... встречаются?", думал Ларри, устремив взгляд в пол. А затем подошло время концерта и Ларри, засасываемый толпой людей, протиснулся внутрь. В зале пахло попкорном, сигаретами и жжеными проводами. Почему-то это успокаивало Ларри, поэтому он встал прямо перед сценой, ибо это было его место и в предвкушении начал ожидать начала концерта. Как же долго он копил на то, чтобы побывать в фан-зоне. Он лишь улыбался сам себе, руками проводил по краю сцены и смахивал пыль с рук. Он сможет посмотреть на своего кумира так близко... Разве это не мечта?

***

Потух свет. Загорелись прожектора. Дым от дымовой машины плотной стеной загородил всех членов группы, теперь можно было разглядеть лишь их размытые чёрные силуэты. В центре стоял сам солист группы - Салли Фишер. Он держал микрофон в руке и вскоре вышел из дымки, показав остальных участников группы. И они вели себя так, будто ничего не произошло между этой четверкой. Но Ларри смотрел на Эшли и Салли, которые старательно пытались сделать вид, что у них всё хорошо. Они стояли вместе, будто не ссорились буквально час назад. Но Ларри это не мешало наслаждаться концертом. Вытянув руки, чтобы, как все фанаты, потрогать своих кумиров. Девушки стремились к Салли и Нилу, а парни к Эшли. В числе фанаток, которые старались либо сжать лодыжку Салли, либо его голень, был и Ларри. Но, учитывая, как он побрился и его внешность, с девушкой спутать было его запросто. —Ребята. Эту песню мы хотели бы посвятить... всем вам! — Прокричал в микрофон Салли и весь зал разразился улюлюканьем и хлопками, — Песня называется... "When're you crying". Кхм...

When I was in my dream... I lost my mind and hear the scream. Do you want to hear my voice? Wich doesn't have a choice. Please, Please don't leave me! I want to kiss you, baby! I'm cry, oh, I'm tired... You will save my mind If I lost you, baby... I will save the both of us.

В зале повисло гробовое молчание. Казалось, что даже были слышны женские всхлипы, а Ларри эта песня запала глубоко в душу. Он никогда не видел своего кумира так близко. И вблизи, не по телевизору, он был ещё красивее и прекрасней. От Салли пахло табаком и дорогим парфюмом. Это вскружило голову Ларри. Он продолжал смотреть на своего кумира. И каждый раз, когда ловил взгляды его на себе, то сердце парня замирало и он смущённо отводил глаза.

***

Концерт был окончен. На улице уже стемнело. Прохладный ветер ударил в лицо Ларри, который зажег сигарету и выдохнул клубы дыма прямо навстречу к звездам и чёрному небу. —Салли, постой! Ты мне нужен! — Послышался взволнованный голос гитаристки Эшли Кэмпбелл. —Гр, Кэмпбелл, всё кончено! Я просто довезу тебя до дома, заберу свои вещи и съеду нахер! — Прокричал Салли Фишер и провел девушку к машине, грубо отдернув руку. Ларри не знал, что им двигало, но он потушил сигарету и вышел из-за угла, дабы помочь Эшли. Всё же, похоже, намеревалась драка, а прохожим было просто плевать. —Салли... Прошу... — всхлипнула Эшли, — Я очень не хочу терять тебя... Я люблю тебя! — Надрывисто прокричала Эшли на всю улицу, не стесняясь прохожих. Она упала на колени, почти в лужу, а Салли даже бровью не повёл. —Я не люблю тебя. И никогда не любил. Любовь для уёбков и закоренелых мечтателей, а ты подверглась лишь обоянию моей оболочки. — он согнулся над девушкой, оперев ладони об колени, — Ты просто была игрушкой в моих руках. Ты прекрасный гитарист и друг, но как девушка ты мне неинтересна. Салли только поднялся и обернулся, как Ларри тут же схватил его за предплечье и намертво сжал его. Повисла мертвейшая пауза; напуганная Эшли, хмурый Ларри и обескураженный Фишер. —Мальчик, ты больной? Тебе автограф? — Спросил Салли, даже не пытаясь вырваться. —После такого обращения с девушкой тебя убить бы жалко, Салли Кромсали. — Бесцеремонно ответил Джонсон и завязалась драка между солистом популярнейшей группы в городе и ярым фанатом.

***

—Я просто не понимаю, почему ты так относишься к девушкам! — Ответил Ларри, шмыгая носом, пока Эшли вытирала кровь ватой. —Она - моя бывшая, она меня уже доканала. Пока ты в отрубе лежал, мы решили всё мирно и остались друзьями без истерик, Ловелас! — Раздраженно процедил сквозь зубы Салли, лёжа на диване закуривая сигару. —Мальчики, хватит вам ссориться. Вон, у Ларри кровь пройти не может. — Ответила Эшли, воткнув ватный тампон в нос Ларри. —А ты откуда моё имя знаешь? — Спросил Джонсон, говоря в нос. —Ты всё время, пока мы ехали, твердил, что "Ларри никого не даст в обиду!", "Ларри защищает девушек!", в общем, ты бредил. — Эшли нежно улыбнулась и села рядом. От этого взгляда у Ларри быстро забилось сердце и кровь поступила к щекам, образовав нежный румянец. —Так, ладно. Мы вылечились, теперь расходимся. Нечего левым мужикам у меня в доме ошиваться. — Сказал Салли, потушив сигару и поднявшись с дивана, — Горничные проводят тебя, Ларри. Уходи. Бесцеремонное поведение и невозмутимый тон Фишера еще больше подорвали то восхищение образом солиста, который Ларри себе выстроил. Выдохнув, Джонсон прошел к выходу, обулся и открыл дверь. Проследив за Ларри, Салли закрыл дверь, поставив точку в мизерном личном знакомстве между фанатом и кумиром. —... Я только что... побывал дома... у своего кумира... Но его поведение и ситуация, из-за которой я оказался здесь... Я не думаю, что смогу по-прежнему воспринимать Салли Кромсали, как любимого певца и хорошего человека.