8:40

Сердце билось быстрее с каждой секундой, однако потихоньку люди начали расходиться. - Так, пойдем собираться, - заговорщически предложила девочкам Беатрис. - Мелисса, сделаешь мне маникюр? - умоляюще сказала Гвин. Итак, уже 9 часов утра, а они уже меня раздражают. Я даже вынула телефон из кармана, чтобы убедиться, как долго меня раздражает весь мир. 9:32. Даже часа с моего пробуждения не прошло. - Пойдем, девочки, - сказала Мелисса. Вот бы это предложение не касалось меня. Нет, оно меня касалось. Мне пришлось покинуть Демида и молча пойти за ними в комнату. Комната была сущим адом для клаустрофоба - такой тесной и грязной комнаты еще надо было поискать. Что ж, типичная девчачья комната, со шкафом на всю стену, кроватью с балдахином, столиком для макияжа и небольшим мольбертом для рисования. Совершенно неинтересный факт о Мелиссе: помимо того, что она очень эмоциональна, но, что не отнимешь, красива, она одновременно дизайнер по образованию, и постоянно увлекалась чем-то с головой. Но скоро, очень скоро, бросала это увлечение и находила новое. Её мечтательность и непостоянность выводили меня из себя. Сейчас, судя по разбросанным масляным краскам и кипам бумаг, она занималась художеством. От слова «худо». Я вдоволь насмеялась своей же шутке, и быстренько записала ее в заметки в телефоне. Гвин тем временем выбирала себе дизайн для ногтей. Темно-зеленый маникюр и белый лист на безымянном пальце. Меня начало тошнить. Я поскорее отвернулась, жалея больше всего на свете, что родилась на белый свет женского пола. Да и женщиной я была неправильной. Где моя красота? Я принялась рассматривать вещи на полочках в комнате Мелиссы, продолжая жалеть себя, как только могла. Много что тут изменилось, но также много чего также лежит, как я это помню. Красочные деревянные цветочки на качающихся пружинках, детские фотографии Демида и Мелиссы (маленький Демид просто прелесть!), ну, и, конечно же, еще больше бесполезных бутыльков, только теперь уже для волос. Я очень тихо фыркнула и нашла еще один минус быть девочкой: много тратишься на всякие тоники и лаки. И тут я случайно взглянула в зеркало. Как я ненавижу такие моменты! Ведь я — мерзость. Я быстро отвернулась на Демида в детстве, пока я не начала искать лезвия снова. И вдруг что-то побудило меня взять расческу с полки. Почему-то я очень захотела расчесать волосы именно сейчас. В момент, когда я потянулась за расческой, в комнату зашел Демид. Я тут же придумала плюс быть девочкой. Мой шанс быть с Демидом немного больше. Он прошел мимо меня к другой части шкафа, где стояли книги и альбомы, и слегка дотронулся до меня кончиком локтя… Мир немного поплыл. Что такое случилось? Почему я лежу? Вокруг так бело… Деревья такие белые на фоне белого неба… Я проморгалась, и четче увидела белые верхушки каких-то берёз. Почему я вообще лежу тут? Как спокойно... — Амали! Ну Амали! Вставай, хватит лежать! — раздался такой знакомый и любимый голос, но в то же время такой чужой… Кто же это? — Руку надо? — спросил голос. Это определенно мальчик. Я поднялась на снегу и увидела Демида. Он протягивал мне руку. Я ухватилась за неё, и в этот момент моё сердце затрепетало, но потом я словно спохватилась. — Что мы здесь делаем? — спросила я у Демида. Почему он мне сейчас так безразличен? Что ещё более интересно, почему он стал ниже и выглядит… так молодо? -В смысле? Ты головой не ударилась? — захихикал он. Почему-то меня вывела из себя эта глупая шутка.