Третий, Десятый и Пятый..

В комнате Нила, Мэтта и Сета, стояла гробовая тишина, она нарушалась, только тяжелым дыханием Кевина, который дрожал всем телом и смотрел на Нила. Эндрю стоял оперевшись на дверь, предварительно закрыв ее от лишних ушей. Старшекурсники были пока заняты, просмотром кино, традиционно для них. И значило, что ближайший час Мэтью не будет в комнате, а Сет же находился в коме и при большом желании не сможет в течение долгого времени добраться до комнаты. А для остальных любопытных лиц, у Эндрю спрятаны ножи, чтобы наглядно показать нежданному человеку, что ему лучше продолжить вечер кино, или же отправиться гулять по корпусу общежития. Спать на лавочке? Прекрасная идея. Эндрю все равно. Кевин открывал рот, чтобы задать вопрос, но из него вырывался лишь судорожный надорванный выдох, и он закрыл рот обратно. Нил, напротив, потерялся. Что сказать? Как объяснить?.. Абрам давно отключился, видимо зная, если понадобятся его объяснения Джостен наберет ему повторно. Но пока тот решил сообщить их с Нилом дяде, о том, что Дэй теперь в курсе и пора более активно заняться внешностью Нила, пока этим не занялся Рико, который явно уже знает, кто же опозорил его в прямом эфире. Вскоре тишина была нарушена тем же Кевином. – Скажи, что это глупая шутка… Скажи, что ты не он. — Торопливо выдохнул он, не отрывая взгляда от Нила. В его глазах плескался животный страх, страх, близкий к панике. – Скажи, что ты не Натаниэль… — Не стоит лишний раз назвать меня так. Я не тот Натаниэль. — Твердо сказал Нил, осматривая комнату. Он старался найти чтото, что могло отвлечь Кевина. — Я Натаниэль Абрам Веснински, а Дьявол Эвермора Нил Кейн Веснински. Мой брат близнец. Не то, чтобы я хотел тебя посвящать в мое семейное древо. Но у Натана Веснински, моего отца, три сына. Двое из которых неизвестны миру, гнезде их явно похоронили, а вот люди отца знают что двоя из них в бегах. И только один известен всем, но вот загвоздка не под тем именем. Я – Натаниэль Абрам Веснински. И я хочу, чтобы ты знал меня таким, какой я есть сейчас. Пока Нил объяснял глаза Дэя расширялись от каждого предложения, будто ему рассказывали настоящую причину зарождение жизни на земле, и то почему же люди живут. Кевин смотрел на него, не моргая. В его глазах смешались страх, недоверие и какое-то странное любопытство. – Я… Я не знаю, что сказать. — Пробормотал он. – Тебе и не нужно ничего говорить. — Ответил Нил. – Просто… дай мне время. Дай мне время доказать, что я не монстр, которого ты представляешь. — Монстра? – Кевин повторил слово, словно пробуя его на вкус. – Я… Я не вижу в нём монстра, Натаниэль. В комнате вновь повисла тишина, но теперь она была наполнена тяжестью признания. Нил вопросительно вскинул брови. Он не ожидал от Кевина чего-то подобного, но в душе был рад, что один вроде как друзей брата, не считает его монстром. – Тогда чего ты боишься? – Спросил Нил, стараясь сохранить ровный тон, и не показать какую-то радость за брата. – Я боюсь… – Кевин замялся, словно подбирая слова. – Я боюсь, что он… что он придёт.. Вернет меня туда, откуда я бежал. И тогда… тогда он накажешь меня за предательство. — Последнее слово Дэй выдавил из себя тяжело и тихо. Нил сидел неподвижно, его взгляд, обычно острый и проницательный, сейчас был смягчен сочувствием, в то время как Кевин, сгорбившись, казался маленьким и беззащитным. Напряжение в воздухе звенело, словно натянутая струна, готовая оборваться в любой момент. – Предательство? – Переспросил Нил, его голос звучал приглушенно, словно он боялся нарушить тишину, которая