Новобранец

- Двадцать пять... Митанур согнул руки и вновь опустился вниз, почти к самому полу, напрягая все мышцы, чтобы не упасть на пол. - Держимся...- холодным властным тоном проговорил сержант Уртар, сейчас сидевши на стуле и попивавший сладкую газировку,- Держимся... Держимся... Встаем. Парень напряг руки и выпрямился. - Двадцать шесть... Снова вниз. Руки уже буквально отваливались. Как и мышцы на животе. Вся одежда была мокрой. Воздуха не хватало. Но Митанур делал все, чтобы выполнить приказ. Еще немного. - Держимся... Держимся... Держимся... Встаем. Теперь вверх. С каждым разом делать это было все труднее и труднее. Но нужно было. Только бы не упасть. Только бы справиться. - Двадцать семь... Снова вниз. Опуститься. Ждать, пока сержант произнесет свое троекратное "Держимся". Встать по команде. Двадцать восемь. Вниз, ждать, встать. Двадцать девять. Вниз, ждать, встать. Тридцать. - Молодец. Закончили. Встаем. Парень прыжком подмял под себя ноги и прыжком встал. Руки моментально заболели от того, как резко ушло напряжение. - А теперь побежали,- прозвучал новый приказ сержанта и Митанур начал бежать на месте мелкими шажками, согнув руки в локтях, пытаясь отдышаться. В лицо прилетело тонкой резиновой палкой, от чего парень вздрогнул. - Дышать! Носом! Выдыхать! Ртом!- проорал Гаманур,- Сколько еще я должен повторять это тебе!? Митанур почувствовал себя идиотом. Снова забыл. - Простите...- попытался сказать парень, но затем осекся, понимая, какую глупость совершил. Новый удар палкой пришелся по губам. - Не болтать на пробежке!- вновь рявкнул его командир прямо ему на ухо. Парень уже не боялся этого. Это было частью тренировок. Неприятно, конечно, но терпимо. - Ты меня слышишь!?- прозвучало от мужчины,- Вроде как в уставе написано, что надо отвечать своему командиру!? "- Не слушать... Проверяет..."- произнес про себя парень. Его уже так подлавливали. Больше он не повторит это. Главное - бежать и не сбивать темп. Нос, рот. Нос, рот. - Ну вы посмотрите-ка, парни, на этого наглеца,- сержант, похоже, решил продолжить проверку,- Я вроде как к тебе обращаюсь, рядовой! Нос, рот. Нос, рот... Просто проверка. Просто пытается подловить. - Если ты сейчас мне не ответишь, я о тебе Клемарту доложу, тот тебя мигом к комкаду отправит! И пусть он разбирается с такой наглой жопой, как ты! Пришлось постараться, чтобы не засмеяться. Получалось с трудом. Нос, рот. Нос, рот. Нос, рот... Несколько секунд Уртар смотрел на него грозным взглядом, а затем отвернулся и лег на свою раскладушку. Митанур продолжал бежать. Команды еще не было. Остальные, кто находился в палатке, не обращали на него никакого внимания. Хемцур, Дикаол и Трисит, вильярцы, просто читали книги. Неакор и Туцур, тоже вильярцы, играли в какую-то игру с костями. Их капрал, Тавит, увисарец, разобрал свой лазган на специальном коврике и молился перед ним на коленях. Дагажар, сетьянец, писал свои мемуары карандашом. А Асилгаз, бонвурец, решал задачки по математике, не используя калькулятор, пытаясь не потерять сноровку и развивать ум. Это помогало. Митанур по жизни был не из тех, кто любит, когда на него обращают внимание. Потому тот факт, что на него всем тут плевать, исключая сержанта, был ему только в радость. - Стоп,- приказал сержант и парень резко остановился, встав по стойке "Смирно",- Вольно. Отдыхай. - Есть, сэр,- ответил по уставу Митанур и начал восстанавливать дыхание. Просто так взять и уйти было нельзя - надо было вначале дать организму прийти в норму. На это ушла ровно минута и только после этого рядовой смог вернуться на свою койку. По их палатке прошелся вздох колоссального облегчения. Часовая вечерняя тренировка подошла к концу. Наконец-то. Теперь оставались только ужин, прочитать еще кучу всякой литературы по боевой подготовке, а