Он убежал, к таким же беззаботно прыгающим, и таким же словно помолодевшим Мелиссе, Гвин, Беатрис… Что? Беатрис не накрашена? Но что я здесь делаю?.. Как же спокойно. Я здесь отдыхаю? Но… Ай, неважно. Хотя… я же где-то была, не здесь, до этого… Это было… как бы я ни пыталась, я никак не могла вспомнить, где я была. Так и крутилось на языке, но никак не укладывалось в мозгу. Но как же спокойно... Я вздохнула и вспомнила. Никуда мне не надо. Я здесь до вечера. Отдыхаю. Что за глупые мысли иногда посещают мою голову! Я подошла к костру. Не спалить бы варежки. Я сняла их и положила в карман. На моих ногтях красовался очень даже симпатичный маникюр. Вроде, что удивительного, ведь я всегда делаю его в салоне, но почему-то при виде этой красоты на глаза чуть не навернулись слезы. Я вытащила телефон и посмотрелась в фронтальную камеру. Я какая-то другая. Я достала зеркало из сумочки и посмотрелась в него. Идеальная кожа, две аккуратно заплетенные косички, длинные нарощенные ресницы… Ну и что, я так каждый день выгляжу. Но сердце не покидало ноющее чувство. Что что-то не так. — Амели, давай поборемся! На звание чемпиона! О да, я мастер в этом деле. Меня еще никто не мог забороть в снег, только с этим самонадеянным мальчиком у нас всегда выходила ничья. Если бы мне получилось его победить, мой счетчик побед был бы идеален. Еще один повод гордиться собой. Я мгновенно вскочила. Вот он, мой шанс побороть его! Но почему-то, смотря на его детское личико, мне не хочется причинять ему вреда. Ну и что со мной сегодня? Как только упала, из-за этого странного Демида, походу реально головой стукнулась. Ну почему же у меня при виде него что-то внутри перемешивается? Мы начали бороться. И всю борьбу (описывать не буду) я думала: что со мной такое? И тут все прояснилось. Борьба шла не на жизнь, а на смерть. Естественно, я ужасно устала, но старалась как можно меньше толкать его и пихать, сама не зная почему… И тут, посреди нашего матча, я почувствовала дикое онемение во всех конечностях. Я устала. Я больше так не могу. Я слишком слаба против него. Наши утомленные взгляды пересеклись. Он тоже устал? Я взглянула прямо в его темно-карие, большие глаза и меня охватил электрический разряд. Они…такие красивые. В них что-то есть. Что-то невесомое, приятное, словно лимонад в летнюю жару, словно грозовые облака на летнем небе, словно хорошая новость в плохие времена. Почему я не замечала этих глаз раньше? Я хочу в них утонуть. Без остатка. Я хочу, чтобы эти глаза смотрели на меня с влюбленной искрой. Я хочу смотреть на них вечно. Ведь именно от них я наполняюсь неведомой силой, тихо растекающейся по всему моему телу. Но ничто не вечно. Мои ноги бессильно подкосились, и он аккуратно уложил меня в белый снег. -Ха-ха, я поборол тебя! — сказал он гордым голосом и покричав немного о своей победе, побежал куда-то. Мир стал каким-то серым и тусклым. Все, что мне хотелось — еще раз увидеть его глаза. О боже, как все казалось теперь скучным. Сосиски, костер, деревья, всеобщее веселье… даже на испорченный счетчик побед мне стало так все равно! Не хотелось совершенно ничего…. И вдруг в моем мозгу всплыли непонятные картины из какого-то фильма, который я вроде где-то видела… или… некрасивая девочка…её бьют… кстати, похожа чем –то на меня. Невзаимная любовь… ого, этот актер точь-в-точь как повзрослевший Демид.. деревня… запах меда и корицы… боль и огорчение… нетактичность… лезвия... агрессия... Что за ужасный фильм, и почему в нем взрослый Демид? А, точно, это же мое будущее. Я вспомнила все, но все еще была здесь. Слезы прокатились по моим щекам. - Нет, не надо меня назад... Я не хочу... Я там некрасивая... Я поссорилась с лучшими подругами, а мальчик, который мне нравится, даже не разговаривает со мной. Я не хочу ссориться с мамой... Нет... Я согнулась пополам, сидя на заснеженном камне, и весь мир словно исчез для меня. Я все так хорошо понимала. И так не хотела все понимать. - Нет, еще минуточку... - Я вызываю скорую, она еле дышит! Амелия! - Смотри, она глаза открывает.. - Нашатырь может? - Я не хочу... - лепетала я. - Все в порядке? Дышишь? - я только сейчас поняла, что Мелисса хлопала