повисла между ними. – Какое предательство, Кевин? Кевин вздрогнул, словно его коснулась ледяная рука. Он опустил взгляд, избегая зрительного контакта, и его пальцы не сильно сжали край футболки. – Мой побег. — Прошептал он, его голос был едва слышен, словно шелест осенних листьев. – Я предал Гнездо. Я предал Рико. Я предал… Ната.. Имя застряло у него в горле, не желая вырываться наружу, словно оно было слишком тяжелым и горьким, чтобы произнести его вслух. Нил понял, что Кевин чувствует себя виноватым, что его терзают муки совести, и это только усугубляло его собственные чувства. – Расскажи мне. — Мягко попросил Нил, стараясь говорить как можно спокойнее и убедительнее. – Расскажи мне, что произошло в Гнезде. Что случилось в Эверморе? Кевин поднял на Нила глаза и начал говорить, запинаясь и сбиваясь, словно каждый шаг которого давался ему с огромным трудом. – Там… в Эверморе… – начал он, его голос был хриплым.. – Там было… сложно. Достаточно сложно. Но я слишком долго не замечал всего этого.. А когда заметил было поздно. — Нил терпеливо ждал, не перебивая, давая Кевину возможность собраться с мыслями. – А ещё был Натаниэль, – Продолжил Кевин, его голос слегка дрогнул. — Он был другим… не таким, как все остальные. Он был… добрым. Отзывчивым. Он… он заботился о нас, – Сказал Кевин при этом прикрыл глаза словно вспоминая человека о котором говорит. Нил прищурился. "Добрым? В Гнезде?". Не то чтобы Нил, не верил в своего брата, но он сомневался после всех баек о гнезде. – не вязалось. – Правда, забота эта была… странной. Натаниэль холодный, отстранённый, мог огрызнуться так, что искры летели. Острый язык, как у тебя, Нил, странно, что я сразу не заметил сходства. Но при всём этом… он защищал нас, заботился... – Заботился? – Переспросил Нил, стараюсь узнать, как больше о своём давно потерянном брате. он словно по крупицам из всех диалогов, интервью и газет собирал ему портрет. – Да. – Кивнул Кевин, открывая глаза. – Он всегда был рядом, когда Рико выходил из себя. Он заступался за нас… брал вину на себя. Он был.. Нашим щитом. – Что ты имеешь в виду? – Спросил Нил. Кевин глубоко вздохнул, словно готовясь к самому страшному. – Рико… он был не всегда жесток, по отношению ко мне.. — Прошептал он. – Он издевался над Жаном, над Натом.. Я не знал об этом… А потом он заставил меня наблюдать.. Он… он наслаждался нашей болью. Но Натаниэль… он всегда пытался остановить его. Он отвлекал Рико, успокаивал его… Он делал все, чтобы защитить нас. – И что случилось? – Спросил Нил, его голос был тихим, но в нем слышалась неподдельная заинтересованность. Только она была и с самого начала упоминания Натаниэля. – Однажды… Натаниэль отлучился. – Ответил Кевин, его голос задрожал. – Всего на пару часов. Но… Рико… этого хватило. — Кевин замолчал, словно не в силах продолжать рассказ. Его лицо исказилось словно от фантомной боли, Дэй сжал запястье руки, и Нил понял, что дальше будет только хуже. – И что потом? – Подтолкнул его Нил, стараясь говорить как можно мягче. – Рико… он сорвался. – Прошептал Кевин, его голос был едва слышен. – Лишившись сдерживающего фактора… он сорвался на мне. — Кевин снова замолчал, словно не в силах произнести то, что последовало дальше. – Он… он сломал мне руку. – Прошептал Кевин, его голос был полон страха и отчаяния. – Я понял, что если останусь… он меня убьет. Нил почувствовал, как в его груди что-то оборвалось. Он понял, что Кевин принял очень трудное решение в своей жизни. – И что тогда? – Спросил Нил, стараясь говорить как можно спокойнее. Кевин посмотрел на него, в его глазах