потом и спать... Мысли парня в очередной раз вернулись к происходящей ситуации. Прошло всего несколько дней с тех пор, как его забрали со станции метро, признали годным и отправили сюда. Всего несколько дней его нещадно тренировали, как заявлял сержант, сразу по трем направлениям - тело, ум и психику. Было тяжело. Первый день, когда он ничего не умел, ничего не понимал и вообще не хотел тут находится, был самым отвратительным за всю его жизнь. Но это удалось преодолеть. Сержант умел доходчиво объяснить, зачем все это нужно. И заодно пояснить, что назад у Митанура дороги больше нет. Что он умрет или гвардейцем, или дезертиром, потому что Империум призвал его и он обязан подчиниться. От этой мысли становилось не по себе. Он больше не увидит семью. Больше не увидит любимую девушку. Больше не увидит друзей. Теперь вся его жизнь будет посвящена Гвардии. И при этом всем Митанур не мог не признать... он понимал, ради чего это. Местные капелланы каждое утро рассказывали им, ради чего они здесь. Что их цель - служить Богу-Императору, защищая Империум Человечества. Что если не воевать в других местах, то война доберется и до Шамтанара, а потому он обязан выставить какого-то в ряды Гвардии. Что все это - священный долг каждого человека и отказ от этого является ересью. Митанур не был еретиком. Ни в коем случае. Он всегда старался следовать заветам их пастырей, ходил каждую неделю в церковь, соблюдал все посты, как это делали все, молился два раза в день и еще много чего. Потому ему приходилось признать - ему придется остаться. Так уж получилось, что его выбрали, что именно он среди других миллионов оказался в рядах Гвардии. А это означало, что ему оставалось только принять свою судьбу с честью и защищать Империум. Была, правда, и другая мотивация. Шестерых новобранцев уже расстреляли за попытку дезертирства, еще двенадцать - за отказ выполнять приказ, и еще троих - за нападение на сержантов. Так что Митанур хорошо понимал свою участь, если он попытается отказаться или сбежать. Его просто убьют. Как дезертира. Так что мысли о побеге быстро его оставили. Риск отправиться на вечные муки в ад вместо того, чтобы отправиться в Чертоги Святого Воинства, обитель всех павших воинов у подножия Золотого Трона, того явно не стоил... Стоило Митануру немного отдохнуть в тишине их палатки, как им дали команду собираться и идти на ужин. После ужина - душ. После душа - чтение. Литературы ему выдали достаточно много на самые разные темы. Про тактику, про ориентирование на местности, про особенности рельефов, про бои на разной местности, про выживание и еще много чего. Все это необходимо было прочитать, выучить, а потом сдавать экзамены, причем в случае, если он не пройдет минимальные вступительный порог, то его накажут и отправят на пересдачу. Так что Митанур учил. Читал и учил. Под конец, когда еще пятьдесят страниц про особенности штурма окопов были прочитаны и обдуманы достаточно, чтобы можно было ответить на проверочные вопросы, парень, отложив все, совершил ночную молитву перед иконой, которую ему выдали, и лег на кровать после отбоя. Все тело ломило и желание сейчас было только одно. Спать... Резкий мерзкий звук заставил вздрогнуть и подскочить с кровати. - ТРЕВОГА!!!- рев сержанта пронесся по палатке. Затем яркая вспышка ослепила глаза. Включили свет. Все уже вскочили с кроватей и начали стремительно одеваться. - Одеваем и выходим! Живо-живо-живо! Митанур ничего не понимал, но успел осознать, что тоже должен одеться. Так быстро, как только можно было, он начал надевать носки, потом брюки... Все к тому времени уже были одеты. - Мит, быстрее, блять!