мне по щекам все это время. На корточках рядом сидела Гвин с водой и нашатырем. Беатрис сидела чуть поотдаль в телефоне. - Все нормально, - я схватилась за голову, - Больно. - Ты нас очень напугала. - Что случилось? - Ты упала в обморок. Слава Богу, Демид успел подхватить тебя, иначе расшибла бы себе чего. Мои кулаки снова сжались как можно крепче. Я никогда не увижу, как Демид подхватывает на руки, пока я падаю без сознания, а ведь это моя мечта. В этом сне я увидела снова момент, когда я влюбилась в Демида. Примерно через полгода вся моя жизнь испортилась, из-за... Я пообещала себе больше никогда не сожалеть о прошлом. Почему тогда в сне я так плакала? Это я, прошлая "Я", такая слабая и жалкая, которая плачет по пустякам. Я ненавижу свою прошлую жизнь. Я люблю только Демида. — Ну, в принципе, мы уже же готовы, можно идти гулять, — вставила свое слово Беатрис. — Куда гулять, у нас тут человек чуть не умер! — возмутилась Мелисса. Беатрис такая эгоистка, -Амели, полежи немного на моей кровати, а как станет лучше — пойдем гулять. А мы пока посмотрим фильм. — О да-а-а! — хором закричали девочки и умчались. Демид немного постоял, листая книгу, и прежде чем я успела что-либо спросить, вышел. Я легла в мягкую кровать и уснула. А ведь мне больше нравится, когда меня называют Амалия. Я проснулась. Посмотрела время на телефоне, который кто-то заботливо принес сюда. 10:32. И что мне делать теперь? Я зашла в кухню. Там никого не было. Поэтому я съела пару булочек, стоявших на столе. Зайдя в гостиную, я услышала как громко хохотали, Гвин, Мелисса и Беатрис, сидя на полу. Рядом на диване сидели Демид с Аделиной и выглядели очень счастливыми. Теперь ко мне повышенное внимание, из-за того, что я просто упала в обморок. Знали бы они, как это часто со мной происходит. Мелисса пододвинулась ко мне поближе и прошептала: - Отойдем, поговорим? Я лишь неловко кивнула, и мы вышли в кухню. - Ты же знаешь, как я за тебя волнуюсь. Я кивнула. - И да, я знаю, что это мы предложили тебе не быть больше подругами, но ты все еще близкий нам человек. Я кивнула, но кулаки сжались. - Мне больно видеть, как ты это делаешь с собой. - Делаю что? - Ты ничего не съела за завтраком. Я заметила. Я сглотнула и мои кулаки сжались еще на миллиметр. - А еще, покажи мне свои руки. - Нет. Голова закружилась и дыхание начало сбиваться. Ладони стали чуть мокрее и скольже. - Хватит резаться, Амели... Мне больно видеть такие свежие шрамы... - Мне все еще нехорошо, я присяду на диван в гостиной? - Конечно. Я развернулась и пошла к двери в гостиную. - Ты прислушаешься, Амали? Замерла на секунду. Мне так нравится имя Амалия. Она, конечно, это знает. Я ничего не отвечаю и возвращаюсь в гостиную. - И тут он мне говорит... - вещает Гвин. - Вот дурак, - отвечает Беатрис. - Ч-что он сказал? - попыталась втиснуться я в диалог, как обычно, запнувшись. Ну неужели сложно сказать нормально хоть одно гребаное предложение? - Да там неважно, - очень быстро сказала Гвин. Да, конечно. Спорим, вы через месяц расстанетесь, — язвительно сказала сказала Беатрис. — Может у них настоящая любовь? Ты не знала, что такая существует, Беатрис?! — резко в разговор вмешался Демид, — взять в пример моих родителей… О боже… Демид верит в настоящую любовь.… У нас обязательно будет такая. Мы поженимся, и будем жить долго и счастливо. Как же хорошо, что он тоже так думает. Что-то общее у нас все же есть. Как только все были готовы, мы отправились на прогулку. Сначала мы просто шли до длинной дороге вдоль домиков, магазинов и сугробов. Как и говорила Мелисса, было не очень холодно, на небе светило яркое солнце. На дорогах даже были лужи. Я шла сзади всех и даже не собиралась вмешиваться в диалог. Ребята кидали друг в друга снег и засовывали его за шиворот. После прогулки мы зашли наконец домой.