читалась смесь страха и стыда. Последние заставило Джостена напрячься, он невольно посмотрел на Эндрю, что молча наблюдал, тот заметив его взгляд лишь в кивнул в сторону Дэя. – Я… я попросил Жана. – Дрожащим голосом тот привлекая тем самым внимание Нила обратно. – Я попросил его… пожертвовать собой. Чтобы он отвлек Рико… а я смог сбежать. В комнате повисла тишина, звенящая и давящая. Нил почувствовал, как его сердце бешено заколотилось. Он не мог поверить в то, что только что услышал. – Пожертвовать собой? – Переспросил Джостен, его голос был ледяным. – Ты оставил Жана на растерзание Рико, чтобы спасти свою шкуру? Кевин вскочил с кровати, словно ужаленный. Его лицо исказилось от боли и ярости. – У меня не было выбора! – Закричал он. – Я бы умер! Ты понимаешь? Я бы умер! – И ты решил, что лучше пусть умрет Жан? – Нил встал с пола, его взгляд был полон презрения. – Ты решил, что твоя жизнь важнее его? – Я… я не хотел этого! – Продолжать говорить на повышенном тоне Кевин. – Я не хотел, чтобы он умер! Но… я не мог иначе! – Ты мог иначе. – Холодно произнес Нил. – Ты мог остаться и сражаться. Ты мог попытаться помочь Жану. А еще ты мог открыть глаза себе пораньше. – Но я бы умер! – Кевин был в отчаянии. – Я бы не выжил! – Ты мог умереть достойно. — Ответил Нил. – А ты выбрал жизнь ценой предательства и даже возможно ценой жизни своего друга. Ты предал Жана. Кевин пошатнулся, словно его ударили. Его глаза расширились. – Я знаю. — Прошептал он, его голос был еле слышен. – Я знаю… И мне с этим жить. Нил смотрел на него с презрением и жалостью одновременно. Он понимал, что Кевин сделал ужасную вещь, но он также понимал, что его мучает совесть. – Ты сбежал. — Холодно произнес Нил. – Ты просто сбежал, оставив друга на верную смерть. – Заткнись. — Прорычал Кевин, отворачиваясь от Нила. – Ты не знаешь, что это такое! – Да, не знаю. — Согласился Нил, вставая с кровати. – Но я знаю, что такое нести ответственность за своих близких. А ты просто трус. Эндрю, до этого молчавший, вдруг подал голос. – Не стоит судить его так строго, Нил. – Сказал он, не отрывая взгляда от Кевина. – Ты же сам знаешь, что такое бежать. Нил замер, словно споткнувшись о невидимое препятствие. Он медленно повернулся к Эндрю, в его глазах читалось недоумение. – Что ты имеешь в виду? – спросил он, его голос был полон растерянности. Эндрю не ответил. Он просто продолжал смотреть на Кевина, словно пытаясь прочитать его мысли. Нил перевел взгляд с Эндрю на Дэя, потом снова на Миньярда. Внезапно его словно осенило. Он вспомнил все те годы, которые провел в бегах, скрываясь от своего отца. Он вспомнил свою мать, которая всю жизнь бежала, меняла имена и лица, чтобы защитить его и брата. Он вспомнил Абрама, что спал рядом под боком и было готов бежать, хоть и не хотел. Он вспомнил, как сам бегал, прятался, жил под чужим именем, всегда оглядываясь через плечо. – Ты прав. — Тихо сказал Нил, опуская голову. В его голосе прозвучало признание собственной слабости. — С этой суматохой я забыл достаточно важное. Эндрю продолжал молча наблюдать за разворачивающейся сценой, его лицо оставалось непроницаемым, словно высеченное из камня. Он не проявлял ни малейшего сочувствия к Кевину, но и не осуждал его, словно это было не его дело. Его взгляд скользил по Кевину, словно анализируя экспонат под микроскопом, беспристрастно и отстраненно. Он просто констатировал факт: Кевин предал своего друга, чтобы спасти свою шкуру. И это все, что имело значение. Он понимал, что Кевином двигал страх. Страх смерти, страх боли, страх вернуться в тот ад, из