- грозно приказал сержант,- Подбронник хватай и побежали! Спорить тут было бесполезно. Запихнув ноги в ботинки и не завязывая шнурки, парень схватил свой подбронник и побежал с остальными на улицу. Там все напоминало разворошенный улей с насекомыми. С каждой палатки выбегали солдаты и строились по десять человек. Их отделение тоже построилось и начало ждать. Сирена прекратилась. Стало тихо. Однако проходили секунд, но ничего не происходило. Митанур успел надеть подбронник, но все равно стояли молча. - Сержант, а что... - Ш-ш-ш!- шыкнул на него злобно Дикаол, перебив новобранца,- Слушай! - Кого?- не понял Митанур. Он ничего не слышал. - Блять, вокс!- снова злобно произнес Дикаол. Митанур осознал. Вокс! Он забыл вокс-бусинку, которую снял перед сном из-за того, что в ней неудобно было! И прямо сейчас она была в палатке... Больше ничего не говоря, парень развернулся и ринулся в палатку. Быстро подбежал к своей тумбочке, забрал устройство и вставил себе в ухо, побежав обратно. Там уже все развернулись и начали бежать вглубь лагеря. Его отделение уже успело убежать. Пришлось догонять. - Я здесь!- тихо произнес Митанур, чтобы его не потеряли,- Что случилось? - В твоем Дасинаре пиздец какой-то,- холодно и раздраженно ответил сержант, от чего у парня все внутри перевернулось,- Полковник объявил комендантский час на сутки. Приказано взять город под контроль. Получаем оружие и броню, потом выезжаем. Хотелось задать другие вопросы. Что происходит в Дасинаре? Почему там объявлен комендантский час? Можно ли позвонить родителям и узнать, как они? Но новобранец понимал, что все эти вопросы лишние. Одно из правил, что ему уже успели доходчиво объяснить - не задавай вопросов. Так что новобранец не задавал и просто бежал за всеми. Где-то минуты за две они все добежали до очереди, что стояла в арсенал, после чего остановились и стали ждать. В этот же момент к нему подбежал сержант, смотревший на него со злобным видом. Мощный подзатыльник заставил согнуться и загореться кожу на голове неприятной болью. Заслуженно. - Еще раз, блять, забудешь вокс на построении - плетей получишь,- довольно тихо, но с невероятной злобой произнес сержант. - Вас понял, сэр. Прошу прощение, сэр,- также тихо повторил Митанур. - Очень надеюсь, что понял,- заявил Гаманур и встал в очередь. - А м-можно спросить... что в Дасинаре происходит? Известно?- парень решил, что эти вопросы вполне можно задать. Все же, они касались боевого задания. - Ничего толком не объяснили,- спокойно объяснил капрал,- Просто код - широкомасштабные гражданские беспорядки. Больше он ничего не сказал. Видимо, им тоже особо ничего не рассказывали. Осталось одно - выполнять приказ. Своей очереди пришлось ждать около десяти минут, после которых им выдали все необходимое. Одев все комплекты брони, снарядив себя батареями и гранатами, их отделение побежало к выходу из лагеря, где уже была новая очередь - на посадку в микроавтобусы, автобусы и прочий транспорт, что должен был их всех отвести в Дасинар. Снова пришлось ждать, но затем им все же досталось место в одном из больших двухэтажных автобусов, где удалось разметить целую толпу гвардейцев на обоих этажах и двинуться в путь. Дорога была тихой. Многие молились шепотом, но в остальном все молчали. Митанур видел, как многие волнуются и насколько серьезными выглядят. Они ждали худшего. То, с чем они могли столкнуться в Дасинаре. Сам Митанур не чувствовал страха. Волнение - да, было. Но волнение за то, что его ждало впереди перекрывалось волнением за родителей. Он не имел ни малейшего понятия, что с ними и волновался, как бы чего не произошло. В этот момент парень чувствовал самую острую нужду позвонить им и еще более острую нехватку телефона. Он уже так привык к нему, что было сложно быть без него, не иметь возможности воспользоваться. Но ничего не поделаешь. Не узнаешь. Оставалось только одно - надеяться на то, что у них все будет нормально, что с ними ничего не произойдет и они просто сидят сейчас дома. "- Бог-Император любящий, помоги им..."