Legacy.

      Мысли покачивались на мягких волнах, словно лодка. Почти как в детстве, в тот единственный раз, когда он вместе с родителями отправился в Пристань Лотоса. То время, наполненное безудержным счастьем, сейчас кажется таким далеким. Он никак не мог понять, что с ним случилось? Где он в конце концов?       Сознание медленно возвращалось к нему. Словно сквозь толщу воды, или толстое стекло, слышались приглушенные звуки. Кажется, кто-то говорил. Голоса казались знакомыми, он будто знал их владельцев. — Сколько времени займет лечение? — В лучшем случае несколько месяцев, мой господин. — Нельзя ускорить процесс? — К сожалению нет. — Делай, что нужно, у тебя месяц.       Дальнейшего разговора он не слышал или не помнил, снова провалившись в темноту.

***

      Сумерки уже опустились и ночь почти пришла в свои владения. Мягкий свет от свеч бросал причудливые тени по всей комнате, Вэнь Цин уже убирала свои записи, сшитые между собой и спрятанные в кожаном переплете. Она присела перед зеркалом и аккуратно сняла тяжелую заколку из серебра, распуская волосы с тихим выдохом. Верхний халат и несколько слоев одежды, аккуратно сложенные, оказались в шкафу. Оставшись в нижних одеяниях, девушка затушила несколько свеч и расслабилась в легком полумраке комнаты.       Она с удобством расположилась в постели и уже засыпала, как в дверь громко постучали. Вздрогнув от неожиданности, девушка быстро достала верхних халат. Затянув на нем пояс, она спрятала кинжал в рукаве и осторожно подошла к двери. Приоткрыв ее, Вэнь Цин увидела на пороге Сюэ Яна, лучшего ученика Вэй Усяня. — Ты совсем стыд потерял? Что ты делаешь здесь в такой поздний час? — прошипела она. — Не время для этого, нужна твоя помощь. — схватив девушку за локоть, молодой юноша с силой дернул ее на себя — Учителю плохо, его нужно спасти. — Чего? — до целительницы дошли чужие слова и она послушно последовала за ним — Что случилось? — Учителя наказали, я пришел за ним в подземелья, а он лежал весь в крови. Его высекли дисциплинарным кнутом и судя по тому, что я увидел, кнут был раскален.       Оступившись, девушка на секунду ощутила охвативший ее ужас, но тут же запихнула его поглубже и ускорила шаг. Спустя один кэ они наконец вошли в западное крыло дворца, нужная им комната находилась едва ли не в самом его конце. Плюнув на приличия, Вэнь Цин, сорвались на легкий бег и фактически понеслась в нужную сторону.       Распахнув двери, она застыла на пару мгновений. На широкой кровати в бессознательном состоянии лежал Вэй Усянь, его спина была изуродована ранами и сильными ожогами. Даже находясь почти в одном чжане от его постели, она видела насколько эти раны глубоки и серьезны. Чужая рука подтолкнула ее в спину, не давая времени на раздумья.       Вернув себе самообладание, она быстро подошла к лежащему и взяв его за руку, положила пальцы на его пульс. Попытка считать духовную энергию потерпела крах, целительница не чувствовала его золотого ядра. Сердце пропустило удар, но она все равно почувствовала тяжелую энергию обиды, что заполнила пустые меридианы.       Темная энергия инь медленно заполняла пространство, она не сразу ее заметила, находясь в легком оцепенении. Сцепив зубы, она коротко сказала юноше, все еще стоявшему на пороге: — Приготовь таз с чистой водой и тряпками. Разбуди Вэнь Нина, пусть принесет мои вещи. — оглянувшись, она увидела, что Сюэ Ян не мигая смотрит на окровавленную спину учителя. Переместившись так, чтобы закрыть Вэй Ина, она прикрикнула: — Быстрее!