которого он вырвался. Эндрю знал этот страх не понаслышке. Он видел его в глазах многих людей, он чувствовал его на своей собственной шкуре. И он знал, что этот страх способен сломать даже самых сильных. Он также понимал, почему Нил так остро реагирует на эту ситуацию. Нил сам когда-то был на месте Кевина, бежал, прятался, жил под чужим именем. И он знал, что Кевин нарушил негласный кодекс тех, кто выжил. Кодекс, который гласил: ты можешь бежать, ты можешь скрываться, но ты не имеешь права предавать своих. Эндрю считал, что каждый человек должен сам нести ответственность за свои поступки. Кевин сделал свой выбор, и теперь ему придется жить с его последствиями. Сожаление, вина, презрение к самому себе – это все его проблемы. Эндрю не собирался его жалеть или утешать. Он не собирался тратить на него свои силы. Он отошел от парней и направился к двери, всем своим видом демонстрируя, что этот разговор для него окончен. Он открыл дверь и остановился в дверном проеме, бросив на Нила и Кевина короткий, холодный взгляд. – Я иду курить. – Сказал он, его голос был бесцветным и лишенным всякой эмоции. – Если что, я буду на крыше. И, Нил. – Побудь немного другом Кевину, сокомандником, старым знакомым, кем угодно. Отведи этого идиота в комнату. И скажи этим двум другим идиотам, Аарону и Ники, чтобы присмотрели за ним. Убедитесь, что этот мудак не нажрётся до смерти. Нам проблемы не нужны. — И с этими словами Эндрю ушёл. *** На следующее утро после ссоры Нила и Кевина, у всей команды была тренировка. Вчерашние события оставили глубокий след, и сильнее всего это отразилось на Кевине. Дэй, обычно был словно сгусток энергии и взрывной саркастичности, теперь выглядит так словно потерял искру. Он больше не искрил энтузиазмом, а его взгляд потух, будто внутри него погасили свет. Передвигался по залу с поникшей головой, его плечи казались тяжелыми от груза невысказанных слов и терзающих мыслей. И это не осталось незамеченным. Кевин чуть ли не единственный раз получил нагоняй от тренера Ваймака за то, что Дэй передвигался по полю как муха. Дэвид слегка выкрикнул смотря на корт. "Эй, Кевин, ты тут спать собрался или играть?", что повергло Кевина в еще большую подавленность. Его движения стали механическими, лишенными привычного огня. Даже форма висела как тряпка, подчеркивая подавленность. Он был тенью себя прежнего. Никто из Лисов, кроме Нила и Эндрю, не заметил бы этой перемены, ведь Кевин старался не показывать свои чувства. Особенно это стало заметно в его избегание Нила. Их отношения и так висели на волоске, а после вчерашней ссоры, о которой знали лишь они трое, и вовсе рвались. Кевин, казалось, и вовсе будто старался вычеркнуть Нила из своей реальности. Он возвел невидимую стену, и с каждым взглядом избегал зрительного контакта с Нилом. Никаких шуток, подначиваний, совместных тренировок. Лишь тишина и холод. Во время парных упражнений, Кевин выполнял пасы сухо и формально, ни разу не посмотрев Нилу в глаза. Просто молча отдавал мяч и отворачивался. Никаких комментариев, никакой критики, никаких похвал. Полная пустота. Для остальных это могло показаться обычной сосредоточенностью, но Нил чувствовал лед, пролегший между ними. В перерыве Кевин отошел в дальний угол зала, сел на скамейку, обхватив голову руками. Нил, наблюдая исподтишка, не выдержал и подошел. Он чувствовал себя виноватым, ведь вчера они серьезно поссорились. Слова, сказанные в сердцах, больно ранили обоих, и теперь Нил мучился от осознания своей несдержанности. – Кевин, все в порядке? – Тихо спросил Нил, стараясь не привлекать