- помолился Митанур за родителей и сестру. Дорога до города прошла быстро, но вот потом автобусу пришлось затормозить - в нем уже особо не погоняешь. И стоило им въехать сюда, как по всему автобусу поднялся удивленный ропот. - Ты гляди, чего понаписано тут...- послышалось от одного из рядом сидящих гвардейцев. Остальные начали высказываться в этом духе. Наклонившись, Митанур начал смотреть в окно, пытаясь вглядеться в стены домов. То, что он там увидел, его удивило. "Долой призыв!" "Суд над комиссарами!" "Свободу призывникам!" "Комиссаров - в тюрьмы! Призывников - домой!" Все эти и подобные им надписи красовались почти на всех стенах, мимо которых они проезжали. И от этого Митануру было не по себе. Он только в учебниках истории и в документальных фильмах видел, как дома вот так расписывали разными лозунгами. Такое случалось только, когда народу уже довели до крайности. Видимо, призыв его все же довел. - Уроды ебаные...- прошипел еще какой-то гвардеец,- теперь понятно, чего нас вызвали. - Похоже, придется пристрелить парочку гражданских уродов,- вторил ему другой. - Парочку десятков тогда уж. Вон сколько понаписали гадостей про комиссара! - Во-во! Кому-то придется переломать пальчики! Автобус наполнился ржачем и другими шуточками, от которых Митануру и другим шамтанарцам, что тут были, становилось не по себе. Однако, они молчали. Понимали, что сейчас их комментарии тут явно будут неуместны. Вскоре они прибыли по пустому городу на место и стали выходить на улицу. Небо уже не было таким темным - начинало светать. - Всем внимание!- требовательно прокричал лейтенант, когда они все построились,- Поступил приказ - занять крыши домов и контролировать улицы во время комендантского часа. Никого, кроме наших, скорой помощи и пожарных на улицах быть не должно. Смены - восемь часов. Приступить! Сержанты начали раздавать команды и их отделение, выстроившись в две линии по пять человек, побежало по улицам, сохраняя дистанцию в пять метров от каждого. Бежать пришлось минут двадцать, пока, наконец-то они не добежали до двух десятиэтажных жилых домов, что им и нужны были. Митанур оказался в группе сержанта и они впятером отправились к одному из подъездов. Тот был закрыт, но сержант просто выстрелил из лазгана и магнит на двери был сломан. Забежав на десятый этаж и вскрыв дверь на крышу, они все выбрались наружу. Отсюда открылся красивый вид на все остальные дома в округе. На их крышах уже тоже виднелись гвардейцы. - Так, Хемцур - на тот край,- сержант указал на узкую сторону дома,- Дикаол - туда,- Митанур - туда, Туцур - туда. Если кто захочет в туалет - зовите, подменю. Все, разошлись. Парень посмотрел на сторону, что чему дали - тоже узкая, противоположная от той, что была у Хемцура. У парня еще был вопрос - что ему делать? Он не совсем понял, что имели ввиду под "контролировать улицы" и "никого не должно быть на улицах". Но он решил не задавать вопросы и молча ушел на свое место. Или позицию, как было написано в тех книжках, что ему дали почитать. Подойдя к краю, новобранец посмотрел вниз, почувствовав небольшой страх. Он всегда его чувствовал, когда залазил с друзьями на крышу. От этого вида мигом пробудились воспоминания. Из детства, из юношества... Да и совсем недавние. Уж сколько раз он по крышам бегали, и по скольким крышам... Всех и не упомнить уже. Парень начал смотреть внимательно вниз, на улицы. Насколько он понимал, ему необходимо было смотреть за позициями и сообщить... Точнее, доложить, если увидит посторонних. Было неловко, что он до конца не понимает этого. Видимо, остальные все сразу поняли и забыли, что он сам не знал об этом. Но спрашивать сейчас тем более не хотелось - еще сержант разозлится, чего это раньше не спросил. Потому Митанур просто смотрел на пустые улицы, подмечая про себя машины разных цветов, детские площадки, деревья и прочее... Вдруг, он увидел движение. Во дворе, напротив него, дверь из подъезда открылась и оттуда, насколько он мог увидеть, вышла женщина. - Сержант! Тут посторонний!