***

      Одна из девушек аккуратно расправляла шторы, чтобы пропустить в комнату свет. Открыв окно, дабы проветрить помещение, миловидная девушка в простых одеждах обратилась к сидящей. — Госпожа Вэнь, младший господин Вэнь рвется сюда. — Не пускайте его, не стоит ребенку видеть этого. — устало вздохнув, ответила целительница.       Служанка поклонилась и молча вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Прошла неделя бессонных ночей, которые целительница провела у постели Вэй Усяня. Раны были зашиты и перевязаны, но без источника энергия инь они не смогут зажить. Первые дни мужчина находился в лихорадке и бредил, она едва не поседела от его криков. Она, Сюэ Ян и А-Нин не отходили от его постели ни на секунду, бегая лишь за лекарствами.       Кровь на повязках привлекла её внимание и она, с тихим вздохом, достала новые повязки и мази. Аккуратно разрезав старые бинты, девушка сняла их, стараясь действовать как можно безболезненней. Промокнув чистую тряпочку в воде, она мягко вытерла раскрывшиеся швы и достала иголку со специальной ниткой. Стягивая края ран между собой, Вэнь Цин была как никогда рада бессознательному состоянию пациента.       Убрав остатки ниток, девушка нанесла мазь для лучшего заживления и аккуратно наложила новые повязки. Мягко коснувшись чужих волос, целительница нежно пригладила торчащие пряди. Сжав губы в тонкую полоску, она начала собирать старые повязки и грязные тряпки. Тихонько перекладывая вещи с места на место, девушка услышала тихий стон. Мгновенно подлетев к лежащему, она тут же приставила к его сухим губам чашу. — Пей, А-Сянь, — придерживая чашку, Вэнь Цин помогла дезориентированному парню выпить его. Она каждый день варила укрепляющий отвар в надежде, что юноша откроет глаза и наконец-то это случилось. — Где я? — дернув головой, прохрипел Вэй Ин. — В своей комнате, — тихо ответила девушка, мягко погладив его по щеке. — Спи А-Сянь, все будет хорошо.       Парень чувствовал, как сознание снова уплывало от него. Травянистый вкус остался на языке, а сам отвар унял жажду. Обволакивающий запах благовоний расслаблял, смешиваясь со свежим воздухом. Он судорожно вздохнул и прикрыл глаза. Решив послушаться чужого совета, он доверительно прижался к чужой руке с нежными прикосновениями.       Он очнулся, пусть ненадолго, но открыл глаза. Целительница с тихим, полным облегчения выдохом упала на рядом стоящий стул и прикрыла глаза. Судорожно вздохнув, она позволила слезе скатиться по бледной щеке. Вэй Усянь справиться, остальное было неважно.

***

      В следующий раз он очнулся глубокой ночью, почти через двое суток. Если бы не тихий стон, никто бы и не заметил его открытых глаз. Он сливался с тенями комнаты, даже горевшие свечи не могли их разогнать. Не давая парню пошевелиться, Вэнь Цин снова поднесла чашу к его губам и помогла выпить. Не обращая внимания на скривившееся лицо, она прижала пальцы к чужому пульсу. — Что произошло? Почему я чувствую себя так, будто умер и меня силой воскресили? — тихим, с отчетливой хрипотой, голосом спросил Усянь. — Тебя наказали, Сюэ Ян принес тебя сюда и мы чудом смогли тебя спасти. — ответила девушка — Лучше скажи мне, где твое ядро? — Долгая история, расскажу позже. — поморщившись, юноша попытался освободить руку из крепкого захвата, но тут же застонал от пронзившей боли. — Не дергайся, тебе надо восстанавливаться, ты еще слишком слаб.       Не ответив, темноволосый устало прикрыл глаза и почувствовал тонкий поток чужой инь. Горячая сила, родная и знакомая с детства, огнем полилась по его венам, заполняя меридианы и согревая оледеневшие кости. Она тихо бурлила в нем, аккуратно затягивала раны, не причиняя боли. Она просила его довериться и отпустить себя. Юноша не сдержал облегченного вздоха и сам не заметил, как уснул.

***

      Прошла еще неделя, которую он провел между сном и реальностью. Мягкие прикосновения к волосам и лицу, тихий шепот срывающимся голосом. Он слышал, как его зовут и шел на этот зов. Открывал глаза и тут же чувствовал отвратительно горький вкус отвара на языке. Чувствовал горячую силу по венам, чужую духовную ци, нежную и приятную в противовес лекарствам. Иногда он говорил, столько сколько мог. Он говорил с Вэнь Цин, с Сюэ Яном и с Вэнь Нином. Он слушал их тихие голоса, шепчущие слова поддержки и старался поверить им.       Прошла еще неделя прежде, чем он смог сказать больше пары предложений, не почувствовав смертельную усталость. Сейчас он просыпался на рассвете, выпивал нужные лекарства, позволял перевязывать раны и засыпал во время обеда, чтобы проснуться в сумерках и повторить все сначала. Сейчас он мог пошевелиться без болезненных стонов, хоть спину и мышцы все еще простреливало огненными импульсами. Сейчас он мог говорить и запоминать чужие слова.       Вэнь Цин коротко рассказала ему о текущей ситуации в мире, о слухах полнящих Поднебесную. После сожжения Пристани Лотоса и его пребывания на курганах, Великие Ордена начали собирать войска и объявили о кампании «Аннигиляция Солнца». Глава Вэнь, в противовес их действиям, отправил Вэнь Сюя, своего старшего сына, в Облачные Глубины и устроил пожар во имя «очищения». Услышав об этом, Вэй Ин на мгновенье забыл как дышать, все его существо тревожилось и шептало лишь одно имя: Лань Чжань.       К счастью для него, почти никто не пострадал и миссия Вэнь Сюя закончилась его поражением. Облегчение, накатившее на него волной, на секунду оглушило его своей силой. Он бы не смог простить себе потерю Второго из Нефритов. Самой темной новостью оказалось официальное объявление войны. Получив подтверждение своим мрачным домыслам, Вэй Усянь на мгновенье сцепил зубы и пожалел, что вернулся с того света. Лучше бы он умер в проклятых землях, чем убивать невинных, а ему придется, будь таким приказ Главы.