внимания остальных. Кевин вздрогнул, словно вынырнув из забытья. Поднял голову и посмотрел на Нила усталым, потухшим взглядом. – Да, все хорошо. — Ответил он, но в голосе не было уверенности. Нил нахмурился. – Не ври. — Сказал Нил. – Я вижу, что ты не в порядке. Кевин тяжело вздохнул. – Это все… – Он запнулся, покосился на самого Джостена. — Это сложно. Нил понимающе лишь кивнул. Вскоре появился тренер. Ваймак, по обыкновению, перекричал утренний гомон своей команды. – Так, хватит перемывать кости! Миньярд, Хэммик – наматывайте круги вокруг поля. Ники, бери Эндрю и марш на пробежку. Остальные – доделываем упражнения и, не забудьте, вода! Как эти двое разогреются, займемся отработкой… – Его речь прервал трезвон старого телефона, доносившийся из коридора. – Да чтоб вас! Когда уже найду секретаршу? Ники, со вздохом, направился в раздевалку, а Ваймак, ругаясь, пошел отвечать на звонок. Нил, стоявший сидевший всех, слышал, как тренер отвечал на вызов. Голос его звучал ровно и вежливо, но Нил чувствовал сквозь эту маску скрытое раздражение. – Тренер Ваймак, Университет Пальметто. Что, простите?.. Минуту. – Он вышел в коридор, прижимая трубку к уху. Большим пальцем отключив микрофон, Ваймак пнул ногой дверь в мужскую раздевалку. – Эндрю Джозеф Миньярд, мать твою! Какого черта ты опять натворил?! Из глубины раздевалки донеслось: – Не я! Это все однорукий! – Живо притащил сюда свою задницу! – Прорычал тренер. Дверь хлопнула. Мгновение спустя, Эндрю, уже в форме, предстал перед Ваймаком. Тренер сунул ему трубку, процедив: – Полиция тебя ищет. Лучше расскажи все сам, пока они не начали выкладывать мне всю правду и в самых ярких красках! Эндрю лишь закатил глаза и сложил руки на груди. – Не я, это мой злой близнец постарался. Ваймак испепелил его взглядом, отпустил кнопку микрофона и прижал телефон к уху. – Офицер… Хиггинс, кажется? Не могли бы вы объяснить, в чем дело? – Черт. – Пробормотал Эндрю. – Тренер, не надо. Ваймак проигнорировал его, но Эндрю выхватил у него трубку. Убежать не успел – Ваймак схватил его за шиворот. Эндрю не сопротивлялся, лишь уставился на телефон с каким-то болезненным любопытством. Эндрю извернулся, чтобы увидеть Аарона. Тот, застыв на месте, смотрел на брата. Эндрю развел руками, изображая невинность, и лишь тогда приложил трубку к уху. – Кабан Хиггинс, ты? Да, удивлен. Ты же знаешь, я не люблю сюрпризы. Говори, что надо? Что ты за мной спустя столько лет? – Он помолчал, слушая собеседника, потом бросил короткое «нет» и нажал на отбой. Телефон зазвонил снова почти мгновенно. Лисы, забыв про разминку, открыто наблюдали за происходящим. Мэтт, видя, что Ваймак не против, уселся на скамейку, превратив все в представление. Эндрю, вырвавшись из хватки тренера, отскочил к стене. Прижав свободную руку к уху, он снова ответил на звонок. – Чего тебе? Нет, я не бросал трубку. Зачем мне это? Я… Нет. Замолчи. И снова отбой. Но Хиггинс был настойчив и позвонил в третий раз. После пятого звонка Эндрю сдался. – Говори. – Выдохнул он. — Монолог Хиггинса длился долго. Новости, очевидно, были плохими. Безумная улыбочка Эндрю исчезла, сменившись нервозностью. Он принялся притопывать ногой, а затем и вовсе отвел взгляд от Аарона, уставившись в потолок. – Стой. — Наконец сказал он. – Кто пожаловался? Слушай, Хиггинс, не надо мне тут сказки рассказывать. Я прекрасно знаю, где и с кем ты работаешь. У нее ребенок, значит… Что? Нет. Даже не проси. Я сказал «нет». Отвали. Слушай. — Голос его повысился, – еще раз позвонишь, я тебя в асфальт закатаю. Закончив разговор, Эндрю бросил трубку