- доложил рядовой командиру. - Так стреляй в него, чего ждешь, блять?- грубо спросил сержант. От такого Митанур резко повернулся. - В смысле стрелять?- новичок шокировано уставился на командира, не веря своим ушам. Как это - гражданского убить? Гаманур резко подбежал к парню и посмотрел на женщину, что продолжала идти по улице. - Так, всем внимание, у нас в секторе семь-двенадцать гражданский, не стреляйте, сейчас сами разберемся,- неожиданно заговорил сержант по воксу, а затем посмотрел на рядового,- Убей его, живо! - А-а за-за что, сержант?- кое-как спросил Митанур. - Ты приказ лейтенанта слышал?- переспросил сержант,- У нас комендантский час и никого из гражданских не должно быть на улице. Этот гражданский его нарушил и теперь убей его! - Та-та зачем убивать, сержант!?- прикрикнул парень, смотря на то, как женщина все также шла по улице,- Можно ж просто сказать! - Нет, нельзя!- возразил парню Уртар,- У нас приказ - ликвидировать всех, кто выйдет, а не загонять всех по домам! Она вышла и теперь убей ее, немедленно! Все внутри сжалось и скрутилось. Сержант повернул парня к краю, пока женщина уже почти подошла к углу другого дома. - Если она уйдет сейчас, я тебя пристреляю за неподчинение! Живо убей ее! - Я... я...- пытался выдавить из себя Митанур. Он не мог. Он не мог этого сделать. Зачем ему убивать ее? За что!? она ведь ничего не сделала! Но при этом угроза жизни... Было понятно, что сержант не лжет. В Гвардии было нормой расстреливать людей. - Быстро, блять! Это приказ! Выполнять!- жестко проговорил сержант. Выбора не было. Или он, или она... Парень поднял лазган, пытаясь прицелиться в спину идущей женщине. Его дуло тряслось из-за дрожащих рук. - Боже... Боже...- проговорил он и нажал на спуск. Ничего не произошло. - С предохранителя сними, блять... Быстрее! Митанур быстро щелкнул переключателем и вновь прицелился в удаляющуюся фигуру женщины, которая уже почти дошла до угла здания. Он не хотел... Он не хотел... Но он должен был. Палец вновь нажал на спуск. Несколько красных тонких лучей засветились и врезались в землю рядом с женщиной. Дуло перевелось и два луча пролетели перед женщиной, от чего она вздрогнула и отшатнулась. Выстрел. Еще выстрел. Все мимо. Руки не слушались. Женщина начала бежать. Выстрел. Луч попал в бок женщине и она рухнула, а на ее одежде появился яркий огонек, который стал становиться все ярче. Это были языки пламени. Одежда горела. Стало тихо. Очень. Затем рот наполнился слюной, желудок скрутило и парень согнулся, начав блевать. Блевота начала расплескиваться по крыше. - Вот и твое первое тело, Мит,- прозвучало от сержанта, который похлопал его по спине. Фразу парень не понял. - Первое... тело?- переспросил он. Сержант остановился и обернулся. - Первый труп. Первое убийство,- объяснил он. От этой фразы стало тошно. Убийство. Митанур только что убил человека. Взял и убил... Точно также, как комиссары расстреляли тех парней, что пытались сбежать. Парень дрожал. Его всего трясло от осознания содеянного. Как он мог... Обычного человека, вот так убить, ни за что? - Продолжай наблюдать,- бросил ему командир,- Если еще кого увидишь - ты знаешь, что делать. От мысли, что придется убить еще кого-то, стало еще более тошно. Хотелось плакать. И кричать. От всего этого кошмара, которому не было никакого оправдания. Ничего не ответив, Митанур вернулся на свою позицию и продолжил наблюдение за улицей, одновременно пытаясь справиться с мыслью о том, что он только что совершил...