Ваймаку. Она, к счастью, не попала в стену. Он повернулся к команде, лицо его потемнело. – Тренировка отменяется. — Процедил он, ищя кого то глазами. – Тренер, мне нужно разрешение уехать. Сейчас же. Ваймак, все еще ошеломленный, держал трубку, как будто она могла взорваться. — Сначала объясни, что происходит! Почему звонит полиция? – Нет времени. — Огрызнулся Эндрю. – Разрешение, или я уйду и вы пожалеете, тренер. Ваймак посмотрел на него испепеляющим взглядом, но что-то в выражении лица Эндрю заставило его отступить. Вместо обычной наглости он увидел тревогу, даже возможно страх. Неужели Миньярд чего-то боялся? – Хорошо. — Неохотно пробормотал Ваймак. – Но чтобы сегодня вечером ты мне все объяснил. Иначе… Эндрю не стал дослушивать. — Ники, поехали! – Бросил он через плечо. Ники, застывший с открытым ртом, встрепенулся. – Куда? Что случилось? – Потом расскажу. Просто поехали. Хэммик послушно направился в раздевалку дабы снять экипировку, а Миньярд направился на выход. – Что происходит, куда ты собрался? – Домой.– Эндрю указал на дверь. – Я же попрощался. – У нас тренировка. — Напомнила Дэн. – И в пятницу игра. – Для этого есть Жанна. Без меня справитесь. После этих слов за ним закрылась дверь. В этой атмосфере натянутости, Нил резко развернулся и вышел, надеясь найти немного облегчения на свежем воздухе. В тени стены стоял Эндрю, скрестив руки на груди и глядя куда-то вдаль. Его лицо, как всегда, было непроницаемым, но Нил чувствовал, что внутри него бушует что-то и это что-то было грознее тайфуна. Нил подошел к нему, стараясь найти подходящие слова. – Эндрю. — Привлекая внимание, начал Нил. Он говорил тихо, но стараясь заглушить доносившийся из спортзала шум тренировки. – Если у тебя какие-то проблемы… Просто дай мне имя, если оно есть, и я решу вопрос, чтобы тебя не беспокоили. Если имени нет, я могу связаться с отделом, где работает Кабан, и узнать, что за дело. Он говорил это спокойно, стараясь наблюдать за реакцией Миньярда. Тот лишь поднял бровь, а после покачал головой. Взгляд Эндрю оставался ледяным, как и тон его голоса. – Не твое дело. Эти два слова прозвучали как удар хлыстом, но Нил не отступил. Он знал, что Эндрю просто пытается его оттолкнуть, чтобы защитить. Но Нил не собирался позволить ему это сделать. Он сделал шаг вперед, почти касаясь Эндрю, но в коридоре замаячил Ники. – Я всё, едем? — Сказал неожиданно быстро появившийся Ники, врываясь в их личное пространство, словно ураган. Эндрю сузил глаза, уставившись на Ники так, словно тот был тараканом, заползшим на его любимый диван. Но вместо того, чтобы выдать гневную тираду, он лишь глубоко вздохнул, всем своим видом выражая непомерную усталость. – Пошли в машину, Ники. — Процедил Эндрю сквозь зубы. – И заткнись. Ники, казалось, даже не заметил напряжения, царившего между Нилом и Эндрю. Он кивнул и направился к машине, продолжая что-то бормотать. Эндрю бросил на Нила взгляд, такой же ледяной, как и в начале их разговора. – Это не закончено. — Тихо сказал он, прежде чем развернуться и уйти, оставив Нила в недоумении стоять посреди коридора. Нил наблюдал, как спины Эндрю и Никки удаляются. Он понимал, что их с Миньярдом диалог неизбежно продолжится. Эндрю просто временно отложил его, возможно, чтобы оградить Ники от назревающей бури. Мы вернемся к этому, подумал Нил, глядя на удаляющуюся машину. И я не отступлю. Он знал, что у него есть веские причины, чтобы вмешаться, и он намерен был донести их до Эндрю, несмотря на все его попытки оттолкнуть его. Этот разговор был слишком важен, чтобы его просто так оставить.